Часть 1

Мой первый вздох раздался будто по сигналу, Едва глаза свои сумел я распахнуть. Хоть я совсем еще не понял, поначалу, Что не выходит мне нормально тут вздохнуть. На грудь мою с наколкой солдатской Упала ноша, словно в несколько пудов. А мне все это отдавалось болью адской, Ведь встретить ночь я был в завалах не готов. Ощупав быстро на себе предмет лежащий, Узнал я в нем стоявший в нашей ванной шкаф. А после, принял я упор мне надлежащий, Собрав всю силу как в руках, так и в ногах. Вот, мебель с грохотом упала вниз, к обломкам, И пусть я не был до конца уверен в том, Я все ж стоял один в пыли, в наряде тонком, И сразу понял, что обрушился мой дом. Газком пахнуло за секунду перед взрывом, А после пламя, грохот, и теперь я тут. Стою буквально пред бетонным я обрывом, А ниже люди из квартир других бегут. Но мне плевать по существу на все в округе, На небе пусть даже сверкнет метеорит, Я буду только беспокоен одной штуке: Там моя Андо под обломками лежит. От мамы девушка вернулась только-только, На кухне склянки разбирала, вещи, снедь. А мне, хоть выжил я, но все же дурно, горько, Ведь моя девушка там может умереть. Я шел по верхним, бывшим словно пол обломкам, Где кровлю крыши встретил настоящий пол. Мой путь был лезвием, при том ужасно тонким, Будто не газ взорвался в этом доме, Тол.[1] [1] Тол — Тринитротолуол, тротил Смешались мусор, вещи, наши и соседей, Но кроме них я не видал живой души. Я силуэт в один момент увидел в пледе, Но вместо клада, получал одни гроши. Я встал к стене, готовясь крикнуть имя громко, Но шум услышал я, и мне был важен он. После него вдруг, очень тихо, тонко, Из-под обломков издавал все кто-то стон. Я в женском голосе совсем и не ошибся, От счастья кругом уж ходила голова, Ведь я искал, не стал я плакать, не смирился, Сказал лишь только: — Андо, милая, жива. Ее лицо, от страха скошенное раньше, Вмиг размягчилось, ведь увидела меня. Не знали оба мы, что нам поделать дальше. Она спросила: — Это ты? Я в тон ей: — Я. А после, встав над этим местом заточенья, Я поднял мусор и обломки на дыбы. А шкаф и девушке устроил приключение, Собой ее прикрыв, ирония судьбы. От пыли серую, ее на руки поднял, Прошел туда, где был наш лестничный пролет, А после то, что нас ведут внезапно понял, Ведь возле дома МЧС бригада ждет. Обнявшись, после в Скорой помощи сидели, И я, услышав за окном сирены вой, Лишь прошептал тогда слова, что мне назрели: «Мы снова вместе. Ты живая, я живой» А Андо только посильней ко мне прижалась, В бинтах кровавых, порван пуховой жилет. А вдруг клятва в голову прокралась. Хранить я девушку дал навсегда обет…