Часть 1

хигучи — это минимум. она ненавидит украшения. ну как ненавидит: просто дарить некому, вот и не хочет лишний раз напоминать себе об этом. не носит ни кольца, ни браслеты, даже цепочки самые простые не надевает — слишком отвратительно чувство того, что похвастаться на работе некому. единственное, на что она себе иногда даёт вольную — серёжку в виде веточки омелы на задание, под предлогом "нужно усыпить внимание соперника". да, только поэтому она иногда позволяет себе эту слабость. Только поэтому. хигучи — это боль от взгляда на цветы. нет, с ними не связано плохих воспоминаний. цветы она всегда любила: искренне, не в силах подавить в себе желание иметь хотя бы несколько жухлых цветочков на столе в красивой вазе. опять же, некому подарить, а покупать самой — глупость. помнится, мама всегда говорила ей: "если женщина не получает цветы регулярно, то в конце концов она начнёт жалеть каждый цветочек, и вскоре не станет выкидывать его до тех пор, пока он не превратится в пыль и не осыплется прямо в её руках". не хочется признавать, но ичиё настигла-таки эта участь. акутагава не дарит цветы просто так — всего лишь формальность в честь праздника, не более того. цветы... ужасны, если честно. до противного жёлтые, с огромным количеством зелени, в самой простой целлофановой упаковке, даже без ленточки. ичиё и не пытается скрыть разочарование: берёт подарок просто из вежливости, обещая себе выкинуть его в первую же урну на улице. и не выкидывает. приносит домой, ставит в воду и любуется. уже пятый месяц любуется. там выкидывать-то уже и нечего, а она всё еще дома эту гадость держит. потому что до сих пор никто не удосужился подарить ей новый букет. кто знает, когда следующий будет? Пусть хоть этот глаз радует. хигучи — это аккуратная однотонность. её гардероб поразительно разнообразен и однообразен одновременно. десятки плечиков, на которых висит множество строгих костюмов, лёгких летних блуз и таких же брюк, разной тёплой, кофейной и кремовой расцветки. и ни одного платья. ни шкодливых джинсовых шортиков, ни модных топов, ни одной футболки на каждый день. сплошные костюмы, пиджаки и рубашки, которые она не всегда надевает, решившись изменить своей старой, истёртой классике. она хочет носить всё это и не может, боясь показаться глупой или выделиться. поэтому она каждый день залезает в шкаф, ровно двадцать минут примеривает разные наряды и неизменно — неизменно — выбирает свой повседневный костюм. Потому что так проще. хигучи — это жидкое солнце. она не пользуется косметикой — нет надобности. не мажет ни крема, ни масочки на ночь не делает — не видит в этом смысла. ей просто кажется, что косметика в мафии не уместна, ведь это место, где не уделяют внимание твоей половой принадлежности, не обращают внимания на твои слабости и не видят тебя как личность — здесь главную роль играет то, сколько ты можешь принести пользы. хорошо стреляешь — пойдёшь в расходный материал. обладаешь задатками лидера, но не имеешь способности — можешь взять командование, но приличного места не получишь. перестаёшь быть полезной — от тебя избавляются. поэтому маяться с внешностью девушкам здесь нет хода. хотя, та же коё-сан это делает постоянно — и маникюр, и причёска, и лёгкий макияж, — хигучи даже завидно становится. иногда на коё накатывает, и она красит ичиё, причёсывает, духами на неё пшикает — кёки больше нет, некому больше все эти женские хитрости передать. хигучи благодарит и уходит, чтобы забыть обо всех советах на следующий день. сама она за себя никогда не возьмётся, она это знает. Потому что этому нет места в мафии. хигучи — это нелюбовь к себе. она не хочет смотреть в зеркало. никогда не хочет. ей не нравятся свои тонкие, едва ли розоватые губы, несколько асимметрично расставленные глаза, щербинка между зубами. она терпеть не может свои нелепые — казалось бы, голенастые — тонкие ножки, выпирающие рёбра, отсутствие того, что у девушек должно быть побольше. она не переносит свои волосы: постоянно всклоченные, блестящие, лезущие на глаза и мешающие, — хочет вообще обрезаться под мальчика, чтобы с одной стороны выбрито было. она не любит свою внешность — поэтому у неё дома нет зеркал, как бы это ни было странно. если будет очень нужно, она посмотрит в выключенный телефон раз в неделю, ей этого хватит. потом ещё месяц смотреться не будет — не хочет снова это страшилище в отражении видеть. Потому что она совершенно не любит себя. хигучи — это бодрящие напитки. чаще всего энергетики — они эффективнее. она пьёт их пачками: покупает в понедельник упаковку из шести банок, а к утру среды не остаётся ни одной. также у неё дома всегда есть кофе, банки три, не меньше. есть чай, но это только если хигучи совсем на мели: она делает из него чефир и пьёт с утра, морщась и отплёвываясь. акутагава смотрит неодобрительно и часто попрекает её, мол, не пристало двадцатипятилетней девушке гробить своё здоровье этой дрянью. хигучи часто ночует с ним на работе, так что большая часть энергетиков, кофе и чая живёт у неё там, в крохотном кабинете. к утру "ночёвки" в обнимку бумагами, акутагава непременно выносит из кабинета мусорный мешок с банками из-под энергетиков, чаще всего с выражением лица "боже, ну за что мне досталась эта женщина?". ещё его раздражает то, как хигучи употребляет кофе: просто ест его ложкой, откровенно издеваясь и над собой и над божественным напитком. как правило, после проваленного задания акутагава её наказывал: запрещал пить весь арсенал её напитков до определённого срока, а ослушаться босса — смерти подобно. в такие дни ичиё страдала: хотела спать, боролась с потребностями организма, заменяла их всем, чем только можно, чтобы пить их потом опять. Потому что понятия "здоровье" для неё не существует.