Глава 21

             Тем временем положение дел на планете Шакурас ухудшалось с каждой прожитой минутой. Зерги начинали массовый переброс войск, причем переброс осуществлялся по средствам варп-врат. После того, как аиурчане позволили подчинить силу одних из своих врат, зерги тут же нашли способ применить ее в своих целях. О полном контроле и познании силы варп-врат речи не шло, но для некоторых своих целей, они смогли выжать из ситуации максимум пользы.        Ассимилировав структуру врат, отвечающих за пространственные скачки в пределах одного измерения, а именно измерения, связывающего Шакурас и Аиур, они начали переделку всех врат под себя, а именно, превращение варп-врат в нидуз-каналы. Повсеместно, где только это было возможно: на Аиуре и Шакурасе, они создавали лазейки не только для своих войск, но и для Зерен.       Аиур вздохнул с облегчением, чего нельзя было сказать про Шакурас. Теперь наступала его очередь познания Силы Незыблемости.       Такой поступок со стороны зергов можно было не только предугадать, но и понять. Самой главной движущей силой для них стала угроза гибели Королевы. Не менее важным, и, пожалуй, даже более важным, стал факт появления на Шакурасе посредника, Великого Уравнителя, или, как его называли протоссы – «Ключа», которым являлся Джим Райнор. Более того, теперь от него исходила серьезная угроза для зергов, и на данном этапе – совершенно очевидная. Во-первых, Джим был почти готов к свершению. Причем не только физически, но и морально. К тому же, теперь у него был стимул, сравниться с которым прежде не могло ничто. Во-вторых, теперь с ним были и четыре Силы, среди которых особенно выделялась Сила протоссов. И в-третьих, самая большая опасность для зергов была в том, что Королева и Джим встретились. Фактически, две Силы, два Абсолюта воссоединились, и теперь все над ними было не властно. Ни Владыка, ни протоссы, ни люди, ни сама Галактика не могли как-то повлиять на судьбы воссоединившихся Сил.       Зерги спешили, как могли. Даже несмотря на то, что их сила была на пике превосходства даже над силой завершения темных темпларов, они все равно опасались действовать открыто. Тревога не покидала их. Ведь получив нечто большее, на что рассчитываешь, всегда потом трудно с этим расставаться. Зерги очень боялись упустить такую возможность. Они были могучи, как никогда. Даже без присутствия Владыки, им удавалось многое, большее, чем за все прочие пережитые эпохи. Зерги были на вершине, и оставалось совсем немного, чтобы они смогли переступить границы Великого Баланса, чтобы они, наконец-то, добрались до Абсолюта, стали единственными в Галактике, стали единственными, кто сможет вырваться за ее пределы, кто сможет стать создателем нового мира. Мира, созданного по своим правилам и законам.       Темные темплары понимали стремление зергов. Также они осознавали тот факт, что – доберись они до своей цели, их планете и роду грозило неминуемое уничтожение. На противостояние зергам теперь требовалось выходить всем жителям Шакураса, невзирая на возраст, уровень и статус. Вся планета поднялась против напасти и была готова на все, чтобы не дать свершиться самому страшному.       Матриарх и прочие главы Шакураса занимались подготовкой Великой Силы, которой обладала планета, к встрече с орудием, которым являлся человек. Все действо проходило в одном из старейших храмов, размеры которого потрясали воображение. Фактически, все происходило внутри горы, преобразованной немалыми усилиями в произведение протосского искусства. Внешне она мало отличалась от обычных природных изваяний, но вот внутренне, это было нечто, неподдающееся обычному представлению человека.       Принц Артанис вместе с лидерами кланов, элитой и военными, находился непосредственно на поле сражения. Избрание пути воина был намеренным шагом со стороны принца, который совершенно не поддерживала Матриарх, но ничего поделать с этим не могла. Многие лидеры кланов Шакураса напротив были удивлены таким выбором своего лидера, за что начинали уважать и ценить его больше, чем прежде. Зератул среди прочих был рад такому стечению обстоятельств, при этом не меньше переживая, ведь риск погибнуть в сражении был очень велик.       Самого Зератула начинали недолюбливать и, даже, опасаться, в связи с последними происшествиями, главным героем которых он являлся. Это было весьма неприятно для Хранителя, ведь он знал и чувствовал все, что его окружало. К тому же, его власть ослабевала, а значит, ослабевала защита планеты, ослабевали кланы, и сама сила темных. Он не пытался ничего доказывать, объяснять, он просто полагался на судьбу, и на свою честность перед собой, прежде всего. Зератул невзирая ни на что делал то, что должен, не анализируя и не вдаваясь больше в долгие и ненужные размышления. Он знал свой предел, знал себя и то, что было необходимо сделать. А сделать необходимо было только одно – спасти Шакурас. Отложив все интриги и сомнения, он шел к цели спасения планеты.       Как не странно, но пусть и Артанис кровными узами был ближе к Матриарх, духовно и энергетически он был близок, все же, к Хранителю. Ничто не могло заставить принца разувериться в избраннике Бараззула. Как и прежде, принц восхищался волей Хранителя, его силой, его стремлением, незыблемой уверенностью в том, что он делает. Более того, он восхищался тем неординарным поступком, который совершил Хранитель, освободив и спрятав Королеву зергов и посредника четырех сил – Джима Райнора. Как и все остальные, он не мог найти объяснения такому поступку, но, в отличие, от многих, он не судил, а старался понять, старался познать такое течение событий. Именно принц Артанис был тем протоссом, который, сам того не желая, но помогал Зератулу идти выбранным путем. Более того, как бы там ни было, но к принцу прислушивался его клан, соседние, переходя от стороны конфронтации к стороне сотрудничества, а, следовательно, Шакурас, шел путем созидания, а не разрушения, а значит, шанс спастись оставался.       Ход войны на Шакурасе был совершенно иным, нежели это было на Аиуре. Если на Аиуре зерги мчались в битву, то здесь это делали протоссы. Собирая все свои силы в кулак, армии темных темпларов пытались уничтожить как можно быстрее все доступные варп-врата, связывающие планету Шакурас и Аиур. Протоссы шли в атаку, а зерги, непривычно для себя – оборонялись. Оборонялись сильно, жестко, крайне неудобно для противника. Буквально, накрывая своими телами варп-врата, зерги делали все, чтобы те оставались целыми и были готовыми к мутированию, происходящему извне, с планеты Аиур.       С одной стороны, уничтожение варп-врат, связывающих два протосских мира было оправданным и логически верным шагом со стороны темных, но с другой, единственная связь светлой и темной силы, созданная самим Адуном, рвалась, что нельзя было назвать добрым знаком. Многое темным, да и светлым протоссам было не известно, но, раз уж Великими мира сего что-то было создано – оно должно было быть, и имело свой смысл и силу. Да, после начала Эпохи Раздора на использование варп-врат со стороны обоих миров было наложено вето, но их существование было символом того, что мир Шакураса и мир Аиура – единый мир. Множеством невидимых ниточек были соединены светлая планета и темная, их энергии. И теперь все рвалось навсегда…       Через боль и тревоги темные уничтожали варп-врата сотнями по всей планете. На данном этапе жизни важной задачей было только одно: не дать зергам добраться до храма Ксел’Нага – единственного источника Силы, которую возможно было конвертировать в сосуд, которыми являлись скрытые от всех и вся Королева зергов и цирдин Джим Райнор. А зерги, понимая это, стремились не дать темным позволить это. Все активнее и сильнее они держали оборону у варп-врат, не жалея себя и врага, при этом планируя единственный путь наступления – на храм Ксел’Нага.       Принц Артанис и другие главы элитных кланов успели уничтожить девять врат из двенадцати и намеревался заняться десятыми. Его встречали полчища зергов. Среди завязавшегося сражения, уже было видно, как матки зергов облепляют врата и начинают мутировать на них. Лилово-серая пелена распространялась по золотой, мерцающей конструкции, обвязывая ее сосудами, сухожильями и прочими органическими элементами.       Чувствуя меняющиеся вибрации варп-врат, принц Артанис подгонял свое войско, заставлял атаковать еще яростнее. Но зерги отвечали достойно, все плотнее вставая стеной перед неприятелем. Ни риверы, ни воздушные истребители не могли пробиться через массовые кордоны зергов. Кровь в очередной раз лилась рекой. Протоссы тысячами сносили врага, но он продолжал стоять и даже огрызаться.       Удачливее всего зергам удавалось отбиваться от протоссов силами ультралисков и воздушных – как их называли люди – стражников. Одни, просто вели наземную расчистку, а вторые с неба засыпали с большого расстояния специальными мощными снарядами, чем-то напоминающими фотонные сгустки протосских орудий. Шквалистым огнем стражников зерги давали отпор темным темпларам, несущим из-за этого большие потери. Оружия, способного противостоять стражникам у темных темпларов могло едва ли найтись. Единственное, что спасало положение, а точнее, единственные, это были подключившиеся ашиджи и их уникальные способности. Самыми полезными способностями были: первое, это подчинение разума тех или иных зергов, а вторым – умение создавать странные энергетические бури, характерной чертой которых было появление больших взвесей пыли золотого цвета. Эта пыль абсолютно обездвиживала врага, позволяя его безболезненно для себя довольно быстро уничтожать. Минус подобных бурь был в том, что они были непродолжительными, поэтому их применяли только в местах, где зергами кишело все вокруг и шансы противостоять им были мизерны. К тому же, затраты сил и энергии для вызова подобных бурь были очень большими, на время делая их создателей не дееспособными для ведения сражений.       Смотрелись эффектно горящие красным огнем во тьме эти ашиджи, чем-то напоминающие архонтов. В отличие от боевых единиц протоссов, ашиджи совершенно не имели способности воевать физически. Состоящие большей своей частью из энергии, их можно было едва ли отнести к материальным существам, а значит и материальный урон, совершаемый ими, был невозможен. Но, обладая не дюжими талантами и способностями, они вполне компенсировали ими свои материальные недостатки.       Особенно ашиджи были полезны в моментах, когда шло противостояние маткам зергов или инфекторам. Странная связь в псионической силе была между ними, что полезным было для стороны протоссов и не очень для зергов. Ашиджи чувствовали врага, наделенного дополнительной, иной от физической, силой, которая резонировала с их силой. Они вычленяли врага из кишащей массы, и просто псионически разрывали его на части одной только силой мысли. Это выглядело невероятно, но раз за разом, либо матки превращались в кровавый дождь, льющийся с неба, либо инфекторы, обезображенным месивом растекались по земле.       Клинки темных темпларов сверкали в массе зергов постоянно. Фотонные вспышки, взрывы, также были постоянным сопровождением всего военного действа. Все затягивалось, а значит, давало зергам завершить процесс подчинения врат, их мутации.       Вибрирующие лезвия клинков темных темпларов каждое мгновение обрушались на зерлингов и гидралисков. Без устали, на огромных скоростях, темные темплары мелькали среди бешенных зергов, отсекая им конечности, головы, разрубая тела. Это было невообразимо. Каждый взмах лезвия завершался чьей-нибудь смертью, но еще более ужасным было то, что множество смертей было незаметно в этом кишащем разрушительной силой потоке.       Под прикрытием масс гидралисков, кислотные атаки которых наносили урон только протоссам, зерлинги усиливали давление, пытаясь своей массой отбросить их. Ультралиски проносились по краям атакующих колонн, своим действием уберегая зерлингов от возможности нечаянного раздавливания своими могучими лапами, а также для более быстрого продвижения к местам базирования риверов, скарабеи которых были единственным, что создавало проблему для защиты врат.       Гигантские существа неслись на врага, сметая сотнями темных темпларов со своего пути. Голубые вспышки протосских щитов то и дело мелькали среди могучих орудий и тел зергов. Ультралисков с большим трудом, но удавалось ранить, реже убивать. Огромные тела взрывались, заливая все вокруг кровью. Конечности, костяные, хитиновая броня, неразборчивые обрубки падали на твердь Шакураса, уже на несколько метров вглубь пропитанную кровью врага.       Все это действо проходило не без постоянного обстрела кислотными иглами гидралисков. Не было свободного места, где бы не ударило подобное оружие. Тысячи темных темпларов, оставляя после себя временное голубое свечение, гибли еще до того, как они добирались до врага, из-за подобного оружия. Постоянным шипением и раздражающей ухмылкой комбинированных челюстей, из которых просто потоком изливались слюни, виднелись морды гидралисков, глаза которых, как и у прочих, горели красным огнем, полным жестокости и беспощадны.       Только получалось подобраться к варп-вратам близко, у зергов словно второе дыхание открывалось и они усиливали сопротивление. Каким-то образом каждый раз зерги находили в себе силы отбрасывать войска протоссов, при этом, не только значительно начиная давить на них, но и увеличиваться в своем количественном размере. Буквально из земли вылезали очередные партии вражеских сил, тут же бросающиеся на своего неприятеля.       Происходящее было титаническим испытанием для обеих сторон, и никто не собирался уступать.       Артанис не собирался уступать и все сильнее призывал своих солдат наступать на врага. Сам Артанис рискуя жизнью, получая удары по щитам, которые раздражались ярко-бирюзовым светом, мчался на врага, производя немыслимые кульбиты, движения, чтобы покончить с ним. Реакция протосса была запредельная даже для многих существ его происхождения, усиленная многолетним опытом в сражениях, которым щедро делился Хранитель Зератул. Он успевал наносить удары на опережение зерлингам, скорость которых была на значительном уровне больше в сравнении с предыдущими битвами (что свидетельствовало об их эволюции), он уклонялся от их атак, от атак гидралисков, от могучих атак ультралисков, бивни которых проносились перед ним, но не попадали. Бивни ультралисков успевали наносить удар по паразитирующей земле, разрывающейся в клочья от одного только удара, по своим, но только не по Артанису. Каждый раз, как бы гиганты не старались уничтожить принца, и без того очень сильно занятого противостоянию менее крупным зергам, он не успевали, местами промахиваясь буквально на микроскопическом уровне. При этом атаки ультралисков, сосредоточенные на принце хорошо попадали по своим, размазывающимся в кровавое месиво.       Лезвие принца мелькало еще быстрее его передвижений. После себя он оставлял только трупы, утопающие в крови. Никто не мог его остановить. Даже матки, атакующие с неба, были бессильны. Их паутина спадала недостаточно быстро вниз, а паразиты, просто не могли пробиться через плазменные щиты. Муталисков и прочих воздушных единиц зергам в данном районе явно не хватало – небо протоссы держали под контролем. Довольно было небольшого количества истребителей, которые успевали также помогать наземным войскам.       Когда ценою больших потерь протоссы все-таки подобрались к варп-вратам на доступное для атаки расстояние, те придумали очередное препятствие. Невообразимо быстро паразитирующая твердь затрепетала, стала видоизменяться. За считанные секунды, среди движущейся боевой массы образовались еще и защитные редуты из утопающих колоний и колоний спор. Огромные тени, обладающие разрушительной силой стали очередной преградой для усталых протоссов, толком еще никак не способных покончить с тем, что до этого защищало данное место.       Уничтожив еще с десяток зерлингов и гидралисков, поймав промежуток, когда атаки будут не опасными, Артанис переводя дух, обратился вниманием вокруг. Битва не утихала. Везде и всюду шло противостояние двух рас. Гибли и свои и чужие. Все перемешивалось в неразборчивую картину, охваченную светом протосских энергий и льющейся на них мрачной крови зергов. Гул разрушения не умолкал. Зерги ревели, кричали, шипели. Глухие удары, дребезжащие и раскатистые взрывы постоянно кружили над полем битвы.       Вдали, через огни и дым сражения, слабо, но виднелся образ врат, скрывающийся множеством растущих из тверди теней, от которых по протосским войскам воздушного назначения летели зеленые энергетические сгустки. Твердь затрепетала, и на принца из-под нее вырвалось несколько крупных остроконечных щупалец. Парой движений Артанис отсек их, устремляясь псионическим существом в происходящее. ПСИ зергов увеличивался все больше, одерживая преимущество над его армией.       Легкое чувство бессилия посетило принца, охватив его тревогой и даже ужасом. Почти сразу он отбросил от себя подобные мысли, настраиваясь на очередной рывок. Лезвия снова затрепетали в плоти врага. Кровь снова стала заливать его материальное существо, а ее энергия – духовное.       Надо было добраться только до врат и все. Но путь был непреодолим, если в расчет брать пеший прорыв. Зерги, так или иначе, но укрепились на своих позициях, никак не поддаваясь протоссам. Темные темплары начинали уступать.       Артанис понимал это, судорожно начиная соображать, что делать дальше. Необходимо было во что бы то не стало разрушить варп-врата. Его интуиция подсказывала, что именно эти врата должны были стать плацдармом для переброса основных войск неприятеля, дальнейшая цель которых станет Храм Древних. Отчаянье и бескомпромиссность сопротивления зергов еще больше уверяла принца в том, что надо было с ними как-то, но кончать здесь.       Отсекая головы зерлингам, он соображал. Челюсти клацали перед его глазами, когти царапали броню щитов, кислотные гарпуны ощутимо врезались в его тело, заставляя несколько одергиваться. Собратья шли следом, пытались защитить принца, пытались помочь в его стремлении. Большим количеством они гибли. Прямо перед глазами Артаниса уходили в иной путь сотни могучих воинов. Их прощальная псионическая энергия болью проносилась по его существу, вызывая скорбь, сожаление, но и ярость.       Глаза Артаниса постепенно окрасились в подобный зергам красный цвет. Щиты стали ярче втрое, буквально полыхали как огонь на его плечах и голове. Псионическая ярость обрушалась подобно его материальному существу на их ПСИ, невообразимо, но противясь их воле.       Думать уже больше не было времени, и он решил действовать по наитию.       Единственный шадон, находящийся в его распоряжении под прикрытием спарклов начал движение к варп-вратам. Под изящным, золотым кораблем, накрывающим невидимой пеленой механические боевые единицы, простиралась битва между двумя расами во всей своей красе. С высоты было видно все очень четко. Каждая деталь происходящего была, как на ладони. Все было понятно и ясно в отличие от того, как это оценивается с земли.       ПВО зергов тут же начала атаку по шадону. Зеленые сгустки с хлюпающими звуками устремились на единственный корабль высокого уровня в рядах сил Артаниса. Удары нескольких энергетических сгустков потрясли корабль, сильно исказив его плазменные щиты. Но, несмотря на это, тот продолжал набирать скорость.       Как только ситуация ухудшилась и ПВО стало атаковать еще активнее и более точно, в бой вступили спарклы. Шадон был довольно крупным объектом, что для ПВО зергов было легкой целью, которую сбить в целом, если только исключить плазменные щиты, не было проблемой. Именно невидимые спарклы, а точнее спарклы, находящиеся под невидимым покровом шадона, осуществляли собой живой щит. Подставляясь под удары колоний спор, спарклы жертвуя собой, продлевали продвижение к цели. Более того, каждый преодоленный отрезок, а также приближение к нему, спарклы наполняли полями нейтрализации. Сияющая пелена, поглощающая звуки, движение, энергию, накрывала окружающие варп-врата территории, делая несостоятельными все, что попадало под нее, даже свои войска. Действие полей нейтрализации спарклов было чем-то похоже на то, что создавали ашиджи, нейтрализовавшие неприятелей золотой пылью, но только более мощного действия.       Движение, выстрелы, взрывы, гул – все на пути сияющих полей затихало. Колонии спор теперь только смиренно глядели в небо, приветствуя золотой шадон своими мясисто-жилистыми, трепещущими пушками. Территории озарились светом, позволяющим более внимательно рассмотреть все то, чем и как заселяли территорию зерги.       Оказавшись над варп-вратами шадон завис. Его плазменные щиты встрепенулись после чего рядом с вратами образовалось несколько энергетических вихрей. Пространство исказилось и у подножья появился отряд темных темпларов во главе с Артанисом. Помимо них на территорию варп-врат десантировалось и несколько риверов.       Поле нейтрализации воздействовало и на Артаниса тоже. Не в состоянии двигаться, он и его воины смотрели перед собой, изучая местность и находящихся на ней врагов. Псионической силой, темные темплары сканировали невидимые участки территории, отыскивая в ней все, что может приставлять угрозу для их жизней. Также Артанис уже обдумывал то, как он будет уничтожать варп-врата, измененные зергами донельзя.       Шадон в сопровождении оставшихся маленьких спарклов покидал данное место, возвращаясь обратно, откуда прилетел.       Спустя несколько минут сияние исчезло и все пришло в бурное движение. Зерги массой начали наступать. Темные темплары, оголив лезвия, тут же вступили в битву. Риверы дали залп своими скарабеями, озарив темноту голубым свечением, превратившим в пепел первые атакующие отряды врага. Очередные головы и конечности упали на измученную землю. Некоторые удары темных темпларов пришлись по паразитирующему основанию, в котором погибли прятавшиеся инфекторы.       Артанис сокрушая неприятеля, мчался на врата, но его приближение к ним было недолгим. Почти сразу его остановило множество зергов, вставшее перед целью непроглядной стеной. Помимо войск зергов в сопротивление вступили утопающие колонии и их нескончаемые подземные щупальца. Артанис отсек несколько штук, в последствие концентрируясь вниманием на атаки из-под земли, что привело к тому, что он потерял бдительность над тем, что его ждало на поверхности.       Гидралиски дали по принцу залп, отбросив его и собратьев своей атакой на несколько метров назад. Пока он переводил внимание на гидралисков, его уже встречали орды зерлингов. Живая масса из маленьких, но крепких зергов понесла Артаниса и его воинов еще дальше от цели. Риверы успели дать несколько залпов, уничтожив много врагов, но недостаточно, чтобы это было заметно в данных условиях, после чего были быстро уничтожены все теми же зерлингами. Атаки самых некрупных единиц зергов, впрочем, как и их передвижение значительно отличались от прежних столкновений. В мгновение они уничтожили все механические танки протоссов. Золотые пласты брони были растасканы и изуродованы бронированными челюстями и когтями неприятеля.        Темные темплары отчаянно боролись, но разрушительное биологическое течение уносило их прочь. Попытка прорыва не удалась.       Щиты тускнели, темплары были почти все уничтожены. Врата так и оставались где-то там. Артанис собирался с силами и, сопротивляясь, убивал одного зерга за другим. Он уже не защищался и не уклонялся от их ударов, да и сделать это было, практически, невозможно. Теперь шел просто жестокий размен ударами, который пока со стороны зергов увенчивался смертями, а со стороны Артаниса сильным ослабеванием защиты.       Принц понимал, что ему не спастись. Он чувствовал энергетику врага, его количество, физическую силу. Он чувствовал, как слабеет, как когти врага, клыки и боевые отростки касаются его тела, сквозь, почти, исчезнувшие щиты.       «Так угодно Высшим…» – сам себя успокаивал Артанис, вдруг перестав отвечать по врагу. В глазах все кружилось и мельтешило. ПСИ зергов накрыли его существо. Он перестал чувствовать своих воинов, затем планету, а после, и самого себя.       Плазменная защита была вскрыта и в области груди и где-то с боку, принц почувствовал первые настоящие удары. Болью озарилось его существо. Сгусток вязкой энергии выплеснулся через рассеченную плоть. Глаза Артаниса округлились. Лицо исказилось страшной гримасой. Еще ничего подобного он никогда не испытывал. Резко обернувшись к тому месту, откуда он ощутил удар, он вдруг замер. Время будто остановилось. Он смотрел перед собой и видел все очень ясно, со всеми деталями. К его голове, рукам, ногам, телу тянулись острозубые пасти врага, смертоносные когти. Через ужасные морды, искаженные злыми оскалами, приближались гарпуны, брызгающие зеленой кислотой. В ужасной давке происходило все это действие, в которой не было видно никого кроме зергов.       Принц наблюдал за происходящим, провожая взглядом приближающиеся к себе орудия смерти. Холодом охватило его сознание. Исчезли звуки, краски, мысли…       Яркий свет. Артанис проморгался, не веря тому, что видел и ощущал. Его спас Хранитель и армия Ленасса. Войска Зератула во главе с ним, утопая в крови и плоти, сминали врага.       «Хранитель?» – спросил в полубессознательном состоянии Артанис, чувствуя тепло ауры Зератула.       Зератул никак не отреагировал. Он был полностью погружен в сражение. Очень неожиданным стал маневр Зератула, когда он производил один из ударов, при этом совершая поворот вокруг своей оси. Внезапно его лезвие полыхнуло ярким огнем, стремительно отходящим от него метров на пятьдесят. Все происходило мгновение, но как понял Артанис, бирюзовое пламя его лезвия, пронеслось через своих и чужих. Темные темплары не заметили урона. Зерги же в радиусе пятидесяти метров направления энергии были превращены в пепел.       «Придержите их, я быстро!» – телепатически произнес Зератул, исчезнув из виду.       Молниеносно он проносился через плотные преграды зергов, начиная полыхать ярко-бирюзовым огнем, вытягивающимся в направлении варп-врат. Ничего не могло его остановить. Даже утопающие колонии, были пронзены насквозь вместе со всеми своими отростками и бронированными карапейсами. Не сбавляя хода, Зератул промчался через все войско зергов к подножию врат, произнося в мыслях словосочетание: «Небесное покорение». Одновременно с тем, как его клинок ударил по паразитирующей плоти, охватывающей варп-врата, с неба на цель обрушилась ослепительная молния. Удар был настолько сильным, что сопутствующий ему взрыв должен был решить все вопросы. В общем шуме и гуле было слышно, как от взрывной волны вопили зерги.       На мгновение сражение затихло. Стороны ждали, пока осядет пыль. Когда видимость немного прояснилась, Зератул, как и все прочие темные темплары, вдруг остолбенел от ужаса. Его сокрушенная псионика прошлась между воинами, остановившись на принце.       «Силы темных больше нет…» – еле пронеслось в сознаниях воинов и принца. Зератул смотрел на место своей атаки, видя, что она не принесло никаких результатов. Врата регенерировали молниеносно, подобно тому, как регенерируют наместники Владыки, если их уничтожает Сила, отличная от Силы Завершения.       «Как такое возможно?..» – пронеслось в сознании принца, почувствовавшего, как на его мир опускается тьма.       Все стало серым в глазах Хранителя. Он вдруг почувствовал какую-то безысходность, превращающую его существо в ничтожество. Все замерло перед глазами, в мыслях. Словно провалился в небытие, он стоял, не шевелясь. А зерги, тем временем, уже неслись на него. Кровавые взоры врага были настроены запредельно – уничтожить Хранителя. Кислотные иглы гидралисков уже рассекали пространство, точно метя в его яркие бирюзовые щиты.       Принц и воины племени Ленасса бились с врагом, параллельно пытаясь дозваться Хранителя, но он был по-прежнему далек от происходящей реальности. Зерги врезались в него, буквально пытаясь в одно прикосновение разорвать его на части. От удара, с которым на него накинулись, его отбросило в сторону. Пока он падал, несколько кислотных игл угодило точно в его плазменные щиты. Не успев оказаться на земле, он уже снова подвергался атаке зерлингов, настолько быстро бьющих и кусающих, что едва можно было уследить за этим вниманием. Бирюзовый свет, охватывающий Зератула, стал быстро тускнеть.       Артанис и все остальные помчались на помощь, но тут вмешались матки зерг. Внезапно свалившаяся с неба паутина маток заставила всех остановиться и, в какой-то степени, перевести дух. Вязкая зеленая масса буквально сцементировала зергов и протоссов. Артанис преодолевая липкую вязкость попытался выпрямиться и посмотреть в сторону Зератула. Хранитель как все прочие находился во власти зеленой ловушки, полностью обволакивающей его.       После, Артанис поднял голову к небу, на пределе своих сил пытаясь вглядеться в происходящее. Липкая масса трещала у области шеи, плеч и рук, но не рвалась. Извлечь лезвие было проблематично, да и сил уже не оставалось. Как было видно к Хранителю и принцу приближалось несколько маток, судя по всему готовых совершить смертельный удар, заключающий в себе атаку по материи паразитами.       Понимая, что это конец, Артанис вдруг заколебался. В его сознании произошел некоторый спор. Одна его часть заставляла смириться с неизбежным и сдаться более сильному врагу, признав его волю, что требовал кодекс чести темных, но с другой стороны, он не мог позволить пасть Хранителю. Что-то внутри него говорило, что допускать подобное будет непоправимой ошибкой. На кону стояла честь протосса или жизнь планеты. И это были не просто слова и догадки, так было на самом деле. Ведь погибни Зератул, ни Королеву, ни Джима Шакурас уже никогда не увидели бы.       «Прости меня, Хранитель, но нельзя позволить этому свершиться…» – телепатически произнес Артанис, устремляясь призывом к шадонам Ленасса. Ответ не заставил себя долго ждать. Голубые вихри поглотили всех оставшихся в живых темных темпларов, включая Зератула.       Отзыв произошел на место базирования сил армии Борос к подразделению темного темплара Толиара. Вызволенный Зератул, не реагируя на перемены, лежал на спине на темной тверди Шакураса. Его псионические излучения едва были заметны. Все остальные спасшиеся были в норме.       Артанис первым делом подбежал к Хранителю, пытаясь его поднять на ноги. Зератул убрал руку Артаниса от себя, продолжая вглядываться в матовое небо.       «Он совсем плох. Что произошло?» – спросил Артаниса, подошедший Толиар.       «Мы, почти, лишились своей Силы. Незыблемость подчинила себе существо нашего мира. Хранитель не смог ничего сделать против нового их воплощения».       «Но ведь, он сам предсказывал подобный исход, разве не так?» – удивлялся Толиар.       «Ожидать и пережить – две разные вещи…» – опустив голову, ответил Артанис.       «Что теперь будем делать?»       «Сейчас остается ожидать, когда Матриарх подготовит Храм к приему «Ключа»… Теперь уже точно, у нас нет иного выхода, как довериться его силе. Нам же – надо продолжать пытаться сдерживать врага, пока он будет пытаться осквернить наши святые места…»       «Мы долго не протянем. Потеряли очень много … Физически невозможно их сдержать. Количественно они превосходят нас в десятки, а порой в сотни раз…»       «Выбора нет» – недобро сверкнул глазами Артанис, устремляясь на Зератула.       «Никогда не видел ничего подобного с ним…» – несколько тревожась, сказал Толиар, также глядя на Зератула.       «Пройдет…» – вдруг ответил Артанис, переводя внимание на сторону, в которой полыхала битва протоссов и зергов.       «Аиурчанам повезло – теперь вся одолевающая их мир сила находится здесь…»       «Пожалуй…» – ответил Артанис, закрыв глаза. Он прислушивался к Силе планеты, но не чувствовал ее. Тревога пронеслась, окутывая его существо сильным холодом. Еще ничего подобного он не ощущал за всю свою долгую жизнь. Впервые он чувствовал страх, вязким онемением растекающийся по его телу, вгоняющий в тупик сознание, из которого не было выхода. Сомнение закралось в сознание Артаниса. Сомнение в том, что уже поздно что-либо предпринимать, что планета была обречена.       Толиар замечал изменения в ауре визави, но пытался не подавать вида, но это удавалось ему с большим трудом. Все сыпалось на глазах. Надежда словно туман, растворялась во тьме мрачной планеты. Растворялась с каждым новым преодолением стороной зергов, стороной силы Незыблемости.       Артанис снова устремился вниманием в сокрушенного Хранителя, с болью понимая, что тот больше не помощник планете. Это было удивительно, но Хранитель сдался. Подобное не умещалось в голове принца, в его сознании, в которое с ранних лет внушалось, что нет сильнее воли на Шакурасе, чем воля Хранителя, как бы это не считали ашиджи или, к примеру, даже сама Матриарх. Зератул был для него незыблемой верой и силой, уверенностью в том, что текущая жизнь его самого и народа – не ошибка, что избранный путь верный, что все, что когда-то пришлось пережить, было исконно верным, неоспоримым. Зератул для принца был эталоном, был тем, кто заставлял верить в то, что темные темплары недооцененная сила протоссов, что они заслуживают достойной жизни, заслуживают жить на равных со светлыми, заслуживают возвращения из вечного изгнания.       Псионическая энергия принца подавленно пронеслась над местом, куда произошла эвакуация, коснувшись не только всех, находящихся на ней темных темпларов, но и самого Зератула. Хранитель открыл глаза. Недвижно он смотрел в темное небо. Внезапно его щиты заблестели с прежней силой, аура выровнялась. Он присел, что-то недолго обдумав, затем поднялся на ноги. Как-то странно осмотрелся вокруг, замерев на горизонте, в котором полыхали огни, принадлежащие месту, из которого его только что эвакуировали. Прежний, взор могучего, темного темплара прорезал сияющую голубыми переливами даль. Он смотрел в нее своими горящими оранжевым огнем глазами так, словно хотел что-то увидеть; что-то очень важное, что-то, способное переломить ход событий. Он выпрямил спину, выставляя, словно напоказ, свою могучую грудь. Изящная талия, изгибами предавала груди еще больше мужественности и, внешне, силы. Продолговатую голову он держал гордо, предельно приподымая вверх. Легкая бирюзовая рябь пошла от его головы к ногам.       Спустя некоторые мгновения он посмотрел на ладонь правой руки. Прошло легкое сияние, после чего из неоткуда на ней появилась прозрачная сфера, по граням которой периодически проходили световые переливы.       «Хранитель?» – тихо воззвал принц.       «У нас еще есть время…» – ответил Зератул, псионический фон которого вырос в несколько раз в сравнении с недавним временем.       «Безусловно!» – понимая всю печаль сказанного, но при этом, радуясь моральному восстановлению своего наставника, ответил Артанис.       «Надо подготовиться, скоро они начнут контрнаступление…» – все еще не отрывая глаз от сферы Аграли, говорил Зератул.       «Мы готовы!»       «Приятно видеть! Так или иначе, а пока мои лезвия способны бороться с ними, то я даже не подумаю смириться с их превосходством!!» – прогремело не только в сознании Артаниса, но также у многих протоссов, находящих поблизости. Бирюзовые искривители Хранителя были готовы к очередному сражению.       На подъеме воины приветствовали Хранителя. Сам же Хранитель, после сказанной речи погрузился в размышления, но ненадолго. Почти сразу, он обратился к Артанису:       «Принц, вам следует отправляться в Храм. Для вас пребывание здесь смертельно опасно…»       «Хранитель?»       «Я говорю, как есть. Вероятность нашего поражения очень велика. Этот проход является стратегически важным объектом, откуда силы Владыки развернут свое основное наступление на Храм Ксел’Нага. Я, почти, уверен в том, что нам не удастся их остановить. Единственное на что мы сейчас способны – это немного их задержать, отсрочить главное наступление. Завершением нашей отсрочки будет гибель всех, кто находится на этих рубежах…»       Принц, нахмурив брови, посмотрел в глаза Хранителя. Псионическая энергия ударила в Зератула, немного пошатнув его. Почти сразу Зератул напряг свою волю оказав сопротивление давлению принца, перебарывая почти без лишних усилий напор того. Вопросительно Зератул взглянул принцу в ответ.       «Я понимаю, Хранитель, именно поэтому я просто обязан быть здесь с вами…»       «Но, если вы понимаете, тогда вам известно главное правило в подобной ситуации?»       «Разумеется, Хранитель, – опуская голову, отвечал принц, – но в этот раз все по-другому. Я понимаю, что моя персона, как, собственно и Матриарх, должна беречься в приоритете от прочих, но я не могу поступить иначе, чем так, как поступаю сейчас. Под угрозой жизнь целого мира, я не могу просто так сидеть и наблюдать за всем, когда происходит такое! Более того, какой смысл от меня, если все живое погибнет!? Если не будет вас всех, какой толк жить мне?»       «И тем не менее, принц, вы обязаны отправиться к Матриарх…»       «Мое место здесь и это не обсуждается!» – полыхнув взором, ответил принц.       Зератул немного отступил назад. Легкая гордость в глубине сознания появилась за принца. Зератулу было приятно подобное. Он чувствовал волю своего визави. Его уверенность и непоколебимость. Зератул чувствовал силу корней, находящихся в принце. Заставляющих внезапно обратиться в воспоминания.       «А как же помощь ей?» – несколько иначе поставил течение диалога Хранитель.       «С ней все в порядке. С ней лучшие из лучших. К тому же Храм – это последний рубеж. Вряд ли если дело дойдет до него от кого-то, находящегося там уже будет какой смысл…»       «Возможно…» – ответил задумчиво Зератул, кивнув принцу.       «К тому же, Хранитель, как мне кажется, лучше всего оставаться вместе с вами…»       «Почему?»       «На это мне подсказала ответ сфера, которую вы только что держали в руках…»       «И что она подсказала?»       «То же что и вам…»       «А точнее?» – прищурил глаза Зератул, устремляясь всем существом в визави.       «По ту сторону пространства, которое заключено в этой сфере есть силы, единственно способные спасти нас от напасти Владыки Незыблемости. Эта сфера находится в вашей власти. Если падете вы – то Шакурас уже никогда не спасти. Ведь сфера будет навсегда утеряна. Но при всем при этом, как я думаю, да и как утверждает пророчество, одна из тех скрывающихся за сферой сил обязательно должна прийти сюда и помочь нам. Должна стать началом эпохи перемен. Но перемен не разрушения, а созидания. Следовательно, сфера никак не может быть утерянной, захваченной иной силой, или просто уничтоженной, иначе все не имеет смысла! Значит выход только один – вы ложны выжить, точнее сказать так, Высшие будут хранить вас вопреки, а, следовательно, и все то, что вас окружает и пытается помочь...»       «Интересное наблюдение…»       «Это истина, Хранитель и вам это тоже известно…»       «Пожалуй» – если бы мог, то обязательно улыбнулся бы Зератул.       Принц уважительно едва склонил голову перед Хранителем, меняя свои ПСИ на более мягкие.       Зератул не спешил. Задумчивый он смотрел на принца, всматриваясь в его черты лица.       «Но не исключено, что мы можем ошибаться…»       «Мы не ошибаемся, Хранитель. Было бы оно так, Шаршоо бы не стал вылезать из своей пещеры вместе со своим народом и пытаться помочь нам в войне… Более того, Феникс – второе доказательство того, что наше предположение верно. Он, как носитель воли Тассадара обязан присутствовать в извлечении Силы. Было бы иначе – его бы уже изгнали…»       «И в этом есть свой смысл» – кивнул Зератул, пытаясь прокрутить в голове цепочку последних событий, связанных с происходящим на Шакурасе.       «Это неизбежность, которую никому не обойти, как бы сильно не был нарушен Великий Баланс…»       «Вы не перестаете меня удивлять, принц…»       «Вы меня тоже, Хранитель! И для меня будет огромной честью сражаться плечом к плечу против врага, грозящего уничтожить весь мир!»       «А для меня честь сражаться бок о бок вместе с вами, принц…» – тепло обнимая псионической энергией, ответил любезностью на любезность Хранитель.       «Шакурас выстоит…» – полыхнул взором принц, после чего закрыл глаза и опустил голову. Было похоже будто он молится.       Зератул кивнул, совершая подобное:       «Да помогут нам Высшие…»