Часть 19

      Проснувшись, Лера потерлась носом о подушку и сладко потянулась. Во всем теле ощущалась приятная тяжесть и в целом было чувство, будто Валерия находиться в каком-то ореоле тепла - такого безмятежного и сладостного спокойствия она никогда в своей жизни не ощущала. Спустя некоторое время, девушка лениво открыла глаза. Тут она обнаружила, что спит на ковре возле камина и укрыта шерстяным пледом, который обычно покрывал кресло. И кроме всего прочего, Лера была совершенно голой...       Мимолетное непонимание вдруг сменилось ужасом, и Чехова резко села. Тут, где-то внизу живота, ее на секунду уколола резкая боль и девушка, охнув, прижала ладонь к животу. Успокоившись, она медленно обвела взглядом комнату: ее туфли валялись около двери, а вчерашнее платье и некоторые атрибуты женского белья лежали на диване. Кроме того, там были обрывки бинтов и какие-то флакончики.       Валерия в ужасе прижала руку к шее и судорожно выдохнула. Саша... Он... Они... Боже, пусть это просто сон! Только не это! Лера зажмурилась и лихорадочно зашептала свои мольбы вслух, словно это могло что-то изменить.       Но это было. Никакие молитвы, увещевания и самые безумные желания не могли изменить того, что произошло между ней и Александром. Лера прижала колени к груди и обхватила их руками. Ее округлившиеся стеклянные глаза смотрели в одну точку, не моргая. Мысли девушки невольно вернулись в прошедшую ночь...       ...Одной рукой он завел ее руки за голову, когда как вторая проделала путь от ее бедра к груди. Он целует ее жадно, с толикой безумия, страстно. Застонав, она молит его не останавливаться... Сильное и резкое движение его бедер срывает с ее губ сладостный вскрик... Лера мотнула головой. Как же такое произошло? Да, вчера она была напугана, возбуждена, но ведь это не оправдание.       Тут девушка грустно вздохнула - кого она обманывает? К чему быть ханжой, ведь частица ее на седьмом небе от счастья, что это произошло. Сотни раз в своих снах она представляла себе эти мгновения, а сейчас все произошло в реальности. Это было в тысячу раз восхитительней, чем в любой самой смелой ее фантазии. Часть ее души шептала, что все так и должно быть, ведь, в конце концов, Лера любит его. Любит.       Но при этом вторая часть ее души, которая отвечала за реализм, после прошедшей ночи жутко хотела сделать себе харакири на левую сторону. О каком счастье может идти речь? Да, Лера влюблена в Гордеева, а вот он? Ведь его чувства по отношению к ней никак нельзя назвать любовью! По крайней мере, не той любовью, которую испытывает мужчина к женщине. Он смотрит на нее как на сестру, не более. Тут первая часть души хитро шепнула: а как же тот поцелуй? Эта ночь? Это что такое своеобразное проявление "братских" чувств?       Но ведь Саша очень вспыльчивый человек... Эти "детали" могли быть просто способом выплеснуть накопившиеся эмоции. Ведь то, что он ушел так внезапно, как раз говорит о том, что он наверняка сожалеет о близости, которая была между ними. Валерия задумчиво теребила растрепанные волосы. Но ведь она прекрасно знала, что это был не просто секс: они так чувствовали друг друга, эмоции переполняли сознание и впервые сердце находилось в такой гармонии с телом... Лера ощущала это сегодня ночью и была уверена, что Саша тоже это чувствовал. Но вот оказало ли это на него такое же влияние, как на нее?       Но сейчас это был не главный вопрос. Самым важным для Валерии теперь было другое - как ей теперь общаться с Сашей? Как смотреть ему в глаза, если он сожалеет? *****       Гордеев туго перебинтовал раненую руку, которая до сих пор жутко болела. Естественно, ведь рана достаточно глубокая и вместо того, чтобы держать руку в покое, он дал ей нешуточную нагрузку сегодня ночью.       При воспоминании о случившемся, Александр яростно отбросил остатки бинта и прикрыл глаза. Что он натворил? Вот как назвать его поступок? Это свинство, сволочизм, инцест, черт бы все побрал! Да, Лера не кровная родственница и взрослая девушка, так что под статью он не попадает. А какая, собственно, разница - попадает он под статью или нет? Он сейчас ощущает себя такой мразью, что тюрьма кажется слишком мягкой карой.       И тут, словно по какой-то смешной иронии судьбы, раздался звонок, и Гордеев нехотя пошел открывать. Распахнув дверь, он увидел перед собой четверых мужчин, двое из которых были одеты в милицейскую форму.       - Гордеев Александр Николаевич? - спросил один из мужчин, одетый в джинсы и терракотовый пиджак.       - Ну пять минут назад я еще им был, - ответил Гордеев, - Чем обязан?       Мужчина показал удостоверение.       - Капитан Невзоров, уголовный розыск. Боюсь, Александр Николаевич, что вам придется пройти с нами.       - На каком основании? - настороженно спросил Александр, предчувствуя плохой ответ.       - Вы задержаны по обвинению в убийстве.