Доброе утро, Локи или Первый круг ада

Еще один временной отрезок, который Локи привык называть «утром». Привыкнуть, что в УВИ такое понятие, как «время» полностью отсутствует, и каждый период времени здесь лишь обозначен системой, было не так уж и просто. Свет наконец проник в оконную раму комнаты Лафейсона и разрезался на ровные полосы жалюзи, что спровоцировало трикстера сморщить нос и лениво перекатиться на другой бок. В этот блаженный момент ему совсем не хотелось, чтобы свет, откуда бы тот ни возник, проникал под пелену тонких век и смел тревожить безмятежный сон бога обмана и коварства. Но утро оказалось коварнее, и Локи совсем ничего не оставалось, кроме как смириться с наступлением условного утра и началом нового рабочего дня.  И вот, вылезая из-под теплого одеяла, руки и спину покрывает рой мурашек. Не важно, назывался ли данный процесс «пробуждением» и данный отрезок времени «утром», но изо дня в день, где бы трикстер не просыпался, в первые минуты дня всегда было прохладно(даже несмотря йотунскую устойчивость к холоду.) Лафейсон нехотя заправляет кровать и умывает лицо такой же холодной, как утро в УВИ, водой, надевает снова идеально выглаженный свежий костюм и, прежде чем выйти в коридор, в обязательном порядке заглядывает в зеркало. Каждый день за последние недели он видел в нем офисного работника. Это раздражало. Уж слишком официальный вид для бога хаоса. По дороге в кафетерий, где его поджидал Мобиус, трикстер очень уж любил поразмышлять о предстоящем дне и позлиться на прохладное утро. Утро. Локи терпеть его не мог. До первой чашки кофе, разумеется. Когда смотришь на предстоящую работу с самого-самого начала, кажется, что день обещает быть бесконечным. Снова кипы бумаг, тщетные попытки нахождения информации о вариантах Канга, тщетные попытки убедить себя, что он здесь по собственной воле. Но сегодняшний день сулил быть не совсем обычным… А вот и кафетерий.  — Локи! Доброе утро! — Голос Мобиуса звучал, как всегда, слишком бодро для сонного утра в УВИ. Локи так не умеет… пока не позавтракает.  — Если это утро… — Сонно отозвался трикстер. — Хотя, мне не привыкать.  — Что-ж, пройдем лучше за стол.  И Лафейсон вынужден был увязаться за аналитиком, который уже вернулся к завтраку.  — Я взял для тебя кофе, садись, — Так же непринужденно продолжал любитель гидроциклов.  — Оу. Спасибо, Мобиус, — Отозвался Локи, садясь за стол и делая первый глоток ароматного кофе.  Около минуты коллеги сидели в молчании: трикстер потягивал горячий кофе, потихоньку пробуждаясь, а Мобиус решил начать свой день с любимого лаймового пирога. Он же и прервал «минуту»молчания, положив на стол папку с документами и сказал:  — Ты сегодня работаешь не один. Ты помнишь?  Локи на секунду насупил брови, вспомнив о ней, но тут же вернул прежнее выражение лица, возвращая внимание к разговору.  — Да, разумеется! — Лафейсон позволил себе сдержанную улыбку.   — Ваша задача – анализ вариантов Канга. Приоритет – нестабильные временные узлы. Минимум импровизации и максимум сотрудничества.  Локи многозначительно кивнул. Мобиус продолжил: — Она уже ждет в кабинете, часть задания я уже отдал ей.  Локи вскинул брови.  — Как? Уже?! — Уже.  — И сколько она там?  — Я не знаю, Локи, ты забыл, что в УВИ нет времени? Она ушла незадолго до завтрака. Забрала задание и ушла.  — Черт.  Трикстер схватил папку, которая все это время лежала на столе, и пулей полетел в кабинет. Приведя в порядок сбитое после «пробежки» дыхание, он наконец отворил дверь. В углу кабинета, сидя за рабочим столом, в сосредоточенной позе сидела она. Сильвия Лафейдоуттир. Одета она была точно так же, как обычно: уже многое повидавший черный доспех: чуть потертый, асимметричного кроя костюм плотно прилегал к телу, а поверх широкое темно-серое пальто в мелкую клетку с укороченными рукавами из-под которых выглядывали тонкие запястья, так же закрытые броней. Лицо ее было задумчиво и сосредоточено на досье одного из вариантов Того-Кто-Остается. Сильвия сверлила глазами бумагу и на ней же черкала нечто вроде заметки. Локи хотел войти тихо, но дверь предательски скрипнула, и трикстерша повернула голову в его сторону. Выражение ее лица было через чур спокойным, чтобы быть искренним.  — Привет?  — Угу, здравия.  Лафейсон подошел к рабочему столу, опустил на него принесенные бумаги. Между ними повисло натянутое, как струна, молчание. Сильвия первой взяла папку.  — Я возьму сектора с наиболее активными выбросами, — наконец сказала она, не глядя на коллегу.  — Я даже не сомневался, — прыснул тот и тоже взял в руки документ.  Так они и просидели какое-то время в напряженной тишине – каждый за своей работой. И оба понимали, что без обсуждения работы, к выводу они так и не придут, но никто не проронил ни слова… ровно до одного момента. — Как продвигается работа? — В отворенную дверь вошел Мобиус.  — Чудно, — отозвался Локи.  — Оно и видно, — усмехнулся любитель гидроциклов, глядя на двух рассевшихся по разным краям стола вариантов.  Локи ничего не оставалось, кроме как бросить натянутую улыбку и уткнуться в документ.  — Помните, что такими темпами ничего не решится, — он кивнул на прощание и вышел из кабинета.  Вязкая тишина снова охватила кабинет, когда отдаляющиеся шаги перестали быть слышными. Такое молчание было будто неправильным, неестественным, но и прервать непринужденной беседой его тоже было нельзя. Он хотел извиниться перед ней снова, хотел вернуть прежнее доверие и расположение и понимал, что это подло с его стороны. Даже думать о таком. То, что Сильвия согласилась ему помочь, уже было достижением. Лафейсон до сих пор в это не до конца верил, как и Сильви. Ее мысли были заняты относительно тем же. Бесконечная злость на себя и на Локи не давала ей покоя. И как Сильвия только могла ему довериться? Как он мог предать ее? Встать на сторону того, кто сломал ей жизнь, отобрал покой и свободу, лишил счастливого детства? Лафейдоуттир жаждала мести, жаждала справедливости. И что только двигало ей, когда она согласилась помочь Локи? Пожалуй, пока она была слишком одурманена злостью, чтобы искоренить причину такого поступка. Сильвия понимала, что натворила, что оставила за собой бесконечный хаос, из-за которого сейчас страдают невинные люди. Она знала, что совершила огромную ошибку. Поданная горячей месть не привела ни к чему хорошему. И снова диссонанс.  В перебой с мыслями они продолжали работать молча. Варианты определенно продолжали бы работать так же, если бы тягучую тишину не разорвал немного запыхавшийся аналитик, распахнувший дверь собственного кабинета.  — Система управления дала сбой. Файлы с ветвями начали сами собой удаляться.  Сильвия и Локи озадаченно переглянулись.  — Но не пугайтесь, — продолжил тот, — все уже наладили, и теперь вам предстоит только переписать ветви вручную на сенсорных панелях, иначе они просто напросто исчезнут, благодаря чему пострадают ни в чем не повинные люди.  Коллеги облегченно выдохнули, услышав, что особых усилий прилагать. Аналитик так же добавил:  — И как можно быстрее.  L1190 и L1130 кивнули и вслед за ним направились к сенсорным панелям управления. Зная этих двоих, Мобиус решил не оставлять их сразу тет-а-тет с капризной техникой, где одно неправильное движение руки может поспособствовать уничтожению целой ветви, и в ходе дела(так как времени было в обрез) он показал, что и как здесь устроено, а затем удалился по своим делам.  — Ты хоть что-то поняла?  — А ты?  — Значит импровизируем.  Локи ткнул пальцем в дисплей, на что устройство издало неприятный писк, и с экрана пропала одна ветвь. Сильвия ошарашенно посмотрела на него.  — Ты что наделал?!  — Тот же вопрос.  — Ты только что удалил временной отрезок, курчавая ты башка!  — Как грубо, — Локи закатил глаза.  Лафейдоуттир нажала на стрелку, которая предположительно должна вернуть удаленную ветвь на место. Так и произошло.  — Грубо было тогда в цитадели Конца Времен вставать на сторону УВИ, — неожиданно для себя самой выдала Сильви.  — Сильвия, я… — Лафейсон хотел съязвить, хотел что-то сказать в свое оправдание, но все слова, мысли и оправдания застыли горьким комом в горле.  Трикстерша выгнула бровь. Локи уже открыл рот, готовый сказать что-то важное, но дисплей замигал красным светом.  — Выясним отношения после задания, — коротко бросила Сильвия и вернула на место еще два файла, — нам надо поторопиться.  L1130 подбежал к соседней панели. На восстановление всех файлов ушло около часа(этого мы, к счастью или к сожалению, не узнаем.) Во время работы голову Лафейсона не покидало чувство гложущей недосказанности. Неужели она хочет поговорить? И вправду. Тогда в Оклахоме совсем не было времени на выяснение личных терок. А им еще работать вместе норны знают сколько. Сколько всего Локи хотел сказать ей. Ровно столько же, сколько и она ему. Время от времени трикстер то и дело незаметно поглядывал на занятую восстановлением файлов Сильви, будто пытаясь угадать, о чем она сейчас думает. И это было слишком очевидно. Слишком очевидно, что ей тоже не давала покоя ситуация, сложившаяся между ними. В голову один за другим лезли возможные сценарии предстоящего разговора, мешаясь со злостью и бесконечной тоской, факт наличия которой Лафейдоуттир так отчаянно старалась отрицать. А ведь она никогда не была равнодушна к нему. Он стал первым, кто дал ей возможность довериться и так же нагло отрек ее от себя. Просто взял и наплевал ей в душу, вступившись за сломавшего жизнь Сильвии и бесчисленного количества таких же, как она. Первой работу завершила Сильвия. Она погасила экран и уставилась на Локи, который тоже вот-вот закончит с последней ветвью. Тот тоже быстро погасил экран и, нервно сглотнув, посмотрел на Сильвию.  — Думаю, Мобиус не будет против, если мы пройдемся по коридорам вместо возвращения к изучению досье.  Трикстерша одобрительно кивнула, делая шумный выдох носом. Они покинули центр управления, выходя в коридор. Первые пару шагов они шли молча, смотря в пол и пытаясь собрать в связный текст нахлынувший за час поток мыслей. Лафейсон первым прервал молчание.  — Сильвия… прости меня.  От неожиданности сказанного она остановилась. Локи тоже остановился и бросил ей взгляд, наполненный… искренним сожалением?  — Что?  — За случай в цитадели. Я виноват.  Лафейдоуттир сморгнула, точно пытаясь определить, не очередная ли это выходка Бога Обмана. Выдавать истинную уязвимость было совсем не к месту, поэтому Сильвия изо всех сил постаралась привести свое лицо в обычный хладнокровный вид, но щека предательски дрогнула. — Ты… извинился только что?  Риторический вопрос, заданный Сильвией больше для себя, чем для самого трикстера. — Я предал тебя. Это было отвратительно с моей стороны. Прости меня, если…  Она не дала ему договорить. Что послужило последней каплей: этот чертов проницательный взгляд пары зеленых глаз или собственный дрогнувший голос, Сильвия уже не знала и, наверное, не хотела бы знать. Она, не найдя за что ухватиться цепкими пальцами, вцепилась в грубоватую ткань его рубашки чуть ниже воротника и за нее же потянула Локи на себя, накрывая его губы беспорядочным поцелуем. А тот и не противился. Когда трикстерша отстранилась с той же резкостью, Лафейсон стоял с раздражающе невозмутимым лицом, будто так все и должно быть. Это взвинтило Сильви еще сильнее, но руку с его рубашки она убирать даже не думала, напротив, лишь сжала ткань сильнее. — Значит, прощаешь? — Трикстер ухмыльнулся.  Риторический вопрос. Конечно, прощает. Куда ей деться?  — Ты идиот, Локи.  И она снова целует его. Без прежней грубости, но все так же настойчиво впечатываясь в мягкие донельзя губы. И, как обычно, до ужаса не вовремя где-то неподалеку раздались отчетливые шаги. Варианты резко отстранились друг от друга, мгновенно принимая вид обсуждающих рабочий процесс коллег. На прежнюю их позицию намекала только смятая в одном месте рубашка Локи. И да, спустя пару секунд в конце коридора действительно показался Мобиус, который явно обыскался их на рабочем месте и слегка удивился, когда увидел вместе L1190 и L1130, которых незадолго до этого видел отчужденно сидящими по разным концам стола. — Ааа, так вот вы где.  — Да, Мобиус, решили немного прогуляться после выполненного задания, — Локи расслабленно улыбнулся.  — Уже закончили с файлами?  — Буквально только что.  — Отлично. Вижу, вы снова сработались вместе. Не может не радовать.  Сильвия кивнула и улыбнулась тоже.  — Что-ж, думаю, на сегодня с заданиями уже всё. И будьте добры забрать из моего кабинета свои вещи.  И они втроем направились в кабинет Мобиуса за вещами. По дороге аналитик говорил что-то о завтрашнем задании, о сегодняшней поломке в управлении, последствия которой пришлось разгребать двум Локи, и еще о чем-то своем.  Забрав все необходимое, коллеги покинули кабинет, оставляя его Мобиусу(тот аж удивился, что в первый рабочий день вместе эти двое ничего не сломали,) и Лафейсон пошел провожать Сильви до выделенной ей комнаты.  — До завтра?  — До завтра.  Трикстерша уже открыла дверь, готовясь войти, но внезапно развернулась к Локи, который тоже уже был готов уйти, и окликнула его.  — Локи!  Лафейсон повернулся к ней.  — Ты тоже… прости меня. Мне не стоило толкать тебя, просто, понимаешь…  Он перебил ее.  — Я все понимаю. Извинения приняты, — Локи улыбнулся, и улыбка его уже меньше походила на ухмылку. Было в ней что-то теплое, не совсем свойственное трикстеру.  Сильвия кивнула на прощание, закрывая дверь.  — Спокойной ночи, Локи.  — Спокойной ночи.