Часть 29

      (день 7, продолжение)       Так проходили часы, пока я сидела на полу возле двери в комнату. Мне кажется, в какой-то момент даже уснула. Сонно я открыла глаза и начала растерянно озираться по сторонам. Почудилось, будто, кто-то звал меня… В окне-щели, что располагалось напротив, вечерело. Настроение было скверным. Я замерзла, а моя спина затекла.       Настроение стало еще хуже, когда я заметила идущих в мою сторону Ристинту, Хадну и Виолзу. Они мрачно обсуждали что-то, но, заметив меня, всё еще сидящую на полу, тут же расхохотались. В спешке я поднялась на ноги, ощущая, как краснею.       — Ты что пытаешься умолять осколочных двойняшек, чтобы они позволили тебе ночевать у них? — ехидно спросила Ристинта. — И даже они, похоже, отказываются пускать к себе такой мусор.       — Какое позорище, — хихикнула Виолза.       — Мерзость, — поморщилась Хадна.       — Впрочем, подобные могут общаться только с подобными, — бросила на меня высокомерный взгляд Ристинта.       Я промолчала. Нужно поскорее собрать свои вещи и зайти в комнату. Руки снова начали дрожать. Ненавижу это.       — Пф… Да она снова дрожит, — рассмеялась Виолза.       — Как ты вообще оказалась на пятом уровне? — с недоумением спросила Хадна.       И мне теперь это постоянно терпеть?.. Вечные насмешки. Я же буду ненавидеть себя, если ничего не сделаю.       — Ре… реванш… — с трудом заставила я прошептать себя, рассматривая свою обувь.       — Что ты там бормочешь? — рассмеялась Ристинта.       Сжав руки в кулаки, я попыталась поднять взгляд на сестру Грэнта и Лэрзы. Дрожь в теле стала сильнее и сердце застучалось, как бешенное. Не хочу… так легко сдаваться.       — Я… т-требую реванш… — сказала я чуть громче и, не выдержав, обхватила себя руками.       — Пф… Хорошо, — улыбнулась Ристинта и, внезапно став выше и худее, замахнулась кулаком.       Она снова била в воздух, но невидимая волна ударила меня в лоб. От этого удара я вновь ударилась затылком об стену. Без сил я сползла на пол.       — Ну, так что же ты не поднимаешься!? — с издевкой улыбаясь, наклонилась надо мной Ристинта. — Даже не попытаешься ударить меня в ответ!?       Перед глазами плыло, не так сильно, как в прошлый раз, но, чтобы хорошо видеть, нужно было сконцентрироваться.       — У тебя ноздри похожи на глаза невыспавшегося призрака, — сдавленно пошутила я.       И снова невидимый удар, в этот раз в левый глаз. Больно…       — Какая же ты жалкая, — с отвращением процедила Ристинта, замахиваясь рукой, на которой ногти превратились в длинные когти.       Удар по щеке. И гадкая щипающая боль. Затем Ристинта и две ее «подруги» ушли прочь.       Ко мне подошел мрачный Зоцэр.       — Ты уж не обессудь, но в твои разборки с любимицей аргенци Советников Днерзос, я влезать не собираюсь.       — И не надо, — раздался голос невидимого Бешенного пса откуда-то с потолка. — Это не было нападением. Она запросила реванш и проиграла. Всё было честно.       — Вот-вот, — кивнул Зоцэр и снова куда-то ушел.       Дрожащую от слабости руку я положила на стену, чтобы хоть как-то помочь себе подняться. Голова кружилась. Даже, когда я выпрямилась, это чувство не прошло.       Внезапно на мои плечи легли чьи-то ледяные пальцы.       … А в следующий миг оказалась в другом коридоре. Освещения здесь практически и не было. Кто-то стоял спиной ко мне. Он читал письмо, состоявшее из зеленых символов, что парили в воздухе:       «Тебя еще не отпускают. Скоро нужна будет твоя помощь в распространении слухов»       — Да сколько можно!? — в ярости закричал знакомый голос, смахнув буквы ладонью. — Ответь честно, ты смогла прочесть это письмо?       Я вздрогнула. Последний вопрос, похоже, был адресован мне. Человек развернулся в мою сторону. Им оказался Советник Скаэнт. Тот, что был одним из самых молодых Советников Гранцлеста.       — Смогла… — неуверенно ответила я.       — Зачем тебя сюда привела Тэша?       — Не знаю… Я ни с того, ни с сего перенеслась в это место, почему-то… — рассказала я.       — Значит, она только начала свои попытки втянуть тебя в их дела, — устало сел на пол Советник, прислонившись спиной к стене.       Злясь, он ударил кулаком в пол. Я поморщилась, будь его костяшки обычными, был бы мерзкий хруст. Возможно, кости иллюзейщиков крепче, чем у людей.       — Ненавижу всё это! Достало, — заскрипел зубами от злости Советник. — Один раз я оступился, один раз сглупил, и из меня тут же сделали пешку! Мне было всего лишь любопытно, я не собирался увлекаться этим… Тц… Знал бы что так выйдет, ни за что не сглупил бы так.       О чем он? «Не собирался увлекаться»? Он же имел в виду не что-то мыслезатуманивающее?       — И теперь, чтобы остальной Совет не узнал, мне приходится быть на побегушках, — раздраженно поморщился тот. — Эй, малая, знаешь, что от меня потребовали в обмен на их молчание?       — Не знаю, — неуверенно ответила я. — Может, лучше не будете мне рассказывать? Если об этом прочтут в моих мыслях, у вас будет еще больше неприятностей.       — Да какая уже разница!? Я откажусь дальше ему помогать, и он всё равно всем всё расскажет. Но больше выполнять его странные поручения я не собираюсь. Он сделал из меня клоуна. Меня теперь, наверняка, другие Советники считают слабоумным. Он задавал невероятно странные и нелепые задания. Они совершенно не имели никакого смысла. Еще и этот сегодняшний инцидент с твоей печатью…       Внезапно Советник Скаэнт осекся, в ужасе заметив кого-то вдали. Я обернулась в ту сторону, но там никого не было.       — Т-ты… видела его? — взволнованно посмотрел на меня Советник.       — Кого?..       — На миг мне показалось, будто я видел, как там прошел человек со шрамом, похожим на голову какой-то птицы…       Со шрамом похожим на голову птицы?.. Олтресен меня предупреждал о каком-то человеке со старым ожогом, похожим на ворону. Не о нем ли? По спине пробежались мурашки, тут еще и в глазах Советника появилось какое-то безумное отчаянье.       — Вот гадство! — судорожно схватился он за голову. — Так в этом шантаже были замешаны они?.. Ха-ха… Меня, кажется, скоро убьют…       — Кто этот человек?.. — осторожно спросила я.       — Если расскажу, он может убить и тебя, — мрачно посмотрел на меня Советник Скаэнт. — Чем меньше о нем знаешь, тем дольше проживешь. Вот же, Тэша! Надо же было ей послать тебя ко мне, чтобы я, как дурак, начал трепать языком!? Если бы я только знал, что это они в этом замешаны…       — Может, нужно сказать другим Советникам, что на вас кто-то охотится?       — С ним каждый сталкивается в одиночку, — отмахнулся Советник. — Он умеет выжидать.       Как-то гадко было оставлять кого-то, кого могли вот-вот убить. Не хочу… Нужно что-то придумать.       — Малая, не влезай в дела Двойственности, — внезапно сказал Советник Скаэнт. — Они дохнут, как мухи, в попытках добиться своей цели.       — Почему вы вдруг заговорили о Двойственности? — растерялась я.       — Тэша, при жизни, была одним из двух командиров этого легиона. Я почувствовал ее, когда ты перенеслась сюда. Видимо, она пыталась подгадать с событиями так, чтобы я рассказал тебе о Двойственности. Но я скажу тебе лишь, чтобы ты не лезла в это. Чем меньше знаешь, тем дольше проживешь.       — Они как-то связаны с Повелителями Иллюзий? Или с замочниками? — спросила я, вспоминая видение в Старой библиотеке. — Если — да, тогда мне, скорее всего, необходимо знать о них.       — Зачем?       — От этого зависят жизни важных мне людей. По крайней мере… так мне сказали.       — А… — нахмурился Советник. — Тебе сказали это символы или…       — Символы, — кивнула я.       — Будь по осторожнее, мелочь. Ты, похоже, благословлённая знаками. Как-то так выходит, что многие из них оказываются безрольными. Лишь некоторым удается избежать этой участи. Еще безрольных часто кто-то похищает для опытов. Лучше попытайся тоже избежать этой участи. Титул Хранительницы, на самом деле, не дает никакой защиты от всяких интриг.       — Вы уверены, что вам можно мне это рассказывать? Один мой знакомый говорил, что Совет отрицает существование «благословленных знаками».       — Да какая мне теперь разница? Меня скоро убьют. И убьют с особой жесткостью. Тебя, кстати, скоро тоже убьют, раз ты копаешься во всем этом. И, судя по свежим царапинам на твоем лице, ты умудрилась кому-то проиграть два раза без малейшего сопротивления. Так что ты, видимо, еще и слабачка, которую убьют даже раньше, чем могли бы. Ты уверена, что тебе настолько важны те люди? Может, ну их?       — Нет. Я не могу их бросить, — нахмурилась я.       — Тогда давай договоримся? Я тебе дам несколько намеков, но, в обмен, ты не будешь Алмору рассказывать про Повелителей Иллюзий, Хранителей и Сердце?       — Причем здесь Алмор? — удивилась я.       — Он — сын командиров Двойственности.       Я… могла бы и предположить это. Мне ведь рассказывали, что после того, как с матерью Алмора что-то произошло, ее муж возненавидел Совет и сбежал. И про то, что командира Двойственности также арестовывали, мне тоже рассказывали, как и про то, что его легион неоднократно пытался убить Советников.       — Судя по тому, как Алмор пытается узнать хотя бы что-нибудь о Повелителях и прочем, отец так и не рассказал ему, какой была главная цель Двойственности.       — И что у них была за цель?       — Я не знаю. Мне об этом тоже никто не говорил. Знаю только, что родители Тэши пытались что-то узнать, и за это их убили. Тэша продолжила исследования родителей вместе со своим мужем и легионерами Двойственности. Возможно… У меня есть некоторые подозрения…       — Не понимаю, к чему эти загадки? Если генце Тэша хочет что-то рассказать, почему не сделает этого напрямую?       — Призраки заключены в символах Старого языка иллюзейщиков.       Заключены в символах!? Как и… говорил отец?       — Но они не свободны, их смогли подчинить. Лишь иногда они накапливают достаточно сил, чтобы на что-то намекнуть. Иногда они хотят что-то сказать, но не рискуют подставлять, потому что их могут подслушать символы-стукачи. Символы и Двойственность ведут какую-то свою игру.       — Где я могу узнать больше информации о Повелителях Иллюзий?       — В Ограде. Ограда — это стена, что защищает наш мир от Неизвестных земель, и разум, что помнит всё. Говорят, если каким-то образом синхронизироваться с Оградой, можно узнать всё, что пожелаешь. Сразу говорю, те, кто пытался это сделать, умирали. Безопаснее кружить по Ограде и улавливать те небольшие фрагменты из прошлого, что она тебе подкидывает.       — А Двойственность? Можно ли как-то узнать, что им известно?       — Свяжешься с ними — станешь врагом иллюзейщиков из Гранцлеста и Солнцлеста, — хмыкнул Советник.       Жаль. Если они что-то знают… Но он прав. Они ведь пытались убивать Советников…       — А еще не доверяй Советнику Лютирсу. Он набирает в Совет нас, тех, кто пытается спасти Гранцлест от загниения, но сам в этом участия не принимает. Совет разделен на две стороны. Если у тебя совпадут цели с нашей стороной, и ты поделишься важной информацией с Лютирсом, он расскажет ее второй стороне.       — Но зачем он так поступает? — растерялась я.       — Чтобы выжить и иметь возможность и дальше продвигать в Совет таких, как мы. Не подумай, даже так, его всё равно пытаются убить каждый день. И тот человек со шрамом тоже охотится на него. Придерживаясь такой тактики, Лютирсу всё равно приходится постоянно бороться за свою жизнь. Но так ему дают хотя бы какой-то шанс.       Гадко как-то слышать про что-то такое. Почему эти иллюзейщики не могут спокойно жить, как обычные люди Каттэрды? Без всех этих интриг и жестокостей?       — Когда кого-то из нас убивают, Лютирс тут же находит замену, — задумчиво продолжал Скаэнт. — Он сражается нашими руками, но при этом сам держится от всего этого подальше. Наверняка, уже давно понял, что меня шантажировали и… нашел уже кого-то на замену… Финс продержался дольше всех из последователей Лютирса.       — Разве это правильно, что он втягивает во всё это вас, а сам стоит в стороне? — мрачно спросила я.       — Он выбирает только тех, у кого нет ни родственников, ни друзей. Такого иллюзейщика сложнее шантажировать, потому что у него никого нет. Вот, например, я. Мой отец был заместителем командиров Двойственности. Когда отца и маму убили, я остался без семьи. К тому же никто особо и не хотел связываться с ребенком из Двойственности, так что друзей у меня не было. Но я хотел отомстить за родителей, тогда Лютирс и предложил мне только что освободившийся пост Советника. Финс… он даже в этом отличается от нас. У него есть друзья, что заменяют ему семью. У него нашлось достаточно сил, чтобы бороться и при этом защищать свою семью. Он… всегда этим восхищал.       Хотела бы я также… Стать настолько сильной.       — Ладно. Хватит мне оттягивать неизбежное, — поднялся на ноги Советник Скаэнт. — Пора идти. Попытаюсь не повторить судьбы родителей. Выжить после встречи с ним…       — Может, всё-таки как-то вызвать сюда Совет? Или позвать стражу? — снова заволновалась я.       Не хочу, чтобы умер кто-то, с кем я разговаривала. Не хочу. Только не снова. Чтобы не было также, как на Зейсе…       — Так вот вы где, аргенц Советник Скаэнт, — внезапно вышел из-за поворота, учтиво улыбающийся Олтресен.       — Ты кто? — нахмурился Советник. — Один из учеников из человеческих городов?       — Да. Меня зовут Олтресен, — кивнул парень. — Хотел бы с вами поговорить.       — Что тебе надо, малой?       — Нам лучше поговорить об этом не здесь, — ответил Олтресен и перевел взгляд на меня. — А вам, госпожа-призрак-Иола, советую вернуться в тело. Вижу символы совсем сошли с ума, раз позволяют своей любимице путешествовать в таком состоянии.       О чем это он? Я растерянно посмотрела на свои руки, и едва подавила испуганный вскрик. Их не было! И тела тоже. Я попыталась дотронуться до своей головы, но руки прошли насквозь!       — Об этих путешествиях никому не рассказывай, иначе все поймут насколько велико расположение символов к тебе, — сказал Советник Скаэнт.       А затем… я проснулась сидящей на полу возле двери в комнату Селении.       Так я спала? Был ли весь этот разговор сном? Осторожно я дотронулась до своей щеки и наткнулась на свежие царапины. «Реванш» был. Может… я отключилась после того, как ударилась головой?       А может и нет. Мне… нужно узнать больше информации. Чтобы спасти семью от всяких безумцев. И стать сильнее.       Наверное, надо возвращаться… Селения скорее всего еще не пришла, они бы меня разбудили. Наверное.       Осторожно я поднялась с пола, подбирая свои вещи…       Нет. Надоело! Так это больше продолжаться не могло. Двойняшки могут гулять хоть до завтрашнего утра. Прости, Селения, ты сама предложила мне жить в твоей комнате.       Решительно я зашла обратно и уселась на свою кровать, не забыв по пути захватить стул.       Так и есть. Эти растения действительно ползли ко мне. И с каждой секундой всё быстрее и наглее! Замечая подползшую слишком уж близко лиану, я со всей силы ударила по ней стулом. Помогло! С тихим шипением она уползла прочь. Но всё еще ко мне приближались остальные.       Снова и снова я отбивалась от них. Казалось, наша битва будет вечной. Они тоже начали атаковать активнее, пытаясь схватить за ноги и руки. Но я всё равно была быстрее их!       — Если не прекратите, я заморожу вас! — не выдержав, в ярости закричала я, когда всё это уже начало мне надоедать. — Один раз я уже покрыла свою прошлую комнату льдом! Устрою вам здесь холодильник! Всем ясно!?       На удивление, услышав мои слова, они замерли, а затем медленно, словно нехотя, начали отползать обратно.       Вздохнув, я раскрыла тетради и уже на удобной, мягенькой кровати продолжила выполнять оставшиеся домашние задания.       Вскоре я заметила, как дверь начала плавно открываться. С некоторым волнением я подняла голову. На пороге стояли Гелим и Селения. Внимательно осмотрев лохматую меня, они перевели взгляды на помятые лианы и переломанные стебли находящихся вокруг моей кровати растений.       Как я могла пойти на поводу у своего плохого настроения? Что теперь скажет Селения? Это ведь ее любимые цветы!       — Ух, ты… Ты так хорошо с ними поладила! — вместо этого с восхищением посмотрела на меня Селения. — Еще никто не пытался указывать им на их место!       — Иола ждала тебя в комнате, а не в коридоре, так что я победил! — довольно улыбнулся Гелим.       — Пф… Зато я угадала, что она будет выглядеть спокойной, а не перепуганной, — победно улыбнулась Селения.       — А ты… — осторожно обратилась я к Селении. — Очень злишься, что я твои растения… немного… чуть-чуть… избила?       — Нет, конечно, — отмахнулась Селения. — Я же тебе говорила, можешь чувствовать себя здесь как дома. А что до растений, они почти неубиваемые.       — Их видимо испугал сам тот факт, что, впервые, кто-то пытался забить их стулом, — захохотал Гелим, заметив стул, что всё еще лежал на моей кровати недалеко от меня.       Как же хорошо, что двойняшек настолько сложно разозлить…