Последние разговоры. Пьеро.(МВ)

Это даже не глава, а так... Просто, вдохновение приперлось:_) Простите, что выпускаю редко и такие маленькие главы. Надеюсь, к ним применима пословица: редко, но метко. Спасибо тем, кто жмет на кнопку "Жду продолжения" и пишет комментарии, вы все солнышки^^ Выхожу из шатра, копье ласково подставляется под пальцы, ласково тру холодный камень. Обычны люди, да и странники в большинстве своем, гладят кошек, собак, попугайчиков, хомяков... а я... а я иду по жизни с абсидихитом, который в сотни раз лучше всякого животного. Все у меня не как у людей. Теперь... надо зайти к Пьеро. Наверное, сейчас он дает представление, вот и посмотрю... Меня завораживают языки пламени, которые бегут по его пальцам, от них идет жар, манящий, уютный, обещающий очищение от всех грехов и ошибок, но тень Пьеро в этих полыхах пламени становится отчетливей, чем когда-либо. Она меняет формы, пока, наконец, перед шутом не появляется она... Утонченная, длинноногая, с аккуратными рожками и ловкими, гибкими пальцами. Сегодня она приходит в последний раз. Пьеро замирает, беспокойные глаза обшаривают трибуны. Мне кажется, что представление сорвано, но мое солнышко делает вид, что так и было задумано, лишь взгляд, устремленный прямо мне в глаза, говорит о беспокойстве. Я еле заметно киваю. Вперед, солнышко. Танец был... резким. В нем не было нежности, они оба лишь хотели пожрать друг друга в последний раз, но вкус их был бесценен. После представления я вновь дожидаюсь, когда шатер окажется пустым и подхожу к сцене. — Хорошо, что Колумбина зашла попрощаться. Пьеро мгновенно появляется из-за кулис с мягкой улыбкой. — Кто? - сначала на его лице появляется недоумение, затем, кажется, он что-то вспоминает, - А... она. Да, хорошо. В том, как он произносит ее имя больше нет боли, зрачки больше не превращаются в узкие щели, а когти не впиваются в ткань костюма. Она забрала все? Удивительно. Когда-то, очень давно, не помню от кого, но я слышала, что духи погибших могут уносить скорбь с собой. Это явление редкое, почти мифическое, но, похоже, именно это и произошло сейчас. — Поможешь подняться? Меня тут же поднимают на руки и обнимают, как малого ребенка. Сегодня его жесты не пропитаны виной, он свободен.