Часть 1

Я заглушил мотор. Старый пикап чихнул напоследок и смолк, оставив меня наедине со стоном ржавых ворот. Фабрика Playtime Co. возвышалась надо мной, как выпотрошенное чудовище.Достав из бардачка старый фонарик, я наткнулся на свой рабочий пропуск. Пластик потрескался, но имя всё еще можно было разобрать: Repleh Sepytotorp.«Странное имя для ребенка, Репл», — пронеслось в голове эхо голоса мистера Пьера, моего бывшего начальника. Я вспомнил его лицо в тот день, когда он принимал меня на работу. Он тогда долго изучал мои документы, хмурился, а потом пробормотал под нос: «Будто тебя не родители назвали, а технический отдел промаркировал... Но ладно, нам как раз нужны такие "помощники" для спецпроектов».Тогда я не придал этому значения. Помощник и помощник, какая разница?Я подошел к главному входу. Двери, которые раньше гостеприимно распахивались перед тысячами детей, теперь были заблокированы тяжелыми цепями. Но я знал этот завод как свои пять пальцев.Обойдя здание, я нашел технический лаз. Возле него на стене всё еще висела выцветшая табличка: «Обслуживание систем. Доступ только для авторизованного персонала». Под табличкой кто-то нацарапал мелом: «ОН ЖДЕТ ТЕБЯ, ПЕРВЫЙ».Меня передернуло. «Первый»? Это они мне?Я протиснулся внутрь. Запах внутри был невыносимым — смесь старой ваты, машинного масла и чего-то сладкого, напоминающего сироп от кашля. Фонарик выхватил из темноты разбросанные по полу головы кукол.Я подошел к охранному терминалу, который чудом еще светился тусклым красным огоньком. Чтобы пройти дальше вглубь, нужно было ввести идентификатор. Пальцы привычно заплясали по кнопкам, вводя мою фамилию.[ВВОД: SEPYTOTORP]Экран мигнул. Вместо обычной надписи «Доступ разрешен», по монитору побежали строки странного кода, а затем высветилось одно-единственное слово:«ПРОТОКОЛ ОБНОВЛЕН. ПРИВЕТСТВУЕМ, ОБРАЗЕЦ №0».Система загудела, и тяжелая гермодверь впереди со скрежетом поползла вверх.— Образец? — вслух произнес я, и мой голос прозвучал слишком звонко в этой пустоте. — Я был механиком, а не образцом...В голове всплыл еще один короткий фрагмент из прошлого. Глубокий подвал, я стою перед огромным зеркалом, а за моей спиной врачи в белых халатах шепчутся, глядя в планшеты. Один из них говорит: «Имя идеально подходит. Оно буквально описывает его предназначение. Главное, чтобы он сам не начал читать его наоборот слишком рано...»Я тряхнул головой, отгоняя навязчивое воспоминание. Нужно идти. Где-то там, в глубине сборочных цехов, спрятаны ответы. И, судя по письму, мой голос — это единственное, что у меня осталось «своего». Или мне это только кажется?Сделав первый шаг в темноту за дверью, я услышал, как в вентиляции что-то зашуршало. Тихое, едва различимое «хи-хи», за которым последовал звук волочащейся по полу тяжелой цепи.Я включил GrabPack. Пора вспомнить, чему меня здесь учили. Гермодверь за моей спиной захлопнулась с тяжелым, окончательным лязгом. Отрезанный от выхода, я остался в полумраке коридора, который вел в самое сердце «Инновационного сектора».GrabPack на моих плечах казался непривычно тяжелым, словно за эти десять лет он напитался сыростью и чужими страхами. Я выстрелил синей ладонью в высоко расположенный крюк, чтобы перелететь через завал из ящиков. Механизм сработал идеально, но звук лебедки отозвался в глубине цеха странным эхом — будто кто-то там, в темноте, попытался сымитировать этот механический скрежет своими связками.Я приземлился в отделе аудио-тестирования. Здесь, за разбитыми стеклами лабораторий, когда-то создавались «голоса» для самых популярных игрушек.На одном из столов я увидел старую фотографию в рамке. На ней был запечатлен я, стоящий рядом с доктором Лейтом Пьером. Я выглядел болезненно бледным, а на моей груди красовался бейдж, где имя Repleh было напечатано более жирным шрифтом, чем фамилия.— Послушай этот тон, Репл, — вдруг всплыл в голове обрывок воспоминания. Доктор Пьер стоял за моей спиной, положив тяжелую руку на плечо. — Ты чувствуешь, как он вибрирует в твоей грудной клетке? Это не просто звук. Это код. Твои родители были гениями, раз дали тебе такое имя... Оно как... как идеальная техническая спецификация. Ты — мост между нами и ими.Тогда я улыбнулся, польщенный похвалой. Сейчас же от этого воспоминания у меня пошли мурашки по коже. Что значит «спецификация»?Я подошел к главному пульту управления звуком. На центральном мониторе мигал курсор. Стоило мне приблизиться, как колонки зашипели, выдавая низкочастотный гул. Этот звук заставил мои зубы заныть.Внезапно гул прекратился, и из динамиков вырвался шепот, настолько четкий, будто кто-то стоял прямо у моего уха:— «R... E... P... L... E... H...» — голос произносил буквы медленно, смакуя каждую. Это был не мой голос. Он был хриплым, рваным, словно говорящему было больно дышать. — «Ты вернулся к своим чертежам... Нам не хватает твоего ритма...»Я резко обернулся, выставив вперед красную руку GrabPack-а, но в комнате никого не было. Только на пыльном полу отчетливо виднелись следы — длинные, тонкие полосы, будто кто-то волочил за собой что-то острое.Мой взгляд упал на черновик документа, застрявший в печатной машинке на краю стола. Там было написано: «Проект: Синхронизация голоса. Заметка №4: Использование сотрудника S.P. как эталона. Примечание: Его имя — это не просто анаграмма, это порядок действий при сборке системы управления...»Лист был оборван именно на этом месте.— Порядок действий? — прошептал я.В этот момент свет в лаборатории окончательно погас. В тишине я услышал, как где-то над потолком, в вентиляционных трубах, что-то огромное начало быстро перемещаться, лязгая металлом. И самое страшное — это «что-то» начало напевать. Оно напевало не мелодию, оно повторяло звуки моей фамилии, разбивая её на слоги, как будто пыталось взломать какой-то пароль.— С... Е... П... Ы... Т...Я бросился в сторону следующей двери, понимая, что если это существо договорит мою фамилию до конца, что-то в этой фабрике окончательно проснется. Я бежал по коридору, пока легкие не начало жечь от холодного, застоявшегося воздуха. Тяжелые шаги за спиной на мгновение стихли, но это не принесло облегчения. Наоборот, тишина на фабрике Playtime Co. всегда означала, что охотник сменил тактику.Я выскочил в огромный зал ожидания. В центре, под тусклым светом единственной мигающей лампы, возвышалась синяя фигура.Хагги Вагги.Он стоял ко мне спиной. Его длинные руки безжизненно свисали до самого пола, а густая синяя шерсть казалась серой под слоем многолетней пыли. Я замер, боясь даже вздохнуть. GrabPack в моих руках мелко дрожал.— Я помню тебя, — вдруг раздалось в тишине.Это не был человеческий голос. Это был звук сотен перемалываемых шестеренок, наложенный на искаженную аудиозапись. Хагги медленно, со скрипом, начал разворачиваться. Его огромные глаза-пуговицы не отражали света, а застывшая улыбка в свете мигающей лампы казалась еще более жуткой.— Ты... ты умеешь говорить? — мой голос сорвался на шепот.Хагги наклонил голову набок, и я услышал отчетливый щелчок в его шейных позвонках.— Ты дал нам это, — он сделал шаг ко мне, его огромная ступня мягко, но тяжело опустилась на бетон. — Ты настраивал частоты. Ты проверял наши связки. Доктор Пьер называл тебя «инструментом», но мы... мы называли тебя «надеждой».Он подошел почти вплотную. От него пахло старой ватой и чем-то химическим. Хагги протянул свою огромную лапу и остановил её в нескольких сантиметрах от моего лица.— Repleh... — проскрежетал он, и в его голосе проскользнула странная, почти детская интонация. — Странный выбор для того, кто должен был стать лишь деталью. Ты ведь знаешь, почему они выбрали именно это сочетание букв?Я попятился, но уперся спиной в запертую дверь. — Я просто механик, Хагги. Я просто делал свою работу.Чудовище издало звук, похожий на помехи в радиоприемнике. Это был смех. — Механик? Нет. Ты был «помощником» в чем-то гораздо более крупном. Твой отец не просто так согласился на этот контракт. Он знал, что если Прототип — это разум, то ты... ты должен был стать его правой рукой. Его... отражением.Хагги внезапно оскалился, обнажив ряды острых, как иглы, зубов. — Но ты ушел. Ты оставил нас запертыми в этих телах с твоими «идеальными» голосами, чтобы мы могли только кричать.— Я не знал, что они с вами делают! — выкрикнул я, чувствуя, как к горлу подступает ком.— Теперь узнаешь, — Хагги резко подался вперед, его голос снова стал механическим и холодным. — Твое имя — это приказ, который ты еще не выполнил. Иди в подвалы, Репл. Прочитай инструкцию к самому себе. Он ждет своего «помощника».Внезапно свет в зале полностью погас. Я услышал стремительный шорох шерсти по полу и хлопок вентиляционного люка. Когда через секунду аварийное освещение включилось красным цветом, в зале уже никого не было.Только на полу, там, где стоял Хагги, синей краской было выведено одно слово:«ОБРАТНО»Я посмотрел на свои руки. Мои пальцы, привыкшие к гаечным ключам, теперь казались мне чужими. «Помощник Прототипа»... Эта мысль, как заноза, засела в голове, но я всё еще боялся составить буквы своего имени в правильном порядке.Нужно было двигаться дальше. В подвалы. Туда, где, по словам Хагги, лежала «инструкция ко мне». Слова Хагги всё еще звенели у меня в ушах, перекрывая гул вентиляции. «Инструкция к самому себе»... Что за бред? Я был обычным парнем, который любил копаться в железках и настраивать резонаторы.Я подошел к стене, где синей краской было выведено это странное «ОБРАТНО». Краска была свежей и странно пахла — не химией, а чем-то органическим. Я коснулся её пальцем, и по руке пробежал неприятный холод.— Ладно, Репл, соберись, — прошептал я себе под нос. — Просто иди дальше.Я двинулся по темному техническому туннелю, который вел к блоку «B» — там когда-то располагались цеха по созданию речевых плат. Фонарик выхватывал из темноты куски конвейерных лент, которые теперь напоминали скелеты огромных змей.Внезапно путь мне преградила массивная стальная дверь с надписью: «ЛАБОРАТОРИЯ ЗВУКОВОГО ПАТТЕРНА». Рядом с ней не было ни кнопок, ни слота для ключ-карты. Только старый, покрытый ржавчиной микрофон на металлической стойке.Над микрофоном загорелся тусклый экран. [ТРЕБУЕТСЯ ГОЛОСОВАЯ ИДЕНТИФИКАЦИЯ]Я замялся. Мой голос... Почему они так зациклены на нем? Я подошел к микрофону. В голове вдруг всплыла картинка из детства: мне около пяти лет, отец сидит напротив меня с диктофоном и просит произнести моё имя по буквам. Снова и снова. «Произноси четко, Репл. Твое имя — это не просто звук, это идеальный ритм. Запомни, как вибрируют твои связки на букве "П"».Я откашлялся и произнес в микрофон: — Репл Сепитоторп.Динамики над дверью зашипели. Раздался механический голос, который звучал точь-в-точь как мой, но лишенный всяких эмоций: — Идентификация... 50% завершено. Несоответствие фазы. Произнесите ВТОРОЕ значение.— Какое еще второе значение? У меня нет второго имени! — крикнул я в пустоту.В ответ тишина. Только где-то глубоко за дверью раздался звук, похожий на вдох. Словно сама комната ждала, когда я скажу что-то другое.Я посмотрел на свою ладонь. Там, под слоем пыли, была старая татуировка, которую я сделал еще в юности — маленькая стрелка, зацикленная в кольцо, указывающая назад. Я всегда думал, что это просто символ моей любви к старым механизмам, которые можно разобрать и собрать обратно.Обратно...Я снова приблизился к микрофону. Моё имя. Если оно — код, то, возможно, дело не в буквах, а в том, как они звучат в зеркальном отражении? Но я не решился это произнести. Что-то внутри меня буквально кричало: «Не вздумай! Если ты скажешь это вслух, ты перестанешь быть человеком».Вместо этого я ударил красной рукой GrabPack-а по щитку питания рядом с дверью. Искры брызнули во все стороны, систему замкнуло, и дверь, дернувшись, приоткрылась на несколько сантиметров.Этого хватило, чтобы я смог протиснуться внутрь.В комнате было стерильно чисто, что пугало больше, чем грязь в коридорах. В центре стоял одинокий стул, окруженный десятками микрофонов, свисающих с потолка на длинных проводах. А на столе перед стулом лежала папка с пожелтевшими листами.Я открыл её. Первое, что я увидел — мой детский снимок, прикрепленный скрепкой. Но подпись под фото заставила мое сердце пропустить удар:«Объект: Репл. Статус: Эталонный носитель. Примечание для персонала: В случае экстренной ситуации использовать его имя как команду "СБРОС". При чтении справа налево структура личности носителя синхронизируется с частотой оборудования».Я почувствовал, как пол уходит у меня из-под ног. Мое имя не было именем. Это была кнопка.В этот момент за моей спиной раздался тихий, вкрадчивый голос: — Так ты всё-таки зашел сюда, Репл... Или мне называть тебя по-настоящему?Я обернулся. В дверном проеме стоял кто-то, кого я не ожидал увидеть. Не монстр, не робот, а...