Неожиданное возвращение

Всю свою сознательную жизнь, сколькоя себя помню я прожил в приюте для «особенных ». Не знаю, в чем заключалась моя особенность, но попал я туда не случайно. Это место основывалось на западноевропейской культуре и религии. Христианство. Забавно, что в Японии находилось такое место, не правда ли? Нам постоянно приходилось молиться перед сном и/или трапезой, читать Евангелие, Новый Завет, жить по старым традициям предков. Директор был человеком жестоким и за малейшую провинность заставлял нянек пороть нас замоченными в соль кнутами. Воспитатели обучали нас грамоте и счету, не обращая особого внимания на успех. Им было важно выполнить свою работу, а поймем мы это или нет для них не имело большого значения, поэтому я обучался сам. В тайне пробирался в библиотеку (вход в нее без разрешения директора был строго запрещен) и познавал азы науки. Однажды меня застукали. Это была старшая няня — Эмилия Гронинген. Родом она была из Швейцарии, строгая и жестокая женщина средних лет. Я думал, мне тогда сильно достанется, но каково было мое удивление, когда она не прогнала меня. «Не попадись в следующий раз», — вот что она сказала мне тогда и ушла. Я жаждал знаний и поглощал их с большой скоростью, пытаясь запомнить как можно больше. Так я прожил до 12 лет, и после этого весь мой мир изменился. В глубинах библиотеки мне попалась одна книга. Это была не Библия или учебники, а художественная литература. Сказка. С зеленой обложки своими большими голубыми глазами на меня смотрела белокурая девочка, а над ней золотистой гравировкой красовалась надпись: «Льюис Кэрролл «Алиса в стране чудес». За все прожитые мною годы эта книга стала первой, которую я перечитывал каждый раз, запоминая сюжет наизусть. Я забрал ее и спрятал у себя под кроватью, доставая ее под покровом ночи, когда все спят, вновь и вновь перечитывая знакомые строки. Тогда в моей голове вспыхнула надежда, жажда приключений и вера в чудо. Моя фантазия была безграничной. Когда мне исполнилось 17 лет, в приют приехал профессор по криминальной психологии. Он намеревался найти в этом месте достойных учеников. Тогда-то у меня и появился шанс. Шанс сбежать из этого ужасного места с возможностью на светлое будущее в большом городе, среди людей, готовых отдать свою жизнь взамен на спасение чужой. Нас собрали в актовом зале и раздали тест. Он был на 5 страниц, и каждый вопрос описывал опасные ситуации или признаки людей с разными психологическими заболеваниями. Свои ответы я основывал на логике, совмещая ситуации из детства и характерные признаки психологического расстройства. Этот тест заставлять мозг думать и мыслить под разными направлениями. Не знаю, в чем заключалась моя особенность, из-за которой я попал именно в этот приют, может, во внешности, может, в моем любопытстве и желании узнать как можно больше, но это место дало мне шанс поступить в институт и посвятить свою жизнь помощи людям. И сидя сейчас на факультете по криминальной психологии, слушая декана под монотонные вздохи своего соседа, я с интересом замечаю, что если бы не найденная мною тогда 8 лет назад книга, вдохновившая меня на стремление к геройству, смелости и бесстрашию, то сидел бы я сейчас здесь? Не редко я задаюсь и другим вопросом, что же заставило профессора приехать в приют? Почему он был так уверен найти там кого-то способного? К сожалению, задать эти вопросы ему лично мне не удаётся. Каждый раз меня что-то останавливает и не дает удовлетворить свое любопытство. *** - Снова ушел в свой мир, фантазер, - тяжело произнес Рюноскэ, смотря на своего соседа, что сидел и неподвижно смотрел в одну точку. Звонок прозвенел минут 5 назад, и он успел даже собраться, однако блондин, похоже, этого даже не заметил. Брюнет накинул сумку на свое плечо и дернул Накаджиму за длинную косу: - Очнулся? Неожиданная тянущая боль вывела Ацуши из прострации, заставляя растирать рукой затылок и в растерянности озираться по сторонам. За такой небольшой промежуток времени они остались тут только вдвоём, все остальные тут же поспешили в столовую. Собравшись, они вдвоем тоже спустились вниз, но, поняв, что очередь им ждать не особо-то и хочется, решились прогуляться до ближайшей пекарни. - Сегодня идешь на практику? - рассматривая выпечку на витринах, поинтересовался Рюноскэ. - Конечно, грех пропускать такую возможность, - Ацуши присоединился к выбору. Им двоим досталась возможность проходить практику в центральном отделении полиции совершенно случайно. Просто их энтузиазм в раскрытии преступления на защите проекта удалось увидеть министру безопасности — Кое Озаки. Женщине показался интересным их подход к раскрытию преступлений, и она предложила их кандидатуру своим давним знакомым: Мори Огай — командир спецотряда, и Юкичи Фукудзава — заведующий центральным отделением полиции. Посоветовавшись, они пришли к выводу, что им и вправду не хватает рабочих рук, и решили передать студентов в руки молодых профайлеров. Чуя Накахара и Дадзай Осаму, лучшие (и единственные) профайлеры в отделении, отнеслись к этой новости нейтрально. Они пусть и выполняли свою роль как наставников, но чаще всего сокурсниками занимались другие. В свои 20 эти двое успели побывать на настоящих местах преступления, собственными глазами увидеть, как работают саперы, каким образом идет процесс задержания, собрания улик и т. д. Поняв, что на их стипендию особо не расшикуешь, они единогласно пришли к решению, что могут обойтись и сосиской в тесте. Вернувшись в институт, их подловила сестра Рюноскэ — Гин Акутагава со своим другом — Мизучи Тачихара. Они тоже проходили практику в том же месте, но по другой специальности. Они учились на спецназовцев и чаще всего присутствовали на задержании преступников. Их наставником стал Рюро Хируцу, но чаще его звали или «ветеран», или «старик», так как работает он там дольше всех и на пенсию выходить явно не собирается. Эти двое так запали в душу старику, что тот быстро пристроил их к своим рукам, не давая Мори даже выбора. Но тот в принципе против не был. После того как они простояли минут 15 у дверей кафедры, декан сообщил группам, что по какой-то неизвестной (для студентов) причине преподаватель социологии не пришел. Социологию преподавала молодая женщина в возрасте 29-30 лет, она никогда не наносила себе макияж, всегда собирала свои густые волосы в высокий пучок и неизменно одевалась только в белую блузку и юбку-карандаш. У нее была маленькая дочка 5-7 лет, которую она иногда приводила с собой, если садик не работал или по каким-то другим причинам. Возможно, именно из-за дочери она и не пришла, но студентам разбираться в этом было неинтересно. Отменили и отменили, им же лучше, раньше уйдут. Компания из четырёх человек единогласно приняла решение пойти на практику, раз такова ситуация. Ну не без дела же им сидеть 2 часа? Уже на подходе к полицейскому участку они заметили одну странность. Пять полицейских машин были заведены и мигали красно-голубыми огнями, намекая на скорый выезд, однако спецназовцев не было, это значит, что дело не слишком серьёзное. Зачем тогда так много машин? Если это какое-то небольшое происшествие или очередной взлом, домашнее насилие, убийство или очередной вызов какой-нибудь ворчливой старушки, хватило бы двух машины. Максимум три. Услышав знакомые голоса, они направились в сторону парковки для сотрудников. Дадзай и Накахара опять о чем-то спорили, вернее будет сказать, что это Чуя что-то раздражённо доказывал, а Осаму по своей излюбленной манере передразнивал напарника и никак не хотел соглашаться. Они стояли рядом с заведенной машиной, видимо, собираясь куда-то ехать и, скорее всего, вместе с пятью другими. Интересно будет рассказать и про этих двоих. Чуя и Дадзай были знакомы еще со времен начальной школы, часто соперничая между собой. Их отношения сразу не удались, ведь Дадзай не будет Дадзаем, если не скажет какую-нибудь обидную шутку в сторону своего одноклассника, это перерастало в словесную перебранку, которая чаще всего заканчивалась дракой. Со временем, прожив бок о бок 12 лет, при этом живя в соседних квартирах, их ссоры и перебранки стали как традиция, мол, если хоть как-нибудь не поиздеваешься над своим другом, считай, день прожит зря. Также вместе они поступили на одну специальность, не переставая соревноваться в своих мыслях, интересах и оценках. Тоже своего рода традиция, которую они соблюдают до сих пор. В этот отдел они тоже попали совершенно случайно. Уже под защиту диплома, когда они группой решили отметить последний год обучения, эти двое поспорили, кто кого перепьет, и в состоянии алкогольного опьянения наткнулись на тогдашнего министра безопасности — Сандока Танеда. У них завязался разговор, перерастающий в спор из-за разницы взглядов, чем и привлекли внимание министра. На следующий день, уже на защите (которую они удачно сдали), узнали, что человек, с которым они общались по пьяни вечером, оказался новоиспеченным министром. Тот сразу определил их в отдел центрального участка полиции. Уже в первые годы они повысили уровень раскрываемости, тем самым зарабатывая себе репутацию гениев в детективном деле и профайленга. Кто бы что ни говорил, они похожи. Переняли друг у друга как плохие, так и хорошие привычки, научились понимать друг друга без слов, используя порой только жесты, умудряясь ссориться и хвалить друг друга одновременно. Компашка подошла к этим двоим, намереваясь, если не узнать причину ссоры (а они могут поссориться, даже если кто-то поставит кружку с кипятком не на подставку под горячие или кто-то из них без спроса возьмёт чужую ручку, только дай повод), то узнать причину их отъезда и отъезда пятерых полицейских машин. - Дадзай, ты вроде умный, а порой ведешь себя как идиот! - Ох, не тебе ли об этом говорить, да и кричать не к чему. Вдруг ты сорвешь голос, а я не услышу потом тебя с такой высоты? - Ты..! - Накахара сжимает руки, закрывает глаза, глубоко вдыхая и мысленно считая до пяти. После медленно выдыхает и открывает глаза. Замечая движение боковым зрением, он поворачивает голову в сторону прибывших. Дадзай делает то же самое. - Здравствуйте, Дадзай-сан и Накахара-сан, - начинает Рюноскэ, обводя их взглядом, - можно спросить, что происходит и куда направляются столько машин? - Ой! Так это же наши любименькие ассистенты! - воскликнул Дадзай, будто бы до этого не стоил из себя обиженку. - Эти машины едут на выезд по делу об «Алисе». И мы тоже. Вот оно что. Дело об «Алисе». Пожалуй, нужно рассказать об этом подробнее. Три месяца назад произошло первое похищение. Жертвой стала семилетняя девочка — Асуко Судзуки. Ее похитили за 2 дня до дня рождения. В ее комнате был найден яркий красный конверт, в углу которого была выведена прописная буква «А», запечатанный сургучом и темно-синий аконит. Письмо было написано на латинице, ровным и острым почерком. Если не вдаваться в подробности, то в нем рассказывалось о «Стране Чудес», которая открывает свои двери не всем, лишь тем, кто приглянулся ей. Кто она предстояло лишь узнать. Ровно через месяц произошло еще одно похищение. Элиза Бенджамин — девятилетняя девочка, приехавшая в Японию с родителями, чтобы отдохнуть, была похищена. На ее кровати сидел плюшевый мишка, по словам родителей, это была любимая игрушка их дочери, и держал в лапах красный конверт и аконит. Содержание письма было тем же. Пару недель назад была похищена еще одна девочка. 8 лет, Кека Идзуми. Конверт и аконит были найдены у ворот школы. Так как содержание конверта рассказывалось о «Стране Чудес» и он имел букву «А» в углу, дело было решено назвать «Алиса». - Что произошло в этот раз? - решил спросить Ацуши. - Сегодня утром поступил сигнал, что было совершено ещё одно похищение. Скорее всего, жертвами похитителя становятся девочки от 6 до 9 лет, - задумчиво произнес Дадзай. - 20 минут назад поступил звонок из центральной больницы, - продолжил Чуя. Стоит отметить, что центральная больница была прикреплена к их участку, - они сообщили, что одна из жертв нашлась. Студенты с удивлением посмотрели на старших. Выяснив немного подробностей, Гин и Мизучи отправились к Хируцу, а Рюноскэ и Ацуши решили поехать вместе с профайлерами. Для чего так много машин, они так и не узнали, так как даже Чуя и Дадзай не были в курсе. *** — Как ты себя чувствуешь? — садясь в кресло напротив кушетки, спрашивает Осаму. Он был тут один, так как врачи посчитали, что большое количество людей могут напугать маленькую пациентку. Это дело было странным и запутанным, отряд полицейских разделился ещё на половине пути, часть уехала в сторону жилого района, а часть в центральную клинику. По приезду полицейские сразу же разбежался по всей больнице, проверяя окна и двери, следователя на удивление не было, видимо, он был на месте похищения. Чуя и остальные остались снаружи, общаясь с родителями девочки. Дадзай решил рассмотреть ее повнимательней. В темных волосах проглядывалась седина, через кожу можно было хорошо разглядеть вены, она сидела сгорбившись, низко опустив голову, и молчала. Опустив взгляд ниже, он заметил царапины на ногах. Пальцы были сильно изранены, под ногтями земля, кожу такое чувство срывали с пальцев, начиная с кутикул. Она крепко сжимала шипастую розу, струйка крови медленно текла по рукам, капая на черный конверт, запечатанный сургучом и буквой «А» в углу. На ее коленях сидел плюшевый белый кролик. Кека Идзуми, 8 лет. До похищения, была веселой и жизнерадостной. Что же с ней сделали за эти две недели? Осаму аккуратно подошёл ближе, медленно садясь перед ней на колени, чтобы ненароком не напугать. Девочка никак не реагировала. Врачи не смогли забрать розу из рук девочки, и детективу пришлось применить немало усилий, чтобы разжать ее пальцы, стараясь при этом не навредить. Пока он забирал розу, своей аккуратностью исцарапал себе все пальцы. Странно, что похититель всевозможными способами отсылался к сказке об «Алисе в стране чудес». Забрав конверт и повертев в своих руках, он вскрыл его, с удивлением замечая, что почерк значительно отличается от того, который находили в красных конвертах. Этот был более аккуратным и продолговатым, написанный на английском языке. «Когда засыпает солнце и на смену ей приходит луна, открывается дверь. Та, что лунным светом нарисована на обоях. Если присмотреться, можно увидеть легкий серебристый контур: арка, увитая виноградной лозой из теней. Тихо, тихо... И вот комната наполняется шелестом листьев и тихим шепотом, что манит приоткрыть заветную дверцу. А если прислушаться к тишине за окном, можно различить далёкий, но такой знакомый звук — лёгкий перезвон часов, которые всегда идут назад. Это страна чудес манит к себе. Там, за зеркальной гладью ночного окна, ждёт стол, накрытый к невозможному чаепитию, где мартовский заяц наливает в чашки не чай, а жидкий смех, а соня дремлет, укутавшись в платок из осеннего тумана. Страна чудес не исчезает. Она прячется, складывается, как огромная карта, дожидаясь, когда следующая Алиса найдет ее среди книжных полок и откроет лунную дверцу еще раз. Белый Кролик». Перечитав письмо еще несколько раз, он задумчиво повертел его в руках и глянул в сторону игрушки. Заяц сидел неподвижно, смотря на детектива неживым, гипнотическим взглядом. Почему-то захотелось отвернуться, но вместо этого он поднял голову, встречаясь с большими голубыми глазами напротив. Взгляд был нечетким, неосознанным, затуманенным. Зрачки были расширены и никак не реагировали на свет. Он долго всматривался в этот взгляд, пока с обсохших, бледных губ не слетел еле слышный шепот: - Он тут. *** Ацуши нервно теребил свою косу. Что-то явно не давало ему покоя. Рюноскэ мельком глянул в его сторону, вспоминая, как первый раз Дазай-сан схватил его за волосы, с восторгом выкрикивая: «Чуя-кун, да у тебя растет конкурент!», получая не менее удивленное «ты идиот?». Серьезно, куда он их отращивает? Даже у Верлена с Накахарой таких нет. Кстати о втором. Акутагава снова перевел взгляд на супругов, с которыми сейчас разговаривал рыжий. Насколько им было известно, они оба были госслужащими. У матери были густые темные волосы, серые глаза и бледная кожа. За эти две недели она сильно исхудала, а под глазами залегли темные синяки. Весь ее вид так и говорил о болезненном состоянии, как физически, так и морально. Отец выглядел лучше, только седина выдавала его волнение. Похищение сильно подкосило их двоих, заставляя с дрожью во всем теле отвечать на вопросы полиции. - Вы не находили ничего странного за эти две недели? - На этот вопрос оба родителя ответили отрицательно. - А было что-то, что могло спровоцировать похищение? - Вдруг спросил Рюноскэ. Этот вопрос задавали еще две недели назад, но что-то подсказывало ему начинать надо было именно с этого, - мы до сих пор не смогли установить связь между похищениями. Была ли какая-нибудь странность в ее поведении? - Они задумались, - может, она рассказывала о стране чудес? - Тут госпожа Идзуми, будто вспомнив о чем-то, резко посмотрела на брюнета, с силой сжав ладони своего мужа. - Я в детстве читала ей книгу. Льюис Кэрролл «Алиса в стране чудес». Она просто обожала эту сказку, и я даже прикупила ей игрушку — белого кролика. Но, к сожалению, это всё, что я могу рассказать. Она всю жизнь была радостной и мечтательной, пыталась отыскать в простых вещах чудеса. Не могу припомнить странностей в ее поведении, — она поникла, кладя голову на плечо мужа. Мужчина задумчиво поглаживал ее ладонь, пытаясь что-то припомнить. - Время, - произнес он, и все четверо с удивлением уставились на рассказчика, дожидаясь продолжения. - За два дня до похищения она прибежала ко мне с просьбой починить часы, которые я ей подарил на день рождения. - Он достал их из кармана пиджака и протянул детективам. Чуя с любопытством их осмотрел, подмечая, что идут они в обратную сторону. - Они не ходили, и я забрал их себе, чтобы отнести в мастерскую. На работе был завал, и я совсем о них позабыл, вспомнив только сейчас. - Но они ведь идут в обратную сторону, - пролепетал Ацуши, заглядывая через плечо рыжего. Теперь пришла очередь мужчины удивляться. Он подскочил, рассматривая часы в чужих руках. - Как? Не может быть... Они только что стояли... - Вы отдавали их кому-нибудь или был момент, когда пиджак мог остаться без присмотра? - Надавливая на плечо мужчины, чтобы тот сел обратно, поинтересовался Рюноскэ. - Нет, на работе я его не снимаю, а часы всё время лежали в кармане. - Не было ли у вас гостей? - Вклинялся в разговор Ацуши. Накахара стоял в стороне, позволяя им двоим вести диалог. - Приходил начальник, чтобы справиться о нашем здоровье, - ответила госпожа Изуми. В этот момент дверь палаты открылась, и из нее вышел Дадзай. Он стал рядом с Чуей, сжимая в руках конверт и розу, наблюдая за происходящим. - Что-нибудь выяснил? - Не думал, что гремлен вроде тебя может так благородно уступить место молодым. - Не все такие же самовлюблённые, как ты, Осаму. Стоп, как ты меня назвал? Совсем страх потерял или что? - Страх, как и инстинкт самосохранения, у меня отсутствовал изначально, я думал, ты это давно заметил, но, похоже, твои крошечные мозги не смогли донести до тебя эту информацию. - Мог бы и поотрицать ради приличия. В этом мире ты занимаешь почетное второе место по бесстыдству. - А первое кто? - Тебя сейчас только это интересует? Что это у тебя в руках, - рыжик хотел взять конверт, но Осаму вытянул свои длинные культяпки над головой. - Но-но-но! Если интересно, то изволь послушать. - Я уже 18 лет тебя слушаю, всё наслушаться не могу. - Так нравится мой голос? Я польщен! - Так нравится, что порой охота вырвать тебе язык! - Накахара начал мысленно вести отсчет, чтобы успокоиться, попутно вспоминая психологию для детей дошкольного возраста. - Вот ты злюка! Если бы не я, то ты давно умер со скуки в своей двухкомнатной квартире. - Если бы не ты, я бы со спокойной душой жил в своей квартире один! Будь благодарен, что я так великодушно предоставил тебе крышу над головой, а не оставил жить на улице или на каком-нибудь вокзале. Между прочим, не будь ты таким безответственным, может, тебя бы и не выкинули из съемной. - Каждый раз теперь будешь мне об этом напоминать? - А как же? Так что соизволь засунуть свою язвительность куда подальше и нормально объяснить мне, что это за конверт в твоих руках. - Весточка от Белого Кролика, - надуто протянул шатень. - Белый Кролик? - Удивлённо переспросил Накахара, - кто он такой? - А мне откуда знать? Нужно передать письмо криминалистам, может, они что-то да найдут. А у вас как дела? - Всё так же, только появилась вещь со странностью, - Дадзай с любопытством посмотрел на часы в руках своего напарника. Те без остановки двигались назад, будто бы отсчитывая время, напоминая об их провале. За дверью послышалось тихое, еле слышное... Тик-так, тик-так, тик-так... Они переглянулись и, безмолвно сговорившись, ворвались в палату. Внутри был застоявшийся запах крови. Пятна были разбрызганы по стенам, белые простыни окрасились в красный, а от кровати до двери вела широкая кровавая полоса. На койке лежала кукла в голубом платьице, с золотистыми косами и пуговицами вместо глаз. - Ха-ха-ха... - издавал механический голос. Самой пациентки в палате не было. *** Девочку нашли спустя 2 часа в подвале больницы. Там находился тепловой узел. Она лежала без сознания, сжимая в руках игрушку кролика. Одна из медсестёр рассказала полицейским, что слышала тихое тиканье, но не придала этому значения. Дело принимало сложные повороты. Похититель водил полицейских за нос, ведя запутанными тропами и всегда выводя на ложный след. Было решено, что часть полицейских останется здесь и будут внимательно следить и обыскивать территорию госпиталя. Детективы, решив, что делать им, собственно, то и нечего, отправились в участок дожидаться экспертизу. Уже в участке они разошлись, профайлеры пошли наверх к начальству, а студенты решили наведаться к главному детективу — Эдогава Рампо. Эдогава — человек безответственный, способный потеряться даже между тремя соснами. Он славился своей хорошо развитой дедукцией, при помощи которой мог раскрывать дело за считанные минуты (если не секунды). Главная схожесть его и Дадзая была в чрезмерном употреблении сладкого и чудом не заработавшийся диабет. Детектива удалось найти на его рабочем месте, и рядом с ним был детектив-следователь Эдгард Аллан По. Застенчивый и скрытный парень, но он с лёгкостью мог посоревноваться в своих умственных способностях против Рампо. Они играли в шахматы или, как любил говорить Куникида, «гоняли балду на рабочем месте». - Охо-хо! Это же мини-детективы решили меня навестить! - восклицал Рампо, махая им рукой. Он часто любил давать всем разные и забавные прозвища. - Здравствуйте, Рампо-сан, - начал Ацуши, - мы к вам по делу... - Знаю-знаю, - отмахнулся. - Ваши маленькие умы не могут разгадать очередное дело? К счастью, вам повезло, что такой гениальный человек, как я, соизволит вам помочь! Великий детектив достал очки из своего футляра, выхватывая документы из рук Акутагавы. Он быстро пробегается глазами по мелко напечатанным строчкам. По с интересом заглянул ему через плечо, рассматривая черные символы и фотографии. - Интересно. - Что интересно? - Спросил Ацуши. Рампо снял очки и убрал их обратно в футляр, принимая скучающую позу, подперев голову рукой. - Как вы думаете, почему мы так долго не можем выйти на след похитителя? - Недостаток улик? - задумчиво произнес Рюноскэ. - Хотите сказать, что похититель тщательно подчищает за собой следы? - Нет, наоборот. Он даже не пытается их скрыть, оставляя как можно больше подсказок. Известно ли вам что-нибудь об возникновении криминального профайлинга? Нет? Так вот, первая попытка связать антисоциальное поведение и биологические особенности личности принадлежит практикующему тюремному доктору Чезаре Ломброзо. Он – основатель «антропологической» теории преступлений. Проанализировав полученные сведения, Ломброзо подразделил всех преступников на 4 типа: врожденных; случайных; правонарушителей по страсти; душевнобольных. У каждого типа имелись характерные особенности строения черепа, черт лица, позволяющие выявить их, чтобы изолировать от общества или уничтожить. Ученый считал, что чаще других совершают преступления люди с: астеническим телосложением — это воры и мошенники; атлетической конституцией. К этой группе относятся убийцы и насильники; пикнической фигурой. Это лица, склонные к грабежу и разбою; смешанным типом. Такие граждане совершают правонарушения, направленные против общества и личных свобод граждан. Исходя из этих данных нашего преступника можно отнести к группе душевнобольных с атлетическим телосложением. В нашем участке всего два профайлера, которые еще изначально составили примерный психологический портрет, но почему же никто так и не смог найти людей с такими сходствами? Ну? Давайте, пошевелите своими крохотными извилинами. - Потому что они хорошо скрываются? - неуверенно начал Ацуши. - Ацуши-кун, по-моему ты меня не слушал когда я объяснял об основании профайленга, как ты думаешь, душевнобольной человек смог бы так долго скрываться и не выдавать своего присутствия? - А почему именно человек? Разве это не может быть компания людей? - Тут ты верно подметил Аку, - Рампо растянулся в кресле, по мимо прозвищ, он так же часто сокращал имена и фамилии своих коллег, - почему я считаю что это один человек, а не группа людей? На самом деле здесь все очень просто, достаточно лишь включить свою фантазию, помните сегодняшнее письмо? Основываясь на данных психологического портрета и способа похищений, а так же на всевозможные отсылки на детскую сказку можно предполагать, что этот человек страдает «раздвоением личности» или чего-то похожего и совершает преступления не в здравом уме, а все эти подсказки - попытки противостоять самому себе, своей второй личности. Возможно этот человек боится сам себя, поэтому и пытается оставить как можно больше подсказок или же наоборот — это безумец затеявший двойную игру против власти и самого себя, играя сразу несколько ролей. Отсылки на сказку скорее всего связаны с травмой из детства, в таком случае нам нужно искать мужчину 25-27 лет, неопрятного, с признаками явного истощения, без достатка женского внимания. Возвращаясь к вопросу о том почему же мы всё-таки не можем выйти на след очень прост, все потому что наш преступник... - Рампо-сан! - в кабинет ворвался парень чуть старше самих Ацуши и Акутогавы, с растрепанными каштановыми волосами и форме, - капитан вызывал вас к себе, опер группа прибыла обратно в участок и хочет поделится результатами своего расследования. - Ой-ой-ой! В таком случае нельзя директора ждать! - Рампо вновь повеселел несмотря на то, что его прервали. Он вскочил своего места и с энтузиазмом направился в кабинет начальника центрального отдела полиции. - А... Как же... - Ацуши растерянно начал озираться по сторонам, как понял что в кабинете они остались вдвоем с Акутогавой. Интересно, когда Эдгар успел уйти? - Забей, нам еще к дипломной готовится, - равнодушно махнул Рюноскэ, направляясь к выходу. *** - Результаты экспертизы, - Верлен протягивает бумаги. - Спасибо, - кивает Чуя, принимая их. Поль Верлен — старший брат Накахары и по совместительству начальник отдела криминалистики. - Как идут дела? - Не очень, - Чуя тяжело приземляется на стул рядом. Потирая переносицу, он продолжил: - Дело стоит на месте, работы навалом. Я домой прихожу только чтобы поспать, и то не всегда. Верлен нежно улыбнулся, кладя голову брата на свое плечо, массируя. Он и сам за эти три месяца почти не отдыхал. Если и удавалось поспать, то только часа 2-3 от силы, порой времени не хватало даже на еду. О разговорах и таких мирных посиделках даже упоминать не надо. Их просто не было. - Предлагаю на выходных навестить тётушку, если выдастся такая возможность. - У нее день рождения в субботу, а зная характер мамы, там только попробуй не прийти. - Что ж, у тетушки всегда был характер на любителя, - Верлен усмехнулся, о чем-то вспоминая. - Поль. - М? - Экспертиза показала, что кровь не принадлежала человеку? - Да, предположительно оленю. Кровь хранилась очень долго, и выяснить, чья она, было затруднительно. - А что насчет часов? - Их механизм был полностью переделан, на это уйдет минимум дня 2, если не больше. Работа ювелирная, и потребуется немало усилий, чтобы сделать изменения незаметными. - Предлагаешь проверить все ближайшие мастерские в районе? - По возможности ломбарды и подпольников. - На их вычисление уйдет немало времени, - Чуя поднялся, прогибаясь в спине и щелкая суставами, - нужно наведаться к операм, может, они что-нибудь да выяснили. Поль на это лишь кивнул, возвращаясь к своей работе. *** Фёдор Михайлович Достоевский — человек среднего роста, высокого ума, с лицом серийника или задолбавшегося психотерапевта. По несколько раз в день ему приходится выслушивать чужое нытьё, иногда молча, а иногда вставляя свои пять копеек, вместо того чтобы заниматься основным делом. - Эх, Фёдор Михайлович, чай с коньяком — это не выход, - пропел Дадзай, садясь рядом. - С чего ты взял, что он с коньяком? - От обычного чая не несёт за версту. - Тоже верно, - равнодушно пожал плечами, - ты чего хотел? - Проверить пару камер и сайтов. Отставив кружку с "чаем", Достоевский принялся вбивать адреса с бумажки, что так благосклонно протянул ему Дадзай. - Плохо спишь? - попивая чаёк, спросил Фёдор. - Вообще не сплю. - Есть один способ, чтобы выспаться. Кот есть? - Есть. - Чаёк с корнем валерьяны и мятой перед сном прям огонь, рубит наповал. Но есть минус. - Какой? - Спать придётся лицом в подушку, если не хочешь, чтобы твои отношения с котом вышли на новый уровень. - Проверял? - Знаю. — Отставив пустую кружку, ответил Достоевский.