Глава 34. Рон Уизли и Лаванда Браун, или... Астория Грингасс.

В мире, где медные трубы паровых машин переплетались с древними камнями замка, Рон Уизли был аномалией. Распределяющая Шляпа, едва коснувшись его рыжей шевелюры, считала код амбиций, который скрывался за бедностью его семьи. Рон попал на Слизерин – факультет, где статус и безупречность значили всё. Чтобы выжить среди детей техно-магнатов и чистокровных аристократов, Рону пришлось выковать себе броню из холодного высокомерия и идеальной исполнительности. Лаванда Браун была его полной противоположностью. Гриффиндорка, чья мантия всегда была испачкана флуоресцентными чернилами, а в карманах вечно звенели шестеренки для гадательных механизмов. Она верила в судьбу, в магию звезд и в то, что за суровым лицом слизеринского старосты скрывается тот самый мальчик, который когда-то помог ей починить механического кролика. Их тайные встречи происходили на Астрономической башне – самом высоком узле связи Хогвартса, где среди гигантских линз телескопов и гудящих передатчиков они находили убежище. — Ты снова пахнешь машинным маслом, Лав, – шептал Рон, притягивая её к себе в тени огромного латунного хронометра. — А ты – амбициями и страхом, Уизли, – смеялась она, перебирая пальцами его серебристо-зеленый галстук. – Когда ты уже перестанешь притворяться ледяным принцем? Рон не отвечал. Он знал, что если его сокурсники: Малфой или Паркинсон узнают о его связи с «безумной гриффиндоркой», его репутация, которую он выстраивал по крупицам, рухнет. Слизеринец из семьи «предателей крови» не имел права на ошибку. В ту ночь небо было чистым, и линзы телескопов с тихим жужжанием настраивались на Юпитер. Рон и Лаванда сидели на самом краю парапета, скрытые чарами невидимости, которые Рон запитал от своего портативного аккумулятора маны. — Я хочу, чтобы мы перестали прятаться, – тихо сказала Лаванда, прислонившись к его плечу. – Мои подруги думают, что я хожу сюда гадать на картах, но я хочу... Внезапно дверь на башню с грохотом распахнулась. Чары невидимости дрогнули и развеялись. Заряд аккумулятора иссяк в самый неподходящий момент. В проеме стоял Северус Снейп, чей магический протез глаза светился зловещим красным светом, а за его спиной маячили любопытные и злорадные лица Драко Малфоя и Пэнси Паркинсон. — Какая... любопытная конфигурация, – прошипел Снейп, и его голос был холоднее жидкого азота. – Мистер Уизли и мисс Браун. Нарушение комендантского часа, несанкционированное использование оборудования... и, кажется, нечто большее. Рон почувствовал, как внутри него всё заледенело. Он увидел взгляд Малфоя – смесь презрения и торжества. В голове пронеслись годы насмешек, лицо отца, который будет разочарован его исключением, и, самое главное, крах его будущего в Министерстве Техномагии. Страх оказался сильнее любви. Он был как системный сбой, который перехватил управление. Рон резко отстранился от Лаванды, словно её прикосновение было ядовитым. Он встал, лихорадочно поправляя мантию, и его лицо превратилось в маску ледяного безразличия. — Профессор, вы всё не так поняли, – голос Рона был твердым, но в нем слышались нотки паники. – Я был здесь по вашему поручению, проверял калибровку линз. А мисс Браун... она преследовала меня. Лаванда замерла, её глаза расширились от шока. — Рон? О чем ты говоришь? — Перестань, Браун! – выкрикнул он, не глядя на неё. – Твоя одержимость переходит все границы. Профессор, она использовала на мне приворотные патчи или какие-то свои гриффиндорские штучки. Я пытался её прогнать, но она угрожала испортить оборудование башни, если я не останусь с ней! Снейп прищурился, его искусственный глаз зажужжал, анализируя микромимику Рона. Малфой за спиной профессора довольно хмыкнул. — Она заманила меня сюда, – продолжал Рон, чувствуя, как внутри всё сжимается от отвращения к самому себе. – Я просто хотел защитить имущество школы. Она... она ненормальная. Лаванда смотрела на него, и в её глазах, полных слез, отражались неоновые огни замка. Она не плакала вслух. Она просто смотрела, как человек, которому она доверяла свои самые сокровенные чертежи и мечты, хладнокровно уничтожает её репутацию, чтобы спасти свою. — Вот как, – тихо произнесла она. Её голос не дрожал, он был пустым. – Значит, это был просто «сбой в системе», Уизли? Рон не ответил. Он смотрел на ботинки профессора Снейпа, боясь встретиться с ней взглядом. — Мисс Браун, пятьдесят очков с Гриффиндора и месяц отработок в мастерских, – сухо объявил Снейп. – Мистер Уизли... мы обсудим вашу «бдительность» в моем кабинете. Идите в гостиную. Сейчас же. Рон прошел мимо Лаванды, едва не задев её плечом. Он чувствовал себя победителем перед лицом Слизерина, но внутри него, где-то за медными ребрами его техномагического корсета, что-то окончательно и безвозвратно сломалось. Он сохранил свой статус, но потерял единственную живую искру в этом холодном мире шестеренок. ‎В мире техномагии конфликты решались не только криками, но и хакерскими атаками на личные терминалы. Отношения Рона Уизли и Лаванды Браун были самой обсуждаемой темой в школьной локальной сети Хогвартса. После того как их застукали в серверной Астрономической башни, Рон, испугавшись гнева Снейпа (своего декана), заявил, что Лаванда «взломала его волю с помощью приворотного скрипта». ‎ ‎Теперь каждый совместный урок превращался в поле битвы. ‎ ‎Урок Защиты от Темных Искусств (ЗоТИ) ‎ ‎Профессор Люпин установил в центре класса голографический симулятор «Боггарт 2.0». Программа считывала подсознательные страхи и воплощала их в виде плотных световых проекций. ‎ ‎— Уизли и Браун, к терминалу! – скомандовал Люпин. – Ваша задача – совместное заклинание "Riddikulus", интегрированное в антивирусный щит. ‎ ‎Рон, поправляя зеленый галстук Слизерина, встал слева, стараясь не смотреть на Лаванду. Она же, в своей гриффиндорской мантии, увешанной мигающими значками, сверлила его взглядом, от которого мог бы расплавиться микропроцессор. ‎ ‎— Осторожнее, Уизли, – прошипела она, настраивая свою палочку-стилус. – Смотри не обвини меня потом в том, что я заставила тебя провалить тест. «Это всё Лаванда, она применила ко мне Конфундус-код!» – передразнила она его писклявым голосом. ‎ ‎— Лаванда, ну хватит, – буркнул Рон, лихорадочно вводя защитные протоколы. – Я просто запаниковал. Снейп смотрел на меня так, будто хотел разобрать на запчасти! ‎ ‎— Ты трус, Рональд! – Лаванда резко нажала кнопку активации. ‎ ‎Из симулятора вырвался боггарт. Для Рона он принял форму гигантского механического паука с лазерами вместо глаз. Рон вскрикнул и отпрянул, случайно задев локтем панель управления Лаванды. ‎ ‎— Эй! Ты сбил мои настройки! – закричала она. – Мой щит теперь розовый и в сердечках! Ты специально это сделал, чтобы я выглядела глупо перед всем классом? ‎ ‎— Я просто спасался от паука! – оправдывался Рон, пока боггарт-паук начал танцевать чечетку из-за сбоя в программе. ‎ ‎— Ты всегда спасаешь только свою шкуру, – отрезала Лаванда. Вместо того чтобы ударить по боггарту, она направила поток цифровых искр в терминал Рона. – "Expelliarmus Bluetooth!" ‎ ‎Планшет Рона жалобно пискнул и отключился. ‎— Эй! Моя курсовая по техномагии! – взвыл Рон. ‎ ‎— Ой, извини, – ядовито улыбнулась Лаванда. – Наверное, это был «глюк системы». Скажи профессору, что это программа сама виновата, ты же у нас никогда ни в чем не виноват! ‎ ‎Урок Полетов на Грави-метлах ‎ ‎На поле для Квиддича конфликт достиг пика. Мадам Трюк приказала парам отрабатывать синхронный полет с передачей зашифрованного снитча. ‎ ‎Гарри и Драко, как идеальный дуэт Слизерина, проносились над трибунами, оставляя за собой ровный инверсионный след. Но позади них разыгрывалась драма. ‎ ‎— Держи дистанцию, Уизли! – кричала Лаванда, чья метла «Нимбус-Кибер» была украшена светодиодной лентой. – Ты вклиниваешься в мой поток маны! ‎ ‎— Я пытаюсь поймать сигнал! – орал в ответ Рон, отчаянно маневрируя на своей старой «Комете», которая дымила и издавала звуки старого модема. – Если ты перестанешь вилять хвостом метлы, я смогу принять файл! ‎ ‎— Может, если бы ты не был таким лжецом, у нас бы всё получилось! – Лаванда резко заложила крутой вираж, едва не сбив Рона. – Знаешь, что Гарри и Драко говорят о тебе в гостиной? Что ты даже код для открытия двери в туалет с третьего раза вводишь! ‎ ‎— Ах так?! – лицо Рона стало пунцовым, под цвет гриффиндорского знамени. – Тогда лови свой снитч! ‎ ‎Он сбросил зашифрованный шар, но вместо обычной передачи активировал в нем функцию «Магического спама». Как только Лаванда коснулась снитча, её визор заполнили тысячи всплывающих окон с танцующими троллями и рекламой «Зелья для роста волос от Локонса». ‎ ‎— УИЗЛИ! Я НИЧЕГО НЕ ВИЖУ! – закричала Лаванда, теряя управление. ‎ ‎Её метла начала выписывать безумные зигзаги. Рон, испугавшись, что она действительно упадет, бросился на перехват. Он поймал её за руку, стабилизируя полет, но как только они приземлились, Лаванда отвесила ему звонкую пощечину. ‎ ‎— Не смей меня трогать! – выдохнула она, сбрасывая шлем. – Иди и скажи всем, что это я заставила тебя меня спасать! ‎ ‎На тренировочном поле для Квиддича поднялся настоящий цифровой шторм. Рон, чья мантия Слизерина была испачкана мазутом от неисправной метлы, яростно доказывал Лаванде, что её «гламурные настройки» сбивают навигацию всей команды. ‎ ‎— Ты не понимаешь, Браун! Твой розовый шлейф оставляет в воздухе магический шум! Я из-за него не вижу траекторию снитча! – кричал Рон, размахивая планшетом. ‎ ‎— О, конечно, Уизли! Свали всё на мой шлейф! – Лаванда картинно всплеснула руками, отчего её браслеты-индикаторы зазвенели. – Может, признаешь, что ты просто плохой пилот? Или скажешь профессору Трюк, что я взломала твой вестибулярный аппарат? Ты же мастер перекладывать вину! ‎ ‎Рон задохнулся от возмущения, его лицо стало пунцовым, идеально контрастируя с холодным серебром слизеринской отделки. Он был так поглощен этой перепалкой, так отчаянно пытался защитить остатки своего достоинства перед бывшей девушкой, что совершенно не замечал ничего вокруг. ‎ ‎А зря. ‎ ‎Чуть поодаль, прислонившись к гладкой металлической опоре трибун, стояла Астория Гринграсс. Её слизеринская форма сидела на ней безупречно, а на запястье тускло мерцал новейший «Хроно-визор». Она не участвовала в общем шуме, лишь лениво прокручивала ленту новостей на своем прозрачном смартфоне, но её взгляд то и дело возвращался к Рону. ‎ ‎На её губах играла едва заметная, торжествующая ухмылка. ‎ ‎— Посмотри на них, – тихо произнесла подошедшая Панси Паркинсон. – Опять этот балаган. Уизли совсем потерял голову из-за этой гриффиндорки. ‎ ‎Астория изящно поправила выбившийся локон и перевела взгляд на Рона, который в этот момент споткнулся о кабель и едва не выронил свою метлу под смех Лаванды. ‎ ‎— Пусть спорят, – отозвалась Астория, и в её голосе прозвучал холодный расчет истинной слизеринки. – Чем громче она кричит, тем быстрее разрушается та иллюзия, которую он сам себе воздвиг. Рональд сейчас похож на систему, которая пытается запустить устаревший софт на новом железе. Сплошные ошибки и перегрев. ‎ ‎— Он всё ещё носит эти нелепые «розовые очки», – продолжала Астория, прищурившись. – Думает, что должен что-то ей доказывать. Но скоро система окончательно зависнет. И когда он наконец нажмет «Reset» и оглянется по сторонам... он увидит, что рядом есть те, кто ценит стратегию, а не спецэффекты. ‎ ‎Астория знала: Рон Уизли в Слизерине был «темной лошадкой». У него были интуиция и верность, которые в сочетании с холодным умом Гринграссов могли бы создать идеальный альянс. Ей просто нужно было дождаться, пока этот шумный, блестящий и совершенно пустой «гриффиндорский интерфейс» Лаванды окончательно сгорит. ‎ Она сложила руки на груди, наблюдая, как Лаванда в очередной раз развернулась на каблуках и гордо зашагала прочь, оставив Рона стоять посреди поля в облаке цифровой пыли. ‎Рон, ворча под нос и пытаясь перезагрузить свой планшет, побрел к раздевалкам. Он прошел в паре метров от Астории, даже не взглянув в её сторону. Гарри и Драко приземлились неподалеку. ‎— Знаешь, Поттер, – Драко лениво поправил свои платиновые волосы, – твои друзья устраивают больше помех в эфире, чем магнитная буря. ‎ ‎Гарри вздохнул, глядя, как Рон пытается починить свой планшет, а Лаванда гордо уходит в сторону замка. ‎— Это не помехи, Драко. Это просто несовместимость версий. Рон застрял на «Трусости 1.0», а Лаванда обновилась до «Мести 2.0». ‎ ‎— В любом случае, – усмехнулся Драко, – Слизерин сегодня снова в топе. Пойдем, папа ждет отчет о производительности наших ядер. Гринграсс проводила Рона взглядом, её ухмылка стала шире. ‎— Скоро, Рональд, – прошептала она. – Твои очки разобьются. И я буду рядом, чтобы предложить тебе новый визор. С гораздо более четкой картинкой. ‎ ‎Она оттолкнулась от опоры и легкой, уверенной походкой направилась к замку, точно зная, что в этой техномагической игре победа останется за тем, кто умеет ждать и вовремя обновлять протоколы.  ‎ ‎ ‎Развязка наступила на уроке "Прикладной Техномагической Фортификации", который проходил в Большом зале, временно превращенном в полигон для испытаний. Студенты должны были создать автономный защитный периметр, способный отразить атаку учебных дронов-дементоров. ‎ ‎Рон и Лаванда снова оказались в паре. Атмосфера между ними была настолько наэлектризована, что датчики влажности в зале начали зашкаливать. ‎ ‎— Уизли, если ты еще раз прикоснешься к моему распределителю маны своими масляными пальцами, я превращу твой планшет в тостер! – прошипела Лаванда, отпихивая Рона локтем. ‎ ‎— Да пожалуйста! – взорвался Рон. – Твой распределитель настроен на «гламурный режим»! Он потребляет столько энергии на подсветку, что на сам щит ничего не остается! Мы вылетим с урока, Браун! ‎ ‎— Это называется стиль, Рональд! Но тебе, с твоей подержанной метлой и вечными оправданиями, этого не понять! – Лаванда резко отвернулась, демонстративно начав вводить код для активации розового силового поля. ‎ ‎В этот момент профессор Грюм (точнее, его кибернетическая копия-голограмма) запустил первую волну дронов. Серебристые сферы с жужжанием устремились к студентам. ‎ ‎Щит Гарри и Драко вспыхнул ровным изумрудным светом, легко поглощая удары. Но у Рона и Лаванды всё пошло прахом. Из-за перегрузки, вызванной декоративными эффектами Лаванды, система выдала критическую ошибку. Розовое поле мигнуло и погасло. ‎ ‎— Рональд, сделай что-нибудь! – взвизгнула Лаванда, прячась за спину Рона. ‎ ‎Рон лихорадочно пытался перехватить управление, но Лаванда, в панике, случайно выбила палочку из его рук. Дрон-дементор спикировал прямо на них, обдавая ледяным цифровым холодом. ‎ ‎— Это ты виноват! Ты не закрепил протоколы! – закричала Лаванда, даже не пытаясь помочь. – Профессор, это Уизли! Он опять всё испортил! ‎ ‎Рон замер. В этот момент в его голове что-то щелкнуло. Он посмотрел на Лаванду, на её идеальный макияж, на её сверкающие браслеты и на то, как легко она снова сделала его крайним перед всем классом. Розовые очки, которые он носил так долго, не просто треснули, они рассыпались в пыль. ‎ ‎— Знаешь что, Лаванда? – тихо сказал Рон, игнорируя жужжащего над ухом дрона. – Ты права. Я всё испортил. Я испортил кучу времени, пытаясь соответствовать твоим капризам. ‎ ‎Он спокойно поднял свою палочку, но вместо того, чтобы чинить их общий щит, он просто отошел в сторону. ‎ ‎— Удачи с твоим «стилем», – бросил он. ‎ ‎Лаванда осталась одна под прицелом дрона. Она вскрикнула, когда сфера начала «высасывать» магическую энергию из её терминала. ‎ ‎В этот момент из тени соседней колонны плавно вышла Астория Гринграсс. Её движения были расчетливыми и грациозными. Одним коротким взмахом палочки она развернула узконаправленный серебристый кокон, который мгновенно парализовал дрона, зависшего над Роном. ‎ ‎— Ошибки в коде часто приводят к системному сбою, Рональд, – произнесла она, подходя ближе. Её голос звучал как чистый шелк. – Но умный пользователь всегда имеет резервную копию. ‎ ‎Она протянула ему запасной кристалл маны – идеально откалиброванный, без единой лишней искры. ‎ ‎— Твой щит был бы идеальным, если бы ты не пытался совместить его с... мусором, – Астория мельком взглянула на Лаванду, которая в этот момент пыталась отбиться от дрона учебником. – Хочешь закончить работу со мной? Мой периметр нуждается в твоей интуиции для настройки частот. ‎ ‎Рон посмотрел на кристалл, затем на Асторию. Он впервые заметил, что её глаза цвета холодного моря светятся не от наведенных чар, а от острого ума. ‎ ‎— С удовольствием, – ответил Рон, решительно поворачиваясь спиной к Лаванде. ‎ ‎Они встали плечом к плечу. Рон быстро ввел параметры, которые Астория мгновенно интегрировала в свою систему. Их объединенный щит не был розовым или кричащим. Он был прозрачным, мощным и абсолютно непроницаемым. ‎ ‎Гарри, наблюдавший за этим с другого конца зала, подтолкнул Драко локтем. ‎— Смотри-ка. Кажется, Рон наконец-то обновил прошивку. ‎ ‎Драко ухмыльнулся, поправляя визор: ‎— Давно пора. Гринграсс не тратит время на баги. Она предпочитает совершенство. ‎ ‎Лаванда, оставшаяся ни с чем, лишь возмущенно топнула ногой, но её крики потонули в гуле работающих реакторов. Рон Уизли больше не слушал. Он был занят, он впервые по-настоящему изучал архитектуру магии вместе с той, кто видела в нем не «виноватого», а равного. Пока в центре зала Рон и Астория синхронизировали свои магические интерфейсы, создавая безупречный защитный контур, в тени массивных серверных стоек Слизерина расположились Пэнси Паркинсон и Дафна Гринграсс. ‎ ‎Пэнси лениво откинулась на спинку своего антигравитационного кресла, наблюдая за тем, как Лаванда Браун пытается восстановить свой разрушенный имидж. На губах Пэнси играла улыбка. Не та ядовитая ухмылка, которую она обычно демонстрировала в коридорах, а редкое выражение абсолютного, спокойного удовлетворения. ‎ ‎— Наконец-то, – пробормотала Пэнси, не глядя на Дафну, которая в этот момент сосредоточенно калибровала их общий портативный сканер. – Уизли перестал быть балластом для нашего факультета. Астория вытравила из него этот гриффиндорский вирус за считанные минуты. ‎ ‎Дафна, старшая сестра Астории, лишь хмыкнула, не отрываясь от экрана: ‎— Астория всегда умела находить полезные ресурсы там, где другие видят только системный мусор, Пэнс. ‎ ‎Пэнси повернулась к ней, рассматривая профиль Дафны, подсвеченный неоновым сиянием монитора. В этом мире, где каждый стремился выставить свою жизнь на всеобщее обозрение в магических сетях, где Лаванда Браун жила ради лайков и одобрения, Пэнси чувствовала себя невероятно свободной. Ей больше не нужно было играть роль «главной стервы» или бегать за Драко Малфоем, надеясь, что он заметит её преданность. ‎ ‎— Знаешь, что самое приятное? – Пэнси протянула руку и слегка коснулась пальцами запястья Дафны, прямо над светящимся портом её мантии. – Мне больше не нужно ничье одобрение. Ни Драко, ни моих родителей, ни этого стада из Большого зала. ‎ ‎Дафна наконец подняла взгляд. Её глаза, такие же холодные и проницательные, как у сестры, смягчились. ‎— Ты долго к этому шла, Паркинсон. К осознанию того, что наша связь – это закрытый протокол. Только для нас двоих. ‎ ‎Их отношения не были идеальными. Это была техномагия в чистом виде: два мощных источника энергии, которые иногда вызывали короткое замыкание. Они спорили до хрипоты о чистоте кода, о политике Министерства и о том, чья очередь обновлять защиту их общего лабораторного бокса. Пэнси могла в гневе заблокировать доступ Дафны к их общей библиотеке заклинаний, а Дафна в ответ установить на терминал Пэнси фильтр, который превращал все её сообщения в цитаты из скучных лекций Бинса. ‎ ‎Но за всеми этими конфликтами стояло нечто незыблемое – взаимность. Им не нужно было притворяться. ‎ ‎— Помнишь, как ты взломала мой личный дневник на четвертом курсе? – усмехнулась Пэнси. ‎— Ты сама оставила пароль «Pureblood_1», – парировала Дафна. – Это было оскорблением для моего интеллекта. Я обязана была это сделать. ‎ ‎Пэнси рассмеялась. В этом смехе не было горечи. Она знала, что если она упадет, Дафна не станет обвинять её в «ошибках системы», как Рон обвинял Лаванду. Она просто молча перепишет код реальности, чтобы Пэнси снова стояла на ногах. ‎ ‎— Посмотри на Лаванду, – Пэнси кивнула в сторону гриффиндорки, которая теперь пыталась привлечь внимание Симуса Финнигана. – Она как дешевое приложение: много рекламы, яркая иконка, но внутри пустота. Она ищет отражение себя в других. А мне... ‎ ‎— А тебе достаточно того, что я вижу тебя настоящую, – закончила за неё Дафна. Она отложила стилус и накрыла ладонь Пэнси своей. – Даже когда у тебя «барахлят датчики» и ты начинаешь язвить без повода. ‎ ‎Пэнси прикрыла глаза, чувствуя, как магические токи их мантий резонируют, создавая вокруг них маленькое, приватное поле тишины посреди хаоса урока. Ей не нужно было бегать за кем-то. Ей не нужно было доказывать свою ценность. В этом высокотехнологичном мире она нашла самый редкий артефакт – человека, с которым можно было просто быть собой, без фильтров и масок. ‎ ‎— Давай закончим этот проект, – прошептала Пэнси, возвращаясь к работе. — Покажем им, что такое настоящая синергия Слизерина. ‎ ‎Дафна улыбнулась открыто и только для неё. ‎— Вводи координаты, Паркинсон. Я за тобой. ‎ ‎События в Хогвартсе начали развиваться со скоростью квантового процессора. Урок Фортификации завершился триумфом Слизерина, но настоящая буря назревала в Большом зале во время обеда, который в этом мире больше напоминал футуристический фуд-корт с автоматизированной подачей блюд. ‎ ‎Рон и Астория шли вместе, обсуждая оптимизацию мана-потоков. Рон выглядел так, будто с его плеч сняли тяжелый свинцовый панцирь. Он больше не сутулился, пытаясь казаться незаметным, а его изумрудный галстук сидел идеально. Астория поправила его коротким заклинанием «Rectify» еще в коридоре. ‎ ‎— Уизли! – раздался визгливый голос Лаванды Браун. Она стояла у стола Гриффиндора, сжимая в руках свой розовый планшет, экран которого пошел трещинами после инцидента с дроном. – Ты думаешь, что можешь просто так уйти к этой... ледяной статуе? После всего, что между нами было в серверной? ‎ ‎Весь зал притих. Гарри и Драко, сидевшие неподалеку, обменялись многозначительными взглядами. Драко лениво потянулся к своему бокалу с витаминизированным тыквенным соком. ‎— Сейчас начнется дефрагментация её эго, – прошептал он Гарри. ‎ ‎Рон остановился. Он медленно повернулся к Лаванде. Раньше он бы покраснел и начал заикаться, но сейчас он просто посмотрел на неё как на устаревшую модель гаджета, которая постоянно зависает. ‎ ‎— Лаванда, – спокойно сказал Рон. – Между нами была ошибка в коде. Ты обвинила меня во взломе твоей воли перед Снейпом, чтобы спасти свою репутацию. Ты использовала меня как громоотвод для своих промахов на каждом уроке. ‎ ‎— Я просто хотела, чтобы ты был сильнее! – выкрикнула Лаванда, и её голос дрогнул. – Чтобы ты защищал меня! ‎ ‎— Защищать тебя от твоих собственных ошибок? – подала голос Астория, делая шаг вперед. Её голос был тихим, но он разрезал тишину зала, как лазер. – Рональд не антивирусная программа, которую можно запускать по требованию. Он талантливый техномаг. И если ты не смогла оценить его потенциал за всеми своими фильтрами и спецэффектами, это твоя системная ошибка. Не его. ‎ ‎Лаванда открыла рот, чтобы что-то возразить, но Астория легким движением пальца по своему визору отправила короткий файл на общий экран Большого зала. Там высветилась запись с урока: Лаванда, прячущаяся за спину Рона и кричащая «Это он виноват!», в то время как Рон пытался спасти их обоих. ‎ ‎— Логи не лгут, Браун, – добавила Астория с ледяной ухмылкой. ‎ ‎Лаванда, всхлипнув, выбежала из зала. Гриффиндорцы проводили её тяжелыми взглядами, даже Симус и Дин не спешили её утешать. ‎ ‎Пэнси Паркинсон, наблюдавшая за этой сценой, прислонившись к плечу Дафны, довольно зажмурилась. ‎— Красиво сработано, мелкая, – одобрительно кивнула она Астории. ‎ ‎Дафна слегка сжала руку Пэнси под столом. ‎— Видишь? Гринграссы всегда доводят дело до конца. ‎ ‎— Как и Паркинсоны, – отозвалась Пэнси, поворачиваясь к Дафне. – Знаешь, я тут подумала... Нам нужно обновить наш общий сервер. Я нашла протокол «Aeterna», который позволяет двум магам объединять свои сознания для сложных вычислений. Это... очень интимная настройка. ‎ ‎Дафна подняла бровь, и в её глазах промелькнул интерес. ‎— Ты предлагаешь мне полный доступ к своим ментальным архивам, Пэнс? Это серьезный шаг. Конфликты при такой синхронизации могут быть... болезненными. ‎ ‎— Мы и так постоянно конфликтуем, – Пэнси пожала плечами, и в её взгляде промелькнула непривычная нежность. — Но я лучше буду спорить с тобой в режиме реального времени, чем получать одобрение от кого-то другого. Ты единственный пользователь, которому я доверяю свой пароль. ‎ ‎Дафна улыбнулась той самой редкой, теплой улыбкой, которую видела только Пэнси. ‎— Принято. Начнем синхронизацию после отбоя. ‎ ‎Тем временем Гарри Поттер-Снейп подошел к Рону и Астории. ‎— Отличная работа, Рон. Папа... то есть профессор Снейп, просил передать, что твой отчет по фортификации был «приемлемым». На его языке это значит «гениально». ‎ ‎Рон рассмеялся, впервые за долгое время чувствуя себя на своем месте. ‎— Спасибо, Гарри. Кажется, я наконец-то нашел правильную конфигурацию. ‎ ‎Драко Малфой подошел последним, поправляя свои платиновые волосы. ‎— Ну что, Слизерин? Раз уж мы сегодня уничтожили репутацию Гриффиндора и создали две идеальные пары, может, займемся чем-то действительно важным? У меня есть доступ к бета-тесту новых гоночных метел «Молния-X». ‎ ‎— Я в деле! – хором ответили Гарри и Рон. ‎ ‎В этот вечер над Хогвартсом, подсвеченным неоновыми огнями, летали не просто студенты, а люди, которые нашли свою истинную частоту. Магия и технологии объединились, но самым мощным кодом в этом мире по-прежнему оставались искренность и верность тем, кто рядом.