Часть 37

Глава 37

Раннее утро. Над морем клубился туман, а небо оставалось еще совсем темным и хмурым. Внезапно огромный столб воздуха с силой обрушился с небес, мгновенно оставив на морской глади идеально прямую, глубокую U-образную борозду, уходящую вдаль. Разумеется, это не было «чудом природы». Это Мерфи практиковался в управлении воздухом, используя силу Фрукта Фува-Фува. С помощью способностей фрукта он заставлял атмосферу левитировать, собирал её, сжимал в плотный столб и проверял «прочность» этого сжатия давлением воды... Нынешний масштаб был пределом того, на что он был способен в данный момент. В конце концов, времени с момента получения фрукта прошло слишком мало. Однако, если применить подобный прием в реальном бою, этот масштаб вовсе не означал бы предел его боевой мощи. Ведь сразу же рядом с первой впадиной на воде появился точно такой же след. Ограниченный пока еще слабым контролем над Фруктом Фува-Фува, Мерфи понимал: вместо того чтобы гнаться за масштабностью одного удара, ему сейчас важнее полагаться на количество атак, накладывая их друг на друга для усиления эффекта. Именно это позволит ему быстрее обрести реальную боеспособность. Спустя полчаса Мерфи вытер пот со лба и, немного подождав, пока дыхание выровняется, приготовился возвращаться на базу Морского Дозора. Сегодняшняя тренировка была завершена, а учитывая, что впереди его ждало важное дело, следовало поторопиться. Вернувшись в общежитие и переодевшись, Мерфи на этот раз не пошел на построение новобранцев по расписанию, а направился к главному зданию базы... Да, на его плечах лежала важная миссия — «настучать» начальству. Через некоторое время в дверь самого дальнего кабинета постучали. Высший командир 54-го филиала Морского Дозора, коммодор Гурид Фран, сидел за своим столом. В руках он держал газету, просматривая сегодняшние новости. Услышав стук, коммодор слегка нахмурился, выражая легкое недовольство тем, что его тихое чтение было прервано. — Что случилось? В кабинет вошел офицер. Сначала он отдал честь коммодору, а затем произнес: — Коммодор Гурид, там один новобранец утверждает, что у него есть важное дело, и он хочет доложить о нем лично вам... — Новобранец? — Гурид не верил, что у рекрута может быть какое-то «важное дело». К тому же, как высший руководитель базы, он лично не любил подобные «прыжки через голову». — Так точно, новобранец, поступивший в Дозор в этом месяце. Он очень серьезен и заявляет, что эту информацию можно передать только коммодору... Не похоже, чтобы он шутил, — продолжил офицер. Коммодор Гурид уже хотел было отчитать подчиненного, но, подумав, решил, что иногда выслушивать мысли рядовых солдат — тоже часть работы командира. — Пусть войдет, — распорядился он. — Надеюсь, что его «важное событие» не касается конфликтов с инструктором или другими новобранцами. Если бы рекрут действительно пришел беспокоить коммодора из-за подобной «бытовухи», то впоследствии ему пришлось бы несладко. — Есть, коммодор. Офицер вышел из кабинета и вскоре вернулся вместе с Мерфи. Так, впервые с момента вступления в ряды Морского Дозора, Мерфи увидел высшего командира базы. Гурид Фран был высоким, крупным мужчиной средних лет. Его лицо имело слегка болезненную бледность. Учитывая слухи, которые Мерфи слышал ранее от старшины, он предположил, что командир все еще восстанавливается после ранений. Как офицер, участвовавший в Войне на вершине и напрямую противостоявший Пиратам Белоуса, коммодор Гурид, вероятно, получил травмы, от которых не так-то просто оправиться. Но сейчас было не время строить догадки о здоровье начальства. Войдя в кабинет, Мерфи сначала отдал честь, а затем сразу же положил несколько фотографий на стол коммодора. — Коммодор, эти снимки я сделал вчера вечером, когда был в увольнении, совершенно случайно... Если меня не подвели глаза, кажется, в Саус-Блю прибыла опасная личность. Только когда коммодор взял фотографии в руки, Мерфи добавил это пояснение. Этого было достаточно, лишних слов говорить не стоило. Поначалу Гурид Фран не придал этому особого значения, но как только его взгляд упал на снимки, он резко вскочил со стула. — Это... Коммодор внимательно просмотрел каждую фотографию, затем выдвинул ящик стола, немного порылся в нем и достал листовку о розыске. На ней было напечатано лицо именно того человека, что и на снимках Мерфи — Сабо. Сумма награды была ошеломляющей: 602 миллиона белли. Коммодор сверил фото с листовкой и произнес: — Сабо, начальник штаба Революционной Армии. Почему он появился в Саус-Блю?.. Шрам на лице Сабо был очень характерным, поэтому коммодор мгновенно подтвердил его личность. — Когда именно и где вы видели этого человека? — Это было во время увольнения после тренировки новобранцев, время — около семи часов вечера. Что касается места — один из переулков в портовом районе, — Мерфи не стал называть слишком точное время, чтобы это не выглядело подозрительно. — Вы сделали фото? Заметил ли вас объект? — Я снимал из толпы. Лично мне кажется, что меня не обнаружили, коммодор. Мерфи говорил только о своих «ощущениях» и не выражал чрезмерной уверенности. Даже если бы он сейчас заявил коммодору, что его «скрытая съемка» осталась для Сабо абсолютно незамеченной, Гурид все равно не поверил бы в это безоговорочно. — Неплохая работа. Впрочем... это большая редкость, что вы смогли опознать столь опасного преступника в толпе. — Это просто личный интерес, коммодор. С тех пор как я стал морским дозорным, я уделяю внимание преступникам с высокими наградами за голову. Мне хотелось понять, как на самом деле выглядят эти суперзлодеи... Но когда такой человек действительно оказался рядом, я, честно говоря, и сам с трудом поверил своим глазам, коммодор. Мерфи ответил так, и его объяснение не вызвало вопросов. Следить за преступниками с высокими наградами, а затем обсуждать их в свободное время — таких людей, имеющих подобное хобби или привычку, было предостаточно. — Хоть вы так и говорите, ваша наблюдательность действительно заслуживает похвалы... Как ваше имя? — Элиндер Мерфи, рекрут третьего класса. Только теперь коммодор Гурид внимательно посмотрел на Мерфи. Несмотря на то, что перед ним стоял новобранец, вел он себя очень зрело, чем коммодор остался весьма доволен. Мерфи докладывал без лишнего пафоса и возбуждения, отвечал четко на поставленные вопросы, формулировал мысли ясно и лаконично, полностью прояснив ситуацию. — Отлично, Элиндер. Ваша информация чрезвычайно важна, я принял её к сведению. А теперь... возвращайтесь на свой пост. Появление верхушки Революционной Армии в Саус-Блю, безусловно, было событием чрезвычайной важности. Коммодор Гурид должен был доложить об этом в центр Мирового Правительства и одновременно предпринять целевые военные меры по расследованию. Разумеется, обсуждать такие вещи с «простым рядовым» вроде Мерфи он не собирался. Мерфи отдал честь и покинул кабинет. Коммодор Гурид наверняка отнесется к этому делу со всей серьезностью. Не только из-за своего долга как морского офицера, но и потому, что у него были свои личные счеты с Революционной Армией. После того как Мерфи «настучал», на базе несколько дней было тихо. И как раз в тот момент, когда он уже подумал, что Сабо сбежал и продолжения не последует, весь личный состав 54-го филиала получил приказ о сборе.