Часть 67

Глава 67

Двое мужчин неспешно прогуливались по территории школы Морского Дозора, словно бесцельно убивая время. Если бы это были парень и девушка, такая картина могла бы вызвать умиление и зависть. Однако, к сожалению, это были два огромных, даже пугающих мускулистых громилы, поэтому остальные, видя их вместе, чувствовали лишь страх и предпочитали держаться подальше. — Сервантес, сколько ты еще собираешься сидеть в классе D? — спросил Строберри Тайрон, тот самый, кто когда-то перекинулся парой слов с Мерфи. В некотором смысле его можно было считать номером один в этом классе. — Думаю, достаточно. После того как та женщина втоптала меня в класс D, я осознал недостатки своей силы. После упорных тренировок я уверен, что смогу победить её, так что пора возвращаться в класс B, — ответил человек по имени Сервантес. Все они были курсантами, теоретически — молодым поколением, достойным воспитания, и их возраст не должен был превышать двадцати семи-двадцати восьми лет. Однако лицо Сервантеса выглядело очень уж «зрелым» — на вид ему можно было дать все сорок. Впрочем, его реальный возраст, конечно, не был таким пугающим. Тайрон не стал комментировать эти слова. Он знал, что Сервантес проиграл с треском и позором, поэтому все это время отсиживался в классе D. — Тогда на экзамене по повышению обрати внимание на человека по имени Элиндер. Если будет возможность, проверь его силу. — Элиндер Мерфи? Тот новичок, про которого ходят слухи, что он отправил в госпиталь лейтенант-коммандера Донофрио из учебного корпуса? Он действительно силен? — спросил Сервантес. — Трудно сказать. Просто есть в нем что-то странное, поэтому я и прошу тебя проверить его… Скорее всего, такая возможность представится. Я полагаю, что на этом экзамене он окажется в последней десятке, — сказал Тайрон. Сказать, что Мерфи силен? Часто он вел себя как полный новичок. Сказать, что слаб? Он смог выбить 1500 Дорики. — Трудно сказать? Неважно. Я уже решил вернуться в класс B, так что экзамен на повышение я выиграю в любом случае… Да и лейтенант-коммандер Донофрио не такая уж важная птица, победа над инструктором в таком звании не стоит особых похвал. — Хм, хорошо, что ты уверен в себе… … Мерфи не знал, что в школе против него зреет «маленький заговор». Строго говоря, он не сделал ничего такого, что вызвало бы всеобщий гнев, просто… Некоторые его поступки действительно могли раздражать. Будь то слова, сказанные при поступлении в класс B, или то, что в последние дни он часто проводил время с мичманом Аврил — во всех смыслах он мозолил глаза. У особей мужского пола иногда возникает необъяснимое чувство собственничества. Даже если дело их совершенно не касается, видя, как кто-то приближается к «недосягаемому цветку» класса, они инстинктивно считают этого смельчака куском дерьма с грязными намерениями. Хотя Мерфи и не знал о заговоре, он, по крайней мере, догадывался, что многие в классе его недолюбливают. Это называется самосознанием… Ведь прямо сейчас он с кем-то «ругался». — Эй ты, не знаю, как тебя зовут, но обсуждать кого-то за спиной — не самый честный поступок, верно? Мы все здесь знаем друг друга, мы одноклассники, как у тебя язык повернулся произносить такие злобные клеветнические домыслы? — праведно возмутился Мерфи, обращаясь к кому-то впереди. В любом случае, этот парень действительно обсуждал его и явно не говорил ничего хорошего. Что именно он сказал, Мерфи не волновало… Он просто искал повод для конфликта. Оппонент явно не ожидал, что Мерфи услышит его слова, и уж тем более не ожидал, что тот выскочит с обвинениями. Поэтому он на мгновение смутился и одновременно разозлился… Он не знал, что ответить. — Ты… Я… Ты сам по себе нечестный человек, неужели об этом нельзя говорить? Надо сказать, что шептаться за спиной и обвинять в лицо — это две большие разницы. — Нечестный? Теперь ты еще и оскорбляешь мою честь… Я вызываю тебя на поединок. Услышав это, парень вышел из ступора. Он ухмыльнулся и сказал: — Согласен. Я как раз хотел тебя проучить. — О, ты весьма уверен в своих силах? Просто драться как-то скучно, может, поставим что-нибудь на кон? Оппонент был на взводе и, вероятно, не особо задумывался, поэтому продолжил: — На что хочешь спорить? На деньги? — Как ученик школы Морского Дозора, как ты мог подумать о деньгах? Это же нарушение школьной дисциплины! Спорить нужно на то, что подобает курсантам. Дай подумать… Как насчет твоего времени индивидуальной тренировки на следующем занятии вице-адмирала Гарпа? Если я проиграю, мое время достанется тебе, если ты — твое мне. Ну как, справедливо? Здесь Мерфи наконец раскрыл свои карты… Да, это действительно то, на что должны спорить студенты. Хотя на первом занятии Гарпа Мерфи занял кучу времени, даже беспечный вице-адмирал должен был учитывать вопросы справедливости, поэтому больше такого не повторялось. Мерфи, естественно, не хотел с этим мириться, поэтому придумал эту сомнительную идею… Одобрит ли это Гарп — другой вопрос, главное сначала разобраться со студентами. Столкнувшись с «обнаженным кинжалом» намерений Мерфи, противник на мгновение опешил. Мерфи тут же подлил масла в огонь насмешкой: — Что, испугался? Если боишься, просто искренне извинись, и мы забудем об этом. — С чего бы? Я ни за что тебе не проиграю… В чем соревнуемся? Оппонент, загнанный в угол и раззадоренный, был вынужден согласиться. — Давай попроще. Армрестлинг. Просто и доступно. После этих слов противник машинально оценил габариты обоих и невольно кивнул: — Идет! Он считал, что преимущество на его стороне. Это событие, естественно, привлекло внимание одноклассников. Перед началом поединка Роланд начал сновать в толпе, похоже, «открывая тотализатор». Форма соревнования была не важна, Мерфи нужен был результат… Победный результат. Поэтому, когда локти уперлись в стол, а ладони сцепились, в следующее мгновение противник ощутил чудовищную силу во всех смыслах… Дело было не в том, сильны ли руки Мерфи, а в том, что он мгновенно перевернул стол вместе с соперником. Хотя парень не понял, как проиграл, факт оставался фактом: он проиграл. Ему пришлось написать расписку вроде: «Настоящим передаю свое время индивидуальной тренировки на занятии вице-адмирала Гарпа…» А когда чуть позже Роланд подошел к Мерфи, в его руки перекочевали еще пять таких расписок. — Вместе с моей, итого 7 долей тренировочного времени. 1 против 7, есть еще желающие? Проиграете — не страшно, выиграете — куш огромный. Этот день стоило занести в анналы истории школы Морского Дозора, ибо именно в этот день, благодаря креативности двух незаурядных коммерческих гениев, в школе родилась твердая валюта под названием «Купон Гарпа». «Герой Дозора», сам того не ведая, стал денежной единицей.