Часть 10 Признания

В Портленде только что произошла серия странных убийств. Не только каждая жертва была достаточно крупной и сильной, чтобы сопротивляться, но и с каждой из них были сняты скальпы. — Хорошо, давайте на мгновение оставим в стороне тот факт, что с них сняли скальпы. Очевидно, это почерк нашего убийцы, — заявил Ренар. — Эти люди были нелегкой мишенью. Должна быть причина, по которой на них напали. — Общим было то, что каждый из них был известен своей жесткостью и агрессивностью. Настоящие альфа-самцы, — прокомментировал Ву. — Это означает, что этот убийца может напасть на сотрудника правоохранительных органов, — предупредил Ренар. Как только участок был проинструктирован и все разошлись по своим назначенным делам, Ренар позвал Ника и Хэнка к себе в кабинет. Капитан обращается к Нику. — Если это существо, и этот убийца охотится за теми, кого считает достойными противниками, есть более чем вероятный шанс, что он здесь, чтобы найти тебя. — Ну, не то чтобы существо, пытающееся убить меня, было чем-то новым, — пожал плечами Ник. — Я бы предложил выставить офицеров в форме возле твоего дома, но я не смог бы назвать причину, по которой он понадобится конкретно тебе, — сказал Ренар. — Немного сложно сказать, что это потому что Ник — Гримм. Комиссар, скорее всего, объявил бы тебя невменяемым, — добавил Хэнк. Получив предупреждение от своего капитана и напарника быть начеку, Ник направился в трейлер, чтобы забрать некоторые из своих дневников Гриммов, затем направился к Монро и Розали, где они с Адалиндой остановились, пока Древогрызы наводили последние штрихи в их доме. Ник разрывался между желанием рассказать Адалинде об этом деле или скрыть от нее. Ему не нравилась мысль о том, чтобы волновать ее. Ее стресс вреден для нее и ребенка. Но он пытался скрыть это от Джульетты, и в конечном итоге это создало напряжение в их отношениях. Ник не хотел делать то же самое с Адалиндой. Отношения между ними развивались так хорошо, что он не хотел быть причиной вбивания клина между ними. Понятно, что она была очень обеспокоена. После того, как тем вечером он сообщил Адалинде, Монро и Розали о новой угрозе, она придвинулась ближе к Нику и продолжала прикасаться к нему. Это было так, как будто она убеждала себя, что он все еще крепок и с ней. Они просмотрели книги Гриммов, ища любое существо, которое имело репутацию охотящегося за опытными бойцами и снимающего с них скальпы. Раздался звонок в дверь, и Монро открыл ее, чтобы его родители нанесли неожиданный визит. Родители Монро были очень шокированы, увидев Гримма и ведьму, стоящих в гостиной их сына. Еще больше они были шокированы, когда заметили, что ведьма беременна. Однако, как и надеялись Монро и Розали, родители были настолько ошеломлены, что не могли двигаться или говорить, пытаясь осознать то, на что они смотрели. — Мама, папа, это мои друзья Ник Беркхардт и Адалинд Шейд, — Монро объяснил своим родителям, Элис и Барту. — Ник действительно хороший парень, — Розали выступила вперед. — Он совсем не похож на Гриммов из наших страшных историй. — Ты Рыжехвост, — ахнула Элис. Розали в замешательстве нахмурила брови. Да? Разве Монро не сказал? Она сердито посмотрела на своего тупоголового жениха, у которого хватило порядочности выглядеть смущенным. — Почему ты не рассказал нам о помолвке с Рыжехвостом, дружбе с Гриммом или о том факте, что у Гримм будет ребенок от ведьмы? — спросила Элис. — Я знал, что вы, ребята, расстроитесь из-за того, что я не с Потрошителем, — объяснила Монро. — И насчет этих двух, я беспокоился, что вы подумаете, что я потерял рассудок. Мало того, что мой лучший друг Гримм, но он связан с ведьмой, и у них будет ребенок. Я бы сам в это не поверил, если бы это не было прямо у меня на глазах. — Откуда ты знаешь, что ребенок твой? — спросил Барт. — Ты не можешь спрашивать о таких вещах, — уставилась на него Элис. — Она ведьма, я думаю, это законный вопрос. Если бы ты использовала свое обоняние, ты смогла бы сама узнать, что это его ребенок. Даже когда они стоят порознь, его запах сильно смешивается с ее запахом. — Я был бы признателен, если бы вы проявили больше уважения к матери моего ребенка, — предупредил Ник. Он не кричал, но угроза все равно была ясна как божий день, и выражение его лица показывало, что в этот момент он был способен на убийство. Барт промолчал. Он осознал ошибку, которую совершил, недооценив связь, которая была между Гриммом и ведьмой. Мужчина, очевидно, глубоко заботился о женщине, носящей его ребенка. Отец Монро испытывал уважение к нему, защищающего свою семью. Это то, что должен делать настоящий мужчина. Предполагалось, что любой достойный мужчина будет защищать мать своего ребенка и никому не позволит безнаказанно оскорблять ее. В глазах Элис Ник Беркхардт вел себя как благородный человек. И он оказался сострадательным, терпеливым и непредубежденным Гриммом. Три термина, которые женщина-потрошитель в то время не могла применить к своему мужу. — Почему бы нам не сесть за стол и не поговорить, как разумные взрослые люди, — предложила Элис, направив вторую часть своего предложения как приказ своему мужу. Ник и Монро рассказали Барту и Элис о том, как они впервые встретились и как Монро помогла Нику со столькими делами. — Если бы не Монро и Розали, я был бы давным-давно мертв, — похвалил Ник. — И если бы не Ник, мы с Розали никогда бы не встретились, — сказал с широкой улыбкой Монро, нежно глядя на свою невесту. По мере того, как шел вечер, родители Монро чувствовали себя более непринужденно в компании своего сына. Так продолжалось до тех пор, пока в дверь не ворвалась женщина с очень вьющимися волосами, одетая во все черное. Все встали, готовясь к драке. Монро и Розали успокоились, когда поняли, кто эта женщина, но Барт и Элис заняли еще более оборонительную позицию, увидев другого Гримма. К счастью, родителей Монро удерживал их сын и будущая невестка, чтобы они не причинили вреда новоприбывшей. — Мама! — Ник потрясенно закричал. — Не то чтобы я не рад тебя видеть, но что происходит? — До меня дошли слухи об угрозе тебе, и я поняла, что они были правдой, когда увидела новости о людях, с которых снимают скальпы здесь, в Портленде, — объяснила Келли Беркхардт. Барт и Элис вернулись в свое человеческое состояние, осознав, что Гриммы родственники, и ни один из них не собирался отрубать головы существам в доме. Келли посмотрела на людей в комнате. — Прошу прощения, что так неожиданно ворвалась, но я не была уверена, здесь ли берсеркеры или нет. — Ты просто защищаешь своего ребенка, как любая хорошая мать, — сказала Элис. Ник посмотрел на Адалинду. Он заметил, что она отошла от всех и, казалось, замкнулась в себе, защищаясь. Он протянул ей руку и подвел к своей матери. — Адалинда, я хотел бы познакомить тебя с моей матерью, Келли Беркхардт. Мама, это Адалинд Шейд, мать твоей внучки. — Ники присылал мне электронные письма, информируя о событиях своей жизни. Мы не могли обмениваться слишком большим количеством информации по соображениям безопасности, но он сказал мне, что ты ведьма и что у вас с ним будет ребенок. Он также заверил меня, что очень доволен своей жизнью, — поздоровалась Келли. — Ник рассказал своей маме о женщине, с которой он был, — посмотрев на Монро в унисон сказали Элис и Розали. Будь готов к чувству вины всю оставшуюся жизнь, — усмехнулся Барт. Адалинда улыбнулась, испытывая облегчение от того, что мать Ника уже знала ситуацию и ей не придется сталкиваться лицом к лицу с женщиной-Гриммом допрашивающую ее. — Приятно познакомиться. Ник сказал мне, что ты в основном в движении. — К сожалению, это необходимо, — объяснила Келли. — Но я должна была приехать в Портленд. — Ты сказала, это как-то связано с убийствами со скальпированием? — спросил свою мать Ник. — Берсерки. Опасный тип существ. Те, кто практикует старые методы, любят сражаться с любым человеком, которого они считают достойным противником. Когда берсеркер побеждает, он снимает скальп со своей жертвы и надевает пальто из человеческой кожи и волос. Это что-то вроде их версии золотой медали. Когда пальто готово, они носят его как символ чести. Показывая всем остальным, что они победили многих великих воинов. И скальп Гримма был бы главным призом. — Никто не прикасается к голове Ника, — страстно заявила Адалинда. — Его волосы остаются там, где они есть. — Я здесь, чтобы убедиться, что это не произойдет, — сказала Келли. — Подожди, я слышал о берсеркерах, — сказал Монро. — Есть легенда, в которой говорится, что когда берсеркер вторгается на территорию, он приносит бурю. И когда берсеркер надевает пальто, это предзнаменование какого-то катастрофического события, которое вот-вот произойдет. — Ну, это звучит не очень хорошо, — пошутил Ник. — Но большая проблема, которая у нас сейчас есть, это то, как нам найти существо, которое является известным бойцом. — Если за тобой кто-то охотится, ты можешь использовать себя в качестве приманки. Устрой какую-нибудь ловушку или что-то в этом роде, — предложил Барт. — Это будет не так просто, — сказала Келли. — Этот берсеркер будет осторожен. Он знает, что преследовать Гримма — его главная задача. Если это покажется слишком простым, он поймет, что что-то не так. — Если этот парень твердо решил снять скальп с Ника, разве он не нападет на него, даже если увидит его в окружении других людей? — Возможно. Или, что более вероятно, он будет тянуть время и ждать, пока не решит, что Ник остался один, — сказала Келли. — Как вы думаете, он мог повсюду следовать за Ником? Выучил его распорядок дня? — Это возможно. — Думаю, я бы заметил, если бы кто-то следил за мной, — прокомментировал Ник. — Если у берсеркеров сильное обоняние. Он может найти тебя, узнав твой запах, почувствовав его проходя мимо, а затем последовать за ним до того момента, когда ты будешь казаться уязвимым, — предложила Элис. — Потрошители охотились на некоторых из своих жертв подобным образом. — У меня есть зелье, которое замаскирует твой запах. Если у этого берсеркера действительно сильный запах, он не найдет тебя с его помощью, — Адалинда обняла Ника. — Адди, милая, мне нужно найти этого парня, — Ник крепко обнял Адалинду. — Моя работа как полицейского и Гримма — остановить его, даже если для этого придется подвергнуть себя опасности. — Сможет ли это зелье скрыть других существ? — спросил Монро. Адалинда кивнула. — Тогда мы сможем держаться достаточно близко к Нику и берсеркер не сможет нас учуять, но мы все равно сможем добраться до Ника, если ему понадобится наша помощь. Розали и Адалинда отправились в магазин специй, чтобы приготовить зелье, Элис сопровождала их, чтобы следить за любой опасностью, в то время как остальная часть группы осталась в доме, чтобы выяснить, где наиболее вероятные места, где мог бы прятаться берсеркер, и какие места берсеркер выбрал бы для нападения на свою цель. В магазине специй Розали заметила, как растет беспокойство Адалинды. — Я уверена, что с Ником все будет в порядке. За последние пару лет он столкнулся с несколькими опасными существами и всегда побеждал. — Я знаю, — сказала Адалинда. — Но я никогда ни к кому не чувствовала того, что я чувствую к Нику. Он стал для меня всем. Я не могу смириться с мыслью потерять его. И я действительно не хочу, чтобы мой ребенок потерял своего отца. Розали тепло улыбнулась ей. Было ясно, что Адалинда влюбилась в Ника. Вернувшись домой, Келли отвела сына в сторону. — Адалинда знает, что я убила ее мать? — Я так не думаю. Честно говоря, я вроде как забыл об этом, — сказал Ник. — Вы двое, очевидно, испытываете друг к другу сильные чувства. И, возможно, Адалинда, в конце концов, поймет, но ей нужно узнать раньше, чем позже. Секреты способны причинить вред. Конечно, Ник знал это, и он не хотел, чтобы между ним и Адалиндой были какие-то секреты. Но он все еще сомневался. Он не хотел поднимать тему, которая могла причинить боль. Адалинде, с темой смерти ее матери, и ему самому, если Адалинда решит быть подальше от него, пока она все обдумывает. — Я скажу ей, когда проблема с берсеркерами закончится, — пообещал Ник. Так случилось, что дело берсеркера завершилось в тот же вечер. Ник и Келли пошли в трейлер и подверглись нападению не одного, а пяти берсеркеров. Казалось, что существа тщательно скрывали свою численность, и все это для того, чтобы застать свою конечную цель врасплох. Но, к счастью, берсеркеры понятия не имели, что их целью был Гримм, который вернулся. Вскоре Монро и Барт присоединились к драке, двое потрошителей вырывали горло у каждого берсерка, в то время как Келли отсекала голову другому мачете, которое прятала в своем пальто. Один из них схватил Ника сзади, в то время как его напарник атаковал Ника спереди. С лица Гримма сошли все краски, и в его глазах светилась неприкрытая ярость. Демонстрируя силу и скорость, которые застали берсеркеров врасплох, Ник изогнулся всем телом. Отбросил того, кто держал его, назад и использовал силу атаки другого против него, схватив его и отбросив к своему партнеру. Прежде чем кто-либо из берсеркеров смог прийти в себя, Ник выбил ноги из-под одного, прыгнул ему на шею, мгновенно сломав ее, а затем ударил другого в лицо с такой силой, что размозжил ему мозг и мгновенно убил его. — Пять берсеркеров, — Монро наблюдал, как герой-триумфатор переводит дыхание. — Произойдет какое-то крупное событие, которое вот-вот произойдет, оно будет массовым. — Может быть, это как-то связано с тем фактом, что мой сын превращается в нечто, похожее на живой труп, и обладает силой и скоростью, которыми не обладают другие Гриммы? — задалась вопросом Келли. — Да, об этом, — пока они избавлялись от тел, Ник рассказал своей матери историю о том, как в него попала слизь смертоплюя и как это повлияло на него иначе, чем на всех остальных. — Ты действительно самый необычный из всех Гриммов, — сказала в изумлении Келли. Многое в жизни ее сына было таким невероятным. Не только тот факт, что у него сложились такие тесные узы с существами, но и то, что у него были крепкие романтические отношения с ведьмой, которая когда-то была его врагом, но теперь счастливо носила его ребенка. И теперь появилась дополнительная информация о том, что Ник пережил нападение одного из самых опасных существ. Все это заставляло мать очень, очень гордиться. Ник позвонил Хэнку и Ренару, чтобы сообщить им, что с убийствами с целью получения скальпов покончено навсегда. Капитан пообещал проследить, чтобы все выглядело на высшем уровне, и Хэнк поздравил Ника с самой сумасшедшей удачей в истории. Группа вернулась в дом Монро и Розали. Барт и Монро рассказали Розали и Элис о том, что произошло. Адалинда и Ник крепко обнимали друг друга, слушая истории потрошителей вполуха. В основном, им просто нравилось держать на руках того, кто заботился о них больше всего, в целости и сохранности. Ник не рассказывал Адалинде о том, что его мать убила ее мать. Он хотел дать время все уладить, и Древогрыз сообщил ему, что их с Адалиндой дом наконец-то достроен и готов к заселению. Все их вещи были перевезены и установлена надежная современная система безопасности. У маленькой семьи Ника был безопасный и уютный дом. Он надеялся, что в нем всегда будет его семья. Но он беспокоился, что то, что он должен был сказать Адалинде, положит конец счастью, о котором он мечтал в своем новом доме. Келли постоянно напоминала ему о том, что ему нужно сделать, и что он не может продолжать откладывать это. Ник знал, что должен сказать Адалинде, что его мать убила ее мать. Он боялся, что это расстроит ее. И ему была ненавистна мысль о том, что между ними что-то может возникнуть после стольких месяцев сближения друг с другом. Он не хотел подвергать опасности их связь, но знал, что у него не было выбора, он не мог рисковать потерять ее из-за того, что хранил от нее секреты. Особенно такие большие, как этот. Итак, однажды вечером Ник попросил Адалинду посидеть с ним на диване. По мрачному выражению его лица она поняла, что это должно быть что-то серьезное. Он признался в событиях, связанных со смертью ее матери, и в том, что именно его мать в конечном итоге стала причиной этого. Адалинда замерла, пытаясь переварить всю информацию. Ник встал, намереваясь дать ей пространство и немного времени, чтобы она решила, хочет ли она продолжать отношения, которые они начали развивать. Он проигнорировал боль в своем сердце, надеясь, что после того, как она справится со своими эмоциями, Адалинда снова примет его. Но, как оказалось, Адалинде не нужно было времени, чтобы разобраться в этом, и она точно знала, чего хочет от Ника. Расстроенная тем, что он увеличивал расстояние между ними, она потянулась к нему. — Подожди! Куда ты идешь? Не уходи?! — Я бы никогда тебя не бросил, — заверил ее Ник и снова сел рядом. — Я просто подумал, что ты захочешь побыть одна. Адалинда покачала головой и крепко обняла его. — Я не знаю, что чувствовать по поводу того, что твоя мать убила мою мать. Но я знаю, что люблю тебя и мне действительно не нужно отчуждения от тебя. Ник обхватил ее руками, зарылся носом в ее волосы и крепко прижал к себе. Облегчение от осознания того, что она все еще хотела, чтобы он был с ней, в сочетании с ее словами о том, что она любит его, лишили Ника возможности говорить. Поэтому они просто сидели, обнимая друг друга, наслаждаясь теплом и уютом, которые дарил им другой. Когда мать Ника вошла в дверь, она почти ожидала увидеть своего сына с красными глазами и страдающим от боли, и он скажет ей, что Адалинда бросила его. Она испытала облегчение, увидев его и ведьму в объятиях друг друга. — Похоже, ты хорошо восприняла новость, — заметила Келли. — Мои отношения с матерью были сложными, — ответила Адалинда. — Я не знаю, что чувствовать по поводу того, что ты убила ее. Но я точно знаю, что не могу потерять Ника. И я не буду отталкивать его из-за событий, которые ни один из нас не мог контролировать. Тем более, что я совершила некоторые вещи, которыми не горжусь. Прошлое должно остаться в прошлом. — Адалинда положила руку на живот. — Ради этого ребенка. Келли почувствовала, что ее уважение к Адалинде возросло. Очевидно, что она была ответственной матерью и ставила потребности своего ребенка выше своих собственных. Но была также кристально чистая привязанность ведьмы к Нику. Адалинда не скрывала тот факт, что она заботилась о Нике и хотела быть с ним. Какая-то часть Келли беспокоилась об отношениях между ведьмой и ее сыном, но видя, как они сидят вместе, обнимают друг друга и смотрят друг на друга с любовью в глазах, Келли успокоилась оттого, что ее сын был с идеальной женщиной для него.