НИИЧАВО себе…

Привалов удивленно охнул, оказавшись на пороге избы. Люди внутри были удивительно счастливы. Стол ломился от еды. В углу сидела девчонка, завернутая в теплую одежду, она дрожала. - Добрые люди, по какому случаю праздник? - Солнцестояние, - ответствовала ему одна из женщин. – Садись гость, проводи душу с нами вместе! Александра быстро увлекли за стол мужчина: - Дочка-то моя в этом году жива осталась! Проводить неизвестную душу решили всей деревней, а поселение у нас небольшое… Но знать не знаем, кого в этот раз выбрали. - Выбрали куда? – Александр уже завернул подсунутый блин и положил в рот. - В подарки духу, конечно же. Ты, что ж, не местный? Ээх, ты! Ну, ладно! Приобщайся! В сознании Привалова мелькнуло какое-то легкое подозрение, что тут что-то нечисто, но что… он не мог поймать ниточку. И просто подчинился правилам жителей сказки, помня еще из прошлого путешествия, что нарушать написанное – опасно. Досыта наевшийся Александр Привалов вернулся спустя пару часов, оказавшись на том же постаменте машины. Его возвращение вызвало ликование у Луи Седлового. - Рассказывайте нам, Саша, что там был за праздник такой?! А то звук настроить не смогли. Его вопрос заглушил громкий восклик: - Твою мать! Что я Ивану Степановичу скажу?! – Ковров снова схватился за голову, когда Привалов вернулся, а Кира, очевидно, бесследно исчезла. Фёдор Симеонович весь вжался в кресло. Его однофамилец со своим легким и доброжелательным характером всегда, в глубине глаз, казалось скрывал что-то глубокое и неизведанное. При условии, что к вершинам не стремился. И, как будто, довольствовался теми регалиями, что имел. - Все в порядке, господа! Раз Александр вернулся, на этом экране мы можем отслеживать перемещение второго путешественника… Сейчас включу его только, что-то отключился… Его речь оборвалась на полуслове, потому что экран внезапно покрылся коркой льда, показав лишь на мгновение снежный лес. О котором Седловой умолчал. - А вы предупреждали Киру Анатольевну, чтобы магию не использовала? Вдруг, что не так… - Проблеял какой-то лаборант, до этого молчавший за аппаратурой. - Конечно! Нет… Наверно она и сама догадается. Она ведь умная женщина, - Седловой улыбнулся уже менее уверенно и скис под взглядом Виктора. - Товарищ Седловой, вы, что же… - Ковров упал в одно из кресел и судорожно соображал, что скажет Киврину, о том, где его ведьма. – Вы не можете вызвать путешественника обратно?! Седловой молча почесал затылок. Он не знал. Ковров встретился с Фёдором Симеоновичем взглядами, и Виктору показалось, что только они двое и напуганы в самом деле. - Витя, вы не переживайте, - Привалов неловко сел рядом. – Я же путешествовал с ней. И вот, видите, я здесь. Целый и невредимый. Значит, ей досталась история подлиннее. Скоро вернется… У меня там как праздник закончился, меня и выкинуло обратно. Ковров внимательно смотрел на испачканную бороду Привалова. - А что ели за тем столом? – Его явно озарила не лучшая идея. - Так, блины. Масленица, наверно! Хорошо было, детям понравится. Правда, говорили они про проводы души… - Сашка, какая масленица перед новым годом?! – Роман Ойра-Ойра покачал головой. – Поминки это были. Привалов медленно поднес руку ко рту, закрывая его. Вот она ниточка, которую ему было не поймать. - Скоро по мне блины есть будете. Я звоню Ивану Степановичу, - Ковров тяжело выдохнул, втянул в грудь воздуха и набрал цифры номера директорского телефона. Каждый гудок падал камнем в желудок. Но фраза: «НУИНУ, заместитель директора Киврин слушает…» совсем лишил решительности. - Иван Степанович… По упавшему голосу Коврова Киврин на той стороне, кажется, что-то понял. - Почему звонишь ты, а не Кира? – Раздался вопрос с той стороны. - Ведьма твоя никого не слушает, как обычно… - начал было Ковров. – Я не смог остановить. - Пострадала? Сунулась к машине? - Мы не знаем, где она. - Выезжаю, - прозвучал хриплый голос. Трубку бросили в эту же секунду. Фёдор Симеонович шумно сглотнул: - Я ттак ппппониммаю… Оббед ггготттовил… он? Ковров молча кивнул. Всем окружающим было ни черта не понятно. Кроме Привалова, да Фёдора Симеоновича, которые услышали или заметили лишнего. - Я так понимаю, - низко повторил за Фёдором Кристобальт Хозьевич. – Это ее заместитель? Но ему никто не ответил.

***

Оказавшись в одно мгновение посреди заснеженного леса в неизвестной чаще Кира Анатольевна была готова разразиться потоком всех известных ей нелицеприятных слов на всех языках, но поостереглась. Здесь была ночь, а значит могут быть и дикие животные. Шуметь точно не стоило. Первое мгновение Кира не двигалась, надеясь, что это идиотская вредная шутка и сейчас ее вернут обратно. Да и с детства в голове каждого человека было вбито правило – потерялся, значит стой на месте. Холод немедленно пробрался под платье, пробежал по позвоночнику. Благо на Кире были хотя бы сапоги – она не стала их переодевать. Будь на ногах туфли, она околела бы куда быстрее. Ни Привалова, ни машины Кира нигде не увидела. Ни следов на снегу не было, ни звуков. По объяснениям Товарища Седлового, изложенных из уст еще Януса Полуэктовича, у нее, как минимум, должна была остаться та самая машина. Но все вышло так, что эта рухлядь перенесла ее в этот лес отдельно от себя и отдельно от Привалова. Стоило предположить, что машина вызовет ее обратно, когда закончится эта самая «сказка». - Это они собрались детям показывать? Решили таким образом от них избавиться? – Прошептала Кира и обвела взглядом еще раз полянку вокруг себя, убедившись, что перенеслась сюда она одна. И только после стала оглядывать окружающее пространство вдалеке на наличие иных живых форм. Вокруг были только лес и снег по колено. А еще – жуткий ветер завывал между деревьев. Подняв руки на уровень груди, Кира попыталась оградить себя от холода, разбираться, где она и можно ли здесь колдовать, больше у нее времени не было вовсе. Прежде, она быстро продрогла, не решаясь использовать магию, так как ясности, где она оказалось, не было. В этом самом сказочном мире или в ближайшей от НИИ тайге. Мороз был совершенно точно не сказочный. И иней, который скоро образовался на ресницах и кончиках волос, об этом говорил. Только собиравшаяся, наконец, применить магию Кира замерла, чувствуя всеми нервными окончаниями опасность. Она обернулась. Шемаханская была готова поклясться, что видела тень человека, который за ней наблюдал. Он вызвал в ней такой первородный страх, что Кира даже позабыла, что находится на грани и замирать, а, тем более, опускаться на ею же утоптанный снег – не лучший вариант. Ладони болели от холода, но жуткий страх не позволял задумываться над этим. Увидев большую ель с высокими нижними ветками, Кира сочла, что уж лучше раскопать немного рыхлого снега и скрыться под ней. Она вовсе забыла, что может колдовать – настолько парализовал этот страх способность соображать. Стоило сначала спрятаться, а позже думать – в какую сказку ее могло занести. Под елью оказалось хорошее место для укрытия, стоило немного раскопать снег. Прислонившись спиной к массивному стволу ели, Кира обхватила себя руками и, наконец, перевела дух. - Ваня был прав… Опять его не послушала. По телу внезапно стало разливаться странное тепло. Возможно – от недавней активной работы. Но в рациональном разуме мелькнула мысль «вторая стадия переохлаждения». - Тепло ли тебе, девица? – У самого уха раздался голос. Кира вновь впала в оцепенение, пытаясь понять, что происходит. Это галлюцинации? Почему этот голос похож на столь знакомый и родной ей голос Ивана? Но он будто сопровождался странным морозным треском. - Тепло ли тебе, красная? – Голос повторился. Ее, что, отправили не в добрую детскую сказку, а к самому опасному божеству холода? - Не гожусь я тебе в жертву, Мороз, - негромко произнесла Кира. И то было правдой. Во-первых, она девственницей уже давно не была. Во-вторых, она - ведьма. А по всем канонам и поверьям Божество Холода именно чистых и невинных красавиц предпочитал. - Тепло ли тебе, девица? – Тем временем не унимался трескучий голос. – Тепло ли тебе, красная? - Тепло, Мороз, - Кира решила прекратить поток этих глупых вопросов, пойдя по сказочным канонам. – Очень тепло. По факту, она даже не врала. Она настолько замерзла, что с каждым мгновением становилось только жарче. Благо понимание, что не надо этому теплу верить, было при ней. - Тепло ли тебе, девица? – Кира ощутила, будто ее плеч касаются столь знакомые кисти рук, что потеряла бдительность. – Тепло ли тебе, красная? - Очень тепло, Ванечка, - Кира была уверена, что ощущает на щеках знакомые прикосновения. Сознание стало уплывать, несмотря на все попытки держаться. - Моей невестой ты отмечена, - теперь она могла поклясться – это был голос ее Вани. Это отрезвило. Кира тряхнула головой и, сотворив заклинание, ударила им в воздух, откуда доносился голос. Никакого Киврина здесь и быть не могло. - Интересная, - протянул голос, обдавая морозом левую сторону шеи, а талию обхватила невидимая рука, пальцы сжались на тонкой ткани платья. - Я уже отдана, - Кира из последних сил попыталась отцепить невидимую руку, но ее будто не было на деле. - Я чувствую на тебе его следы, ведьма. Кто же принес тебя мне в жертву? Создавалось ощущение, будто ее крепко держат, но новая вспышка рационального мышления говорила о том, что это очевидное обморожение. Руки не шевелились, пальцы не позволяли сотворить заклинание. Мороз охватил все тело, не давая шевелиться. Сильная холодная рука легла на лоб, закрывая глаза. Сопротивляться хозяину холода сил уже не было. Теряя сознание, Кира почувствовала, как ее поднимают в воздух, отрывая от обжигающего снега.

***

- Черт возьми! – Иван по ту сторону телефона кричал Коврову в ухо так громко, что тот даже боялся рот открыть. – Почему ты с ней не пошел, Витя?! Ты же обещал! Он перезвонил в НИИЧАВО, как только оказался дома. - Она не слушала меня. Вцепилась в Привалова. - Она зачем полезла?! Ковров отчетливо слышал, как Иван собирает сумку, пока костерит его, на чем свет стоит. - Ну… проверить, что там действительно дети по ту сторону увидят… - И как, проверила?! Куда они ее хоть отправили?! - Я видел, как упал указатель новогодняя… Там эти указатели на соплях… - Новогодняя… Они ее, что, без теплой одежды в новогоднюю сказку отправили?! А если эта сказка в зимнем лесу разворачивается?! - Это было не задумано изначально… Ковров сглотнул. Ему зимний лес и холод даже в голову не пришли. Александр в какой-то дом попал… Там тепло было. Мед пиво пил, все по канону… - Иван Степаныч, думаешь, ее куда-то не туда могло забросить? Поэтому вернуться не может? По ту сторону трубки раздалась какофония из сошедших с ума часов. Ковров отодвинул трубку от уха и поднял взгляд на участливых Фёдора Симеоновича и Александра Привалова. Роман Ойра-Ойра расхаживал по комнате туда сюда и почесывал затылок. - Вы же сами говорили – она потомственная сильная ведьма, - Роман сделал шаг к трубке. – Наверняка не пропадет, вон, одним взглядом Выбегалло заткнула! - Выбегалло ваш… - Ивана Степановича снова заглушили часы. – Будьте любезны меня встретить!