Часть 2

Глава 2 Никто здесь не ждёт, что она вернулась.

Шэнь Юй приехал из компании, одетый в строгий элегантный светло-серый костюм. Время не оставило следов на его красивом лице; его взгляд был таким же, каким его помнила Шуансю. Нежный, безмятежный. Хотя Шэнь Юй навещал её каждый год, она вдруг почувствовала себя чужой ему. Увидев, что она не села в машину, Шэнь Юй окликнул её: «Сяо Цзю». В тот момент, когда прозвучал этот глубокий голос, у Шуансюй защипало в носу. Она тут же опустила глаза, наклонилась, чтобы сесть в машину, и позвала: «Брат». Машина плавно двигалась в вечернем потоке машин, в салоне царила тишина. Шэнь Юй скрестил ноги и спросил её: «Во сколько твой рейс?» «Он приземляется чуть позже двух». «Почему ты не попросила меня забрать тебя?» «Я не хотела мешать тебе работать», — сказала Шуан Сюй. «Из аэропорта легко вызвать такси». Взгляд Шэнь Юя упал на её опущенные глаза. Раньше она была очень общительной, он баловал её, она любила его и во всём на него полагалась, а в его присутствии становилась совершенно неуправляемой. Теперь она вела себя очень хорошо. Но в её хорошем поведении не хватало близости; даже её поза выдавала неловкость. После того как её вынудили уехать за границу, она даже не вернулась на Праздник весны, возможно, из вредности или просто потому, что не хотела видеть этих людей в Китае. В последний раз Шэнь Юй видел её в прошлом году, в день её рождения. У неё была высокая температура, и она заперлась в своей квартире за границей. Шэнь Юй прилетел, чтобы навестить её. Она сильно изменилась по сравнению с тем временем, когда была рядом с ним. За годы разлуки наивность девушки исчезла, уступив место утончённой элегантности зрелой женщины. Шэнь Юй на мгновение посмотрел на неё сверху вниз, а затем сказал: «Сяо Цзю отдалилась от своего брата». «Нет, я просто...» «Боялась доставить тебе неприятности — это и есть отдаление». Шуан Сюй просто выдумала историю: «Я хотела сделать тебе сюрприз». Вероятность того, что взрослый сюрприз обернётся шоком, составляет 50 %. Когда Шуан Сю и Шэнь Юй вернулись в дом семьи Шэнь, Шэнь Чанъюань и его жена уже ждали их. Как только они вошли, Фу Юнь взволнованно притянула её к себе, оглядывая с головы до ног, слева направо, спереди назад, и отмечая, как она выросла и как мало изменилась, оставшись такой же, как прежде. «Ты звонишь ей по видеосвязи каждый месяц, конечно, ты не замечаешь разницы», — сказал Шэнь Чанъюань с довольным видом. Он спросил Шуансю: «Почему ты не сказала нам, что возвращаешься? Мы не успели ничего приготовить дома». «Возникли непредвиденные обстоятельства, — объяснил Шуансю. — Я уехала в спешке и не успела тебе сказать». «Ты так поздно вернулась, наверное, проголодалась!» — сказала Фу Юнь. — «Сегодня на ужин твои любимые блюда. Тётя Ван была так рада услышать, что ты вернулась». На столе стояли любимые блюда Шуансю из детства. Перед ней лежала морская окунь, а суп из чёрной курицы был ароматным и вкусным. Фу Юнь продолжала класть еду на тарелку. Шэнь Чанъюань задал ей несколько вопросов о жизни за границей, а когда разговор зашёл о её работе, тема неизбежно перешла на её недавнее возвращение в Китай. «Как долго ты будешь в отпуске?» Шуансюй знала, что приближается к минному полю, но не хотела лгать. Она отложила палочки, подняла глаза и серьёзно сказала: «Я уволилась». После этих слов в гостиной воцарилась тишина. «Ты уволилась?» — Фу Юнь замерла, держа в руке палочки для еды. Она удивлённо посмотрела на неё, а затем на Шэнь Юя. «Я никогда не слышала, чтобы ты об этом упоминала. Почему так внезапно?» Увольнение с работы за границей означало, что на этот раз она, возможно, не уедет из Яньчэна. Тепло и радость, которые она только что испытала, были подобны искусно сделанному стеклянному полотну — красивому, но хрупкому. «Ты уволилась из авиакомпании, собираешься вернуться в Китай?» Шуансюй не ответила, но вместо этого спросила: «Можно я вернусь?» Фу Юнь замялась. «У тебя так хорошо получалось за границей, почему ты вдруг захотела вернуться?» Почему она вдруг захотела вернуться — Отчасти потому, что Шуян был болен, но, что ещё важнее, она хотела вернуться домой. Но Шуансюй знала, что у них была не только одна причина. За границей было хорошо, но ничто не могло сравниться с её чувствами к Яньчэну. Это было место, где она выросла, с палящим летом и долгими холодными зимами. К сожалению, никто здесь не ожидал её возвращения. В этот момент Шэнь Юй, который до сих пор молчал, поставил перед Шуансюем тарелку с очищенной от костей рыбой. Рыба, полупрозрачная и нежная, лежала на белой фарфоровой тарелке и мягко постукивала, нарушая неловкое молчание за столом. "Как твой старший?" Шуансюй вкратце рассказал о состоянии Шу Ян. Шэнь Юй спросил: «Тебе нужна моя помощь?» Она покачала головой: "План химиотерапии составлен, и все используемые препараты первоклассные. Конкретные детали будут зависеть от результатов после химиотерапии." Таким образом, тема была изменена. После ужина Фу Юнь пригласила Шуансюй остаться у неё дома, не дав ей возможности отказаться, и сразу же повела её наверх. «В твоей комнате сегодня только что убрались, и все твои вещи на месте. Смотри, — Фу Юнь с гордостью указала на новенькие розовые простыни с цветочным узором, — я купила их специально для тебя. Тебе нравятся?» Шуан Сю снова сказала: «Спасибо, крёстная». «Почему ты постоянно меня благодаришь? Не будь такой вежливой». Фу Юнь на мгновение замолчала, а затем взял её за руку и сказал: «Хорошо, что ты вернулась. Ты была совсем одна в таком далёком месте, где все были тебе незнакомы. Я беспокоилась, что с тобой может что-то случиться. В прошлый раз, когда твой брат навещал тебя, он сказал, что у тебя была высокая температура и ты бредила, лежала дома одна, и даже некому было принести тебе воды. Мне было так грустно; я ворочался всю ночь, не мог уснуть». (П\П Не верю в то что она говорит… аррр) При этих словах её глаза покраснели, и Шуан Сюй поспешила утешить её: «Я в порядке. Я взрослая женщина и могу позаботиться о себе». «Хоть ты и стала старше, всё равно ещё маленькая девочка». Фу Юнь погладила её по щеке. «Ты с детства плохо спишь в самолётах, наверное, ты очень устала. Прими горячую ванну и ложись спать пораньше». После того как Фу Юнь спустилась вниз, Шуан Сю медленно обошла комнату, проводя кончиками пальцев по столу и книжной полке у стены. В этой комнате она прожила десять лет; даже пыль в воздухе казалась ей знакомой. После купания Шуан Сю хотела спуститься вниз и попросить тётю Ван приготовить суп для Шу Ян, но она медленно остановилась на верхней ступеньке лестницы. Сквозь щель в перилах она могла видеть гостиную. Шэнь Юй сидела к ней спиной, а напротив нее — Шэнь Чанъюань и его жена. «А Юй, скажи мне правду, ты действительно не знал, что Шуан Сю вернётся?» — спросил Фу Юнь. «Ты был против?» Шэнь Юй скрестил ноги и равнодушно ответил: «Она может вернуться, когда захочет, ей не нужно чьё-то разрешение». «Тогда скажи мне правду, что ты думаешь теперь, когда она вернулась?» Шэнь Юй сказал: «Когда ты объединилась с семьёй Сун, чтобы избавиться от неё, ты не спросил моего мнения». «Я делала это ради твоего же блага», — сказал Фу Юнь. «Те слухи чуть не погубили нашу семью. Если бы не она…» (П\П вот и настоящая личность, она думала только о репутации, и ей было плевать на девочку, которая была одна заграницей.) Шуан Сю прислонилась к стене, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Шэнь Юй спокойно перебил её: «Дети распространяют слухи, у них острый язык. Другие им верят, и ты тоже им веришь». Фу Юнь замолчал. Шэнь Чанъюань похлопал её по руке. «Давай не будем говорить о прошлом. Она не хотела возвращаться последние несколько лет. Должно быть, она чувствует, что мы не хотим её возвращения, и это разбивает ей сердце. Раз ребёнок хочет вернуться, не прогоняй ее снова». «Если она захочет вернуться, это всегда будет её домом». Несмотря ни на что, Фу Юнь искренне любила её. «Но Юй, Шуан Сюй уже не ребёнок. Даже братья и сёстры должны избегать подозрений, не говоря уже о вас двоих». Шуан Сюй больше не слушала и повернулась, чтобы пойти в свою комнату.