Глава 2 «Испанский стыд»

***

Голова гудела, пока я снова и снова выплёскивала воду на лицо, пытаясь унять беспокойные мысли. Совсем недавно раскрылись другие воспоминания из прошлого, которые до этого совершенно никак не фигурировали в моих снах. Из-за только что новоприбывшего ученика я смогла вспомнить своего кузена из прошлой жизни. Они были чем-то похожи визуально, но если я правильно смогла запомнить, то Камило выглядел слегка иначе, намного добрее и более открытым. Этот же парень казался намного темнее и загадочнее, пускай и вёл себя приветливо, представляясь всему классу. Его улыбка была настолько яркой, что мне действительно показалось, будто кузен вновь появился в моей жизни. Возможно, это действительно было бы прекрасно, не считая одного факта… Если он действительно здесь, то он, как и я, переродился, а значит, тоже умер… Я резко ударила себя по щекам, вновь стараясь избавить себя от навязчивой мысли. Хлопок от соприкосновения моих ладоней и кожи был настолько громким, что его эхо слышалось ещё несколько секунд. После чего из рта вырвался сдавленный выдох, протягивая одну лишь букву «с» вместо полноценного ругательства. Щёки стали очень сильно болеть, постепенно краснея на моих глазах через отражение. Если приглядеться, то можно было увидеть даже отпечатавшиеся пальцы. Обречённо вздохнув, я опустила голову и стала тихо шептать себе под нос: — Всё это неправда… Он жив, всё с ним хорошо… У него счастливая и нормальная жизнь… Я продолжала бормотать в попытке переубедить себя.  Если подумать, то ему сейчас где-то лет девяносто? Люди ведь могут прожить и дольше, верно? Значит, мне не стоит беспокоиться, всё-таки люди бывают чем-то похожи. Как только эта мысль наконец-то вбилась в мою голову, дверь туалета открылась. Краем глаза я заметила знакомый силуэт, после чего обернулась, зная, кто зашёл сюда.  — Марианна, ты в порядке? — тихо и слегка не уверенно спросила Инес.  Это одна из моих одноклассниц, с которой у нас сложились неплохие отношения, пускай и не дружеские. Она была довольно симпатичной девушкой с тёмной кожей и большими яркими коричневыми глазами, по крайней мере, так мне казалось из-за толстых линз очков на её глазах. Волосы короткие, тёмно-каштанового цвета и завязанные в неаккуратный хвост. Сегодня Инес была одета в джинсовый комбинезон с шортами чуть выше колен, как всегда, заляпанные кляксами различных цветов. На ногах были простые кеды чёрного цвета, слегка поношенные и также в засохшей краске. Мне всегда было интересно, она рисует или что-то расписывает? Я ни разу не видела её за чем-то подобным, даже на уроках рисования, Инес никому не показывает свои работы, лишь учителю. Возможно, мне бы удалось когда-нибудь спросить её об этом, но всё никак повода не находила. Да и после одного случая несколько месяцев назад вообще как-то перестали общаться.  Однажды я вызвалась добровольцем в помощники для одного из наших учителей и должна была подготовить кабинет ботаники. Должен был состояться масштабный конкурс на знания биологии. Придя пораньше в школу и попытавшисьзайти в кабинет, я увидела странную картину, которая ещё долго не могла выйти из моей головы. Инес гладила кактус, стоящий на окне, и разговаривала с ним. Это были не просто какие-то слова, а настоящий диалог двух лиц, одного из которых я просто не могла услышать.  И это странно… Хотя творческие люди все чудные. Я вот, к примеру, помню свою прошлую жизнь и пытаюсь узнать об этом больше!  Ха-ха… Это всё равно странно… — Марианна, слышишь меня? — снова раздался звонкий голос одноклассницы, выводя меня из мыслей. — А, прости! Ты что-то говорила? — Ты опять где-то витаешь? Я спросила, как ты? Что случилось в классе? Ах, ну да, я и забыла… И вот как из таких ситуаций выкручиваться, что вообще стоит говорить?  «Я благодаря нашему новенькому ученику совсем случайно вспомнила одного своего родственника из прошлого». Это даже звучит бредово, так что не катит. Правду говорить совершенно не вариант. Инес хоть и с приветом, но даже она не поймёт меня, слишком эта ситуация абсурдна. Думай, Мариана, думай… Нужно что-то правдоподобное придумать и по быстрее! — Ну… это… как бы… Ничего такого. Что тут скажешь, ответ года. Почему-то именно в такие моменты голова совершенно не работает, отказываясь мыслить хоть немного креативнее.  Разумеется, моя одноклассница была в ступоре, её распахнутые глаза говорили сами за себя. Инес неловко почесала затылок, после чего полезла в напоясную сумку, что всегда была у неё, заместо обычной большой сумки или рюкзака. Этот небольшой промежуток времени мы обе молчали, слушая шуршание бумажек, которые та задевала руками, пытаясь что-то найти. Удивительно, что за всё это время никто не зашёл в туалет, хотя обычно многие здесь бывают. Даже если не по нужде, то покурить или просто посидеть на подоконнике. Сейчас же, кроме нас, тут не было ни единой души, сквозь небольшой шум от бумажек я слышала голос учителя из ближайшего кабинета, яростно спорящего с учениками. Наше молчание затянулось на целую минуту, которая длилась, как мне казалось, вечность. Просто представьте эту ситуацию, двое людей стоят в пустом школьном туалете, где эхо было раза в два громче, чем в любом другом месте. Вы не разговариваете, а ваш прошлый диалог оборвался буквально ни на чём. При этом уйди тоже не представляется возможности, потому что стоите слишком далеко от двери, которую к тому же перекрывает ваш собеседник. Даже взгляд девать некуда, в зеркало смотреть долго не получается, на стены с облезлой краской тоже не вариант, а окно слишком далеко, да и там было видно лишь чистое голубое небо.  Неловко, не правда ли? Стоило мне только подумать об этом, как девушка резко что-то вытащила из сумки и протянула мне, зажав в руке. Я не совсем понимала, но всё-таки подставила ладонь, на которую приземлилась небольшая конфета, завёрнутая в яркую сиреневую упаковку. После чего Инес опустила голову и совсем тихо прошептала: — Не грусти… Всё будет хорошо… На лице невольно образовалась улыбка, пускай и не самая счастливая за то, неподдельно-искренняя. Одним лёгким движением я развернула конфету и положила её в рот. Вкус был приятным, слегка свежим, даже немного покалывал язык, будто иголки кактуса. Я так и не поняла, с чем была эта конфетка, но она точно подняла мне настроение. Сейчас мне хотелось простого спокойствия, не идти на урок, слушать учителя и перешёптывания одноклассников. Я засунула шуршащий фантик в карман юбки и отошла от раковин, подходя к подоконнику и садясь на него. Недолго постояв на месте Инес присоединилась ко мне, присаживаясь рядом. Промолчав так ещё минуты две, она неловко спросила: — Может, поболтаем? А то сидеть молча ещё большую часть урока я не смогу. На лице вновь проскочила лёгкая улыбка. Мне и самой не хотелось слишком долго молчать, потому что от этого в голове крутилось слишком много мыслей. Они шли потоком через всю голову, визуализируясь в картинку перед глазами. Довольно жуткая вещь, если так задуматься, особенно, когда ты не в состоянии прекратить это и вернуться в реальность. И, к моему сожалению, я не могу остановить приходящие и резко уходящие мысли. Хотя сейчас, на удивление, в голове полная пустота, и при попытке подумать о чём-то большем, чем текущая ситуация, получала абсолютное ничего. — Давай, но я не знаю, о чём говорить… — Ну… Как тебе этот новенький? Забавный, правда? — спросила одноклассница, пытаясь вывести меня на нормальный диалог.  Не самая удачная тема, учитывая, что именно из-за него у меня и произошла истерика. Хотя нет, это я просто себя накручиваю. Да, признаю, Карлос стал катализатором одного из воспоминаний о прошлом, но ни больше. Это уже моя память сыграла со мной в злую шутку. Парень ни в чём не виноват, понимаю… Но почему-то всё равно не могу успокоиться.  — Он… Вроде хороший… — с трудом выдавила из себя я. Может звучит и глупо, но сказать действительно нечего, ведь после того, как он представился, я его уже не слушала. Вроде весёлый, даже симпатичный, не больше.  — Я слышала от Долорис, что в своей прошлой школе он был довольно популярен. Постоянно был в центре событий, постоянно на праздниках был в качестве ведущего. Думаю, наш драма-кружок быстро заберёт его к себе, а в наш вступить даже предлагать не стоит. — Почему? Может ему понравится в нашем просто поговорить с ним. Я и Инес уже два года посещаем арт-клуб, где каждый занимается своим творчеством. К примеру, мне постоянно хочется пробовать что-то новое от классической живописи на холсту, до объёмных картин, сделанных из туалетной бумаги. Думаю, если я просто спокойно поговорю с Карлосом, то он присоединится к нам. И возможно, тогда у нас будет чуть больше людей, чем три человека, и один из них это наш учитель искусства.  Не понимаю, почему всем так не нравится творчество… Или спортивные секции просто более популярные?

***

Всё таки мы смогли разговориться. Удивительно, но, кажется, та, кого я считала тихой и нелюдимой, оказалась той ещё болтушкой. Эти полчаса, что мы провели в туалете, довольно неплохо сблизили нас, чему мы обе были рады. Когда же звонок с урока прозвенел, я и Инес вышли в коридор, направляясь к нашему классу, не отрываясь от разговора. И как только мы завернули за угол, то умудрились столкнуться с тем, с кем мне бы хотелось меньше всего. Карлос был с парой ребят из моего класса, которые, по всей видимости, решили провести ему экскурсию по школе. И стоило им увидеть меня, как они сразу же накинулись на меня с вопросами: — Мари, ты как?! — Что случилось?! — Что за внезапные слёзы?! — Кто обидел?! — Кому врезать?! — Своих в обиду не даём, за них мы в морду бьём! Мне и слова не давали вставить, продолжая спрашивать. Приятно, конечно, знать, что мальчики беспокоятся, но это перебор. Тем более при всех… Да ведь помимо нас в коридоре было ещё много народу, которые со смехом наблюдали за всей этой сценой. К счастью, это прекратилось тогда, когда новенький подал голос: — Ребят, давайте по спокойнее. Сразу после его слов одноклассники действительно замолчали и немного отошли, давая Карлосу возможность подойти ко мне. Оказавшись так близко друг к другу, по крайней мере, ближе, чем положено, в голове снова появились мысли о Камило. Я всматривалась даже в самые мельчайшие детали на лице новенького, пытаясь хоть за что-то зацепиться. Чем дольше это продолжалось, тем больше я находила отличий. Всё-таки у них было что-то схожее, но ничего большего. В лице было нечто отдалённо похожее, круглые щёки и широкий нос. На этом всё. Даже волосы оказались другими, у моего кузена определённо были пышные светлые кудри, цвета карамели, а у этого они скорее были волнистые и тёмные, как шоколад. Веснушки, которые даже на лице Камило можно было едва заметить, отсутствовали. За то присутствовала эта странная темнота на глазах и немного под ними. Найти объяснение этому было тяжело, но, скорее всего, такое появляется от недостатка сна и плохого питания.  Возможно, мои размышления казались намного более долгими, чем я думала. Стоило только выйти из своих мыслей, как мне пришлось столкнуться с пронзительным взглядом Карлоса, который смотрел не моргая. Это даже заставило моё тело вздрогнуть и слегка отодвинуться назад, что было замечено не только новеньким, но и остальными. Инес с мальчиками явно напряглись, увидев такую странную реакцию. Всего на секунду один из одноклассников хотел что-то сказать, вот только его резко перебил Карлос, разворачиваясь к ним. — Мы отойдём поговорить с… моей новой одноклассницей. Никто ведь не против? Не дожидаясь ответа, он положил руки на мои плечи и подтолкнул в противоположное от одноклассников направление, добавив при этом «ну и замечательно». Тем самым давая ответ на свой же, по всей видимости, риторический вопрос. Мы прошли через весь коридор, пока не завернули за один из углов, где было на удивление безлюдно. Убрав свои руки, Карлос повернулся ко мне и немного неловко улыбнулся. Он хотел начать разговор, но не знал, как вся эта ситуация была, по меньшей мере странной, а по большей части очень запутанной.  — Скажи… это ведь не из-за меня, ты там расплакалась? — спросил он, пытаясь как можно корректнее подобрать слова.  Это вызвало к меня лёгкую улыбку. Неужели Карлос действительно думал, что в чём-то виноват, хотя это было не так… наверное. Так или иначе, ему, как и остальным, не стоит знать о реальной причине моего плача. Так что нужно просто выдохнуть и спокойно сказать… что-то сказать.  Желательно придумать что-то более правдоподобное… и не слишком утрированное… Ну, давай же, фантазия, прояви себя быстрее! — Нет, что ты, конечно, нет! На самом деле, это такая глупая ситуация вышла! Мне вспомнился один случай, и в этот момент как раз зашёл ты. Ну а дальше… ты помнишь, — торопливо выдала я, стараясь из отдельных слов составить что-то более менее связное. По сути, я даже не вру, просто скрываю подробности, чтобы не выглядеть совсем уж идиоткой. Да и он не просил подробностей. Бывает же такое, живёшь себе спокойно, как вдруг вспоминаешь такое событие, которое заставило тебя плакать? Было же? После моего невнятного ответа лицо Карлоса сменилось несколькими различными эмоциями. От лёгкой грусти до неловкости, сопровождающегося распахнутыми глазами и приоткрытым ртом, застывшего в натянутой улыбке. Видимо, мои слова он не совсем понял, но попытался принять, чтобы не ставить нас в неловкое положение ещё раз. Он встряхнул головой и постарался сделать более убедительное лицо. Теперь его лицо выглядело более радостным и даже понимающим.  — Ах, вот как. Я-то себе столько всего навыдумывал, уже даже стал вспоминать, когда мог тебя чем-то обидеть и где встретить, — оптимистично говорил парень, неловко почёсывая голову. Мы с ним посмеялись над этой ситуацией, но далеко не тем самым искренним смехом, как можно подумать. Это был неловкий и затянутый смех, каждый из нас улыбался с такой натяжкой, можно было даже подумать, будто кто-то неумело зафиксировал наши уголки губ. Хотелось, чтобы разговор закончился как можно быстрее, слишком некомфортно было находиться рядом с Карлосом. Да и он, скорее всего, желал того же.  Как только наши неловкие смешки утихли, парень резко протянул мне руку и бодро произнёс: — Давай начнём всё с начала, меня зовут Карлос Эскобар. Немного помедлив, я всё-таки ответила на его рукопожатие, протянув руку в ответ и подыгрывая, сказала: — Я — Мариана Мартинес, приятно познакомиться. Снова раздался этот неловкий смех, который буквально давил на уши. Постепенно наши смешки прервались, оставляя за собой неприятную повисшую тишину. На лицах застыли натянутые улыбки, которые буквально говорили о том, насколько некомфортно мы себя чувствовали. С большим трудом наше рукопожатие всё же разорвалось, оставляя на ладонях неприятный потный липкий слой, без возможности вытереть его салфеткой. Ещё несколько секунд мы стояли молча, пока, слава богу, он не решил прервать эту тишину и вытащить нас из этого поточного круга неловкости: — Что ж, было приятно познакомиться… я бы рад поболтать с тобой ещё, но ребята мне школу хотели показать… так что, увидимся?  Врёт и не краснеет, скорее всего, это был наш первый и последний разговор. Я лишь улыбнулась так естественно, как только могла, и сказала: — Да, конечно. Скажи, пусть парни тебе покажут наш спортзал, там у нас новый инвентарь. Господи, что я несу?! Надо было остановиться после первых двух слов! Дура! Дура! ДУРА!!! В ответ я получила лишь слегка натянутое «хорошо», после чего мы вернулись к нашим компаниям, стараясь не смотреть друг на друга. Неловкости нам обоим на сегодня хватило, и вновь испытать нечто подобное ни у кого из нас желание не возникало. Так что я как можно быстрее схватила Инес за руку и потянула её за собой в кабинет. Она не была против и явно чувствовала моё нервное напряжение, которое, скорее всего, можно было уловить с метров двадцати. Настолько мне было некомфортно и неловко.  Повезло, что наш класс находился недалеко, мы довольно быстро дошли и сели за свои парты. Как раз в этот момент ко мне подлетели все одноклассники, что находились там. Каждый из них считал своим долгом подойти ко мне, расспросить, что случилось, крепко обнять и поддержать. Хоть мне и было приятно получать от них столько внимания и заботы, но я едва могла им ответить. Из-за количества людей приходилось буквально кричать каждому из них, что со мной было и как я себя чувствую. После раза пятнадцатого фраза «со мной всё нормально» перестала быть аргументом, превращаясь в некие заветные слова, помогающие против безжалостных и через чур паникующих одноклассников. Я прям чувствую себя студентом Хогвартса, пытающегося защитить себя от злобных Дементоров невероятно сложным, но действенным заклинанием «Всёнормальнрино-отъебино».  Это могло продолжаться вечно, пока не прозвенел долгожданный лично для меня звонок, которому я впервые за десять лет была рада. И пока абсолютно все остальные ныли о начинающимся уроке, моя улыбка ползла вверх. Я совершенно спокойно разложила свои принадлежности, которые мне могли понадобиться во время занятия, и поменяла учебники. После чего сразу открыла страницу со вчерашней темой, чтобы повторить её. Не сказала бы, что я отличница или зубрила, скорее мне хотелось поддерживать свою успеваемость. Она должна быть чуть выше среднего, чтобы родители не ругались, я не расстраивалась, а учителя не ожидали многого, как от обычных отличников класса.  Проходит пять минут, десять, уже даже пятнадцать, но не учительницы, ни ребят, которые пошли с Карлосом, как и его самого, не было. Странно, но почему-то я чувствовала серьёзное беспокойство, будто случилось что-то плохое. И эта мысль не покидала меня ровно до того момента, пока в кабинет не ворвались те самые мальчики во главе с преподавателем, которые будто бежали сюда со всех ног. Учительница подошла к своему столу, что находился в середине класса, и громко сказала: — Ребята, внимание, произошла чрезвычайная ситуация! Берите свои сумки и спокойно идите за мной! Разумеется, от таких заявлений все тут же стали незамедлительно собирать свои самые нужные вещи, ну или точнее самую нужную из них, телефон, и выходить из кабинета. Я тоже уже собиралась идти, но заметила одну сумку, которую мне не доводилось видеть раньше. Скорее всего, она принадлежала Карлосу, так я подумала, потому что знала, у кого из моих одноклассников был тот или иной рюкзак, сумка, пакет из-под обуви. Не знаю почему, но я решила прихватить и его сумку тоже на всякий случай, после чего вышла из класса.  Оглядевшись по сторонам, я так и не увидела новенького, благодаря чему беспокойство, что и так не отступало, только усилилось. Я быстро поймала одного из парней, в компании которых ушёл Карлос, и шёпотом спросила: — Хорхе, где Эскобар? Вы же вместе были… От резкости моих действий и слов одноклассник нацепил капюшон, пытаясь скрыть своё лицо, которое выдавала все его эмоции. Наклонившись ко мне, он тихо произнёс, стараясь, чтобы никто его не услышал: — Мы его потеряли… — В смысле, вы его потеряли?! — недовольно спросила я, забыв, что Хорхе очень боится, когда на него повышают тон, даже если это всего пару децибел. — М-м-ы были в столовой и-и к нам подбежали повара, с-сказали, что у нас п-п-произошёл небольшой о-обвал… — с трудом объяснял одноклассник, заикаясь. — И? Вы убежали, оставив его там?  — Н-нет! Это он у-убежал от нас куда-то… Просто блеск! Мне только пропавшего одноклассника сегодня не хватало!