Часть 11

Дом Калленов. Ночь после разговора Роксаны с бабушкой. Джаспер — Эдвард, ты весь пылаешь, может уже объяснишь, что случилось? — скучающе проговорил я, сидя на диване. Буквально пять минут назад он влетел в дом, как загнанный зверь, и с тех пор ходит кругами. Воздух вокруг буквально дрожит от его эмоций. Страх. Злость. Растерянность. Всё сразу. И, что самое раздражающее, это всё льётся через меня, будто я открытый провод. Белла его послала? Хах. Конечно, он услышал мои мысли, и часть раздражения мгновенно сместилась в мою сторону. Я смерил его безразличным взглядом. Пусть бесится. — Она всё знает! — проговорил он. — Братишка, это не новость, вы же сегодня с ней общались на эту тему, — просмеялся Эммет. — Нет. Роксана знает, кто мы! — почти прокричал он. — И кто-то ещё… — уже тише добавил он. Мы все напряглись. Я намеренно не стал сглаживать эмоции в комнате. Пусть прочувствуют. Пусть осознают масштаб проблемы. Потому что, судя по реакции, до них всё ещё не дошло. Мало того, что Эдвард запал на человека, так теперь ещё один человек в курсе. Убить обеих — и дело с концом. Эдвард зарычал: — Даже не думай. Я усмехнулся. — Ну а что тогда ты предлагаешь? — О чём вы? — спокойно проговорил Карлайл. — Джаспер предлагает убить их, — сразу сдал меня Эдвард. Все ахнули. Я даже бровью не повёл. — Если у вас есть варианты лучше — предлагайте… — лениво проговорил я и встал с дивана. Честно говоря, меня раздражало не само раскрытие. Меня раздражала неизвестность. Люди не должны знать. Люди не должны понимать. А эта девчонка… она не просто знает. Она ведёт себя так, будто не боится. А значит — опасна. — Так, успокойтесь все. Эдвард, с чего ты взял, что Роксана в курсе? — спокойно сказал Карлайл. — Ну, я зашёл к Белле пожелать ей спокойной ночи… — Хаха, братишка, уже лазаешь в окно к подружке? Не боишься лишиться «девственности»? — Эммет поиграл бровями. Эдвард скривился. Тебе почти сто лет, и ты всё ещё смущаешься разговоров о сексе, — подумал я. — Это называется манеры, Джаспер, — тут же отрезал он. Я ухмыльнулся, но промолчал. — В общем, я был у Беллы. А они соседки. Я услышал, как она с кем-то разговаривает. Она спросила, есть ли в городе вампиры. Ей что-то ответили, и она сказала: «Значит, я была права, Каллены — вампиры». В комнате стало тихо. — Что значит что-то ответили? — спросил я. — В том-то и дело. В доме она была одна, я уверен. И других голосов я тоже не слышал! Я медленно выдохнул. Вот теперь картина становилась интереснее. — Значит, она разговаривает либо сама с собой… — произнёс я, — либо с тем, кого ты не способен услышать. Элис нахмурилась, Розали напряглась, Эсми выглядела откровенно встревоженной. — Это ничего не доказывает, — мягко сказала Эсми. — Наоборот, — спокойно ответил я. — Это доказывает, что мы имеем дело не с обычным человеком. Я облокотился о рояль, скрестив руки. — Есть два варианта. Первый — устранить угрозу. Быстро и без последствий. — Джаспер! — резко сказала Эсми. Я даже не посмотрел на неё. — Второй — узнать, кто она. До того, как она решит использовать это знание против нас. — Нет, — сразу сказал Эдвард. — Мы не причиним ей вреда. — Ты это говоришь, потому что она подруга твоей человеческой девушки? — спокойно уточнил я, особо выделяя слово «человеческой» Его эмоции вспыхнули так резко, что я усмехнулся. — Я это говорю, потому что мы не убийцы! — Мы хищники, — тихо поправила Розали. — И он прав. Я перевёл на неё взгляд. Единственная, кто мыслит рационально. — Спасибо, Роуз. — Вы оба с ума сошли, — вмешалась Элис. — Я не вижу её угрозой. — Ты её вообще не видишь, — заметил я. — И это уже проблема. Эдвард раздражённо провёл рукой по волосам. — Из за того, что она думает по русски, я вообще ничего узнать не могу. Я не удержался и усмехнулся: — Ну так выучи русский, брат. Эммет заржал в голос. Даже Розали уголком губ улыбнулась. Эдвард посмотрел на меня так, будто выбирал, кого убить первым. — Это не смешно. — Очень даже, — спокойно ответил я. — Впервые за сто лет ты не контролируешь ситуацию. Девушку просто не можешь прочитать, а ее подружку не можешь из за языкового барьера. Эммет уже ржал чуть ли не задыхаясь. Карлайл поднял руку. — Хватит. — Его голос мгновенно остудил комнату. — Мы не будем никого убивать и не будем применять силу, пока нет прямой угрозы, — сказал он. — Сейчас мы сделаем единственное разумное — будем наблюдать. Я сжал челюсть. Наблюдать. Ждать. Самое ненавистное занятие на свете. Но я кивнул. Потому что, как бы мне ни хотелось ускорить процесс… Карлайл был прав. Нужно сначала понять кто она, вдруг есть еще такие же, надо сначала изучить врага. Утро на парковке. Мы договорились наблюдать. Карлайл сказал — никаких резких действий. Никакого давления. Просто смотреть, ждать, анализировать. Разумно, правильно. Проблема была в том, что эмоции не умеют ждать. С самого утра я чувствовал её. Во-первых запах, зимнего утра, морозного  вперемешку с каким то металлическим привкусом. Никогда не чувствовал такого, как будто что - то из потустороннего мира. Но самое удивительное, запах не вызывает жажду, но его хочется вдыхать, он придает какую то свежесть. Во - вторых, состояние. Холодное, собранное, слишком контролируемое для человека. Люди фонят — страхом, неловкостью, раздражением, подростковой неуверенностью. Она — нет. Роксана была как гладкая ледяная поверхность. Так не бывает. А потом добавился страх Эдварда после ночного разговора. Его тревога сидела под кожей занозой. И чем больше я пытался игнорировать это, тем сильнее внутри поднималось старое, знакомое чувство — угроза. Неизвестность всегда заканчивается кровью. Я наблюдал за ней на парковке. Как она стояла чуть в стороне, следя за тем мальчишкой — Дереком. Поддерживала. Контролировала ситуацию. Она что-то скрывала. И хуже всего — она не боялась нас. Когда она заметила меня боковым зрением, я уже принял решение. Карлайл хотел наблюдать. Я — понять. Я подошёл ближе, намеренно нарушая её личное пространство. Она повернула голову — и встретилась с моим взглядом. Да. Она сразу всё поняла. — Пошли поговорим, —  спокойно и холодно проговорил я. Внутри я уже давил эмоции вокруг, проверяя реакцию. Люди начинают нервничать почти мгновенно. Она — напряглась, но не сломалась. — Я занята, — так же холодно ответила она. Ложь. Она была полностью сосредоточена на мне. — Он её пригласил. Она согласилась. Потом поздравишь. — Я видел, как она собирается съязвить. Но не дал ей и резко схватил её за руку. — Какого?.. Несколько шагов — и мы уже за углом школы. Я прижал её к стене, пальцы сомкнулись на её шее. У неё участилось дыхание, сердце быстро отстукивало ритм. Она смотрела на меня, а я пытался прочитать её эмоции… и натыкался на сопротивление. Не щит, не сила, но будто она сама решала, что чувствовать. — Кто. Ты. Такая? — тихо спросил я. Она сыграла идеально. Глаза расширились. дыхание сбилось. — Я… я не понимаю, о чём ты… Ты с ума сошёл? Мне больно… Слёзы. Дрожь. Жертва. Если бы я не чувствовал эмоции — поверил бы. Но внутри неё не было того ужаса, который должен быть у человека, прижатого к стене вампиром. — Хватит, — тихо сказал я. — Я знаю, что ты врёшь. Заканчивай этот цирк. И вот тогда произошло самое интересное. Секунда — и она исчезла. Не физически, эмоционально. Слёзы пропали, страх исчез. Передо мной стоял совершенно другой человек. Холодный, собранный. Я едва заметно замер. Так быстро переключилась, неплохо..., я постарался сдержать ухмылку, но уголок губ дернулся. — Спрашиваю ещё раз, кто ты? — Мдаа, ты явно не джентльмен, что за манеры? — Она ухмылялась, дерзила. При том что я мог сломать ей шею движением пальцев. Я сжал пальцы сильнее. — Мне стоит чуть сдавить руку и я сломаю тебе шею, а ты дерзишь? Либо ты до глупости смелая, либо слишком тупая, чтобы оценить угрозу. — Я смотрел ей в глаза, ожидая трещину. Её не было. Только… странная смесь адреналина и чёрт возьми возбуждения. Какого? Ты больная? Возбуждение резко сменилось замешательством. Она медленно выдохнула. — Хейл, мы знакомы не так близко, чтобы ты распускал руки. — Она улыбнулась игриво, провоцировала. Мои пальцы непроизвольно напряглись. Не из злости — из раздражения. Она намеренно выводила меня из равновесия. И хуже всего — у неё получалось. Я наклонился ближе. — Осторожнее Роксана, я держусь из последних сил, чтобы не свернуть тебе шею. — А ты должен понимать, что у меня могут быть причины не отвечать. — Она не отрицала. Вот что меня окончательно убедило. — Последняя попытка, кто ты? — Человек. Ложь. — Ро... — предупредил я. Она выдержала взгляд. — Ты правда думаешь, что если сильнее надавишь, я внезапно начну откровенничать? — Я уже собирался усилить давление — не убить, нет… просто сломать её уверенность... Когда в нас буквально врезались. Эммет. Я выпустил Роксану из хватки. — Джас, ты совсем рехнулся? Я позволил ему оттащить себя, но взгляд не отводил. Она жадно вдохнула воздух. — Ро, с тобой всё в порядке? — спросил Эдвард. Она улыбнулась. — Да, со мной всё прекрасно. Я люблю жёсткий петтинг, но всё-таки предпочитаю сначала знакомиться с партнёром поближе. Эммет заржал. Я смотрел на неё и понимал одно — она только что перевела ситуацию в шутку, полностью забрав контроль обратно. Опасная девочка. Она развернулась, но перед уходом обернулась: — Ах да. Сегодня я позволила себя зажать… но если кто-то из вашей семейки ещё раз дотронется до меня без моего разрешения — пеняйте на себя. — Подмигнула и ушла. Я стоял неподвижно, слушая, как её сердцебиение удаляется. Магия эмоций вокруг постепенно стихала, но внутри оставалось неприятное ощущение. Я не получил ответа. Только подтвердил главное: Она не человек. И теперь я хотел узнать правду ещё сильнее. — Ты совсем с ума сошёл, — первым нарушил тишину Эммет. Я даже не повернулся. Смотрел туда, где она исчезла за углом, будто всё ещё мог уловить остатки её присутствия. — Я проверял, — спокойно ответил я. — Проверял? — в голосе Эдварда зазвенела злость. — Ты чуть не убил её. Я медленно перевёл на него взгляд. Его эмоции били волнами — ярость, тревога, вина… — Если бы я хотел её убить, — ровно сказал я, — она бы уже была мертва. Эммет тяжело выдохнул, потерев затылок. — Джас, мы договорились наблюдать. Просто наблюдать. Да. Договорились. И я правда собирался. Но потом я снова вспомнил её запах — холодный, чистый, как воздух перед снегопадом. И отсутствие привычного человеческого эмоционального фона. А она… Она будто глушила пространство вокруг себя. Это не наблюдают. Это устраняют как неизвестную угрозу. Я медленно вдохнул, хотя воздух мне был не нужен. Внутри всё продолжало натягиваться, как струна. Остатки её эмоций — нет, не эмоций… её присутствия — всё ещё цеплялись за меня. Раздражали, провоцировали. Мне хотелось вернуться и закончить разговор. Жёстче. — Она играет, — сказал я. — И очень хорошо. Человек так не держится под угрозой смерти. — Может, потому что ты её напугал до шока? — резко бросил Эдвард. Я посмотрел на него долгим взглядом. — Нет. Она испугалась ровно настолько, насколько решила показать. Эммет нахмурился. — Думаешь, она опасна? Я ответил не сразу. Потому что правда была хуже. — Я думаю… мы не понимаем, с чем имеем дело. — Это я чувствовал абсолютно ясно. Секунда — и внутри снова вспыхнула злость. Эмоции людей вокруг школы всё ещё давили на меня, усиливая раздражение. Ещё немного — и кто-нибудь случайно окажется не в том месте. Я резко развернулся. — Я сегодня не иду в школу. — Джас… — начал Эдвард. — Нет, — оборвал я спокойно, но жёстко. — Мне нужно остыть. Я уже чувствовал, как контроль начинает скользить. И если я останусь среди людей — я кого-нибудь точно убью. Роксана Школа пролетала на удивление легко. После того инцидента никто из Калленов не пытался со мной заговорить, чему я несказанно была рада. Честно — я ожидала обратного. Давления, взглядов, попыток вывести меня на разговор. Но нет. Тишина. И меня это полностью устраивало. Чем меньше внимания — тем проще дышать. Хотя где-то глубоко внутри сидело раздражающее ощущение ожидания, будто затишье было временным. Только Эммет, с которым мы продолжали сидеть вместе на политологии и ржать над предметом, как будто его отношение ко мне не поменялось, и, честно, мне это нравилось. Он вёл себя так, словно ничего не произошло. Еще бы перестал называть меня мелкотой — и было бы вообще идеально. Теперь со мной в школу ездили не только Дерек — мы заезжали ещё и за Дафни. В целом я была не против. Она милая девушка, с ней интересно болтать, и в её компании было спокойно. А ещё они с Дереком начали встречаться, чему я несказанно была рада. С Беллой мы общались редко. С ней постоянно рядом был Хмурый, что раздражало, но я молчала, потому что понимаю — первая подростковая любовь… она такая. Мир сужается до одного человека, всё остальное становится фоном. Белла чувствовала себя виноватой, но я её успокоила: то, что сейчас она проводит всё свободное время со своим парнем, не значит, что мы больше не подруги. И это была правда. Что касается поисков Марии — хе-хе, никуда я не продвинулась. Ну, на каникулах займусь этим. Всё равно все Блеки мертвы, кроме меня. Ахаха. Так что спешить некуда. Из размышлений меня вырвала смс от Беллы. Белла: «У тебя есть планы на вечер?» Я невольно улыбнулась. Я: «Привет, никаких, есть предложения?» Ответ пришёл почти сразу, будто она держала телефон в руках и нервно смотрела на экран. Белла: «Эдвард зовет знакомиться с семьей и предложил взять тебя....» Я замерла. Пальцы зависли над экраном. Вот даже не смешно. Я: «Эм, зачем?» Пауза. Длиннее обычного. Белла: «Говорит, что они хотят что-то обсудить с тобой, но если честно, если ты поедешь со мной, то мне будет проще, а то я нервничаю.» Я уставилась в телефон, чувствуя, как внутри медленно поднимается знакомое напряжение. «Хотят поговорить». Ну да. После того, как один из них едва не свернул мне шею — звучит почти дружелюбно. Я задумалась. «Хотят поговорить», хм, может и стоит… В конце концов, может они мне помогут с поисками… Или наоборот — попробуют выяснить, кто я такая. Или устранить проблему. Или всё сразу. Ладно, чем чёрт не шутит. Я: «Белла, ради тебя я поеду)» Ответ прилетел мгновенно. Белла: «Спасибо большое! Эдвард заедет через пару часов» Я: «Ок» Я отложила телефон и медленно выдохнула. Хмм, ну если они решат меня убить, я их заморожу и прогуляюсь пешком. Мысль была настолько абсурдно спокойной, что я даже тихо хмыкнула. Я правда рассматривала это как рабочий план. Ну да, ну да, я против 5 вампиров или сколько их там. Класс. Я поднялась с кровати и подошла к шкафу. Окей, Ро. Семейный ужин с вампирами. Что надевают на такие мероприятия? Платье — сразу нет. Спортивка — тоже мимо. Я не на пробежку еду. Нужно что-то… нейтральное. Чтобы в случае чего можно было и сбежать, и драться, и выглядеть так, будто я всё контролирую. В итоге я выбрала тёмные джинсы, мягкий чёрный лонгслив и кожаную куртку. Время до их приезда пролетело слишком быстро. Я даже не заметила, как начала прислушиваться к каждому звуку за окном. Машины проезжали, ветер трепал ветки, где-то лаяла собака — и каждый раз тело автоматически напрягалось. Когда у дома плавно остановилась серебристая машина, я поняла это раньше, чем выглянула в окно. Я схватила куртку, ещё раз окинула себя взглядом в зеркале — спокойно, уверенно, будто еду на обычную встречу — и вышла на улицу. Белла уже сидела на переднем сиденье и, заметив меня, облегчённо улыбнулась. Эдвард стоял рядом с машиной, облокотившись на дверь и внимательно разглядывал меня. — Привет, — сказала я, подходя ближе. — Добрый вечер, Роксана, — ответил он вежливо, но в голосе чувствовалось напряжение. О да. Вечер обещает быть весёлым. — Надеюсь, сегодня без удушающих приёмов? — невинно уточнила я, открывая заднюю дверь. Белла тихо ойкнула, а Эдвард на секунду прикрыл глаза. — Я… приношу извинения за поведение Джаспера, — сказал он ровно. — Он… бывает резким. «Резким». Хорошее слово для попытки убийства. — Извинения не принимаются — спокойно проговорила я. — Душил меня он, а не ты. Эдвард состроил мученическое лицо, но ничего не ответил. Я захлопнула дверь, и машина плавно тронулась с места. Несколько минут ехали молча. Белла нервно теребила ремень безопасности, явно не зная, о чём говорить. Эдвард смотрел на дорогу, но я чувствовала он слушает каждое моё движение, каждый вдох. Я лениво уставилась в окно. — Белла ты в курсе? Белла занервничала, —  Я в курсе кто они... — Но не в курсе кто я? Боишься? — Нет — резко ответила она. — Мне все равно кто ты, ты моя подруга, если захочешь расскажешь! Я улыбнулась ей, а она улыбнулась в ответ. — Так… — протянула я. — Это официальное знакомство или допрос с чаем? Белла нервно засмеялась. — Ро… — Никто не собирается тебя допрашивать, — спокойно сказал Эдвард. Я приподняла бровь. — Ага. Конечно. Он на секунду замолчал. — Моя семья… просто хочет понять ситуацию. — Ситуацию — это меня? — уточнила я. — Да. Прямолинейно. Даже приятно. Я хмыкнула и снова отвернулась к окну. Лес постепенно становился гуще, дорога — тише. Машина двигалась плавно, почти бесшумно. Машина свернула на узкую лесную дорогу. Ветки деревьев сомкнулись над нами, словно коридор. — Мы приехали, — тихо сказал Эдвард. Дом появился между деревьями внезапно — светлый, огромный, идеальный для этого леса. Окна светились тёплым светом. Я медленно выдохнула. Ну что ж. Пора идти в логово вампиров. Мы вошли в дом, и первое, что я почувствовала — тишину. Не обычную домашнюю, а какую-то… собранную. Будто все звуки заранее сделали шаг назад и приготовились наблюдать. Все собрались на кухне. Эсме что-то активно готовила, Розали мешала салат, и буквально все как по команде уставились на нас, когда мы вошли. Ну да. Экспонат прибыл. — Добро пожаловать, — с улыбкой проговорил Карлайл. — Моих детей вы знаете, а это моя жена Эсме. Женщина мягко улыбнулась и поприветствовала нас. От неё веяло таким теплом, что на секунду стало даже неловко. Слишком нормальная атмосфера для дома, где почти все присутствующие при желании могут оторвать тебе голову быстрее, чем ты моргнёшь. К нам подбежала Пикси, говоря, как она рада нас видеть, и напала с объятиями на Беллу, потом развернулась ко мне. Я сразу заметила этот огонёк в глазах и распахнутые руки и инстинктивно выставила ладони вперёд. — Спокойно, Элис, помнишь мы с тобой обсуждали границы? — выжидающе посмотрела на неё. Она смутилась. — Да, извини, привет, — мило улыбнулась и отошла. Я краем глаза заметила, как Джаспер едва заметно выпрямился. Его взгляд стал острее. Он следил, проверял, сорвусь ли, испугаюсь ли, покажу ли что-то лишнее. Спойлер: не сегодня. — Вы голодные? — улыбнулась Эсме. — Спасибо, но я поела, — смущённо проговорила Белла. И в этот момент Розали буквально руками раздавила стеклянную миску с салатом. — Отлично! — прорычала она. Осколки тихо звякнули о пол. Я моргнула. Ну… эффектно. И не удержалась, глядя на это: — Эх, а я как раз хотела поесть салат. Тишина стала густой. Эммет явно едва сдерживал смех. Эдвард напрягся. А вот Джаспер… Я почувствовала, как пространство вокруг чуть похолодело. Он ожидал провокации. И одновременно… интересовался, насколько далеко я зайду. — Издеваешься?! — почти прорычала Розали. — Чуть-чуть, — ухмыльнулась я. — Розали, — осадил её Карлайл. — Ты слишком смелая, находясь дома у вампиров, — проговорила она. Я краем глаза уловила, как Джаспер слегка повернул голову. Взгляд стал тяжёлым, внимательным. Он будто ждал моего ответа. — Ну или, как сказал твой брат, слишком тупая, я пока не определилась, — улыбнулась я, потому что меня всё это до ужаса веселило. И вот тут я отчётливо почувствовала всплеск — короткий, резкий. Раздражение. Его. Но под ним… что-то ещё. Любопытство. И очень тонкое напряжение, будто он всё время держит себя на поводке. — А если серьёзно, я тоже не голодная, — добавила я и увидела, как Эсме немного поникла. И это неожиданно укололо. Настолько искренне, что я даже не успела подумать. — Но я бы не отказалась от кофе, — с улыбкой проговорила я, глядя на Эсме. Она сразу расцвела. — Конечно! С сахаром, сливки, может корицу? — начала заваливать меня вопросами. — Без сахара, а остальное на ваш вкус. Мне кажется, будь она человеком, она бы сейчас подпрыгнула от радости. Я опустилась на стул и только тогда позволила себе выдохнуть. И почти сразу почувствовала взгляд Джаспера. Интересно, что он видит? Потому что внутри у меня сейчас было странное месиво: веселье, осторожность, лёгкий азарт… и очень чёткое понимание — хищник напротив меня всё ещё решает, добыча я или угроза. — Ну что ж, давайте без лишних прелюдий. Вы меня позвали не просто так, так что давайте приступим. Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим, — спокойно проговорила я. Все замолчали и обратили всё внимание на меня. Вот и отлично. Ненавижу эти неловкие круги вокруг темы, когда все делают вид, что мы тут просто чай пить собрались. В комнате повисло напряжение — плотное, почти вязкое. — Начну, видимо, я, — ухмыльнулась я. — У меня вопрос: откуда вы знаете, что я знаю? — я смерила их серьёзным взглядом. Повисла коллективная тишина. — Ну что ж, так у нас конструктивного диалога не выйдет, — выдохнула я. И тут раздался голос Эдварда: — Я услышал. Я выгнула бровь и посмотрела на него. В этот момент Эсме подала мне кофе. — Благодарю, — с улыбкой проговорила я, принимая чашку. Тёплый фарфор приятно согрел ладони. Нормальность этого жеста на фоне происходящего выглядела почти абсурдно. — Так и что значит «я услышал»? — снова посмотрела на Хмурого. — Я был у Беллы и слышал, как ты с кем-то говорила и сказала, что мы вампиры. Я сделала маленький глоток кофе, специально не спеша. Пусть нервничают. — Ха, и с кем же я говорила? — Мне тоже это интересно. Я не слышал второго человека, — выплюнул он. Ох. А вот это уже интереснее. — Хммм… то есть ты подслушивал? — уже более серьёзно проговорила я. — Нет, у вампиров хороший слух и… — Ахахахха, Эдвард, давай без этого дерьма, — резко остановила я. — Можно слышать, но не слушать, а ты услышал и начал греть ушки. Вы, вампиры, каким-то чудесным образом нарушаете все мыслимые и немыслимые границы! — Я почувствовала, как начинаю закипать. Старое раздражение поднялось слишком быстро. И в этот момент — снова это ощущение. Едва заметное давление, будто кто-то осторожно коснулся эмоций изнутри. Ага, эмпат. Я не подала виду, только сделала ещё один глоток кофе. Разберусь позже. — Роксана, я понимаю, что это неправильно, и приношу извинения за это, но правда иногда тяжело контролировать вампирские рецепторы, — спокойно, с извиняющейся улыбкой проговорил Карлайл. — Я это прекрасно понимаю. Значит, надо тренироваться, — сказала я. — Согласен, — улыбнулся Карлайл. — Роксана, нам важно знать, откуда ты знаешь. У нас есть законы… Я не дала ему закончить. — Что ж, Карлайл, я не буду ходить вокруг да около. Давайте расставим все точки над «и». — Я обвела их взглядом. — Я знаю про ваши законы, и нет, я никому не собираюсь выдавать вашу тайну. С кем я общалась, я не могу сказать, но это существо точно никому не расскажет — хотите верьте, хотите нет. Ну и последнее — откуда у меня эта информация. Я ведьма. Я сказала это спокойно. Без пафоса, просто факт. Они замерли. Раздался тихий вздох шока Беллы. — Что? Ведьмы существуют? — воскликнул Эммет. Я едва сдержала улыбку. Его реакция была настолько искренней, что злиться было невозможно. Все выглядели удивлёнными… кроме Джаспера и Карлайла. Интересно. Значит, уже сталкивались. — Да, ведьмы существуют, — спокойно произнёс Карлайл. — Но я думал, вас почти не осталось, — задумчиво проговорил Хейл. Я перевела на него взгляд. Он смотрел внимательно. — Ну почему же? — улыбнулась я хищно. — Мы существуем, и нас много. Просто мы стали лучше скрываться. Ну и давайте честно — мы живём в XXI веке. Это подарок судьбы и для вас, и для нас. Люди уже ни во что не верят, и если что-то увидят, скорее подумают, что у них проблемы с головой, — хихикнула я. — Ахаххаха, а ведь правда, — засмеялся Эммет. Напряжение в комнате слегка треснуло. Я снова сделала глоток кофе и добавила, уже спокойнее: — И прежде чем кто-то спросит — нет, я не собираюсь превращать вас в жаб, проклинать или устраивать апокалипсис. У меня, знаете ли, тоже есть личная жизнь. Эммет фыркнул. Элис улыбнулась. Белла облегчённо выдохнула. А вот Джаспер… Он не расслабился ни на секунду. — Поэтому предлагаю: вы не трогаете меня, я не трогаю вас. Живём как жили — и все будут счастливы, — улыбнулась я. На слове счастливы я почувствовала, как в комнате кто-то внутренне скептически фыркнул. Даже гадать не надо кто. — Это так не работает, — мрачно проговорил Эд. Ну конечно. Хмурый остаётся верен себе. — Боги, Эдвард, у тебя случайно нет дара вгонять в депрессию? Эммет фыркнул, Эд ничего не ответил, только сильнее напрягся. Иногда мне казалось, что он лично несёт ответственность за весь мировой драматизм. — Ладно, как знак доброй воли, можете задать мне вопросы. Если вас что-то интересует — на что смогу, отвечу, — я села на диван и посмотрела на них. Я специально заняла максимально расслабленную позу. Пусть видят: я не чувствую себя добычей. Хотя где-то глубоко внутри инстинкты всё ещё держали магию наготове. Особенно из-за одного блондина, который продолжал смотреть так, будто собирал пазл из моих реакций. — Роксана, я особо никогда не контактировал с ведьмами, но мне бы хотелось узнать ваш вид поближе. И ваши законы, — Каралайл посмотрел на меня взглядом учёного. Меня это улыбнуло. Карлайл был опасен по-своему — не силой, а любопытством. Такие люди могут разобрать тебя по слоям. — Продолжайте, Карлайл, — улыбнулась я. — Я знаю, что есть две разновидности: ведьмы созидания и ведьмы разрушения. К какому относишься ты? Если ты не можешь ответить, то я не настаиваю. На секунду я задумалась. — На это я могу ответить, — я посмотрела на него долгим взглядом. — Я ведьма разрушения. Карлайл замер, буквально на пару секунд, но в комнате хватало существ со слишком быстрыми реакциями — заметили все. — Я понял, — кивнул он. О, понял он. Интересно, насколько. — Что это значит? — спросила Розали, посмотрев на Карлайла. Он в свою очередь посмотрел на меня, будто спрашивая разрешение. Вежливый. — Давайте я сама отвечу, — проговорила я. — Если кратко: есть лекарства, которые спасают, а есть оружие, которое уничтожает. И я отношусь ко второму. Я сказала это спокойно. Без угрозы. Просто констатация факта. — И что это значит? — проговорил Эдвард. — Это значит, что если нападают на ведьм — устраняют проблему такие, как я, — я закинула ногу на ногу. Тишина снова вернулась. Да, ребята. Я не милая девочка из школы. Я краем глаза заметила, как взгляд Джаспера стал ещё внимательнее. Как у солдата, который наконец понял, с кем стоит напротив. — Ещё вопросы? — улыбнулась я. — О, у меня есть вопрос, — как-то бодренько проговорил Эммет. — Сколько тебе лет? Ну я знаю, что тебе восемнадцать, но вдруг тебе так же восемнадцать, как и нам? Я ухмыльнулась. — Хех, интересный вопрос. Да, ты прав, мне не совсем восемнадцать. Мне сто четыре года. — Что?? — Эдвард и Элис произнесли это в унисон. Я едва не рассмеялась. Их лица были бесценны. — Я, конечно, знаю, что у ведьм старение происходит медленнее, чем у людей, но не настолько же, — задумчиво проговорил Карлайл, внимательно смотря на меня. — Ну… как бы вам сказать… я просто особенная, — хихикнула я. Частичная правда — лучшая ложь. — Стоп, ты же родилась в Форксе, — сказал Хейл. Я перевела на него взгляд. — Да, всё верно. Но, как я уже сказала, я особенная. И большего на эту тему я не скажу. — Ты посмотри, а она оказывается не ребёнок, — засмеялся Эммет и ткнул локтем Джаспера. Тот смерил его холодным взглядом, и Эммет мгновенно замолчал. Хм, интересно. И что это значит? Раздражение? Защитная реакция? Или… он просто не любит, когда смеются в момент анализа угрозы? Любопытный тип. — Эммет, а сколько тебе лет? — спросила я. — Мне девяносто восемь, — гордо проговорил он. Я расплылась в улыбке. — Хах, ну и кто теперь мелкота, а? — Ахахахахха, туше, старушка! — засмеялся Эммет. Комната немного расслабилась после смеха Эммета, но я слишком хорошо чувствовала напряжение под этой видимой лёгкостью. Они не закончили. Даже близко. Я сделала глоток кофе, выигрывая себе пару секунд. Чёрт, Эсме правда варит идеальный кофе. — Хорошо, — снова заговорил Карлайл, мягко сцепив пальцы. — Раз уж мы говорим откровенно… ведьмы и вампиры часто пересекаются? — Вопрос звучал нейтрально, но смысл был очевиден: мы для вас враги? Я чуть наклонила голову. — Редко. Мы предпочитаем держаться подальше друг от друга. Слишком… разные способы существования. И слишком много старых историй, о которых я сейчас точно рассказывать не собиралась. — То есть охоты на вампиров нет? — уточнила Розали, внимательно наблюдая за мной. А вот это уже был прямой вопрос. Я усмехнулась. — Если вампиры не создают проблем — никто за ними бегать не будет. Мы не супергерои с миссией спасать человечество. По факту, нам всё равно, что вы делаете, если это не касается нас напрямую. Эммет довольно кивнул. — Наконец-то разумный подход. Я заметила, как плечи Беллы немного расслабились. Бедная, она весь разговор сидела как на экзамене. — А твои способности… — осторожно начала Элис, подаваясь вперёд. — В чём они заключаются? Я тихо фыркнула. — На это я не буду отвечать. — Почему? — резко выдал Эдвард. — Потому, — с той же интонации ответила я. Я краем глаза заметила, как Джаспер едва заметно напрягся. — Эдвард, спокойнее, она сразу сказала, что не на всё ответит, — Карлайл серьёзно посмотрел на сына. Эдвард ничего не сказал, но его взгляд стал холоднее. Почти колючим. О да, я ему определённо не нравлюсь. И, если честно, это было взаимно. Слишком правильный, слишком контролирующий… и слишком привыкший знать всё. Я сделала ещё глоток кофе, нарочно не отводя взгляда. — Тогда другой вопрос, — мягко вмешалась Эсме, явно пытаясь сгладить атмосферу. — Тебе… одиноко? Жить так долго среди людей? Неожиданно. Вот уж чего я не ожидала — так это искреннего беспокойства. — Иногда, — честно ответила я. — Но одиночество — часть работы. Эдвард тихо фыркнул, будто ответ его не убедил. — Ты говоришь как солдат, — вдруг произнёс Джаспер. Я перевела на него взгляд. — В каком-то смысле так и есть. Он кивнул, словно это многое объясняло. И почему-то именно он выглядел единственным, кто действительно понял смысл фразы. — Ты опасна, — снова подал голос Эдвард. — И хочешь, чтобы мы просто… доверились тебе? Я медленно поставила чашку на стол. — Нет. Я хочу, чтобы вы не лезли туда, куда не надо. Это разные вещи. Тишина снова натянулась. Эммет кашлянул. — Ладно, тогда вопрос попроще. Ведьмы едят обычную еду? Или у вас тоже какая-нибудь странная диета? Я рассмеялась. — Представь себе, да. Иногда даже салат. Розали закатила глаза, вспоминая разбитую миску, а Эммет довольно ухмыльнулся. — Значит, вечеринку с пиццей переживёшь? — Если без попыток допроса — вполне. Белла нервно улыбнулась, явно радуясь, что разговор хоть немного стал нормальным. Карлайл внимательно наблюдал за всеми, словно собирая общую картину. — Последний вопрос на сегодня, — спокойно сказал он. — Ты пришла сюда как союзник… или как предупреждение? Я задумалась на секунду. Честный ответ был проще всего. — Как соседка, которая хочет спокойно жить. Эдвард тихо выдохнул, явно не удовлетворённый. А Джаспер… я снова почувствовала его внимание. Он всё ещё мне не верил, но уже не хотел меня убить. И, учитывая, с чего мы начали — это был прогресс. — Я бы хотела кое-что спросить, — проговорила Элис. — Вы можете строить отношения с вампирами? Я аж подавилась кофе. — Кха, кха… отношения? С чего вдруг такой интерес? Горячий кофе неприятно обжёг горло, а в голове моментально щёлкнуло: о, вот мы и подошли к самому интересному. — Ну мне просто интересно, — как-то странно посмотрела она и быстро перевела взгляд на Хейла и обратно. Это было супербыстро. Почти незаметно. И, судя по тому, как вытянулись лица у половины присутствующих — не только меня удивил вопрос. Все уставились на меня, будто я сейчас должна выдать судьбоносный ответ. Я неторопливо поставила чашку на стол, специально затянув паузу. — Нуууу… законом это не запрещено, но сильно порицается, — задумчиво проговорила я. Внутри уже начинало зудеть весёлое раздражение. Ну конечно. Семейный вечер откровений плавно перетекает в межвидовые отношения. — Почему? — спросила Розали. Я пожала плечами. — Как бы вам объяснить… в моём мире вампиры считаются низшим звеном. Это всё равно что леди застукают с рабом. Закон не запрещает, но обществом порицается, — спокойно проговорила я. — Низшим звеном? — прошипела она. — С чего вдруг?! Я вздохнула. — Ну как бы тебе сказать… у вас есть серьёзная слабость. Вы можете себя контролировать, но в большинстве случаев стоит пролиться крови — и вы теряете голову, — как само собой разумеющееся проговорила я. И вот тут атмосфера в комнате изменилась. Эммет перестал улыбаться, Белла заметно напряглась, Эдвард посмотрел на меня так, будто я лично оскорбила его родословную. А Джаспер… Я почувствовала его внимание, как будто прожектор повернули. Я перевела взгляд — и наткнулась на лёгкую, почти ленивую полуулыбку. Он не злился. Он… заинтересовался. Пальцы расслабленно лежали на подлокотнике кресла, но взгляд стал острее. — Любопытная классификация, — протянул он с лёгкой иронией. — Нас обычно либо боятся, либо обожествляют. Редко кто сразу записывает в социальное дно. Я фыркнула. — Ну извини, у ведьм свои рейтинги. Уголок его губ дёрнулся. — Уже начинаю подозревать, что они довольно субъективны. Эдвард резко вмешался: — Мы не на столько монстры! Я повернула к нему голову. — А я и не говорила, что вы монстры. Я сказала — у вас есть предел контроля. Он сжал челюсть. Карлайл мягко сказал: — Роксана говорит о природе, а не о морали. — Спасибо, — кивнула я. — Именно. Джаспер чуть наклонил голову, рассматривая меня так, будто я была особенно интересным экспериментом. — Интересно, — протянул он лениво, с едва заметной насмешкой. — Получается, ведьмы считают себя вершиной пищевой цепочки? Я улыбнулась в ответ, чуть наклоняясь вперёд. — Нет, Хейл. Мы просто редко ошибаемся в оценке рисков. Его глаза чуть сузились — не от раздражения, скорее от интереса. Он слушал внимательно, будто собирал пазл. Да почему я вообще это понимаю?! — Тогда объясни, — спокойно продолжил он, — если физически вы слабее… за счёт чего держится уверенность? Я легко пожала плечами. — За счёт магии. Мы уступаем вам физически, да. Если дело дойдёт до драки без подготовки — ведьме конец. Но проблема в том, что до драки обычно не доходит. Эммет усмехнулся. — Потому что вы убегаете? — Потому что мы готовимся, — спокойно ответила я. — И потому что магия не требует мышц. Карлайл задумчиво кивнул, явно довольный логикой. — Значит источник силы — внутренняя энергия? — И внешняя тоже, — уточнила я. — Мир полон силы. Эмоции, стихии, места, события. Мы умеем это направлять. Розали скрестила руки. — А кровь? — спросила она резко. — Ты говорила о ней так, будто знаешь больше, чем говоришь. Я чуть улыбнулась. — Потому что знаю. Кровь для ведьм — не пища. Она проводник. Усилитель. Якорь для заклинаний. Эдвард заметно напрягся. — То есть… — он нахмурился, — вы используете кровь? — Иногда, — спокойно ответила я. — Не обязательно человеческую. И нет, мы не пьём её, если ты об этом. Эммет театрально выдохнул. — Фух. А то я уже начал переживать за свои запасы. Я фыркнула, а Элис тихо рассмеялась. Розали всё ещё выглядела напряжённой, но теперь в её взгляде было больше настороженного уважения, чем злости. — Значит, запах крови на вас действует иначе? — спросил Карлайл. — Он информативен, — ответила я. — Для вас — голод. Для нас — инструмент. Джаспер чуть наклонил голову, изучая меня. — Удобно, — произнёс он с лёгкой иронией. — Никакой внутренней борьбы. Я уловила оттенок эмоций и чуть прищурилась. С хера ли я вообще улавливаю эмоции?! — О, борьба есть у всех. Просто не с аппетитом. Эдвард тихо усмехнулся без тени веселья, явно принимая это на свой счёт. Розали отвела взгляд — её эмоции на секунду вспыхнули раздражением и чем-то болезненным. А вот Джаспер… наоборот. В нём не было отвращения к собственной природе. Ни капли. Только спокойное принятие — даже удовольствие от того, кем он является. — Значит, — лениво продолжил он, — если пролить кровь рядом с ведьмой… она становится опаснее? Я встретила его взгляд. — Если ведьма знает, что делает — да. Эммет присвистнул. Джаспер едва заметно улыбнулся — коротко, почти хищно. — Любопытно, — сказал он. — Выходит, мы оба опасны по разным причинам. Вы — когда всё рассчитано. Мы — когда контроль срывается. Я кивнула. — Примерно так. Он задержал на мне взгляд чуть дольше, чем нужно. И я вдруг отчётливо поняла — теперь это уже не подозрение. Это интерес. Настоящий, живой и… чертовски взаимный. Мы бы ещё долго буравили друг друга взглядами, но вмешалась Пикси: — И всё-таки, получается, вампиры с ведьмами никак не сходятся? Я выдохнула и откинулась обратно на спинку дивана. Честно говоря, этот разговор начинал меня даже развлекать. В комнате уже не чувствовалось прежнего напряжения — скорее любопытство, осторожное, изучающее. Будто мы все одновременно пытались нащупать границы друг друга. — Ну почему же? Такие пары есть, просто это стараются не афишировать. Плюс говорят, что вампиры хорошие любовники, — я ухмыльнулась, — так как вы не устаете. Тишина длилась ровно секунду, потом Эммет хлопнул ладонью по столу: — Вот! Наконец разговор пошёл в правильном направлении! Белла покраснела так резко, что мне стало её даже немного жалко. Эсме неловко кашлянула, явно пытаясь сохранить атмосферу приличного семейного ужина. Эдвард закатил глаза. — Это абсолютно неуместная тема. Я лениво повернула к нему голову. — Ой, Эдвард, расслабься. Мы обсуждаем межвидовые отношения, а не пишем пособие. И уж точно не делаем ничего более неуместного, чем подслушивать чужие разговоры. Эммет снова заржал, а я краем глаза заметила, как уголок губ Джаспера едва заметно дёрнулся. Он не вмешивался, но наблюдал — спокойно, внимательно. И в этом взгляде уже не было настороженности, которая была при нашей первой встрече. Розали скрестила руки на груди. — И что, ведьмы правда… рассматривают такие отношения всерьёз? — В её голосе звучало не любопытство — гордость, чуть задетая словами о «низшем звене». Я пожала плечами. — Всё зависит от конкретных людей… или существ. Магия не запрещает чувства. Просто делает их… сложнее. — Из-за крови? — спокойно спросил Карлайл. Я кивнула. — В том числе. Для нас кровь — проводник. Усилитель заклинаний, якорь. Поэтому рядом с вампирами магия ощущается… громче, сильнее. Я не стала уточнять, что рядом с одним конкретным вампиром она вообще ведёт себя как нервная кошка — словно реагирует раньше меня самой. Джаспер чуть подался вперёд, опираясь локтями на колени. Его движения были расслабленными, но взгляд сосредоточенным. — То есть, — протянул он с лёгкой иронией, — рядом с нами вам сложнее сохранять контроль? Я встретила его взгляд. — Скажем так… вы создаёте помехи. — Польщён, — сухо ответил он. Эммет прыснул. — Джас, тебя только что официально назвали магической проблемой. — Это не новость, — лениво отозвался тот, не сводя с меня глаз. Я сделала ещё глоток кофе, чувствуя, как разговор окончательно сменил тон. Это уже был не допрос. Скорее… разведка. С обеих сторон. И где-то на периферии ощущений я уловила странную мягкость, исходящую от Джаспера — почти незаметную волну спокойствия. Он либо делал это неосознанно… либо очень даже осознанно. Я повернулась к Элис и хитро прищурилась. — Элис, а к чему такой интерес? Хочешь себе ведьмака? Они тоже классные любовники, такое могут своей магией… — ухмыльнулась я и подмигнула ей. Элис рассмеялась — легко, звонко, но в её взгляде мелькнуло что-то слишком внимательное. Она на долю секунды посмотрела на Джаспера. Не так, как смотрят влюблённые. Скорее… как люди, которые слишком многое пережили вместе и давно научились понимать друг друга без слов. Он ответил ей коротким, почти незаметным взглядом — тёплым, спокойным. Без боли. Без напряжения. Только старая близость. Я это заметила. И, кажется, не только я. — О, поверь, — сказала она весело, — мне просто любопытно. Я уже собиралась продолжить шутку, как вдруг поймала странную вещь: между ними не было того напряжения, которое обычно висит между парой. Ни случайных касаний, ни скрытых взглядов, ни той тихой синхронности, которую невозможно подделать. Между ними была связь — да. Но другая. Более взрослая. Пережившая что-то и отпустившая. Я нахмурилась. — Подождите… — медленно протянула я, переводя взгляд с неё на Хейла. — Вы… не встречаетесь? Элис спокойно улыбнулась, даже не обидевшись на вопрос. — Уже давно нет. — Нет, — подтвердил Джаспер, лениво опираясь локтем о спинку кресла. В голосе скользнула лёгкая ирония. — Мы друзья. И в этом «друзья» не было фальши. Только спокойное принятие. Серьёзно? Почему-то внутри что-то странно дёрнулось — быстро, почти незаметно. Не ревность. Не разочарование. Скорее… неожиданность. Как будто пазл, который я уже мысленно собрала, вдруг рассыпался. И, судя по едва заметной полуулыбке Джаспера, он эту реакцию уловил. Чёрт. Он наблюдает. Я фыркнула и махнула рукой. — Ооо, тогда Лорен будет счастлива. Эммет тут же оживился. — А вот это уже интересно. — Она же буквально охотится за Джаспером. Если узнает, что место свободно — устроит праздник национального масштаба. Эммет расхохотался. — Я говорил тебе, брат, ты разбиваешь сердца даже ничего не делая! Розали закатила глаза. — Она меня бесит. — Люди предсказуемые, — лениво поправил Джаспер, не отрывая взгляда от меня. И вот теперь я это почувствовала отчётливо — его внимание. Не враждебное. Не холодное. Изучающее. С лёгкой насмешкой… и чем-то глубже, что он явно привык прятать. Человек, который слишком хорошо чувствует эмоции других, всегда осторожен со своими. Серьёзно? Он сейчас анализирует мои эмоции? Я прищурилась в ответ. Элис тихо улыбалась, наблюдая за нами обоими. Причём с таким видом, будто смотрит сериал, финал которого знает только она, но впервые не уверена, чем всё закончится. В её взгляде не было ревности. Только любопытство… и едва заметное облегчение. Белла переводила взгляд с меня на Джаспера и обратно, явно ничего не понимая, но чувствуя странное напряжение. — Значит, — продолжила я невозмутимо, — официально разрешаю Лорен продолжать её трагическую любовную линию. Надеюсь, она хотя бы стихи пишет? — Лучше, — хмыкнул Эммет. — Она смотрит на него на биологии так, будто сейчас упадёт в обморок. — Ужас, — покачала я головой. — Джаспер, ты опасен для подростковой психики. — Мне уже говорили, — лениво ответил он. Наши взгляды встретились на секунду дольше, чем нужно. И в этой секунде было слишком много: интерес, осторожность… и какая-то тихая игра, правила которой я пока не понимала. Я отвела взгляд первой, делая ещё глоток кофе, будто ничего не произошло. Но ощущение осталось. Он наблюдал. Элис — знала. И, возможно, впервые за долгое время позволяла будущему идти без её контроля. А я… начинала подозревать, что в этой комнате только я одна не понимаю всей картины. — А как ты к этому относишься? — вдруг спросила Элис мягко, глядя прямо на меня. Я хмыкнула. — Никак. Мне всё равно, кто с кем спит, — улыбнулась я, делая вид, что вопрос вообще не задел. — Ещё вопросы есть или я могу пойти домой? Я что-то устала, — я поставила пустую чашку на стол. — Кстати, Эсме, кофе божественный, спасибо, — я улыбнулась ей, и она буквально просияла. И вот за это она уже мне искренне нравилась. В этом доме она была единственным существом, рядом с которым не хотелось держать щиты поднятыми до потолка. От неё шло что-то тёплое, домашнее… уютное. Я даже на секунду поймала себя на мысли, что расслабилась. — Да, почему твой запах не вызывает жажду? — спросил Хейл. Я перевела на него взгляд и чуть улыбнулась. — О, это просто. Раньше вампиры не очень любили ведьм, и мы, так сказать, «воевали». В какой-то момент вампиры поняли, что легче убить ребёнка, который пока не может контролировать свою магию и управлять ей, чем взрослую ведьму или ведьмака. У нас очень яркий и вкусный запах, и нас легко можно вычислить. Поэтому один из ковенов придумал заклинание, которое маскировало запах — точнее, запах оставался такой же, но не вызывал голода. И с этого момента на всех новорождённых накладывали это заклинание, и только потом отдавали матери. — Я говорила спокойно, будто рассказывала исторический факт. — Но вы ведь всё равно выделяетесь. Запах яркий, жажды нет, — проговорил Карлайл. Я хмыкнула. — А я и не говорила, что решение было хорошее, — я засмеялась. — Сейчас уже это не делают, но я родилась в то время, поэтому на мне и есть заклинание. Но если я порежусь — да. Голод вы почувствуете. В комнате на долю секунды стало тихо. Я ощутила, как все напряглись. Белла нервно перевела взгляд на Эдварда. Розали чуть подалась вперёд. Эммет заинтересованно приподнял брови, будто услышал особенно любопытный факт. А Джаспер… не двинулся. Я поймала его взгляд и усмехнулась. — Расслабься, Хейл. Я не планирую устраивать кровавые демонстрации у вас в гостиной. Уголок его губ чуть дёрнулся. — Разумно, — ответил он. Конечно разумно. Я вообще очень люблю жить. Эдвард нахмурился. — Ты слишком спокойно говоришь о вещах, которые для людей… смертельно опасны. Я пожала плечами. — Когда живёшь больше века, начинаешь иначе относиться к рискам. Эммет тихо присвистнул. — Всё ещё не могу привыкнуть, что ты старше меня. — Почему ты думаешь на русском? — резко перебил Хмурый. Фраза прозвучала как выстрел. Комната мгновенно напряглась. Хейл… выглядел злым и, судя по всему, потому что Эдвард ляпнул лишнее и раскрыл карты. Я медленно повернула голову к Эдварду. — А с чего ты взял, что я думаю на русском? — сразу стала серьёзной и посмотрела на него. Внутри всё резко похолодело. Вот оно. Граница, которую переходить нельзя. И которую он уже перешёл. Он понял. Я увидела это по тому, как он отвёл взгляд. Попался. — Дело в том, что Эдвард телепат, — спокойно проговорил Карлайл. На секунду я просто уставилась на него. Телепат. Ну конечно. Бинго, Ро. Ещё один пункт в списке «почему этот город — плохая идея». Жар раздражения поднялся мгновенно. — Ого, то есть ты ещё и без спроса лезешь в чужую голову? У вас реально никаких манер, — я закипела. — Мне стоит ещё что-то знать? Я уверена на 90%, что Хейл управляет эмоциями, а Пикси видит будущее, и мне всё это не нравится, потому что нарушение границ катастрофическое. — Я сама не заметила, как вскочила с дивана. Магия под кожей неприятно зашевелилась, реагируя на всплеск эмоций. Нужно было успокоиться — но злость уже пошла волнами. И в этот момент я поняла, что сказала. Тишина стала абсолютной. Белла широко раскрыла глаза. Эммет замер с выражением чистого «о, вот это поворот». Розали резко перевела взгляд с меня на Джаспера. Элис… Элис вообще застыла. А Джаспер впервые за весь вечер выглядел по-настоящему удивлённым. Я мысленно выругалась. Ну да. Они же не говорили мне об этом. Отлично, Ро. Аплодисменты. — Что касается тебя, Эдвард, — продолжила я уже холоднее, — я не буду отвечать на этот вопрос, и если я почувствую, что ты залезаешь ко мне в голову — пеняй на себя! Эдвард резко поднял взгляд. — Я не могу отключить это полностью, — напряжённо сказал он. — Это происходит само... — Нет, — перебила я. — Слышать — одно. Лезть глубже — другое. Не надо делать вид, что ты не понимаешь разницы. — Я чувствовала, как эмоции вокруг начинают колебаться. Раздражение, тревога, настороженность… и тонкая попытка давления. Я резко повернула голову к Джасперу. Он сидел неподвижно, но теперь я отчётливо ощущала — он пытается сгладить напряжение. Осторожно. Почти незаметно. И вот это взбесило ещё сильнее. — Даже не думай, — тихо сказала я, глядя прямо на него. — Не трогай мои эмоции. Его бровь едва заметно приподнялась. — Любопытно, — протянул он с лёгкой иронией. — Ты не просто догадываешься. Элис медленно моргнула. — Я… не вижу тебя, не могу смотреть твоё будущее, — тихо сказала она, глядя на меня так, будто впервые. — Ну хоть что-то хорошее, — с ядом выплюнула я. Карлайл поднялся, мягко, но уверенно перехватывая разговор. — Роксана, никто не хотел нарушать твои границы намеренно. Я нервно усмехнулась. — Забавно. Потому что ощущается ровно наоборот. Несколько секунд никто не говорил. И впервые за весь вечер я увидела, что они действительно растеряны. Джаспер слегка наклонил голову, не сводя с меня взгляда. — Значит, — тихо сказал он, — ты чувствуешь воздействие. Я усмехнулась. — Я чувствую, когда в мою голову и душу лезут без приглашения. Эдвард раздражённо выдохнул. — Я не пытался причинить тебе вред. — Результат один и тот же, — отрезала я. — Ты реагируешь слишком остро, — спокойно вставил Джаспер, и в его голосе скользнула та самая раздражающая снисходительность. Я медленно повернулась к нему. — А ты слишком уверен, что имеешь право регулировать чужие эмоции. Уголок его губ дёрнулся. — Я их не регулирую. Я предотвращаю конфликты. — О, правда? — я склонила голову. — Тогда плохие новости, ковбой. Со мной это не работает. Эммет тихо фыркнул, пытаясь скрыть смех. Розали бросила на него предупреждающий взгляд. Джаспер чуть подался вперёд, взгляд стал тяжелее. Я чувствовала, как его начинает раздражать моя упёртость. И, если честно… это было взаимно. — Ты входишь в дом хищников и ведёшь себя так, будто контролируешь ситуацию, — негромко сказал он. — Смело. Или безрассудно. Я улыбнулась. Медленно. — Нет. Я просто не люблю, когда меня пытаются сломать. На секунду между нами повисло напряжение — острое, почти физическое. Элис резко хлопнула в ладоши, будто разрезая воздух. — Так! — нервно сказала она. — Может… все выдохнем? Потому что сейчас это выглядит как прелюдия к драке, а я очень не люблю чинить мебель. — Поздно, — пробормотал Эммет. — Мне уже интересно, кто победит. — Эммет, — одновременно произнесли Карлайл и Розали. Я медленно опустилась обратно на диван, всё ещё не сводя взгляда с Джаспера. Он тоже не отвёл глаз. — Знаете, пожалуй, мне пора. Можете не провожать, — я встала с дивана и направилась к выходу. Я чувствовала, как внутри всё ещё кипит. Слишком много эмоций, слишком много взглядов, слишком много чужого присутствия в моей голове и вокруг неё. Если я останусь ещё хотя бы на пять минут — что-нибудь точно сорвётся. А демонстрировать им свою настоящую силу я не собиралась. Не сегодня. За спиной мгновенно поднялось движение. — Подожди, мы с Беллой тебя подвезём, — сказал Эдвард. Я даже не обернулась. — Нет, — резко ответила я. — Я пройдусь пешком, подышу воздухом. Мне нужен был холод. Тишина. Пространство без вампирских эмоций, слуха и взглядов, которые будто снимают кожу слой за слоем. Я повернулась к Белле и заставила себя улыбнуться мягче. — Белла, надеюсь, мы на днях увидимся чисто вдвоём. Она неловко кивнула, виновато улыбаясь. — Конечно, Ро. — Её вина ощущалась физически. И от этого злость немного отступила. Она тут вообще ни при чём. — Роксана, это глупо — идти одной в темноте через лес, — выдохнул Джаспер. Я остановилась у двери и медленно повернулась. Он стоял напряжённый, взгляд тёмный, тяжёлый. Не просто раздражённый — настороженный. Словно ожидал, что я сейчас сделаю что-то опасное. — О, поверь, я могу за себя постоять, — холодно ответила я. — И это куда безопаснее, чем находиться в замкнутом пространстве с вампирами. — Слова вышли резче, чем я планировала. Я реально никак не могла успокоиться. Магия под кожей уже покалывала, как перед грозой. Воздух вокруг становился тяжелее — я это чувствовала. Если Джаспер сейчас ещё раз попробует надавить эмоциями, что-нибудь точно треснет. Взгляд Джаспера потемнел. На секунду стало очень ясно: он сдерживается. Сильно. И, если честно, мелькнула абсурдная мысль — если я сегодня и умру в лесу, то точно не от случайного зверя. Карлайл сделал шаг вперёд. — Роксана, никто здесь не желает тебе зла. Я коротко усмехнулась. — Возможно. Но доверие — штука взаимная. Эдвард явно хотел что-то сказать, но Розали едва заметно качнула головой, останавливая его. Даже она поняла — сейчас любое слово только ухудшит ситуацию. Я уже взялась за ручку двери, когда остановилась и развернулась. — Кстати, Карлайл, — почти вежливо сказала я, — не мне говорить про воспитание, но вашим сыновьям явно не хватает его. Я посмотрела сначала на Эдварда, потом на Хейла. Эммет тихо втянул воздух, будто мысленно сказал «о-о-о, зря». Элис закрыла глаза, словно уже видела последствия. Белла выглядела так, будто хотела провалиться сквозь пол. А Джаспер… Он даже не моргнул. Только челюсть чуть напряглась. И эмоции вокруг него стали холоднее — острые, как стекло. Я улыбнулась. — Аривидерчи. И вышла из дома. Дверь закрылась за спиной мягко, почти бесшумно. Холодный ночной воздух ударил в лицо, и я наконец глубоко вдохнула. Только сделав несколько шагов по тёмной дорожке, я позволила плечам опуститься. Сердце колотилось. Магия всё ещё искрила под кожей, требуя выхода. — Чёрт… — тихо выдохнула я. Да, разговор прошёл… идеально. Просто великолепно. И почему-то сильнее всего меня бесил не Эдвард. Не их способности. Не даже нарушение границ. А тяжёлый взгляд Джаспера, который я всё ещё чувствовала спиной. Как будто он не собирался просто так отпускать эту историю. Ииии, конечно же, он не собирался. Когда дом Калленов уже окончательно исчез за поворотом, а лес вокруг стал плотнее и темнее, я почувствовала рядом с собой чьё-то присутствие. Не звук — ощущение. Будто пространство рядом слегка сместилось. Я резко обернулась — и буквально уткнулась в Джаспера. — Ебать! — выругалась я на русском, шарахнувшись назад. Сердце ухнуло вниз, потом рвануло обратно. Вот же… вампирская привычка появляться из ниоткуда. Он стоял слишком близко. В глазах мелькнуло что-то похожее на веселье — и раздражение одновременно. — Я постарался не пугать. Я прищурилась. — Ты подкрался ко мне в тёмном лесу. Это буквально определение «пугать». Он тихо выдохнул, будто сдерживая улыбку. — Учту. В следующий раз объявлю фанфарами. Я развернулась и пошла дальше по дороге. Конечно же, шаги рядом остались. Вернее… отсутствие шагов. — Ты серьёзно? — буркнула я. — Я сказала, что дойду сама. — Я слышал. — И? — И решил проигнорировать. Я закатила глаза. Ну конечно. Вампирская версия заботы — игнорировать чужие просьбы. Лес тянулся бесконечно. Влажный воздух, запах хвои, редкий свет фонарей — дорога до моего дома была длинной даже для человека, а уж с раздражающим сопровождающим она казалась вечностью. Несколько минут мы шли молча. Я чувствовала его рядом слишком отчётливо — как холодную тень на границе восприятия. И это бесило. Потому что… успокаивало. Он первым нарушил тишину. — Я перегнул в школе. Я даже остановилась от неожиданности. — Ого. Это сейчас было… извинение? Он чуть скривил губы. — Не привыкай. — Поздно, я уже записала этот день в календаре. Он тихо хмыкнул, но взгляд стал серьёзнее. — Ты выглядела подозрительно. — Спасибо, очень приятно. — И я привык устранять угрозы быстро. Я повернула к нему голову. — Миленько. Обычно люди сначала разговаривают. Он посмотрел прямо на меня, и в глазах мелькнула тень раздражения. — Я не человек, Ро. — Это прозвучало настолько холодно, что я невольно передёрнула плечами. Мы снова пошли. — И всё же, — добавил он спустя пару шагов, уже с лёгкой иронией, — признаю, душить тебя было… чрезмерно. — Немного, — сухо ответила я. — Самую малость. — Зато теперь мы честны друг с другом. — Сильно сомневаюсь. Он усмехнулся. И в этой усмешке появилось что-то азартное. — Поэтому у меня предложение. Я насторожилась. — Уже звучит плохо. — Договор. Я остановилась и скрестила руки. — Я слушаю. Он тоже остановился, чуть наклонив голову. — Ты опасна, — спокойно сказал он. — И неизвестна. Это раздражает. — Взаимно. — Именно. Поэтому… — он пожал плечами, — я рассказываю тебе о вампирах. То, что действительно важно. Без сказок и недомолвок. Я прищурилась. — А я? — Ты рассказываешь о ведьмах. Я усмехнулась. — То есть обмен разведданными? — Назови как хочешь. — Я смотрела на него пару секунд. Он не давил, не пытался читать эмоции — просто ждал. И, чёрт возьми, выглядел заинтересованным. — А с чего ты взял, что я не знаю чего-то о вампирах? — О, я не сомневаюсь в тебе, но не забывай, я эмпат, и чувствовал твоё любопытство, всё же, что-то но ты хочешь узнать, — его глаза опасно блеснули. Вот засранец. И ведь прав. Меня бесило, что прав. — А если я откажусь? Он чуть улыбнулся. — Тогда я продолжу наблюдать. А ты продолжишь злиться. …Справедливо. Бесит. Я снова пошла вперёд, делая вид, что думаю. — И никаких попыток лезть ко мне в голову или эмоции. — Я и не лез, — спокойно сказал он, потом добавил с лёгкой насмешкой: — Сегодня. — Хейл. — Хорошо. Без воздействия. Я кивнула. — И никаких внезапных удушений. Он показал оскал. — А вот здесь не обещаю. Я фыркнула, но уголки губ предательски дрогнули. Мы шли дальше уже медленнее. Напряжение никуда не исчезло, но стало… другим. Более ровным. Будто мы перестали быть противниками и стали чем-то вроде временных союзников. Что, честно говоря, звучало ещё опаснее. — Ладно, договор, — я протянула ему руку для закрепления, так сказать. На секунду он замер. И я вдруг осознала — вампиры почти не прикасаются к людям без причины. А после школы это вообще выглядело… иронично. Его взгляд скользнул по моей ладони, потом вернулся к лицу. В эмоциях мелькнуло что-то тёплое, удивлённое — и сразу спряталось за привычной сдержанностью. Он медленно сжал мою руку. Холод. Каменный, нечеловеческий холод. И странное ощущение под кожей — будто магия тихо откликнулась. Он заметил. Я увидела это по тому, как едва заметно напряглись его пальцы. — Интересно… — тихо произнёс он. Я сразу выдернула руку. — Даже не начинай анализировать. — Уже начал, — лениво ответил он. Я закатила глаза и пошла дальше быстрее. — Первый вопрос по договору, ведьма, — сказал он спустя пару шагов. — Наглый ты, конечно. — Это факт. Я фыркнула. — Ладно. Спрашивай. Он некоторое время молчал, будто выбирая. — Почему ты не боишься меня? Шаг сбился. Совсем чуть-чуть. Я усмехнулась, не оборачиваясь. — Ошибаешься, Хейл. Я боюсь. Просто никогда не показываю. — Я буквально кожей почувствовала, как его внимание стало острее — будто он пытался разобрать мои слова на части, найти в них ложь, трещину, слабое место. Несколько шагов мы шли в тишине. — Это… раздражает, — наконец произнёс он. Я фыркнула. — То, что я не впадаю в истерику при виде клыков? — То, что ты контролируешь страх, — спокойно уточнил он. — Люди обычно пахнут иначе, когда боятся. Я покосилась на него. — А я, значит, неправильный человек? Он чуть наклонил голову, и в глазах мелькнула знакомая ирония. — Я уже понял, что ты вообще не вписываешься в категорию «нормально». — Спасибо, очень приятно. — Пожалуйста. Я закатила глаза, но внутри неожиданно стало легче. Разговор перестал быть допросом. Скорее… словесной перепалкой, к которой я уже начинала привыкать. Он снова заговорил, уже тише: — Я чувствую страх. Почти всегда. У людей он громкий… хаотичный. А у тебя — как натянутая струна. Контроль поверх инстинкта. Я невольно усмехнулась. — Профессиональная деформация. — Ведьмы часто живут среди угроз? Я пожала плечами. — Ведьмы, которые расслабляются, долго не живут. Он хмыкнул. Мы свернули на более узкую дорогу. Лес стал тише, только ветер шуршал в кронах. — Теперь мой вопрос, — сказала я. — Почему ты вообще пошёл за мной? Только не говори, что из благородства. Он усмехнулся уголком губ. — Частично из-за раздражения. — Лестно. — Частично из-за любопытства. Я кивнула. — Уже честнее. Он посмотрел прямо вперёд. — И потому что ты уходила злая. А злые ведьмы, как я понял, могут быть… разрушительными. Я тихо рассмеялась. — О, ты даже не представляешь насколько. Он повернул голову ко мне. — Представляю. Именно поэтому и пошёл. Я прищурилась. — Контроль ущерба? — Назовём это… превентивной мерой. — То есть ты меня сопровождаешь, чтобы я случайно не взорвала лес? Он выдержал паузу. — Я сопровождаю тебя, чтобы никто не пострадал. Я остановилась и посмотрела на него прямо. — Никто — это я или окружающие? Его взгляд потемнел, но ответил он без колебаний: — Оба варианта меня устраивают. …Вот теперь стало неловко. Я отвернулась первой и пошла дальше. — Не привыкай говорить такие вещи, Хейл. — Почему? — Люди могут начать думать, что ты заботливый. Он тихо усмехнулся. — Это было бы катастрофой для моей репутации. Мы прошли ещё несколько минут молча, и вдруг он добавил, почти лениво: — Кстати… ты правда думала о сексе, пока я тебя душил? Я споткнулась. — ЧТО?! Он впервые за весь вечер откровенно ухмыльнулся. — В твоих эмоциях проскальзывало возбуждение — БОЖЕ… — я закрыла лицо руками. — Я тебя сейчас прокляну. — Видишь, — спокойно сказал он. — А говоришь, контролируешь себя. Я опустила руки и смерила его убийственным взглядом. — Новый пункт договора. Мы никогда. Никогда. Не обсуждаем мои эмоции и мысли. — Тогда научись их делать тише. — ВЫ ВСЕ НЕВЫНОСИМЫ. Он тихо рассмеялся — и это был первый раз, когда в его эмоциях не было ни напряжения, ни настороженности. Только живое, настоящее веселье. И, что хуже всего… мне тоже захотелось улыбнуться и я еле себя сдержала. Я всё ещё смотрела на него с выражением чистого возмущения, а он, зараза, выглядел слишком довольным собой. Причём не открыто — нет, у Джаспера всё было тоньше: едва заметный уголок губ, спокойный взгляд, будто он наблюдал за экспериментом, результат которого ему заранее известен. — Ты сейчас реально радуешься? — прищурилась я, пытаясь понять, что именно его так веселит: моя реакция или сам факт, что я всё ещё не ушла. — Немного, — спокойно признался он. — Не каждый день меня мысленно хотят одновременно убить и… Я даже не дала ему закончить, заранее чувствуя, куда он ведёт. — Закончи фразу — и договор аннулируется. Он поднял руки в притворной капитуляции, но в глазах мелькнула откровенная насмешка. — Молчу. Мы снова пошли вперёд. Дорога уже стала знакомой — редкие фонари, влажный запах хвои, поворот у старого забора. Я машинально отметила расстояние: до дома минут десять. Я краем глаза наблюдала за ним. Он двигался бесшумно, слишком плавно для человека, но сейчас в его походке не было угрозы — скорее расслабленность хищника, который решил пока не охотиться. — Знаешь, — протянула я, — ты вообще не похож на человека, который должен быть саркастичным. Он повернул голову чуть медленнее, чем обычно, будто заранее догадывался, что услышит что-то колкое. — А на кого я похож? Я окинула его взглядом, нарочно оценивающе, задержавшись чуть дольше, чем нужно. — На депрессивного генерала из старого фильма. Максимум — молчаливый убийца. В его глазах мелькнуло короткое, тёмное веселье. — Второе ближе к правде. — Я не сомневалась. Он тихо хмыкнул, и этот звук почему-то показался неожиданно живым. — А ты не похожа на ведьму разрушения. Я повернулась к нему сильнее. — А ты встречал таких? Он на секунду отвёл взгляд вперёд, будто вспомнил что-то далёкое. — Было дело. Интерес кольнул внутри, но я не стала расспрашивать. Пока. — Да? И на кого я похожа? Он посмотрел прямо на меня — внимательно, изучающе, без обычной холодной дистанции. — На проблему. Я театрально приложила руку к груди. — Это было почти романтично. — Не обольщайся. — Поздно, — вздохнула я. — Уже выбираю свадебное платье. Он покосился на меня, и я почувствовала смесь раздражения и… веселья. Странное сочетание. Будто я одновременно бесила его и развлекала. — Ты специально проверяешь границы? — Конечно. Ты же проверяешь мои. — Я анализирую угрозу. — А я анализирую твои нервы. Он тихо усмехнулся, опустив взгляд на дорогу. — Пока счёт не в твою пользу. — Ой ли? Ты уже извинился, смеёшься и добровольно гуляешь со мной ночью. По-моему, я выигрываю. Он задумчиво наклонил голову, будто действительно обдумывал это. — Возможно, я просто изучаю врага. — Очень медленно изучаешь. Уже почти дошёл до моего дома. Он перевёл взгляд вперёд — вдалеке уже виднелся мягкий свет моего крыльца. Несколько секунд он молчал, и атмосфера вдруг стала спокойнее. Без привычного колючего напряжения. Даже магия внутри меня перестала искрить. — Знаешь, — сказал он наконец, — большинство людей сейчас бы тряслись после такого вечера. Я усмехнулась, глядя себе под ноги. — Большинство людей не узнают за короткое время, что их подруга встречается с вампиром-телепатом, а новый знакомый душит их у школы. Он чуть склонил голову, будто признавая аргумент. — Справедливо. Я усмехнулась. — У меня насыщенная социальная жизнь. Он посмотрел на дом, потом снова на меня — и в этом взгляде было что-то внимательное, почти серьёзное. — Ты всё ещё злишься. — Конечно злюсь. — Но уже меньше. Я вздохнула, признавая очевидное. — Потому что ты раздражаешь меня чуть сильнее, чем вся ваша семья вместе взятая. Это отвлекает. Он остановился. — Рад быть полезным. Я тоже остановилась у калитки и повернулась к нему. Между нами повисла странная тишина — без подколов, без игры. Просто взгляд в взгляд. И это оказалось самым неловким моментом за весь вечер. — Ну всё, Хейл, дальше я сама, — сказала я мягче, чем планировала. — Спасибо за… сопровождение. Он кивнул, но уходить не спешил, будто чего-то ждал. — Ро. — М? — Ты правда боишься? Я задержала взгляд на секунду дольше, чем собиралась. Внутри что-то неприятно сжалось — потому что вопрос был не насмешкой. — Да. Просто я выбираю, кого именно бояться. Его глаза чуть потемнели, будто он хотел что-то сказать — но передумал. И это было почти ощутимо. Я толкнула калитку. — Спокойной ночи, вампир-генерал. — Спокойной ночи, ведьма-проблема. Я уже поднялась на ступеньки, чувствуя его взгляд спиной, когда услышала: — И Ро? Я обернулась. Он стоял в тени деревьев, почти растворяясь в темноте, и выглядел там… слишком естественно. Как часть ночи. — Я рад, что ты не отказалась от договора. Я улыбнулась краем губ, неожиданно искренне. — Я тоже. Мне стало слишком интересно. Он исчез раньше, чем я успела сказать что-то еще. И только когда дверь за мной закрылась, тишина дома накрыла меня полностью. Я прислонилась к двери, медленно выдохнув. И поняла — впервые за весь вечер я больше не злилась. …И это было подозрительно. Полюбому проделки Хейла!