Часть 26

Проснулась я рано. Как будто организм решил, что сон это роскошь, которую я себе позволить не могу. Мыслей было слишком много, и все они лезли одновременно, перебивая друг друга, цепляясь, не давая зацепиться ни за одну нормально. Я даже не стала вставать, просто уткнулась лицом в подушку и лежала под одеялом, как будто это могло хоть как-то отгородить меня от всего этого хаоса. Ладно, погнали по порядку. Если уж разбирать, то хотя бы системно. Джаспер. Майор Уитлок. …Блять. Я зажмурилась, как будто от этого мысль исчезнет. Но она не исчезла, а стала только чётче. С другой стороны… Не факт, что он знал Марию и участвовал в этих вампирских войнах… Блять, Ро, серьёзно? Не факт? Я резко выдохнула в подушку: — Ты дура? Или просто притворяешься? Потому что, если притворяешься, это ещё хуже. — я перевернулась на спину, уставившись в потолок, но легче не стало, — Он жил во времена гражданской войны, он вампир, от него веет опасностью так, что это чувствуется даже без магии. Он из Техаса. Он эмпат, чёрт возьми, и, он сам сказал, что был майором. — я закрыла глаза ладонью, — Давай, скажи ещё, что это совпадение. Просто идеальное, невероятное совпадение. Ну да, конечно. И ты не конченная, если в это веришь.  Я тихо застонала. — Блять… Отлично. Теперь ты ещё и разговариваешь сама с собой. — я уткнулась лицом в подушку. Боги! На секунду стало тихо. Просто потому что я устала слушать свои мысли, но они никуда не делись, просто перегруппировались. Так. Стоп. Выдох - я медленно вдохнула, задержала воздух, выдохнула. Ещё раз. И ещё. Надо думать, а не паниковать. Думать: если это он… Если это действительно он… Тогда всё становится гораздо хуже и, одновременно, проще потому что, хотя бы появляется конкретика. Я снова перевернулась на спину и уставилась в потолок. По-хорошему, надо спросить у него напрямую. Мысль была логичной, чистой, правильной. И тут же вызвала внутренний смешок: ага, конечно, подойти и спросить “Слушай, ты случайно не тот самый майор, который участвовал в вампирских войнах и, возможно, связан с Марией? Просто мне надо понять, нужно ли мне тебя убить”. Гениально! Да он меня прикончит раньше, чем я договорю. Хотя, я прикусила губу, не факт. Из-за магической связи он, вероятно, не сможет.  Но это не значит, что он не найдёт другой способ. Я нахмурилась и резко выдохнула. Эммет! Я на секунду зависла, перебирая ощущения. Он не станет, наверное... Я хочу верить, что не станет. По крайней мере, не потому, что кто-то попросит. Эдвард? Я скривилась, вот он — может. Без лишних сомнений, если решит, что это “правильно”. Его, наверняка, лосем не корми, дай меня убить. — Хмурый, блять… — я провела рукой по лицу, — Да почему всё так сложно?! Я снова зарылась в одеяло, натянув его почти на голову. Ладно, стоп, паника не помогает! Сначала факты. Надо не предполагать, не додумывать, а убедиться, что это действительно тот самый майор и, тогда уже, думать дальше и решать, что делать. Тогда уже разговаривать с ним. Наверное... Мысль об этом зацепилась чуть сильнее, потому что как бы я ни крутила это в голове, я, всё равно, к нему приду. Рано или поздно и, скорее всего, расскажу всё. Карты на стол! Потому что иначе будет только хуже. Он живёт слишком долго, чтобы не распознать ложь, да и чертов эмпат. И слишком внимательный, чтобы не заметить, что я что-то скрываю. На секунду я закрыла глаза. — Охрененно, Ро. Просто охрененно. А смогу ли я вообще его убить? Я даже не сразу ответила себе. Просто лежала, уставившись в темноту под веками, прокручивая это слово. Убить. Как будто оно могло изменить смысл, если повторить его достаточное количество раз. Нет. Буквально не смогу. Он мой магический партнёр – связь не даст. Но чужими руками… Я сжала губы. Технически — возможно, практически — тоже. И от этого стало только хуже. Вопрос был простой: хочу ли я его смерти? Ответ — нет. И да. Я снова вздохнула. Да, это снимет проклятие. Да, это освободит наш род. Да, мама сможет, наконец-то, сделать переход и стать духом-наставником. Сейчас она заперта между мирами, я даже связаться с ней не могу. «Спасибо», бабушка. — А если я рожу ребёнка, — я сглотнула, — то умру окончательно. И тоже буду заперта между мирами, и уже моему ребёнку придётся продолжать это всё: искать, охотиться, заканчивать то, что не смогла я. Цепочка. Бесконечная. Ненормальная. Значит проклятие нужно снять! Это даже не обсуждается, это факт. — Но, блять… — я стиснула зубы. Что уж отрицать, я не хочу его убивать, просто не хочу. От этой мысли внутри всё скрутило ещё сильнее. — Это не “жалко”, не “сложно”, не “неудобно”. Это… — я провела рукой по лицу и тихо пробормотала, — Он мне нравится. Ну всё, приехали… Вот я это и сказала: мне нравится майор Джаспер Уитлок. И ведь проблема даже не в том, что нравится, а в том, как. Это не просто сексуально влечение, хотя и оно, конечно, есть. Я закрыла глаза и сразу всплыл образ: высокий, спокойный, с этой его выверенной, почти пугающей точностью в каждом движении. Как будто он никогда не делает ничего случайно. Как будто каждое действие — осознанное, рассчитанное, контролируемое. Военный. Это не просто слово — это в нём, в его осанке, в том, как он стоит, как поворачивает голову, как реагирует на любое изменение вокруг, в его взгляде, который всегда чуть глубже, чем должен быть. И его глаза, я чуть нахмурилась, золотые, но не тёплые, а скорее приглушённые. Как будто за этим цветом скрывается что-то старое, гордое и настоящее. Он не лёгкий человек, совсем. В нём есть эта тяжесть, не показная, не драматичная, а тихая, прожитая, та, которую не нужно озвучивать, чтобы её почувствовать. Он не ломается под ней, он её принимает и носит как часть себя. И это, чёрт возьми, красиво. Я резко открыла глаза. — Блять… Хуже всего даже не это, хуже, когда он смеётся. — я замерла, уткнувшись взглядом в потолок, чувствуя, как по коже пробегают мурашки от одного воспоминания. Потому что это бывает очень редко и, может именно потому, это бьёт сильнее. Не усмешка, не этот его короткий, почти холодный изгиб губ, а настоящий смех, живой, тёплый, чуть глухой, как будто он сам не до конца привык к нему. В этот момент он другой, не майор и не хищник, а просто живой… И голос, господи, его голос... Южный акцент — мягкий, тянущий, почти ленивый, но при этом в нём есть сталь. И когда он говорит чуть тише, чуть ближе… — Да ты издеваешься… Я резко перевернулась на бок. Мурашки это вообще не то, что мне сейчас нужно. И дело не только во внешности, я сжала подушку. Я вспомнила как вечером он молча и спокойно стоял за моей спиной. Я чувствовала, что его внимание было направлено вперёд на Эдварда. Я чувствовала, как его взгляд, холодный, жесткий, предупреждающий, буквально прожигал пространство между ними. При этом он не остановил меня. Ни словом, ни жестом! Он не пытался “сгладить”, “успокоить” или “перевести тему”. Ничего. Он позволил мне говорить, и, более того, он меня поддерживал не напрямую — от этого я чувствовала его поддержку только сильнее. Я закрыла глаза, вспоминая это ощущение: его сила обволакивала теплом, спокойствием. Как будто за моей спиной стояла живая, надёжная, непробиваемая стена. Я знала, если что-то пойдёт не так, он не остановит меня. Он встанет рядом. И это… Я сглотнула. Это было опасно — к такому быстро привыкаешь. К тому, что тебя не сдерживают, не ломают, не пытаются переделать, а принимают, даже когда ты неудобная, резкая, упертая… Я тихо усмехнулась. Особенно когда ты такая. Я вспомнила, как мы спорим, как он раздражается — это видно, взгляд становится жёстче, голос холоднее, движения чуть резче. Но он не уходит, не закрывается, не обрывает, а остаётся и спорит со мной на равных. Мой лоб уткнулся в подушку. — Отлично… просто идеально. Это уже не просто симпатия: мне нравится не только то, как он выглядит, он мне нравится целиком. Его контроль, выдержка, честность, которая иногда режет сильнее, чем слова других. То, как он смотрит — прямо, без попытки смягчить правду. И то, как он рядом. Без лишнего, без показного, но так, что это невозможно не чувствовать. Я медленно выдохнула, пытаясь успокоить сердцебиение. Он меня бесит тем, что слишком хорошо меня видит. И в то же время мне это нравится. Мысль, которая пришла следом, заставила меня замереть — он не пытается меня сломать, он меня выдерживает… Это уже проблема, потому что в какой-то момент я могу просто не захотеть его терять. Да я уже, блять, не хочу его терять! — А это значит, — я тихо усмехнулась, — Что всё уже стало гораздо сложнее, чем должно было быть. И, похоже, обратной дороги у меня уже нет. *** Я пролежала, наверное, ещё час, гоняя мысли по кругу. Буквально одни и те же аргументы, одни и те же выводы, одни и те же тупики. Пару раз я ловила себя на том, что думаю уже не словами, а какими-то обрывками ощущений: раздражение, злость, упрямство, страх, снова раздражение. И всё по новой. К чему-то новому я, конечно же, не пришла. Вообще ни к чему - ни гениального озарения, ни внезапного “о, точно, вот так всё решается”. Ничего. Только ещё больше осознания, насколько всё это неудобно. Я тяжело выдохнула, уставившись в потолок. — Но зато, — я медленно прищурилась,— выстроен план. Надёжный, блять, как швейцарские часы! Ха-ха-ха! Хоть какой-то порядок в голове — уже победа! Итак, сначала семья. Попробую разузнать, что у нас есть по майору Уитлоку, по югу, по войнам, по Марии, если повезёт, конечно. Потом, я на секунду задержалась на этом, потом Джаспер. Спросить напрямую, без обходных путей и игр, и уже от этого плясать? Сколько ни крути, а именно он — центр всей этой истории. Избегать этого глупо. Я кивнула самой себе. — Да. Так и сделаю. План не идеальный, но рабочий, а это больше, чем было час назад. Наконец, я откинула одеяло и села, проводя ладонями по лицу. — Пора двигаться. Если я пролежу ещё хоть немного, начну всё это обдумывать по третьему кругу, а там уже и до четвёртого недалеко. Потягиваясь я направилась в ванную. Душ оказался спасением - горячая вода смывала остатки сна и часть раздражения. Я провела под струями дольше времени, чем планировала, уткнувшись лбом в холодную плитку, позволяя себе просто расслабиться. — Всё, хватит! Быстро приведя себя в порядок, я оделась, собрала волосы и уже выходя из комнаты, внезапно остановилась. Белла! Я на секунду зависла и даже чуть прищурилась. Вчерашний день – ее день рождения. Вечеринка, кровь, вся эта… катастрофа. К ней, определённо, надо зайти и не с пустыми руками. Пирожные! Мысль пришла легко и неожиданно приятно. Что-то простое, домашнее, без пафоса. Я усмехнулась: — Ну хоть тут всё ясно. Кухня встретила меня тишиной и привычным уютом. Я быстро достала всё необходимое, двигаясь почти на автомате: мука, сахар, яйца, масло. Руки делали своё, а голова в это время снова ускользала. Я поймала себя на том, что мешаю тесто чуть резче, чем нужно. — Спокойнее, Ро, — пробормотала я. Постепенно процесс затянул: простые, понятные действия, у которых есть начало и результат, успокаивали. В отличие от всего остального. Когда аромат выпечки начал наполнять кухню, настроение значительно улучшилось. Ненадолго, но всё же. Я аккуратно выложила готовые пирожные остывать, а потом переложила в коробку. — Отлично. С этим справились. Стоя с коробкой в руках я на секунду задержалась у двери, проверяя всё ли взяла и направилась к Белле. Аккуратно прикрыв за собой дверь я на секунду остановилась на крыльце. Утро было прохладным, свежим, с тем самым форксовским настроением, когда вроде бы серо, но по-своему уютно. Я глубоко вдохнула немного влажный воздух, перехватила коробку с пирожными поудобнее и направилась к соседнему дому. Пара минут и я уже стучала в дверь Беллы, с лёгкой усмешкой поддразнивая: — Если ты не откроешь я, честно предупреждаю, съем всё сама и не испытаю ни капли угрызений совести. За дверью послышались шаги и, почти сразу, она распахнулась. — Роксана! Белла выглядела растрёпанной, немного сонной, но, увидев меня, сразу оживилась и это было самым нормальным, самым привычным во всём этом странном утре. — Угу, собственной персоной, — я приподняла коробку. — С жертвоприношением в виде сладкого теста. Она тут же отступила, пропуская меня внутрь и даже слегка улыбнулась: — Ты буквально спасение после вчерашнего. Ты это понимаешь? — Конечно понимаю, — спокойно кивнула я, проходя в кухню. — Я вообще крайне полезный человек, просто ты раньше не ценила. Я поставила коробку на стол и повернулась к ней, внимательно глядя. — А теперь давай честно: как ты? Белла выдохнула, села на стул и на секунду уткнулась лицом в ладони. — Если честно… У меня ощущение, что я испортила абсолютно всё, что только можно было испортить. И чем больше я об этом думаю, тем хуже становится, потому что я понимаю, что могла бы быть аккуратнее, могла бы не… — она запнулась, — не устроить всё это. Я закатила глаза и села напротив, подвигая к ней коробку. — Давай мы сейчас сэкономим время и нервы: ты порезалась бумагой. Бумагой, Белла! Это не ошибка, не трагедия века и уж точно не повод брать на себя ответственность за реакцию толпы вампиров, которые, между прочим, живут с этим столетиями. Она подняла на меня взгляд, всё ещё упрямо хмурясь. — Но я знала, что они… чувствительны к крови, и всё равно… — Ты знала это теоретически, — перебила я уже мягче,  — А не на уровне “я сейчас порежусь и устрою кризис внутри вампирской семьи”. Есть огромная разница. Я чуть наклонилась вперёд. — И, если уж кто-то должен разбираться со своими реакциями, то это точно не ты. Белла вздохнула, напряжение в ней чуть ослабло. — Ты умеешь звучать убедительно, даже когда я не хочу с тобой соглашаться. — Это талант, — кивнула я. — Ешь. Она слабо улыбнулась, открыла коробку и замерла на секунду. — Роксана, ты правда всё это сделала сама? — Нет, конечно, — серьёзно ответила я. — У меня тут за углом подпольная кондитерская фабрика. Она тихо рассмеялась и взяла пирожное. — Я тебя обожаю. — Я знаю — невозмутимо ответила я. Она откусила и на секунду прикрыла глаза. — Это нечестно, ты не имеешь права так вкусно готовить, когда я в таком состоянии. — Наоборот, имею, — я откинулась на спинку стула. — Это называется терапия. Белла кивнула, но через секунду снова стала серьёзнее. — Я, правда, не злюсь на Джаспера! Я понимаю, что это было… Это был инстинкт, или что-то вроде того. И мне даже неловко, ведь он из-за этого, скорее всего, чувствует себя виноватым. Я чуть наклонила голову, наблюдая за ней. — Он чувствует, но не так, как ты думаешь. И уж точно не из-за тебя. Белла нахмурилась. — Тогда из-за чего? Я на секунду замолчала, а потом спокойно сказала: — Из-за контроля. Потому что для него это важно. Она медленно кивнула, будто это что-то прояснило. Пауза повисла на секунду, и вдруг Белла подняла взгляд, чуть прищурившись: — Подожди… Роксана, а что было потом? Я немного склонила голову. — В каком смысле? — После того, как Эдвард отвёз меня домой, — она нахмурилась сильнее. — Он был… странный. Почти не говорил, просто довёл до двери, убедился, что я зашла, и ушёл. А потом… — она запнулась, — он вернулся ночью. Я приподняла бровь. — И? Белла кивнула, сжимая пальцы. — Он просто стоял у меня в комнате. Смотрел на меня так, как будто… не знаю, как будто что-то решил, но не сказал. Он был холодный, напряжённый, отстранённый, и при этом… слишком внимательный. Я пыталась поговорить с ним, но он отвечал какими-то обрывками, как будто не хотел или не мог сказать больше. И это было… странно. Я медленно выдохнула. — Он тебе не рассказал, что было после? Белла покачала головой. — Нет. Ничего. И это-то меня и пугает Обычно он всё объясняет, даже если это тяжело. Я усмехнулась: — Да, обычно… Она сразу напряглась: — Роксана, что произошло? Скрестив руки на груди, я секунду собиралась с мыслями. — После того, как он отвёз тебя домой, он вернулся и… Разговор продолжился. Белла подалась вперёд. — В каком смысле “продолжился”? — В прямом. Они начали разбирать ситуацию, но довольно быстро это перестало быть просто обсуждением и превратилось в попытку найти виноватого. — И? — её голос стал тише. Я посмотрела прямо на неё. — И, как ты можешь догадаться, это оказалась я. Белла резко выпрямилась. — Это абсурд! — Я в курсе, — спокойно кивнула я. — Но это не остановило его. Моя собеседница нахмурилась еще сильнее. — Что он говорил? — Много чего. Но, если вкратце, то я тут темная лошадка и вообще виновата во всех бедах! Белла покачала головой. — Это несправедливо. — Более чем, — согласилась я. — И я попыталась объяснить это. Спокойно, рационально. Но… — я чуть прищурилась, глядя ей в глаза, — он был слишком уверен в своей позиции. Белла внимательно смотрела на меня. — И ты… сорвалась? Я медленно выдохнула. — Да, но не так, как ты думаешь. Она напряглась. — А как? Я сделала небольшую паузу, вспоминая: — Моя магия отреагировала. Резко и сильно. Вся комната буквально покрылась льдом, я приморозила их к месту. В начале это не было осознанным решением, это была реакция. Она затаила дыхание, Белла смотрела на меня широко раскрытыми глазами. — И… ты их отпустила? — прошептала девушка. Я покачала головой. — Не сразу. Джаспер подошёл ко мне. — И остановил? — Не совсем, — я чуть склонила голову, — он не давил, не пытался сломать это. Он очень аккуратно вошёл в процесс, как будто подстроился под мою магию. И помог удержать контроль. Белла ошарашенно прошептала: — То есть он был на твоей стороне? Я усмехнулась. — Он не выбирал сторону, он просто встал рядом. Белла задумчиво кивнула, в её взгляде мелькнуло понимание. Немного расслабившись она спросила: — А Эдвард? Я скривилась. — Остался при своём и, если честно, мы с ним… не сошлись. Белла опустила взгляд. — Теперь понятно, почему он был таким ночью… — Скорее всего, он уже что-то решил. Просто не сказал тебе. Белла тихо выдохнула, кивнув головой. — Это всё слишком сложно. Я усмехнулась. — Добро пожаловать в клуб. Она подняла на меня взгляд, и в нём снова появилась та самая теплая, живая эмоция. — Спасибо, что рассказала. Правда. Я пожала плечами. — Ты имеешь право знать, что происходит вокруг тебя, особенно если это напрямую тебя касается. И я чуть улыбнулась: — А теперь доедай пирожное, потому что я не собираюсь уходить, пока ты не съешь минимум два. Белла фыркнула. — Это шантаж. — Абсолютно. На этот раз она рассмеялась уже по-настоящему. *** Мы проболтали ещё пару часов, и, как это всегда бывало с Беллой, разговор постепенно вытянул из меня лишнее напряжение, оставив вместо него хрупкое равновесие. До спокойствия было еще далеко, но ощущение, что я не одна варюсь в этом всём, немного облегчало мои переживания. Когда я вернулась домой, меня накрыла тишина. Я бросила куртку на стул, прошлась по комнате и остановилась у окна. Лес стоял неподвижный. Мне нужно было с ними поговорить. Сейчас. Я схватила телефон, плюхнулась на кровать и открыла чат «Клыки и метлы». Вы: Че кого сучары? Ответ прилетел мгновенно. Лускони: О, нихуя себе! Она жива! Я уже, если честно, начал мысленно расписывать варианты: либо ты там нашла своего загадочного майора и решила “Всё, прощайте!”, либо тебя всё-таки кто-то сожрал, из-за того, что ты, как обычно, решила проверить границы возможного не на словах, а на практике. Я фыркнула, даже не пытаясь сдержать смех. Вы: Я тебя сейчас лично найду, и ты, не на словах, а на практике проверишь, как летают вампиры без головы. Спойлер: недолго и некрасиво. Лускони: А, ну всё, значит порядок. Если ты сходу угрожаешь, значит жива, здорова, не в плену и в своём стандартном сейчас-кого-нибудь-убью настроении. Редж: Ты лучше скажи, где пропадала и что произошло. Только давай без этих твоих “сначала пошучу, потом скажу” — я вчера весь вечер чувствовала, что что-то не так. Хиппи: Да, у меня было похожее ощущение, как будто что-то вышло из равновесия. Знаешь, словно энергия дернулась или сорвалась. Мне было тревожно. Душнила: Роксана, я предлагаю сразу перейти к сути! Учитывая контекст, в котором ты сейчас находишься, и ту информацию, которую мы уже успели собрать о твоём окружении, я бы предпочёл услышать факты. Без вступлений, просто чёткую картину произошедшего. Вы: Ладно, держитесь, я вас не порадую. Вы: У меня три новости. Вы: И все три — пиздец в разных вариациях. Лускони: Вот это заход! Люблю, когда ты так начинаешь. Давай, выбирай: по нарастающей, чтобы мы постепенно сходили с ума, или в гомерическом порядке, сразу в лицо, чтобы мы просто упали и не встали? Вы: Сразу в лицо. Не вижу смысла вас готовить, всё равно не поможет. Вы: Во-первых, Джаспер — мой магический партнёр. Лускони: Да ну нахер?!?!? Редж: Что? Хиппи: Если честно, я примерно этого и ожидала. Не со стопроцентной уверенностью, конечно, но общее положение было очевидно. Душнила: Да, это многое объясняет. В частности, характер ваших взаимодействий, ту эмоциональность, с которой ты о нём говорила, и некоторые… не состыковки в твоих ощущениях. Я моргнула. — Чего блять? Вы: В СМЫСЛЕ ВЫ ТАК И ПОДУМАЛИ?! Вы: Вы там вообще нормальные? Я тут с ума схожу, а вы такие “ну да, логично”? Хиппи: Роксана, ты сама вспомни, как ты о нём рассказывала. Даже не словами, а ощущениями. Как ты описывала прикосновения, реакцию своей магии, то, как тебя к нему тянет… Я тогда ещё намекнула, что это может быть не просто интерес или совпадение… Редж: Это вообще не отменяет того факта, что ситуация, мягко говоря, хуёвая. Магический партнёр это уже не «ой, просто познакомилась с парнем”, это привязка. И привязка серьёзная! Хиппи: Это не “хуёво” само по себе, это просто очень сильная и глубокая связь. Но да, я согласна, последствия могут быть сложными, особенно учитывая в каких обстоятельствах ты сейчас находишься. Душнила: Я бы сформулировал иначе: это не категории “плохо” или “хорошо”. Это скорее фактор, который радикально меняет расстановку сил, твоё положение в ситуации и спектр возможных решений. Игнорировать это уже не получится. Я откинулась на подушки. — Ну, конечно, всё чётко, спокойно, будто я им сказала, что купила новую куртку. Вы: Окей. Тогда вторая новость и она не лучше. Вы: Он сказал, что я его истинная пара. Редж: ЧТО?! Ты сейчас серьёзно это пишешь?! Лускони: АХАХАХАХАХАХА Лускони: Подожди, подожди… Лускони: ЧТО БЛЯТЬ, РОКСАНА?! Хиппи: Я в шоке! Душнила: Повтори, пожалуйста. Я хочу убедиться, что я правильно понял! Вы: Он. Сказал. Что. Я. Его. Истинная. Пара. Вы: Да, именно в этом смысле. Да, без шуток. Лускони: Ну всё, Мор, мне срочно нужно твоё зелье, причём не “расслабиться”, а что-то уровня “стереть память и проснуться в другой жизни”. Редж: Это уже за гранью нормальности. Один фактор, магический партнёр, ещё можно как-то пережить. Но два сразу? Ты вообще понимаешь, в какой ты ситуации сейчас находишься? Хиппи: Это о-о-очень редкое сочетание. Правда редкое. Я бы даже сказала, практически уникальное. Душнила: Если это действительно так, а не ошибка интерпретации с его стороны, то это крайне редкое явление. И, как ни странно это звучит в текущем контексте, в каком-то смысле тебя можно поздравить. Вы: Серьёзно?! Вот сейчас? Прямо сейчас ты решил меня поздравить? Лускони: Не, подожди. Давай без сарказма на секунду. Лускони: Ро, ты вообще осознаёшь, что это значит? Это не “симпатия”, не “интерес”, не “нам просто хорошо вместе”. Это полный набор: привязка, инстинкты, химия, защита, вот это всё. Это тот уровень, где уже не “нравится — не нравится”, а “ты в этом по уши”. Я уставилась в экран. Понимаю ли я? Блять, да. Вы: Да, Майкл. Я уже догадалась. Спасибо, что озвучил это вслух. Вы: я всё ещё не понимаю, с какого момента это стало поводом для “поздравляю”? Хиппи: Солнышко, это действительно редкость. Не в плохом смысле. Мы с Дорианом истинные партнёры. И я могу тебе честно сказать: это очень особенное чувство. Ты не просто рядом с человеком, ты как будто становишься цельной. Не зависимой, а именно цельной. Как будто все части складываются правильно. Хиппи: И если у вас с ним это ещё и накладывается на магическую связь, то это значит, что у тебя рядом человек, который может закрыть тебя не только физически, но и на уровне силы. Ты, по сути, всегда будешь под защитой. И, исходя из того, что ты о нём рассказывала, это не пустые слова. Я медленно выдохнула. Хиппи: И да, мы можем не беспокоиться хотя бы об одном: он тебя не обидит. Потому что просто не сможет пойти против этой связи. Редж: Я, конечно, рада, что у вас тут у всех романтика уровня «судьба, фатум, вселенная» и прочее, но давайте не забывать, что речь идёт о вампире, который потенциально связан с нашим основным пиздецом. Так что я пока не готова выдыхать. Лускони: Я, если честно, тоже. Но… Он тебя не тронул? Я усмехнулась. Вы: Нет. И не пытался. Лускони: А ты? Я замерла на секунду и только потом ответила: Вы: Тоже нет Чат притих. Это был только второй пункт. Я коротко выдохнула и написала дальше: Вы: И третья новость. Вы: Он был майором. Точнее… он и есть майор. Майор Джаспер Уитлок. Пам пам пам… Лускони: Данунахер???? Редж: Чего???? Хиппи: Это шутка? Душнила: Роксана… Лускони: Скажи мне, пожалуйста, что это не тот самый майор, о котором мы думаем. Скажи, что это просто совпадение, редкое, тупое, но всё-таки совпадение. Вы: Я не знаю. Вы: Он из Техаса. Вы: Жил в то время. Вы: И сам сказал, что был майором. Редж: БЛЯТЬ, РОКСАНА, НУ КОНЕЧНО ОН ИЗ ТЕХАСА!! НУ КОНЕЧНО ОН ЖИЛ В ТО ВРЕМЯ, НУ КОНЕЧНО ОН МАЙОР, ЧТО ЕЩЁ ДОЛЖНО СОВПАСТЬ, ЧТОБЫ ТЫ СКАЗАЛА: ДА, ЭТО ОН?! Лускони: Ну всё, приехали. Просто, блять, приехали. Лускони: Ро… это он. Я не вижу ни одного варианта, при котором это может быть кто-то другой. Душнила: Вероятность совпадения в данном случае стремится к нулю. Слишком много пересечений по ключевым параметрам: время, география, статус, и, что немаловажно, его текущая природа. Хиппи: Так, хорошо. Давайте не будем сейчас уходить в панику. Расскажи всё, что ты о нём знаешь. Не общее впечатление, а факты. Всё, что может иметь значение Вы: Да особо нечего рассказывать, если честно. Вы: Он жил во времена гражданской войны. В Техасе. Был майором, это он сам сказал, без давления, просто как факт. Вы: Он вампир. И опасный, это чувствуется сразу, без вариантов. Вы: Он очень сильный эмпат. Вы: Это всё, что у меня есть на данный момент. Лускони: Подожди, подожди! Давай я сейчас это соберу, потому что у меня уже ощущение, что я что-то упускаю. Лускони: Итак… ты связана с вампиром. Не просто связана — он твой магический партнёр. Лускони: Плюс он считает тебя своей истинной парой. Лускони: И, вишенка на этом говяном торте: он, с очень высокой вероятностью, тот самый майор, которого мы ищем уже чёрт знает сколько времени. Лускони: Ты вообще осознаёшь, насколько это пиздец? Не абстрактно, а вот реально, по всем фронтам? Вы: Да. Осознаю. Вы: Но главный пиздец в том, что я не хочу его убивать. Ни при каком раскладе. Поэтому сейчас единственное, что я могу сделать — разобраться, он ли это на самом деле. Потому что действовать вслепую в такой ситуации уже не просто тупо, а самоубийственно. Душнила: Это усложняет задачу, но не делает её невозможной. В первую очередь нам нужно подтвердить или опровергнуть его личность. Без этого любые дальнейшие решения будут преждевременными. Редж: Я, конечно, сейчас очень стараюсь не сорваться и не начать орать, но давай будем честными: если это он, у нас нет роскоши “не хочу убивать”. У нас есть задача. И последствия, если мы её не решим. Я сжала челюсть. Вы: Я это понимаю. Но я не буду принимать решение, пока не буду уверена. Вы: И я не собираюсь бросаться на него только потому, что “всё сходится”. Лускони: И правильно делаешь. Потому что, если ты сейчас полезешь на него без понимания кто он и на что способен, мы тебя потом даже собрать не сможем. Он уже что-то говорил? Намекал? Вы: Нет, он ничего не говорил. Лускони: В любом случае — нам нужно больше информации. Лускони: Ро, ты можешь с ним поговорить? Только не в лоб “привет, ты случайно не тот самый майор?”, а аккуратно? Я хмыкнула. Вы: Могу. Вопрос в том, чем это закончится. Лускони: В идеале — разговором. В худшем случае, мы узнаем, насколько он быстрый. Редж: Очень смешно, Майкл. Лускони: Я стараюсь разрядить обстановку, если ты не заметила. Я тихо усмехнулась. Хиппи: Роксана, будь осторожна. Хиппи: Не дави, не провоцируй, но и не отступай от своих вопросов. Ты имеешь право знать, с кем связана. Душнила: Ещё один момент: если он действительно тот самый майор… Душнила: Тогда его реакция на твои вопросы будет не менее важной, чем сами ответы. Я посмотрела на экран, перевела взгляд на потолок и тяжело вздохнула. Да, похоже следующий шаг уже очевиден. И, чёрт возьми, он мне совсем не нравится.