Глава 8 Принудительное парное зельеварение

Утро началось прекрасно. То есть Рон снова перепутал сахар с солью и сделал кашу, на вкус похожую на слёзы одиночества. Почти половина Гриффиндора рыдала, другая половина помогала первой плакать. — Это лучшее, что я могу! — возмущался Рон. Гарри, не глядя, ответил: — Лучше вообще ничего. Гермиона, сияющая подозрительно хорошим настроением после вчерашней кладовки, сидела и улыбалась в книгу. Драко, с другой стороны зала, делал вид, что не смотрит в её сторону каждые 3 секунды. Блейз наблюдал за обоими, как учёный, который только что открыл новый вид животных: — Так. Кто из вас двоих вчера в кладовке признался первым? Драко: — ЗАТКНИСЬ. Блейз счастливо вздохнул: — Люблю вашу химию. Горение, взрывы, смертельные пары. О, и он ещё не знал, как прав будет. УРОК ЗЕЛЬЕВАРЕНИЯ — ВРЕМЯ УМИРАТЬ Снейп вошёл в класс, как будто хотел одним взглядом уничтожить всех сразу. — Сегодня вы будете варить зелье Лунного Восстановления… Пауза, мрачная и угрожающая. — …в парах, которые я назначу сам. Коллективный стон. Снейп начал называть пары: — Мистер Поттер с мистером Ноттом. — Мистер Уизли с мистером Забини. Гарри закрыл лицо руками, Рон закричал: «ПОЧЕМУ ТЫ ТАК НЕНАВИДИШЬ МЕНЯ?!» Блейз: — Если я умру, скажите моей маме что я благодарен за то, что был таким красавчиком. — Мистер Лонгботтом с мисс Паркинсон. Панси упала лицом на парту: «Я не подписывалась на смерть!» И, наконец: — Мистер Малфой с мисс Грейнджер. Класс загудел, как ульи перед восстанием. Гарри: — Это законно вообще? Рон: — Это преступление против человечества! Самые умные студенты вместе! Как нам списать?! Драко тихо пробормотал: — Я уверен, Снейп делает это специально. Гермиона, собравшись, прошептала: — Дерёмся или сотрудничаем? — Посмотрим, — сказал Драко, нервно поправляя рукав. Они начали нарезать ингредиенты. Гермиона работала идеально: чётко, уверенно, быстро. Драко выглядел, как человек, который старался не смотреть на её губы, но проигрывал каждые 20 секунд. — Не стой так близко, — сказала она. — Я не стою! — Ты дышишь мне в шею. — Это потому что ты стоишь слишком близко! Блейз, через три столика: — А можете уже поцеловаться и перейти к делу? Оба заорали: — БЛЕЙЗ, ПРОПАДИ! Снейп: — Один звук ещё, и вы будете отрабатывать ночами полы в подземельях. Тишина наступила как выстрел. Гермиона читала инструкцию: — Три капли настойки ириса. Не больше. Драко: — Подумаешь, три. Можно и четыре для ускорения про... БАБАХ. Котёл взорвался. Гейзер липкой пурпурной слизи выстрелил прямо им в лица. Гермиона в шоке, волос больше нет, просто фиолетовый кошмар. Драко весь в блестках, как упавшая новогодняя ёлка. Снейп закрыл лицо ладонью: — Почему я ещё работаю здесь? Блейз, катаясь по полу: — ВЫ ВЫГЛЯДИТЕ КАК ДВЕ ФЕИ, СБЕЖАВШИЕ С ПАРАДА!! Рон орал: — ПОМОГИТЕ! Я НЕ ВИЖУ! СЛИЗЬ В ГЛАЗ! Нотт: — Просто включи мозг, Уизли, и протри глаза! Рон: — ЕСЛИ Я МОГ БЫ ДУМАТЬ, МНЕ НЕ НУЖНА БЫЛА БЫ ГЕРМИОНА!! После урока Снейп наказал их на уборку класса и вышел. В комнате пахло горелыми ингредиентами и отчаянием. Драко стоял у стола, пытаясь очистить волосы: — Мерлина ради, что за дурацкая слизь… Гермиона подошла ближе, вздохнула и аккуратно убрала слизь с его щеки. Мир остановился. Он поднял на неё глаза. — Грейнджер… — Да?.. Он наклонился ещё ближе, их носы почти соприкоснулись… Дверь распахнулась: — УХ ТЫ, ИДЁТЕ К ТРЕТЬЕЙ ПОПЫТКЕ? — Блейз радостно. Гарри за ним: — Скажи заранее, я ставки делаю. Драко отпрянул, чуть не уронив швабру: — Я ВАС ЗАКОПАЮ. Гермиона, красная как рубин: — Уйдите. Блейз, закрывая дверь: — Ладно, ладно. Мы подождём за углом. КАК РАЗ ВРЕМЯ ДЛЯ ПОПКОРНА. Большой зал гудел, завтрак в разгаре, ученики шумят, смеются, спорят. Ничего не предвещало катастрофы. До того момента, пока Блейз Забини, вечно любопытный и слишком уверенный в себе, не решил «слегка подшутить». — Слушайте, — сказал он Теодору и Драко, хитро блестя глазами, — я тут нашёл заклинание… потрясающее! Заклинание правды. Временное. На пять минут. Вдумайтесь, ПЯТЬ МИНУТ чистейшей честности. Кто бы не хотел услышать правду? Драко скептически вздёрнул бровь, откусывая тост: — И зачем оно тебе? — Я? — Блейз сделал вид, что оскорблён. — Просто ради науки. Теодор закатил глаза, но в голосе мелькнул интерес: — Забини, ты хочешь устроить спектакль? — Я? Никогда бы... И в этот момент кто-то толкнул Блейза сзади, он ,втихоря колдуя над Драко, дёрнул рукой и палочка вспыхнула, заклинание сорвалось в воздух, отскочило от люстры, ударило в потолок и разлетелось золотым облаком, накрыв половину зала. Застыла тишина. А потом началось. Первой не выдержала Парвати Патил: — Я НЕНАВИЖУ, как Лаванда храпит ночами! Думаю, что в неё вселился барсук! Лаванда вскрикнула: — А я встречалась с Роном только потому, что думала он будет знаменит и популярен как Гарри! По залу пробежал шокированный вопль. Гарри, ошарашенный, попытался закрыть рот руками: — Я… иногда притворяюсь, что не слышу Гермиону, потому что боюсь, что она снова заставит меня учить! Гермиона вскочила: — А Я ИЗ-ЗА ЭТОГО ХОЧУ УДАРИТЬ ТЕБЯ КНИГОЙ КАЖДЫЙ РАЗ!!! Скамейки тряслись от смеха. И тут заговорил Рон, громко, слишком громко: — Я ВСЮ ЖИЗНЬ ЗАВИДОВАЛ ГАРРИ, ПОТОМУ ЧТО ВСЕ ЛЮБЯТ ЕГО, А НЕ МЕНЯ! В зале наступила оглушительная тишина. Гарри медленно повернулся: — Рон… — И ЕЩЁ, Я НЕНАВИЖУ КОГДА ДРАКО СМОТРИТ НА ГЕРМИОНУ, КАК БУДТО ОНА… ЕГО! Грохот ложек. Люди замерли, оборачиваясь к столу Слизерина. Драко, пылая от ярости и одновременно не в силах промолчать, взревел: — ПОТОМУ ЧТО ОНА И ЕСТЬ МОЯ, УИЗЛИ!!! Гермиона вскинула голову. — Драко! — произнесла она. Но заклинание продолжало действовать, и Теодор вдруг ударил кулаком по столу, голос рванулся яростно и честно, как оголённый провод: — НЕ НАДО ДЕЛАТЬ ВИД, ЧТО ТЕБЕ НА НЕГО ПЛЕВАТЬ! Я ВИЖУ КАК ТЫ СМОТРИШЬ! И ЗНАЕШЬ ЧТО? Я РАД, ЧТО ЛУНА НЕ ТАКАЯ СЛЕПАЯ, КАК ВСЕ ВЫ!!! Луна, шокированная и красная: — …что? Тео обернулся к ней, как будто у него сорвали тормоза: — Я влюблён в тебя, Луна. С первого дня. И если кто-то посмеет тронуть тебя, я его уничтожу. Блейз, глядя вокруг в ужасе, прошептал: — Ох. Кажется, я всё-таки перестарался. Комедия, ревность, абсолютный хаос, половина зала плакала от смеха, другая от шока. Гермиона трясущимися шагами подошла к Драко, сердце грохотало так громко, что казалось его услышит вся школа. — Скажи это ещё раз. Уже без магии. Драко смотрел на неё, будто на единственный свет: — Я люблю тебя, Гермиона. Это пугает. Это бесит. Но я больше не могу молчать. И Гермиона, впервые за все годы, просто шагнула вперёд и крепко обняла его. Зал взорвался криками. А Блейз прошептал: — Кто-нибудь, пожалуйста, оглушите меня. Большой зал Хогвартса после заклинания правды выглядел так, будто в него загнали тысячу гиперактивных пикси. Каждый стол перевёрнут. Слизеринцы дерутся подушками (откуда они ВЗЯЛИСЬ В БОЛЬШОМ ЗАЛЕ?!), гриффиндорцы обсуждают последние сплетни, и только преподаватели сидят с выражением лиц «мы уволимся завтра». — Спасите… кто-нибудь выключите честность… — простонал Рон, лежа на полу. — Я больше не могу говорить правду, у меня слишком много правды! Гарри, я обжираюсь ночью пирожками, чтобы забыть домашку! — Мы знаем, — хором ответили все. — И всё же, — вмешалась Гермиона, — может мы хотя бы попробуем снять заклинание? Драко повернулся к ней. — Если бы ты не была такой раздражающе блестящей! — Ты думаешь, я блестящая? — Гермиона заискивающе взглянула на него. — Я думаю, что ты… лучшая ведьма Хогвартса, невероятно красивая, упрямая, бесящая меня до чёртиков, но я... И тут он понял, что ещё работает заклинание правды. — НЕТ. НЕТ. НЕТ. Я НЕ ХОТЕЛ ЭТО ГОВОРИТЬ! Верните ложь! Верните сарказм! Блейз запрыгнул на стол с видом ведущего шоу талантов: — Леди и джентльмены! Сейчас Драко Люциус Малфой сделает признание, которое пытался скрывать 6 лет! ПОПРОСИМ АПЛОДИСМЕНТЫ! Все заорали и забили в барабаны из посуды. Драко закрыл лицо руками: — Я влюблён в Гермиону Грейнджер. До идиотизма. До потери мозгов. До того, что готов слушать её лекции по истории магии по собственному желанию. Всё, я официально псих. Все замерли. Гермиона подошла ближе. — Тогда возможно тебе стоит услышать кое-что в ответ. Она взяла его за воротник и резко притянула к себе. И поцеловала. Гром аплодисментов взорвал зал. Блейз рухнул на пол от смеха. Гарри попытался сделать вид, что не плачет (не получилось). Панси орала: «Я ЗНАЛА! Я ВСЕГДА ЗНАЛА!» Когда они оторвались друг от друга, Драко, всё ещё ошеломлённый, пробормотал: — Значит… мы теперь… встречаемся? — Да, идиот, — улыбнулась Гермиона. — И я тоже тебя люблю. — ЧТО ЖЕ, — объявил Блейз, вскакивая снова. — Предлагаю тост! За любовь, хаос, и то, что Малфой наконец-то получил поцелуй, вместо того чтобы получать по лицу! Драко снова поцеловал Гермиону, уже уверенно. А Блейз, подняв стакан, крикнул: — ХОГВАРТС, ДАВАЙ ГРОМЧЕ!!! И Большой зал взорвался.