Глава 1: Инициатор

      Шёл 2055 год. Человечество стояло на пороге величайших открытий: освоение дальнего космоса, наноробототехника и биоинженерия обещали бессмертие. Но вместе с прогрессом росла и жажда обладания. Те, кто держал в руках власть, забирали себе всё подчистую, а амбиции правителей вели мир к неизбежному краху. Земля отдавала свои последние недра, пока лимит не был исчерпан до самого дна.       23 июля 2055 года. Обычный летний полдень. Гул мегаполисов переполнял улицы, а птицы привычно щебетали в парках. Люди строили планы, влюблялись и спорили, не подозревая, что отмеряют последние секунды своего существования. Яркая вспышка, затмившая солнце, озарила небо. На горизонте один за другим начали расти огненные цветы ядерных грибов. Мир захлебнулся пламенем и ужасом. Ударная волна стирала целые города, не оставляя шанса на спасение. В считанные часы сотни запущенных боеголовок превратили цивилизацию в пепел, уничтожив девяносто процентов населения планеты. Этот день навсегда останется в памяти немногих уцелевших как «Точка невозврата».

***

      Мужчина лет за тридцать спал в своей комнате, в голову лезли странные мысли. Голоса в голове шумели и навязчиво говорили: "СПАСЕНИЕ"..."МОНСТР"..."ИНИЦИАТОР". Этот кошмар так бы и мог продолжаться, если бы в дверь не ударили кулаком:              — Гражданин номер 818, Кори Морган, покиньте комнату на время досмотра - раздался за дверью монотонный голос солдата.       От неожиданности Кори дернулся и неловко упал с кровати, сильно приложившись лицом прямо об пол.       — А-а-а, сука… иду я, иду — медленно проговорил он, потирая ушибленный нос и поднимаясь на ноги.       Быстро накинув потрепанную рабочую одежду, Кори собирался уходить но в последний момент он нырнул рукой в ящик тумбочки, нащупав плотный бумажный конверт. Спрятав его в куртку он медленно подошёл к двери и с тяжелым вздохом открыл её:       — Очередной утренний обыск? Ты же знаешь я чист.       Солдат грозно промолчал, намекая что тому пора уходить.       — Гражданин 818, покиньте комнату.       — Всё, понял я, понял. Не относись к своей работе так серьезно, Джо.       Уходя Кори похлопал солдата по плечу. Солдат лишь бросил резкий взгляд в сторону Кори, но вскоре продолжил выполнять свои обязанности и вошел в комнату. Проходя по грязным коридорам и спускаясь вниз с 7 этажа, по пути встречались разные соседи, "счастливчики" что пережили ядерные удары в бункерах. Кто-то навсегда остался инвалидом, кто-то со страшными психологическими травмами. Спустившись к длинному коридору, Кори шёл думая о предстоящей работе, вылазке за артефактами. Он почти добрался до выхода из жилого блока, когда в тусклом свете мигающих ламп заметил знакомый силуэт. Прислонившись к обшарпанной стене прямо у дверей, его ждала невысокая фигура, которая казалась здесь совершенно чужеродной. Девушка, едва достигавшая Кори до плеча, была упакована в безразмерную, широкую джинсовую куртку с выцветшим, но гордым логотипом «HOTROD» на спине. Утепленные штаны заправлялись в массивные ботинки на высокой подошве — классический стиль тех, кто предпочитает шум гитар тишине убежищ. Чёрные волосы были туго заплетены в две длинные косички, которые то и дело подпрыгивали, когда она нетерпеливо притоптывала ногой, выбивая невидимый ритм.       Кори на секунду замедлил шаг, любуясь ею. Ему нравилось, что сейчас она постоянно была в центре внимания, сверкая черными перстнями на пальцах и странными бинтами на запястьях. В тесных, душных бункерах она была лишь одной из тысяч серых теней, обделенной взглядами, но теперь, сама стала источником света. На тыльной стороне её кистей виднелись татуировки — две буквы «J», её новый манифест. На боку висела маленькая сумка, набитая медиаторами и запасными батарейками.       Заметив его, она перестала чеканить ритм и вскинула голову, недовольно щурясь от тусклого света мигающих ламп:       — Ну наконец-то, тебя не дождешься блин. — раздался звонкий голос девушки.       — Ну ладно тебе Корт, патруль задержался, Джо сегодня не в духе, — Кори подошел ближе и без лишних церемоний протянул ей конверт.       Кортни ловко перехватила его и засунула в карман.       — Пять тысяч кредитов. Как договаривались, — добавил он.       — Ага, здорово... — Она на мгновение затихла, и её взгляд стал серьезным. — Кори, ты всё еще таскаешься на эти чертовы вылазки?       — Сама знаешь: платили бы меньше — сидел бы дома. Кстати, твой концерт на следующей неделе? Всё в силе?       — Конечно! — Она тут же засияла, и в глазах зажегся привычный азарт. — И ты обязан прийти! Мы там такое устроим, что даже у глухих уши завянут! Так что давай, не вздумай там подохнуть. И принеси мне уже что-нибудь стоящее, какие-нибудь настоящие запчасти, а не эти твои дохлые батарейки.       — Сделаю все что в моих силах, коротышка. — Кори легонько подтолкнул её плечом и направился к выходу.       Кори даже не догадывался, что этот выход станет для него последним шагом в прежнюю жизнь. Накинув капюшон, он подошел к массивным внешним дверям. Ржавые ручки неохотно поддались под весом его тела, издав протяжный, болезненный стон металла.       Двери распахнулись, и на Кори обрушился привычный хаос замерзающего мегаполиса. Перед ним раскинулся город, который давно перерос своих создателей. Высокие серые дома, похожие на надгробия из бетона, уходили в снежное небо, скрывая за своими шрамами десятилетия тоски. Этот холодный монолит резко контрастировал с ядовито-яркими голографическими вывесками. Реклама, обещающая «счастливое завтра» и «лучший синтетический рацион», заливала грязные улицы неоновым светом, придавая лицам прохожих мертвенный оттенок. Вокруг тек бесконечный поток людей в тяжелых лохмотьях. Кори видел тех, кто отчаянно спешил к тепловым коллекторам, и тех, кто опоздал — замершие трупы, превратившиеся в ледяные статуи прямо на тротуарах, мимо которых равнодушно проходили толпы. Город жил по закону инерции: огромный, равнодушный и бесконечно голодный. Это место называлось — четвертая приграничная зона. Cовсем рядом располагалась стена охранявшаяся солдатами в броне медного оттенка и с автоматами на перевес. В узких, промёрзших переулках, куда не дотягивался свет рекламных голограмм, то и дело вспыхивали потасовки. Гул города топил в себе звуки ударов — там «медные» деловито выбивали долги из тех, кто задолжал правительству. Бандиты и мародёры, шныряющие в тенях, старались не попадаться им на глаза, предпочитая грабить тех, кто ещё слабее. В этом районе порядок и хаос сплелись в один тугой узел. Кори продолжал идти, привычно лавируя между прохожими. Он не оборачивался на крики и не сбавлял шаг, следуя своему маршруту, пока впереди не показался зияющий вход в подземелье. Массивный бетонный козырёк, покрытый коркой льда, обозначал спуск в метро — в чрево города, где ждала сеть дрезин.       Кори спускался всё глубже, придерживаясь рукой за ледяные поручни. На платформе было не протолкнуться: неугомонный гул толпы в Четвертой зоне никогда не стихал. В какой-то момент по затылку пробежал холодок. Чутье, не раз спасавшее в пустошах, взвыло: «За тобой наблюдают». Кори резко обернулся, его ладонь мгновенно нырнула под куртку, нащупав холодную, шероховатую рукоять пистолета. Палец уже лег на скобу, а глаза выхватили в толпе черную фигуру, которая стремительно сокращала дистанцию. Кори напрягся, готовый выхватить ствол и всадить пулю в центр этой тени, но в следующий миг фигура обрела знакомые черты:       — КОРИ-и-и! — радостный вопль перекрыл шум прибывающего состава. — Мать твою, Морган! Сколько лет, сколько зим?       Кори медленно убрал палец со спускового крючка, но руку из-под куртки вытащил не сразу. Сердце всё ещё быстро колотилось.              — Майло, твою мать! — выдохнул Кори, чувствуя, как адреналин медленно отступает, оставляя лишь глухую злость. — Я чуть в тебе лишнюю дырку не сделал.       Майло лишь весело оскалился, встряхнув головой. Его длинные, неопрятные белые волосы, кажется, не знали расчески с самой «Точки невозврата», а полы поношенного кожаного плаща были густо покрыты пятнами засохшей грязи. Он выглядел как человек, который спит там же, где проворачивает свои дела — то есть везде и нигде.       — Да ладно тебе! Ты всё такой же дерганый, — он бесцеремонно хлопнул Кори по плечу. — Слышь, я по делу. Есть один человек, серьезный туз из Второй зоны. Он ищет спецов, и я сразу вспомнил про тебя. Дело жирное, Кори, пахнет настоящими деньгами, а не этими твоими копейками...       В глубине туннеля раздался нарастающий вой мотора и скрежет металла. Платформа вздрогнула — дрезина вылетела из темноты, обдавая станцию волной вонючего озона.       — Всё, мой экспресс! — Майло засуетился, и торопливо продолжил. — Короче, найди меня через пару дней, я сведу тебя с ним. Это твой билет в «верха», Кори! Не вздумай проспать свою удачу!       Майло ловко нырнул в открывшиеся двери переполненного состава и растворился среди рабочих. Дрезина взвизгнула тормозами и через мгновение снова скрылась в черноте туннеля, оставив Кори стоять на пустой платформе с привкусом гари во рту. Пару минут спустя из тоннеля вынырнула его машина — громоздкая, лязгающая платформа, переделанная из старого поезда. Кори дождался, пока толпа работяг выплеснется на бетон, и неспешно зашел внутрь. Он занял свое привычное место — на скамье ближе к бортику, где холодный воздух из тоннеля хоть немного разгонял тяжелую вонь металла и гари. Машина вздрогнула, надрывно взвыла мотором и понеслась вперед, в бесконечную тьму подземных туннелей. Грохот колес и мерцание редких ламп на стенах действовали усыпляюще. Кори, изрядно утомившийся дорогой и утренним обыском, прислонился затылком к металлическому поручню и погрузился в мысли:       «Один бы я тут точно долго не протянул. В 4-й зоне одиночество — это самый быстрый способ оказаться в канаве с перерезанным горлом. Мне чертовски повезло, что рядом есть те, кому я всё еще могу доверять. Джо, Майло, Кортни... Хорошо, что вечером после этого дерьма будет с кем разделить бутылку другую и просто почувствовать себя живым. Дерьмовое место. Старики в бункерах любят травить байки о том, как всё было "до". Про мир, где еды было вдоволь, а ресурсы просто выбрасывали на помойку за ненадобностью. Сейчас мы грыземся за объедки с этой самой помойки, называя это восстановлением цивилизации. И самое паршивое, что мы привыкли к этому холоду. Сегодняшняя вылазка не дает мне покоя. Перевозка оружия — это всегда магнит для неприятностей. Стоит нам выйти за Стену, как на запах пороха и стали сползутся все мародеры в округе, а про мутантов, рыскающих в ледяных разломах, и думать не хочется. Одно радует — Харпер будет там. Я до сих пор не знаю, на кого она работает и откуда у неё такая подготовка, но в деле она лучшая. Она видит угрозу раньше, чем счётчик Гейгера начнет захлебываться. Надо будет держаться поближе к ней, когда мы пройдем шлюзы. С ней мои шансы вернуться в свою каморку живым вырастают вдвое».       Внезапно скрежет тормозов вырвал Кори из раздумий. Дрезина замедлила ход, и впереди показались тусклые огни конечной станции. Кори дождался, пока тяжелые двери дрезины со скрежетом разойдутся, и шагнул на платформу. Мороз в минус тридцать, зажатый между массивными стенами шлюза, ударил под дых, мгновенно превращая дыхание в колючий иней. Кори привычно натянул воротник и направился к пункту выдачи. Внутри склада пахло оружейным маслом и сухим теплом обогревателей. Снаряжение легло на стойку знакомым, тяжелым весом: утепленный комбинезон, маска, свежие фильтры и попискивающий счетчик Гейгера. Последним кладовщик выложил его модифицированную M4A1. На корпусе винтовки матово поблескивало холодо-отталкивающее напыление — кустарная, но надежная защита от заклинивания в ледяной пустоши. Кори привычно передернул затвор; звук был сухим и четким. Теперь он был готов. Выйдя из здания склада, Кори направился к колонне тяжелых грузовиков. Огромные колеса тягачей, каждое ростом с человека, медленно перемалывали смерзшуюся грязь. В свете прожекторов, среди клубов дизельного выхлопа, Кори сразу заметил знакомый силуэт. Девушка уже была наверху, на открытой палубе головной машины. Она проверяла крепления пулеметной турели, и её фиолетово-черная куртка выделялась ярким пятном на фоне серого металла:       — Долго копаешься, Морган, — не оборачиваясь, проговорила она. Кончик её сигареты ярко вспыхнул в полумраке, выбрасывая тонкую струйку дыма, которую тут же подхватил сквозняк. — Поднимайся на второй тягач, будешь замыкающим.       — Да-а, да, понял, Харпер. — Кори ловко запрыгнул на заиндевевшую гусеницу, а затем перебрался на открытую платформу второй машины.       Морозный ветер тут же хлестнул по лицу, напоминая, что за пределами кабины защиты нет. Накинув маску и плотно закрепив её вместе с фильтром, Кори устроился между ящиками, вглядываясь в медленно расходящиеся створки Шлюза. Перед ним раскинулась огромная ледяная пустыня — некогда живая и зеленая долина, ныне ставшая братской могилой для цивилизации. Ледяной вихрь завывал между остовами тягачей, пытаясь пробиться под одежду. Солдаты конвоя выглядели воодушевленными, но под их масками скрывалась глубокая усталость от бесконечных дорог. Впрочем, под командованием Харпер никто не смел жаловаться. Кори не знал этих людей, в городе их пути никогда не пересекались и в этой мертвой тишине пустоши он чувствовал себя лишним элементом в их слаженном военном механизме. Подъезжая к центру небольшого, когда то живого городка, который ныне являлся перевалочным пунктом, конвой никто не спешил встречать. Харпер насторожилась, и громко топнула два раза по кузову грузовика, дав понять водителю что пора остановиться. Быстрым жестом руки Харпер приказала солдатам встать в боевое положение и включить прожектора, освещая снежную мглу. Освещая маленькие домики и длинную улицу бойцы стали ждать атаки, тишина напрягала всё больше а дыхание становилось тяжелее. Один из солдат резко дернул стволом влево: в узком проулке между домами прожектор выхватил короткую, ослепительную вспышку. Будто свет отразился от огромного куска льда. Но лед не мог двигаться так плавно и бесшумно, вырастая над крышей одноэтажного здания.       — Там! На одиннадцать часов! ЖНЕЦ! — выкрикнул кто-то из бойцов, и хрупкую тишину города разорвала первая очередь.       Из-за заснеженных домов начали проступать четырехметровые тени. Мутанты передвигались на двух парах кристаллизованных, обледенелых ног, перенося вес на длинные руки-иглы. Под шквальным огнем они не дрогнули, а лишь замедлили ход, методично прикрывая свои вытянутые тела костяными щитами конечностей. Поняв, что пули не остановят их мгновенно, Жнецы начали стремительно маневрировать, перетекая от дома к дому.       — Стоим до конца! — Харпер рванулась к пулеметной турели, её голос перекрывал грохот выстрелов. — Бейте по суставам! Цельтесь в уязвимые места! — Она с силой передернула затвор пулемета. — «Жнецы не водятся в этом секторе. Черт, их кто-то сюда выманил», — мелькнула в её голове напрягающая мысль.       Грохот выстрелов слился в единый гул. Кори выцеливал тварей одну за другой, тратя обойму за обоймой, но Жнецов было слишком много. На правом фланге у одного из бойцов предательски заклинило винтовку. Солдат на мгновение поддался панике, отвлекшись на затвор, и этого мига хватило. Жнец быстро преодолел дистанцию и с чудовищным грохотом обрушился на обшивку тягача. Удар был такой силы, что Кори сорвало с места. Он пролетел пару метров по обледенелому настилу и в последний момент успел вцепиться в выступающий бортик. А в центре платформы уже начался ад. Следующим движением Жнец вогнал руку-иглу прямо в живот ближайшему солдату. Тварь провернула лезвие, разрывая внутренности в клочья. Хлестнул фонтан крови, заливая покрытие и ящики с оружием багровой жижей. Солдат издал лишь один истошный крик, прежде чем его бездыханное тело было выброшено за борт. Открывшееся на миг чрево мутанта тут же приняло в себя десятки пуль. Под шквалом огня огромная туша содрогнулась и, теряя равновесие, сползла с машины под гусеницы. Пока Харпер заливала свинцом улицу из турели, Кори пытался подняться, но тягач снова подбросило на обломках. Из метели, прямо над бортом, выросла новая тень. Морган успел лишь обернуться, когда жгучая, парализующая боль прошила плоть чуть выше колена. Подкравшийся сзади Жнец вогнал иглу в ногу Кори, и густая, горячая кровь мгновенно пропитала штанину, дымясь на морозе. Кори издал короткий вскрик — уже через секунду тварь рванула конечность на себя и мощным толчком вышвырнула его с платформы. Он пробил собой брезент соседнего тягача и вылетел в темноту, рухнув в глубокий, колючий сугроб.       Перед глазами всё плыло. Задыхаясь от боли и холода, Кори увидел перед собой стену старого гаража. Из последних сил, цепляясь за обледенелую ручку обеими руками, он рванул дверь на себя и втолкнул свое обмякшее тело внутрь, в спасительную темноту. Силы уходили вместе с толчками крови. Кори медленно полз к самому дальнему углу гаража, оставляя за собой на бетонном полу жирный багровый след. Наконец, уперевшись спиной в холодную стену, он дрожащими пальцами щелкнул выключателем наплечного фонаря. Луч света упал на разодранную ногу, и от вида которой Кори едва не вывернуло. Боль, до этого тупая, вспыхнула с новой силой. Снаружи всё еще гремели безостановочные очереди, но за железными воротами раздался другой звук. Тяжелые, методичные шаги. Что-то массивное, приближалось к его укрытию. Кори потянулся к карману куртки, нащупывая рукоять пистолета — единственное, что не осталось в сугробе вместе с винтовкой. Сняв оружие с предохранителя, он наставил ствол на дверь. Рука ходила ходуном, а в голове билась лишь одна мысль: «Не тот калибр».       Металл гаражных ворот не выдержал. С оглушительным скрежетом створка выгнулась внутрь, и в пролом, обдирая кристальные бока, ввалился Жнец. Огромный силуэт закрыл собой свет метели. Тварь медленно заносила иглу для финального удара. Кори нажал на спуск, но вместо выстрела раздался лишь сухой щелчок — замерзший механизм заклинило. Морган закрыл глаза, вжимаясь в стену.              Но смерти не случилось. Вместо удара Кори услышал свист рассекаемого воздуха и тяжелый, влажный хруст. Он заставил себя открыть глаза.              Прямо на спине монстра, возникнув из ниоткуда, стояла она. В её руках сверкали два ледяных клинка. Незнакомка двигалась с пугающей, почти смазанной скоростью. Одним выверенным движением она всадила сталь в спину и, совершив невозможный кульбит, проскользила вниз. Две кристальные ноги Жнеца с глухим звоном отлетели в сторону. Тварь взревела, заваливаясь на бок, но девушка уже была в воздухе. В полете она отсекла одну из рук-иголок и, приземлившись монстру на загривок, вогнала оба клинка в его череп по самую рукоять. Четырехметровая туша Жнеца с грохотом рухнула на бетон прямо перед Кори. Незнакомка мягко спрыгнула на пол и медленно, с кошачьей грацией, направилась к нему. Кори смотрел на неё, не в силах дышать. Девушка стояла на ледяном ветру, и от её дыхания не шло ни капли пара. Её кожа имела пугающе красивый голубоватый отлив, становясь глубоко синей от кистей до локтей, а глаза светились мягким кобальтовым пламенем. Она была одета в легкий бронежилет, оставляющий открытым живот, и короткие штаны — наряд, который убил бы любого человека в этот мороз за минуту. Она бесшумно опустилась перед ним на оба колена. В её взгляде не было враждебности — только странная, почти материнская забота. Она достала флакон, в котором пульсировало нечто, похожее на расплавленный сапфир. Жидкость светилась собственным, внутренним ритмом, выхватывая из темноты гаража её бледные пальцы. Незнакомка осторожно приподняла его голову и влила в него синюю жидкость. Как только первый глоток обжег гортань, Кори накрыла волна первобытного ужаса. Его вены под кожей на мгновение вспыхнули ярким синим светом, а сознание провалилось в калейдоскоп видений: выжженная земля и огромный, пульсирующий цветок и взрывы разрезающие небеса. Пока он был в трансе, она быстрыми движениями наложила бинт на его изуродованную ногу. Голос незнакомки прозвучал прямо в его сознании, удаляясь, словно эхо:       — Найди меня снова... Инициатор.       Незнакомка растаяла в метели за мгновение до того, как внутрь гаража вошла Харпер. Её вид был ужасен: куртка обгорела, а правая часть головы была залита кровью. Удар Жнеца прошел вскользь, изуродовав область правого глаза и висок, но она каким-то чудом умудрилась сменить разбитую маску на новую прямо под огнем. Харпер не сказала ни слова. Она замерла, переводя тяжелый, единственный здоровый взгляд с расчлененного Жнеца на перебинтованную ногу напарника. Между ними повисла осязаемая тишина. Она просто протянула ему руку, помогая подняться. Снаружи уже слышался нарастающий гул тяжелых двигателей и треск раций — спасательная бригада Четвертого сектора была в пути, чтобы забрать выживших и то, что осталось от конвоя. Груз оружия остался брошенным в снегах, но сейчас Кори это не волновало. Пока его грузили в санитарный модуль, он, теряя сознание, думал лишь об одном: как здорово было бы сейчас выпить чего-нибудь крепкого и никогда не вспоминать этот синий свет в глазах своей спасительницы...