Часть 1.

Кан¹ под спиной был необычайно тверд. Каждый цунь² плоти сковывала боль. Утешать себя приходилось простыми истинами: боль закаляет дух и спать на твердом крайне полезно. У Цзыжу³ повторял это себе каждый раз, когда возникал соблазн попросить ложе помягче. Добродушная старушка, позволившая остановиться у нее, вероятно не отказала бы в такой простой просьбе. Однако это могло вызвать лишние вопросы. Спать на мягком — дурная привычка демонов, которая вредит здоровью и духу. Во дворце Повелителя таких предрассудков не существовало. У Цзыжу не занимал высокой должности и не мог похвастаться редким талантом, но при этом оставался значимым заклинателем и маленькая прихоть в лице мягкого ложе исполнялась без затруднений. Достаточно позвонить в маленький колокольчик и милая девушка обязательно исполнит любое поручение. Не каждый из сослуживцев добивался благосклонности со стороны Повелителя. Заклинатель мог оценить свою истинную значимость по назначенным заданиям. Кто-то мог получить несколько ласковых слов засчет незаурядной внешности. Дальше этого зачастую карьерный рост не продвигался. Сам Цзыжу не был красавцем. В отличие от других бессмертных господ, Дао⁴ наградило Цзыжу посредственной внешностью и скромным умом. Но он снова и снова доказывал свою преданность стараниями. Падая, он вставал, чтобы не затеряться среди чужого блеска и не исчезнуть окончательно. Он был готов на любые лишения и жертвы ради своего Повелителя. У Цзыжу поручили важную миссию, а это значило, что ему действительно доверяют, все старания не прошли даром и рушить выстроенные отношения непозволительно. Необходимо выложиться на полную. На первый взгляд ничего важного ему не поручили — проследить за глухой деревушкой на самой окраине Среднего Мира⁵. Дальше нее — только тысячи ли⁶ океанической воды без видимого окончания. Шум океана и соленый воздух только подтверждали величественную границу мира⁷. Казалось бы, что может быть легче? Сиди да следи. Только вот это тихое место предоставляло наибольшую опасность в сложившейся ситуации. Именно в этих местах когда-то давно запечатали самый крупный проход в Нижний мир⁸. Война с порождениями нижнего мира — Диюя⁹, закончилась несколько столетий назад и люди отвоевали свое право на мирную жизнь. Демонов загнали в угол и оскорбленному Владыке Тьмы пришлось отступить. Проходы между мирами запечатали, а оставшуюся нечисть порубили. Не щадили даже детей и жен причастных к темной культивации, уж настолько велик был риск опасности. Зло ослабло и в этом и появилась основная проблема — озлобленный, голодный и лишенный всего враг предоставлял больше всего опасности. У Цзыжу вздохнул и поднялся с неудобного кана. Комнатушка была совсем маленькой. Люди на окраинах не знали о роскоши и достатке. Рано или поздно все начнется. Он вгляделся в темноту за окном. Люди перестали бояться темноты, ведь главная, по их мнению, опасность с позором проиграла. Час быка¹⁰ наступил, но никто все равно не смел покидать жилища в это время. В конце концов главной опасностью оказалась человеческая жестокость, а не беспочвенные суеверия. Колебания ци¹¹ в воздухе постепенно нарастали и заклинатель ощутил прилив страха, смешанный с гнетущим чувством ответственности. Его посредственное, смуглое лицо при свете луны и под страхом стало почти белым, что хоть на миг позволило приблизиться к смутному образу небесного красавца. Захотелось непременно отпрянуть от окна и спрятаться за скромным убранством. — Нельзя, — твердил внутренний голос. Тело содрогнулось от фантомной боли. Печать, наложенная на душу, нещадно жгла сознание при малейшей попытке сбежать. Он поежился и снова вгляделся в пустой горизонт. Такова была цена доверия. Воздух нагрелся и от искрящегося в нем ци исходило такое напряжение, что поджилки тряслись, а перед глазами темнело. Это была чистая демоническая энергия, способная одним махом превратить близлежащие территории в безжизненные пустыри. Пространство вдалеке начало трещать и расходиться в стороны, не выдерживая напора. Длинная полоса расползалась все сильнее и вскоре на небе открылся проход, источающий жуткий кровавый свет. У Цзыжу казалось, будто это не проход вовсе, а огромный глаз и взор его устремлен прямо на него. Послышался страшный вой, словно сама природа кричала от нестерпимой боли. Испуганные люди выбегали на улицу и с животным ужасом наблюдали за развернувшейся картиной. А картина была следующая: десять тысяч черных точек хлынуло из прохода и через несколько мгновений небо заполнилось темнотой, отрезав людей от света луны и звезд. У Цзыжу знал, что за каждой точкой находился демон, гордо стоящий на своем мече. Вся неисчислимая армия находилась слишком далеко, чтобы осознать ее масштаб. Но от этого зрелища тело захлестывал благоговейный трепет перед неисчислимой мощью. Сама мысль предстать перед этим легионом казалась смертельной. Вся демоническая масса двинулась навстречу деревне. Только тогда деревенские начинали осознавать природу непонятных пятен. И страх их разгорелся с новой, отчаянной силой. Люди были сильны. Настолько, что заклинателей из одной духовной школы или ордена хватило бы для отражения атаки. Однако кто же поможет простым людям, находившимся ниже поля зрения сильных мира сего? Средь суетящейся толпы У Цзыжу наткнулся на глаза, смотрящие прямо на него. В этот раз это был настоящий взгляд, а не метафоричный взор прохода. На него уставились глаза феникса¹² с праведным огнем в карих зрачках. Незнакомец источал спокойствие и легкое безразличие к происходящему, в то время как его глаза словно смеялись над Цзыжу. «— Ничего у вас не выйдет», — вот что говорил его взгляд. Заклинатель попятился, поддерживая молчаливый диалог с незнакомцем. Белоснежные одеяния струились по крепкому стану с туго затянутым поясом. Золотая вышивка искусно повторяла силуэты духовных зверей. Адепт школы Чжэньгуан¹³. У Цзыжу оторвался от окна и ринулся к кану. Почему он так глупо стоял и ничего не делал? Чужеродную энергию можно было ощутить сразу же, такую ошибку Повелитель не простит! Дрожащими руками заклинатель скользнул пальцами по шершавому материалу ножен с непримечательной вышивкой цветка хризантемы¹⁴. Ему нужно успеть до прибытия врагов. Нельзя позволить пролиться кровавому дождю так рано. Как только он выбежал на улицу и вскочил на меч, холодный поток ветра опалил разгоряченную паникой кожу. Близость с водой и расположение на севере ощутимо влияли на здешнюю погоду. У Цзыжу мысленно проклял себя за безрассудство. Теперь тело тряслось не только от страха, но и от прохлады. Тонкая ткань светло-серого ханьфу развивалась на ветру, когда заклинатель наконец поднялся в небо и помчался в сторону столицы. Только бы успеть... Много лет они терпели унижения и притеснения со стороны врагов. Бесчисленные войны всегда заканчивались унизительным поражением. Этих ублюдков не останавливало ни истощение армии, ни мольбы о перемирии. Каждая деревня, попавшая под их мечи, неминуемо вырезалась. Не щадили никого. В последние минуты жизни почившие ощущали настолько сильный ужас, что их лица превращались в пугающие маски с застывшей агонией в поблекших глазах. Из-за вечной необходимости обороняться и бороться, пришлось ожесточить сердце и откинуть доброту. Враг не щадил даже малых детей в утробах безгрешных женщин. Так от чего же проявлять милость? Любая попытка спасти свою жизнь и жизни своих близких обращалась в чужих летописях как вопиющая кровожадность и жестокость. На бумаге стиралась всякая личность. Вместо нее рисовалось неприглядное чудовище. От такого положения дел сердце У Цзыжу болезненно сжималось. Его миссия имела крайнюю важность. Он обязан успеть! Круг порочной жестокости должен был наконец-то разорваться. Ответственность стояла не только перед народом, но и перед Повелителем лично. Когда-то У Цзыжу валялся у подножия горы Цишэнь¹⁵. Эта гора источала энергию Ян¹⁶ и именно на ней расположилась одна из самых известных духовных школ Чжэньгуан. Тело было истерзано и изуродованно. Его выкинули как ненужный мусор и оставили умирать. Так враги решили лишний раз поразвлечься. У Цзыжу медленно умирал, истекая кровью. Его жизнь заканчивалась как у бездомной псины. Впрочем, он никогда не был кем-то достойным. Мир ничего не потеряет. ... Однако именно в тот миг, когда боль стала нестерпимой и сознание неумолимо уплывало, чья-то тень накрыла умирающее тело. Повелитель позволил ему жить. Подвести его — предать всю ту оказанную доброту. Ветер свистел в ушах. Зеленые поля под ногами потихоньку редели, сменяясь каменными дорожками и величественными домами. Приземлился он в районе нищих хутунов¹⁷. Люди в тряпье сновали туда-сюда, напуганные появлением заклинателя. Обычно глухие части города не видели таких гостей. Стоило проявить больше предусмотрительности, но времени не было. У Цзыжу сорвался на бег. Бедняки разбегались в стороны, прижимались к стенам и толпились у дверей. Он не обращал на них внимания. Ветхое здание игорного дома стояло в самом конце узенькой улицы. Пускай и из уважения к Повелителю все называли это место дворцом, но на деле это было грязное и бесчестное заведение, в котором часто вспыхивали пьяные драки. У Цзыжу задумывался о выборе укрытия много раз. Должно быть, Повелитель считал, что чернь не будут искать среди черни. Это как затеряться в мешке риса, будучи маленьким рисовым зернышком. Покосившись, над дверью висела вывеска с ироничным названием «Нефритовый дворец в персиковом источнике¹⁸». В воздухе витал мерзостный запах дешевой выпивки, пота и мочи. Заклинатель шагнул внутрь и, не обращая внимания на восторженный оклик куртизанки, быстро поднялся по лестнице. Дверь на третьем этаже в самом углу коридора, казалось, не запачкалась всеобщей пошлостью и развратом. У Цзыжу только хотел постучать, но не успела его рука преодолеть расстояние в несколько цуней, как за дверью раздался властный голос. — Доложи о себе. Заклинатель выпрямился и тут же поспешно склонился в поклоне, словно этот жест был виден сквозь дверь. — Ваш покорный слуга У прибыл с границы. Тишина. У Цзыжу воспринял это молчание как приглашение войти и проскользнул внутрь комнаты. Помещение не выглядело богато, однако само присутствие его Повелителя добавляло роскоши. Складывалось впечатление, что это действительно дворец, а не вонючий игорный домишко. Повелитель словно не утратил титул Владыки Тьмы и восседал все так же гордо. Черное одеяние сидело на нем как халат императора. Пожалуй, если бы он решил нарядиться в тряпье местных бедняков, то и в них выглядел бы восхитительно. Всему виной лицо с острыми линиями, раскосыми глазами и неуловимой мудростью во взгляде. Той самой тяжестью, коя свойственна всем правителям. Мужчина упал на колени и прижался лбом к полу. Он не посмел рассматривать богоподобные черты лица своего Повелителя слишком долго. По сравнению с ним, тот был воплощением великолепия и власти, одной только аурой подавляющий все вокруг. — Владыка, этот недостойный слуга.... — он резко замолк, чувствуя на себя пронзительный взгляд. Пришлось заставить себя собраться с мыслями. — ...пришел доложить, что на Северной границе оказался... О-один из адептов школы Чжэньгуан. Нам следует немедленно отправить подкрепление и подготовиться к кровавой бойне со светлыми заклинателями. Либо нужно срочно отозвать отряд и придумать другой план. Он ведь может вызвать подкрепление... Их адепты невероятно сильны, если они явятся туда, то нам несдобровать! Сердце бешено колотилось и У Цзыжу все боялся, что этот звук будет слышен его Повелителю. Темные культиваторы и демоны долгие годы готовились к этому сражению. Все годы унижений, боли и тирании... Порочный круг необходимо разорвать и избавиться от несправедливой жестокости. Несколько столетий назад мир процветал. Божественное равновесие не было нарушено и никто не зачинал бессмысленных войн. С приходом нового Нефритового Императора¹⁹ небожители возомнили себя главными и подбили жителей среднего мира взяться за оружие. Владыка тьмы так и вовсе лишился своего трона и права власти в Диюе. И теперь весь план мог разрушиться из-за одного случайного свидетеля. У Цзыжу не хотел, чтобы его Повелитель так и остался на грязных закоулках и не вернул свою истинную власть и титул. Послышался расслабленный смешок, от которого внутри все сжалось. — Не бойся, А-Цзы²⁰. Эти насекомые больше не испортят наших планов. И тогда У Цзыжу задумался: насколько жестока будет месть его Повелителя? Сноски. [¹Кан (炕, kàng) — это широкая кирпичная или глиняная лежанка в крестьянских домах северного Китая и Кореи, по каналам которой проходит горячий воздух от печи]. [²—Цунь (кит. упр. 寸) — древняя китайская мера длины, также известная как «китайский дюйм», которая примерно соответствует 3 см]. [³​У Цзыжу (不自如) — Не, нет/свободный. Буквально не свободный]. [⁴Дао — естественный порядок вселенной, невидимая сила, которая всем управляет, и путь к гармонии и балансу, которому нужно следовать, чтобы жить в согласии с природой]. [⁵Средний мир (мир людей) — земля, где живут люди, растения и животные. В этом мире действуют принципы Инь и Ян]. [⁶—китайское выражение, обозначающее очень большой путь или расстояние. В китайской системе мер одно «ли» равно 500 метрам, поэтому «тысяча ли» составляет 500 километров, что является символическим обозначением долгого пути]. [⁷—По мнению древних китайцев, мир состоял из «Срединных земель» (Поднебесной), расположенных в центре, окруженных четырьмя морями, дальше которых находились варварские народы, лишенные покровительства Неба. Земля представлялась как плоский прямоугольник, а над ним возвышалось круглое небо, поддерживаемое столбами, из-за которых небо якобы наклонилось на запад. В контексте этого мира, средний мир окружен огромным океаном без конца]. [⁸Подземный (Нижний) мир — состоит из "желтых источников" (хуан цюань) и является царством мертвых]. [⁹Диюй — царство мертвых или «ад», преисподняя в китайской мифологии]. [¹⁰«Час Быка» (кит. Чоуши) — это традиционный китайский промежуток времени с 1:00 до 3:00 ночи, который соответствует одному из 12 двухчасовых периодов китайского зодиака. Этот час управляется знаком Быка (Вола) и считается временем, когда быки начинают жевать жвачку]. [¹¹Жизненная энергия (ци) — является основой самосовершенствования в сянься, и герои часто работают с ее потоками, чтобы усилить себя и получить новые способности. Бывает демонической и праведной, в зависимости от способа самосовершенствования]. [¹²Глаза феникса — определенная форма глаз, которая ассоциируется с красотой и проницательностью. Обычно такие глаза имеют тонкий разрез с приподнятыми уголками]. [¹³Чжэньгуан (真光) —Истинный свет]. [¹⁴Хризантемы — связывают с долголетием, мудростью и энергией «инь». Считаются символом благородства и высокой культуры, их выращивали только знатные люди в древности, также олицетворяют природную красоту, которая сохраняется надолго]. [¹⁵Цишэнь (栖神) — Обитель небожителей]. [¹⁶Инь и ян — это древнекитайская философская концепция, описывающая две противоположные, но взаимодополняющие силы, которые составляют основу всего сущего. Инь часто ассоциируется с женским, темным, пассивным началом (вода, ночь, холод), а ян — с мужским, светлым, активным началом (огонь, день, тепло). Эти принципы находятся в постоянном равновесии, и их взаимодействие объясняет все процессы в природе, обществе и жизни человека]. [¹⁷Хутун — тип средневековой китайской городской застройки, околоток. В городах старого Китая группы домов, расставленных по принципу сыхэюань, строились одна возле другой, образуя узкую улицу или аллею. Такие улочки или группы домов и называли хутунами]. [¹⁸«Персиковый источник» — это символ китайского утопического мира, который происходит из поэмы Тао Цяня «Персиковый источник». Этот образ обозначает изолированное, идеальное место, не подверженное влиянию внешнего мира, где люди живут счастливо и благополучно. В современном контексте также может использоваться как жаргонный эвфемизм для обозначения женских половых органов, что является отсылкой к народным поверьям. Нефритовый дворец, в свою очередь, считается местом обитания Нефритового императора]. [¹⁹Нефритовый император (кит. Юй-хуан, Юй-ди) — верховное божество даосского пантеона и небесный правитель, управляющий всеми делами на небесах, земле и в подземном мире из своего Нефритового дворца]. [²⁰А — обычно приставка "А" добавляется к именам детей или слуг. Или это нежное, ласковое прозвище. Чаще всего характерно для жителей южных регионов Китая].