За день до бала

В один из этих дней Гермионе определенно стоило поблагодарить Рональда Уизли за то, что он такой кретин. Рон не поверил, что Гарри не бросал свое имя в Кубок. Это было абсурдно и привело к крупной ссоре. Стараясь не пересекаться с рыжим, Гарри всё свободное время проводил с Гермионой — и именно за это она была так благодарна судьбе. Проведя с Гарри наедине больше месяца, она осознала то, что должна была заметить гораздо раньше. Она любила его доброту. Любила его язвительность. Любила его зеленые глаза, которые вспыхивали каждый раз, когда он был искренне чем-то увлечен. Короче говоря: она любила его — отчаянно и глубоко. — Я ума не приложу, что делать, — признался Гарри, шагая рядом с ней по Большому залу. — Кто вообще захочет пойти на бал со МНОЙ? Если бы Гермиона не была так занята, пожирая его глазами, она бы обязательно объяснила ему, насколько это глупое заявление. Но она витала в облаках, представляя, как они вдвоем занимаются вовсе не учебой, и притом в её постели, а не в библиотеке. Поэтому она просто забыла открыть рот. Гарри остановился посреди Большого зала, как раз между столом Слизерина и стайкой девушек из Шармбатона, которые оживленно щебетали по-французски. — Увидимся завтра, — бросил он Гермионе. — До встречи, Гарри! — ответила она, глядя, как он уходит в другом направлении. Провожая его взглядом, она не сдержала вздоха. Это был тихий звук, полный любви и желания, которые она так долго в себе подавляла. Но в ту же секунду она услышала еще два вздоха — точь-в-точь таких же. Гермиона замерла. Слева от неё Пэнси Паркинсон полностью игнорировала болтовню Милисент Булстроуд, не сводя глаз с удаляющейся фигуры Гарри. Справа Флёр Делакур — чемпионка Турнира и гордость Шармбатона — смотрела на Поттера влюбленным взглядом. Пэнси и Флёр посмотрели на Гермиону, а затем друг на друга. Без лишних слов все трое пришли к соглашению. Пэнси встала, Флёр извинилась перед подругами. Вместе с Гермионой они решительно направились прочь из зала, туда, где было меньше лишних глаз. Как только они оказались в пустом коридоре, Гермиона резко обернулась к ним: — Вам нравится Гарри Поттер! — обвиняющим тоном бросила она. — Non, — ответила Флёр. — Он мне не просто «нравится». Я обожаю его, и он будет моим. Гермионе пришлось глубоко вздохнуть, чтобы не вцепиться ей в волосы. — Ты думаешь, мне нравится Гарри? — спросила Пэнси. — Просто потому, что он обаятельный? Веселый? И чертовски хорош собой? Слизеринка не может любить Гриффиндорца. Я просто… не смогла бы ему отказать. Ну, если бы он предложил мне стать его девушкой… — Этого не случится, — отрезала Гермиона. — Он уже выбрал меня. — Но вы ведь не встречаетесь? — Флёр приподняла идеальную бровь. — Я навела справки. Вы проводите вместе целые дни, но ты ни разу не затащила его в постель. Гермиона густо покраснела. — Я жду подходящего момента! Вот когда он пригласит меня на бал… — Невозможно, — перебила Пэнси. — На бал он пригласит меня. Флёр снисходительно улыбнулась: — Я вижу, вы в замешательстве, но вы обе ошибаетесь. Он вообще не пойдет на бал. Как только он увидит меня при полном параде, он вернется в мою комнату, и мы будем трахаться как животные, пока вы все будете танцевать. Только когда Гермиона заметила, что все три руки потянулись к волшебным палочкам, она поняла: дело заходит слишком далеко. И как бы ей ни было горько это признавать, девушки были в чем-то правы. Она сама не звала Гарри, предполагая, что он сделает первый шаг. Нет, он ДОЛЖЕН ее позвать. Она обязана в это верить. В голове созрел план. Она отпустила палочку. — У меня есть предложение, — сказала она. Девушки выжидающе уставились на неё. — Мы можем спорить сколько угодно, но в конечном итоге выбирать Гарри. Так пусть он и решит. Тот, кого он пригласит первым, пойдет с ним на бал, и… — Гермиона смутилась. — Ну, и всё, что за этим последует. Наступила пауза. — У меня нет возражений, — заявила Флёр. — Мы все знаем, кого он выберет. В конце концов, посмотрите на меня. — Гарри амбициозен, — вставила Пэнси. — Он понимает, что союз со мной поможет ему добиться большего в жизни. — Ну да, а еще он верен своим друзьям! — не удержалась от шпильки Гермиона. — Он выберет свою лучшую подругу! Они обменялись испепеляющими взглядами и разошлись в разные стороны. Каждая была уверена в своей победе и не желала видеть «проигравших» до тех пор, пока не окажется под ручку с Гарри. Никто из них не вернулся в Большой зал, поэтому они не заметили, как еще одна блондинка в мантии Шармбатона выскользнула из тени у дверей и быстро направилась туда, куда ушел Гарри… *** У неё получилось! На следующий день Гермиона буквально летела по коридору. Она не прыгала от радости так сильно с самого детства. Она победила! Флёр и Пэнси могут катиться к черту… у Гермионы есть Гарри! Час назад Гарри попросил её встретиться в Выручай-комнате. Это было чудесное секретное место, которое они нашли в начале месяца. Не было никаких причин звать её туда, кроме как для серьезного разговора — а это ОПРЕДЕЛЕННО значило приглашение на Святочный бал. Гермиона мерила шагами коридор перед входом, готовясь войти. Но когда дверь распахнулась, внутри оказалось совсем не то уютное подобие библиотеки, которое она себе представляла. — Ты что здесь делаешь? — выкрикнул чей-то голос. Посреди комнаты на огромном зеленом ковре стояла гигантская кровать. На ней сидела Пэнси Паркинсон, в упор глядя на Гермиону. Та ответила ей таким же ошарашенным взглядом. — Как ты нашла эту комнату? — спросила Гермиона. — Гарри рассказал мне о ней, — самодовольно ухмыльнулась Пэнси. — Он собирается пригласить меня на бал. — Невозможно! Он позвал меня сюда, чтобы пригласить МЕНЯ! — воскликнула Флёр, появляясь за спиной Гермионы. Они обе ворвались в комнату, сверля взглядом Пэнси, которая не осталась в долгу. — Вы, должно быть, что-то путаете, — сказала Гермиона. — Он ведь еще не упоминал бал в разговоре с вами, верно? — Бьюсь об заклад, тебе он тоже ничего не говорил! — парировала Пэнси. Гермиона вздрогнула — она попала в точку. — Но зачем тогда он позвал нас всех? — в отчаянии спросила она. — Я могу это прояснить. Пока они спорили, дверь бесшумно открылась и закрылась. Гарри стоял в комнате с крайне самодовольным видом. — Привет, девочки, — сказал он. — Слышал, вы тут на меня пари заключили? Шок от того, что он всё знает, был таким сильным, что у Гермионы подкосились ноги, и она рухнула на кровать рядом с Пэнси. — Откуда… откуда ты узнал? — выдохнула она. — Потому что я ему рассказала. Голос с акцентом раздался из-за спины Гарри. Миниатюрная копия Флёр вышла вперед, поправляя свою голубую форму Шармбатона. Она хихикнула. — Вы трое слишком громко болтаете, — сообщила она им. — Габриэль?! — Флёр была настолько потрясена, увидев здесь сестру, что её ноги тоже отказали, и она приземлилась на кровать по другую сторону от Пэнси. — Я польщен, правда, что вы так мною заинтересованы, — произнес Гарри. — Никогда бы не догадался. Но, честно говоря, я думал, вы проявите чуть больше… фантазии. — В каком смысле? — не поняла Гермиона. — «Тот, кто пригласит первым, забирает меня себе»? — переспросил Гарри. — Вы все по-своему великолепны. Гермиона, ты самая умная ведьма из всех, кого я знаю. Флёр, ты самая блестящая волшебница своего возраста во Франции. А Пэнси… сама мысль о том, чтобы поиметь «маленькую принцессу Слизерина» — это чертовски возбуждающе. Все трое невольно затрепетали — даже Пэнси, что показалось Гермионе странным. — Так кого же ты выберешь? — спросила Флёр. — А кто сказал, что я должен выбирать? — Гарри усмехнулся. — Меня хватит на всех. И чтобы доказать это… Габриэль?Улыбаясь, юная вейла потянула за завязки своей мантии, позволяя одежде соскользнуть на пол. Под ней оказалось потрясающее тело. Её грудь и бедра были чуть меньше, чем у Флёр, но из-за общего изящного телосложения они казались идеально пропорциональными. Нежно-розовые ареолы и торчащие соски приковывали взгляд. — Без белья?! — воскликнула Флёр. — В отличие от вас троих, — лукаво ответила Габриэль, — я прекрасно знала, зачем меня сюда позвали. — Хорошая девочка, — сказал Гарри, погладив её по голове. Габриэль, словно кошка, прильнула к его руке. — Иди, получи свою награду. Габриэль с готовностью опустилась на колени. Её руки методично расправились с ремнем и пуговицами на брюках Гарри. Сам он тем временем скинул рубашку, и к тому моменту, когда Габриэль спустила его панталоны до щиколоток, он был уже полностью обнажен. Вид рельефных мышц, отточенных годами тренировок по квиддичу, заставил Гермиону затаить дыхание. Флёр попыталась было встать — то ли чтобы присоединиться, то ли чтобы прекратить это, Гермиона не поняла, — но Гарри жестом велел ей оставаться на месте. — Если прервешь сейчас, никогда не окажешься на её месте, — предупредил он. Все три девушки, сидевшие на кровати, не сводили глаз с Габриэль. Младшая полувейла крутила головой, облизывая Гарри с разных сторон и наблюдая, как быстро нарастает его эрекция. Флёр быстро снова села, заставив Гарри улыбнуться — Габриэль была умницей, — произнес он. — Она рассказала мне о вашем плане. Именно поэтому она идет первой. Теперь ваша очередь поступить правильно. — И что же мы должны сделать? — спросила Пэнси. — Сидеть и ждать своей очереди, — отрезал Гарри. Гермиона сглотнула. — Очереди для чего? Вместо ответа Гарри наглядно продемонстрировал свои намерения. Он схватил Габриэль за затылок и толкнул её голову вниз. Звуки, доносившиеся до Гермионы, заставляли её краснеть. Гарри не сдерживался; удерживая голову девушки, он ритмично двигал бедрами. Звуки плоти, соприкасающейся с её лицом, перемежались сдавленными звуками Габриэль. — О боже мой! — воскликнула Флёр. — Боже мой! Она перешла на быструю французскую речь, закусив губу. Пэнси смотрела на происходящее, открыв рот. Гермиона чувствовала, что выглядит не лучше — ей пришлось смахнуть капельку слюны, прежде чем та скатилась по подбородку. Слюни Габриэль подтирать было уже поздно. Слюна разлеталась по её лицу и стекала с подбородка прямо на грудь. Девушкам, лежавшим на кровати, были видны только её узкая спина и попка; она казалась такой маленькой, когда стояла на коленях перед Гарри, пока он использовал её горло Пэнси протянула руку и сжала колено Гермионы. Та даже не подумала возмутиться. Флёр обняла Пэнси за плечо. Все трое отчаянно нуждались в прикосновении, даже если это было прикосновение соперницы. Толчки Гарри наконец прекратились. Он прижал Габриэль к себе, рыча от удовольствия, пока изливал содержимое своих яичек ей в горло. Гермиона видела, как шея Габриэль расширялась по бокам, когда та сглотнула пять полных раз, чтобы поглотить всё до конца Когда Гарри отпустил её, Габриэль отстранилась лишь спустя мгновение. Всем своим видом она показывала, что ей это нравится, даже несмотря на его грубость. — Встань, — приказал Гарри. Габриэль вскочила, и её бедра соблазнительно качнулись. — Повернись. Она развернулась. Гермиона ахнула, а Флёр прикрыла рот рукой. Макияж Габриэль размазался по щекам, но она сияла от счастья, словно это был лучший день в её жизни. Если это и было так, то становилось только лучше. Гарри подхватил её сзади, удерживая в таком положении, что её ноги взмыли прямо в воздух. Габриэль громко вскрикнула от такой позы, а затем сорвала голос в крике, когда Гарри вогнал в неё свой член на всю длину. На этот раз их обзору ничто не мешало, и девушки наблюдали за членом Гарри в действии. Они видели, как он мелькал, входя в Габриэль и выходя из неё, и каждый толчок сопровождался громким шлепком. Габриэль кричала на высокой, дрожащей ноте, её глаза закатились. Гермиона не выдержала. Она начала стягивать с себя одежду. Это вызвало цепную реакцию: Пэнси и Флёр последовали её примеру. Как только одежда им перестала мешать, Гермиона сунула руку Пэнси в промежность. Слизеринка ответила ей тем же. Они ласкали друг друга пальцами, наклонившись так, что их плечи соприкасались. Не желая оставаться в стороне, Флёр потянулась за спину Пэнси, провела рукой мимо её ягодиц и вставила пальцы в задний проход Пэнси. Когда Пэнси повернулась к ней, чтобы вскрикнуть от неожиданности, Флёр поцеловала её прежде, чем та успела издать хоть звук. Гарри усмехнулся. Он пошел вперед, неся Габриэль на руках и ни на секунду не замедляя темп, в котором её трахал. — Посмотрите на вас троих, — сказал он. — Я знал, что вы сможете поладить. Гермиона хотела было воскликнуть: «Поладить с этими двумя?! Никогда!» К несчастью, её рот был занят, Пэнси протянула вторую руку, чтобы потискать правую грудь Гермионы. Крики Габриэль теперь были слышны ближе, ведь девушка была прямо перед ними. Гермиона никогда не слышала, чтобы человек издавал подобные звуки. Они немного напоминали те, что она слышала в порно, которое однажды видела у мужчины в магловской библиотеке, но эти были другими. Габриэль не платили за эти звуки — она просто искренне теряла рассудок от наслаждения. — Кончи для меня, — скомандовал Гарри. Он обращался к Габриэль, но получил больше, чем ожидал. Габриэль кончила, и её крики взлетели на октаву выше. Гермиона достигла оргазма на пальцах Пэнси, а Пэнси — на её собственных. Флёр, которая начала ласкать себя, пока целовала Пэнси, закричала прямо в рот слизеринке и обильно кончила прямо на простыни. Через несколько секунд Гарри кончил сам. Но, видимо, он решил, что одной порции Габриэль достаточно, потому что вытащил член в самый последний момент. Угол, под которым произошел оргазм, направил его семя на трёх других девушек, оно попало им на грудь, на лица и в волосы. Гермиона ахнула, когда Пэнси прервала поцелуй с Флёр и резко подалась вперед, слизывая семя Гарри со своего собственного лица. — Так нечестно! — сказала она. — Эта порция была моей! — Гермиона, — строго произнес Гарри. — Веди себя прилично. Она тут же погрустнела, и Гарри рассмеялся. — Не переживай, — сказал он. — Я знаю, что тебя подбодрит. Он осторожно уложил Габриэль, которая, судя по всему, отключилась спустя столь короткое время. Подойдя к кровати, он первым делом встал перед Флёр. Старшая Делакур просияла. — Разумеется, — сказала она, — это совершенно правильно, что ты начнешь с moi... Гарри развернул её и толкнул вниз так, что она легла животом на кровать, а её ноги свисали на пол. Гермиона уставилась на аппетитную попку блондинки, которая завораживала мужскую половину Хогвартса каждый раз, когда та проходила мимо, испытывая благоговение и немалую долю ревности. Затем Гарри обхватил запястье Пэнси, притянул её к себе и уложил поверх Флёр в ту же позу. Пэнси было далеко до форм француженки, но её фигура сама по себе была чертовски хороша. Гермиону он не стал тащить силой. Вместо этого он просто одарил её прямым, властным взглядом. Дрожа всем телом, Гермиона покорно подползла и устроилась сверху на этой «пирамиде», тесно прижимаясь к бедрам Пэнси. — Ты не бреешься? — пожаловалась Пэнси. — А что в этом плохого? — спросила Гермиона, краснея. — Ничего, — ответила Флер снизу. — Я не бреюсь. Но для такой девушки, как ты, я бы подумала, что тебе нужно любое преимущество… — Вы трое никогда не останавливаетесь, — иронично заметил Гарри. — Вы были такими дружелюбными раньше. Полагаю, мне придётся вас хорошенько оттрахать. Все трое ждали, с кого он начнет: с той, что сверху, или с той, что снизу. Их перебранка мгновенно стихла. Сначала Гарри ничего не предпринимал, и от этого ожидания киска Гермионы заныла так, как она не чувствовала еще никогда в жизни. Пэнси закричала. Как всегда непредсказуемый, Гарри начал прямо с середины. — О, Мерлин! — кричала она. — О, Мерлин! О, Мерлин! — Прилагательные! — рявкнула Гермиона. — Дай нам что-то конкретное! Каково это — чувствовать его внутри? — Как лучший день в моей жизни! — простонала Пэнси Гермиона чувствовала, как тело Гарри соприкасается с её телом. Его пресс ударял её по киске каждый раз, когда он входил в Пэнси, но саму Гермиону он не проникал. Её возбуждение и так уже зашкаливало, а это только усугубляло ситуацию. — Поторапливайся и кончай, — подгоняла Флёр, желая своей очереди не меньше Гермионы. — Я уже! — ответила Пэнси. — Всё закончится только тогда, когда кончу я, — сказал Гарри. — И я не намерен делать это быстро. Гермиона едва слышала стоны Габриэль на полу. Пэнси стонала вовсю. Гермиона верила ей, когда та сказала, что уже кончила. Судя по звукам, Пэнси миновала уже даже второй оргазм Короткое рычание стало единственным предупреждением перед тем, как Гарри кончил. Гермиона не могла обернуться, но чувствовала его тело. Он прижался к ним и замер, как и тогда, когда наполнял горло Габриэль. Только на этот раз он заполнял своим семенем киску Пэнси. — ...Ууупс? — впервые с начала процесса голос Гарри прозвучал немного виновато. — Кажется, я слегка увлекся. Пэнси застонала, как зомби. У Гермионы и Флёр была лишь одна мысль. — Мы тоже хотим! — потребовали они в унисон Они ни за что не позволили бы одной из них получить "полный комплект", в то время как их самих обделили бы этой чепухой с "извержением снаружи". Гарри смирился со своей судьбой и тут же переместился к основанию этой кучи тел, принимаясь за Флёр так же яростно, как до этого за Пэнси. Гермиона предпочла верить, что Гарри придерживается правила "оставлять лучшее на десерт". — Она так сильно трясется у меня на животе, — простонала Пэнси, видимо, придя в себя достаточно, чтобы заговорить. — Это что, ВСЁ твоя задница? Флёр не могла толком ответить, так как в этот момент её вовсю терзал её самый любимый член в мире. Из её рта лился поток нескончаемой французской речи, где через слово проскакивало какое-нибудь ругательство. — Это просто несправедливо, правда? — сказала Гермиона Пэнси. — Я сейчас не жалуюсь, — прохрипела слизеринка. — Это ощущается как массаж! Пальцы ног Флёр касались пола, а остальная часть ступней опиралась на него, её тело напрягалось, чтобы как следует принять член Гарри. Надменные ругательства ведьмы быстро переросли в мольбы. Гермиона не очень хорошо знала французский, но по контексту она поняла, что полувейла умоляла Гарри кончить ей внутрь. Когда Гарри кончил, он схватился за ягодицы Гермионы, чтобы удержаться. От такого количества оргазмов у него немного подкосились ноги, но он ещё не закончил. Он перевёл дыхание, сжимая руками плоть Гермионы, пока она наслаждалась прикосновением. — Таааак хорошо... — простонала Флёр. Осталась последняя. Гермиона заёрзала на спине у Пэнси, готовя себя как можно лучше к Гарри. Она была совершенно готова. И всё же он заставил её ждать еще десять секунд — ровно столько, чтобы она успела испугаться, что этого не случится вовсе. Затем он вошел в нее, меняя форму её внутренностей. Глаза Гермионы расширились. Она сжала плечи Пэнси, изо всех сил цепляясь за них. Гарри безжалостно трахал её изнутри. Она чувствовала, как он проникает глубже, чем, как ей казалось, вообще позволено члену. У неё не было сил произнести ни слова, она только стонала и кричала, пока у неё не пересохло в горле. Гарри схватил её за кудрявые волосы. Каким-то образом ему удалось сделать это так, что боли не было. Кожа на голове Гермионы натянулась, но больно не было. Он тянул до тех пор, пока её подбородок не приподнялся, позволяя её крикам заполнить комнату еще громче. Когда настала её очередь получить финальную награду, Гермиона осознала, что сидеть у камина с новой книгой на самом деле не было её самым любимым чувством в мире. Нет, это было КУДА лучше. Тепло распространилось по ее внутренностям, словно лесной пожар. Она чувствовала, как оно проникает в нее толчками, по одному за раз, и всем сердцем знала, что Гарри только что пометил ее. Частички любимого мужчины были внутри нее прямо сейчас и изо всех сил пытались её оплодотворить. Это было такое прекрасное чувство, что она, как и другие девушки, забыла обо всех противозачаточных зельях или чарах. Гарри отступил на шаг, чтобы полюбоваться делом своих рук. Его слегка пошатывало, а в паху ныло так, будто его ударили, после того как он кончил пять раз подряд. И всё же представшее перед ним зрелище было почти достаточным, чтобы он снова возбудился. Гермиона на Пэнси, Пэнси на Флёр — их киски располагались одна над другой, и из каждой вытекало содержимое. Его семя сочилось из них, стекая по этой «пирамиде», прежде чем капнуть на пол. Габриэль, чьи ноги теперь совершенно не слушались, в какой-то момент умудрилась подползти вперед. Она устроилась под девушками, прислонившись к задней части ног Флёр, и открыла рот, ловя языком остатки семени Гарри. Гарри стало интересно, обязательно ли приводить на бал только одну спутницу. Он знал, что одна должна быть точно, но не припоминал, чтобы Макгонагалл говорила что-то против большего количества. (Девять месяцев спустя) В больничном крыле Хогвартса раздавалось множество звуков, но этот был одним из самых необычных. Измученная Гермиона сжимала в руках маленький свёрток. На кроватях по обе стороны от неё ещё две девушки делали то же самое. Четвёртая девушка стояла в комнате, качая головой. — Вам троим не стоило забывать о противозачаточных чарах, — сказала Габриэль. — Замолчи, Габи, — отозвалась Гермиона. — Я знаю, что ты рада нашему промаху. Последние несколько месяцев Гарри принадлежал только тебе! Габриэль хихикнула, когда дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял Гарри, а рядом с ним — мадам Помфри. — Всё прошло хорошо? — взволнованно спросил он. — Стала бы я сама приходить за вами, если бы что-то пошло не так? — упрекнула его мадам Помфри. — Думайте головой! Гарри благодарно улыбнулся ей и вошел в палату. Он посмотрел на трех девушек в кроватях: на своих девочек, на них всех. — Посмотри, — Гермиона протянула ему сверток, который держала на руках. — Он похож на тебя. Гарри только собрался взглянуть, но Флёр тут же протянула свои руки: — Вот этот больше похож на тебя! — Вы вечно спорите о самых бесполезных вещах, — вставила Пэнси. — К тому же, совершенно очевидно, что именно МОЙ сын больше всех похож на него. Когда спор разгорелся с новой силой, Гарри лишь невольно покачал головой. Как бы сильно ни менялись некоторые вещи, другие оставались неизменными навсегда