Принцип паука

      Солнце золотистым светом окрашивало два силуэта, стоящих друг от друга неподалеку.              Тильда слегка наклонила руку и приподняла подбородок, глядя на друга с гордостью. Из игрушечного пистолета вылетела жёлтая пластиковая пулька, попадая ровно в нарисованную красную точку, и отрикошетила в неизвестную сторону.              — Съешь мокрую лягушку, Джейсон! Видел, как я? Меткая! А ты говорил…              — “А ты говорил!”. Сейчас пойдёшь искать, будешь наглеть так, – Джейсон достал сигарету и закурил. Девушка проследила за его действием взглядом.              — Брось. Умрёшь, как мой тупой папаша.              — Твоя мать тоже курит, – он пожал плечами. Тильда посмурнела и опустила глаза. Она посмотрела на игрушку и повертела её в руках. Глупый пластик. Как же легко его сломать.              Тильда подобралась и подняла пистолет, направляя в мишень. Солнце тихо клонилось к закату, двор Джейсона мирно сосуществовал с их жизнью, звуки с улицы успокаивали. Она вздохнула и опустила пистолет.              — Таблетки?              — Что?              — Ты их пьёшь?              Тильда нахмурилась. Опять он включил этот режим. Режим отца, который поучает тебя. Не того самого, который бьёт и ненавидит, а просто поучающего, ворчливого. Ей это не нужно.              — Нет. Забросила.              — Почему?              — Забываю. Знаешь, не всегда есть время…              — Но это твоё здоровье, глупая.              Она покраснела. Почему он назвал её глупой?              — Сам ты… болван. На, – она передала ему оружие, и их пальцы на секунду соприкоснулись. – Я домой.              — Валяй, – он равнодушно пожал плечами, хотя взгляд выражал беспокойство. – Провожу.              — Сама.              Девушка пихнула его плечом и, развернувшись, побежала прочь, выскальзывая за калитку и хлопая ей.              — Эй, ну не так же грубо!              — Отстань!              Она побежала по асфальту, кутаясь в серо-зелёную олимпийку, накинула капюшон. По голове трелью прошёлся майский дождик, стучащий по земле и крышам, разрывая своим шумом тишину.              Девушка крепче сжала лямки рюкзака, оглядывая взглядом небо. Серое, с грозными тучами. Пару молний вдалеке – неспокойная атмосфера.              Дома, в прихожей, она сняла тяжёлые ботфорты, стараясь не пачкать грязью линолеум, олимпийку повесила на вешалку.              — Мам, я дома.              — Привет, милая.              Она прошла на кухню. Мама курила, как всегда, отчим Леон читал газету.              — Как подготовка к свадьбе? Где Фиона?              — Я тут. – Фиона вышла, в её руках были карточки. – После колледжа сразу распечатала приглашения. Как тебе? Глянец.              Тильда кивнула. На карточке были свадебная пара, голубь и розы, создававшие красивую композицию. Она взяла со стола печенье, – мама покачала головой, как бы намекая на грязные руки, – и прошла в комнату, перед этим обняв маму и чмокнув её в щёку.              — Мам, не кури столько.              — Тильда, ну, ты же знаешь…              Она сняла тельняшку, оголяющую живот, топ, прямую юбку деним и гольфы в полоску цвета индиго, засунула вещи в шкаф и переоделась в простые серую футболку и зелёные шорты.              Тильда налила застоявшуюся колу в стакан, который всегда стоял рядом с компьютером, включила устройство и расслабилась на стуле со спинкой.              — Время устроить генг-бенг этим сволочам, – она оскалилась и нажала на иконку, где был изображён автомат и мишень в виде человека. Осанка ссутулилась, а звук стал громче, знаменуя начало кровожадной битвы – услады для подрастающего шестнадцатилетнего подростка.              ***             Утро ознаменовало себя ярким лучом в сонное девичье лицо. Хмурая, Тильда проснулась, вспоминая злое и красное, пьяное лицо отца в своём сне, его грубые кулаки, это… одиночество.              Она села на кровати, обнимая колени руками. Пот и дрожь были её очередными утренними спутниками. Как же она от всего этого устала…              — Мо, ты проснулась? Или ты пойдёшь сегодня на ногах?              — Сейчас, Леон, – придала она голосу оптимизм. Тильда встала с кровати, подошла к окну, отодвинула занавеску.              Яркий свет и майская зелень заиграли приятными красками в голубых глазах. Она улыбнулась. Сегодня будет хороший день, Матильда. Сегодня всё будет хорошо.              Тильда взяла любимые вещи из шкафа, надела гольфы, юбку, топ и кофту. Вещи приятно пахли порошком и, как ей казалось, вчерашним дождём и майским вечером.              Сев перед зеркалом, она нанесла коричневую помаду на губы, такого же цвета тени на глаза, накрасила ресницы чёрным цветом – они и так были длинные и красивые. Кудрявые шоколадные волосы были вскоре собраны в два аккуратных хвостика.              — Класс, – показала она себе большой палец. Отражение, на удивление, не вызывало привычную неприязнь. Она посмотрела на руки и вспомнила лёгкое прикосновение пальцев Джейсона. Он сегодня… придёт?              — Тильда, завтрак!              — Да, мам.              Тильда взяла портфель, полный учебников на датском языке, и спустилась на нижний этаж. Фиона уже была там.              — Доброе, Фиона.              — Доброе, Тильда.              Они улыбнулись друг другу. Тильда села за стол, и мама поставила перед ней тарелку с яичницей. Там был смайлик из кетчупа – улыбающееся лицо…              — Спасибо, мам.              Она воткнула вилку в яйцо. Металл в её потной, но твёрдой ладони создавал ощущение заземлённости после ночного кошмара. Хотелось, дико хотелось его забыть, ведь помнить это – бессмысленно. Прошло уже десять лет…              Шейла курила в окно, слушая переливчатые соловьиные трели. Профиль матери заставлял успокоиться и выдохнуть, создавая ощущение безопасности. В глазах появилось узнавание, хотя воспоминания холодным льдом давило на грудную клетку.              Тильда вздохнула и улыбнулась. Звуки бормотания отчима, улицы, скрип вилки о тарелку – она прислушивалась и ела яичницу, смотря в телефон. Играла в три в ряд, чтобы не умереть от скуки.        — Мам, спасибо. Было вкусно, – Тильда снова поцеловала маму в щеку.       Вскоре они с Фионой сидели в салоне автомобиля. Девушка уставилась в окно – зелёные кроны деревьев, многоэтажки, ларьки и другие автомобили проносились мимо них, как яркие пятна. В наушниках играла любимая песня. Она прикрыла глаза. Хотелось спать – было раннее утро.       В школе было шумно, как и всегда. Тильда устало зевнула и потянулась. Заметила светлую голову Нигеля и тёмную – Саки. Она закатила глаза. Не достаточно она их доводит – иначе почему они до сих пор не свалили отсюда? Мерзкие ублюдки!       — Хай, Джо, – поприветствовала Тильда подругу, садясь рядом. Джоанна, одетая во всё чёрное, откинулась на стул и улыбнулась Матильде. Их плечи соприкоснулись.       — Хай, Мо. Как ты? Были вчера с Джейсоном на рампе?       — Не, мы во дворе у него стреляли в импровизированные мишени с пестиков. Такая скукота. Хочу с реального автомата пошмалять!       — Ага, кто тебе даст?       Они засмеялись. Джоанна вспомнила про нового ухажёра и, приглушив голос, наклонилась, чтобы рассказать об этом подруге. Как раз в тот момент, когда они хихикали над особо смешным и острым моментом, в дверном проёме появился Джейсон. Тильда подняла на друга взгляд и её лицо немного порозовело.       — Здорово, девчонки. Над кем опять там издеваетесь? – он ухмыльнулся и сел перед ними, обернувшись.       — Ну тот, длинный, белобрысый. Ты знаешь.       — Ага.       Тильда почувствовала взгляд. Она обернулась, и её внимание наткнулось на колючий взгляд Нигеля. Мерзкий, маленький хрыч. И почему он глядит на неё так, будто она украла у него что-то?       Болван.       Она поджала губы и отвернулась, давая понять, что ей всё равно. Абсолютно и бесповоротно.       Нигель закатил глаза и пихнул Саки локтём. Они о чём-то зашептались. В основном говорил Нигель. Тильде было плевать. Она даже не прислушивалась.       — Тильда, всё нормально? – внезапно в её сознание, сейчас прибывающее в виде аквариума из мыслей, ворвался хриплый голос Джейсона. Он был напряжённый, но Тильда этого не заметила.       — Ага.       Дверь открылась, и в класс зашёл неизвестный доселе человек. Вернее, вкатился на инвалидной коляске – странный белобрысый тип в кофте с изображением огромной, глупой панды. Кудрявый, как баран. Гейская серёжка в ухе.       Глядя на инвалидную коляску, слыша шум перекатывающихся колёс, Тильда прыснула, прикрыв рот.       Мужчина остановился рядом с доской и посмотрел на ребят.       — Здравствуйте, ребята. Я ваш новый учитель биологии. Меня зовут Гуннар.       — А что с вашими ногами? – Тильда вскинула руку. Джейсон удивлённо хмыкнул.       Гуннар перевёл взгляд на девушку и вежливо улыбнулся.       — Спасибо за вопрос, э…       — Тильда.       — Спасибо за вопрос, Матильда. Да, как видите, я на инвалидной коляске – причина глупой неосторожности вследствии моей поспешности. Упал с лестницы. Это временно, я могу ходить на костылях…       — А что эти за… эм… волосы и кофта? Вы хиппи?       Учитель уже не отвечал, либо отвлекаясь на что-то, либо игнорируя её. Тильда хмыкнула, пихнув локтём Джоанну. “Выскочка” – прошептала она.       Урок Гуннара Бьере был самым заунывным и наискучнейшим на памяти Тильды. Он говорил о биологии, шёл дождь, за окном было тоскливо – но это было единственным, что в тот момент развлекало Тильду. Иногда она смотрела на Джейсона, который сидел напротив неё, и разглядывала его сутулую спину и полосатую шапку. Наверняка ему было в ней жарко, но Джейсон, – такой упрямый и грубый, – отказывался её снимать, даже при страхе умереть от солнечного удара.       На тонких губах появилась лёгкая ухмылка. ***       На школьном дворе стоял автомат с газировкой. Трое молодых людей сидели рядом, на лавочке, попивая фанту и колу.       — Ты видела эти дурацкие колёса? Вжух-вжух. Как будто по мозгам едут. А его кудряшки и кофта?       — Ты про хиппи сказала там. Точняк, Мо… ходячий секонд-хенд.       — Инвалидная панда.       Подруги захихикали. Джейсон молча втыкал в геймбой.       Внезапно улыбка Джоанны стала шире. Тильда улыбнулась в ответ, хотя взгляд выражал недоумение.       — Джо?       — А ведь он красивый мужчина, Мо. Убрать бы коляску, и прикид сменить…              Тильда посмотрела на неё с удивлением и из её горла вырвался хриплый смех.Она пихнула Джоанну плечом и помотала головой. Кудрявые хвостики зашевелились.              — Замутишь с ним, мейби? Раз тебе так белобрысики нравятся.       — Нет, фу, он же старый!       Девушки покатились со смеху.       Мимо, глядя высоко перед собой, прокатился Гуннар. Взгляд Тильды устремился прямо на его букли цвета песчаника. Она в очередной раз хмыкнула. Неожиданно Тильда почувствовала, как по коленке что-то ползёт, неприятно щекотя кожу. Она посмотрела вниз и увидела, как по ней ползёт маленький чёрный паучок. Лицо в ту же секунду преобразилось. Губы растянулись в шаловливой улыбке. Она подставила ладонь, чтобы паучок перебежал на неё, и встала.       — Мо, ты куда? – окликнула подругу Джоанна. Джейсон тоже поднял на неё взгляд. Тильда с улыбкой посмотрела на них, но ничего не сказала. Она шагнула в сторону Гуннара и позвала его:       — Гуннар, подойди сюда.       Тот замер, и медленно стал разворачивать коляску. Лицо Гуннара было доброжелательным: самое приветливое лицо в жизни Тильды Могенсен. Аж тошно. Колёса коляски закрутились, послышался неприятный шум. Через минуту Гуннар был перед девушкой.       — Да, Тильда? – поинтересовался вежливо учитель. Та мило улыбнулась, её рука была за спиной.       — Прости за тот момент, ну, в классе. Я была слишком груба…       Лицо Гуннара просветлело и он кивнул. Кажется, он простил её.       — Хорошо. Будем считать, что этого не было. – Мужчина протянул руку – видимо, для рукопожатия. Тильда резко вытянула руку, вложила в шершавую мужскую ладонь паука и рассмеялась – громко и противно. Но Гуннар даже не шелохнулся.       Взгляд Гуннара, твёрдый и внимательный, разглядывал существо, ползающее по его руке в сумасбродном танце. Смех Тильды стал тише, а затем и вовсе замолк.       И тут резко раздался хлопок. Тонкая и нежная рука девушки со смаком прихлопнула паука, растекшегося неприятным месивом на ладони Гуннара. Глупое бесцветное пятно. Маленькие внутренности.       Гуннар оцепенел, а Тильда рассмеялась – опять. Джоанна и Джейсон смотрели на эту сцену с немым видом.       — Испугался? – ухмыльнулась Тильда, скрестив руки на груди. Мужчина поднял на неё внимательные глаза, и она вздрогнула. В горле запершило. – Ч… Чего? Не страшно?       — Нет. Тильда, почему ты это сделала?       Та прищурила взгляд и с подозрением посмотрела на него. Он молчал и просто смотрел в ответ. Она думала, что он разозлится, как-то наорёт на неё – но Гуннар молчал.       — Ясно… Тогда…       Тильда стремительно обошла учителя, схватилась за ручки коляски и с силой толкнула его, но из-за тормозов коляска не двигалась. Тильда хмыкнула. Гуннар тяжело вздохнул и, сняв к коляску с тормозов, развернулся и поехал в сторону школы. Девушка плюнула в его сторону, а затем подошла к друзьям.       — Идиот, – произнесла девушка сквозь зубы, садясь на привычное место между друзьями. Джоанна пожала плечами и внимательно взглянула на Тильду.       — Не слишком ли резко, Мо?       Тильда вздрогнула и недовольно посмотрела на неё. Её губы поджались, руки сжались в кулаки.       — Жалеешь его?       — Нет, но…       — Всё, пойдёмте в класс. Звонок скоро, – пробормотал Джейсон.