Глава 3: Испытания на берегу Чёрного озера

Субботнее утро выдалось прохладным, с тем самым колючим ветром, который заставляет кутаться в шарфы даже самых стойких обитателей замка. Элеонора стояла перед зеркалом в спальне девочек Пуффендуя, поправляя воротник. Сегодня она решила оставить школьную мантию в шкафу. На ней была объемная куртка-авиатор с мягким светлым мехом на воротнике — подарок отца из последней поездки в Штаты. Под куртку она надела простую черную водолазку, которая выигрышно подчеркивала её светлую кожу и россыпь веснушек на переносице. Короткая джинсовая юбка и тяжелые черные ботинки на шнуровке дополняли образ, делая её похожей на героиню тех самых американских журналов, которые иногда присылала ей мама. Через плечо висела кожаная сумка, набитая скетчбуками и теми самыми новыми карандашами от Фреда. — Миллер, ты выглядишь так, будто собралась на свидание в центре Лондона, а не к озеру, — сонно пробормотала её соседка по комнате, зарываясь поглубже в желтое одеяло. — Это не свидание, Сьюзен. Это деловая встреча, — серьезно ответила Элеонора, хотя кончики её ушей предательски порозовели. У берега озера, под старым раскидистым деревом, уже вовсю кипела деятельность. Фред и Джордж выглядели как два оживших стихийных бедствия. Между ними стоял небольшой складной столик, заставленный разноцветными колбами, какими-то подозрительными кексами и мерцающими порошками. Фред, заметив Элеонору, на секунду замер. Он привык видеть её в мешковатой школьной форме, и этот новый, дерзкий образ «американской девчонки» заставил его на мгновение забыть, что он собирался смешать. — Ого, Миллер! Если ты планировала сразить нас наповал еще до начала испытаний, то тебе это удалось, — Фред присвистнул, обходя столик. — Отличная куртка. Это что, мода Нового Света? — Вроде того, — улыбнулась Элеонора, устраиваясь на плоском камне неподалеку. Она уже достала блокнот. — Ну, показывайте свою «империю». Что сегодня в программе? Джордж торжественно поднял над головой кекс, покрытый ядовито-зеленой глазурью. — Представляем твоему вниманию «Канареечные помадки» версии 2.0. Предыдущая версия превращала едока в птицу целиком, но мы работаем над тем, чтобы эффект был... частичным. — И более комичным, — добавил Фред, подмигивая ей. — Смотри внимательно, Лео. Это нужно будет нарисовать для каталога. Следующий час прошел в атмосфере полного безумия. Джордж мужественно вызвался быть подопытным. После первого укуса его руки мгновенно покрылись желтыми перьями, а вместо смеха он выдал серию оглушительных чирикающих звуков. Элеонора едва успевала водить карандашом по бумаге. Её штрихи были быстрыми и точными. Она рисовала не просто превращение, а эмоции: азарт на лице Фреда, шок Джорджа, когда его нос на секунду превратился в клюв, и яркие искры магии, разлетающиеся вокруг них. — Ты должна передать это ощущение... — Фред подошел сзади, заглядывая ей через плечо. Он стоял так близко, что она чувствовала тепло, исходящее от него. — Как будто магия — это что-то, что можно потрогать. Понимаешь? — Понимаю, — тихо ответила она. — Магия у вас — это не формулы из учебников. Это как... фейерверк в консервной банке. Фред замолчал, пораженный её метафорой. Он аккуратно коснулся пальцами края её рисунка. — Ты удивительная, Миллер. Ты видишь самую суть. В какой-то момент ветер усилился, и Элеонора поежилась. Фред тут же заметил это. Он достал из своей сумки термос (явно украденный с кухни эльфов) и налил в крышечку дымящийся напиток. — Сливочное пиво с секретным ингредиентом от близнецов Уизли, — провозгласил он. — Согревает лучше любого заклинания. Напиток пах корицей, медом и чем-то неуловимо пряным. Пока Элеонора пила, Фред взял её карандаш и на полях скетчбука, рядом с её профессиональным рисунком, набросал крошечного, кособокого человечка с подсолнухом в руках. — Мой вклад в искусство, — самодовольно заявил он. Элеонора посмотрела на этот нелепый набросок, затем на Фреда — растрепанного, с пятном зелёной глазури на щеке, но с самыми искренними глазами во всем Хогвартсе. В этот момент она поняла, что её четвертый курс будет пахнуть не только пергаментом, но и жженым сахаром, риском и чем-то, что она пока боялась назвать своим именем. — Знаешь, Уизли, — сказала она, закрывая блокнот. — Твой человечек ужасен. Но в нем определенно есть стиль. — Это только начало, Миллер, — Фред протянул ей руку, чтобы помочь встать с камня. — Мы с тобой еще перекрасим этот замок в оранжевый. Когда они возвращались к замку, Джордж шел впереди, всё ещё периодически похлопывая крыльями вместо рук, а Фред и Элеонора шли чуть позади. Их пальцы на мгновение соприкоснулись, и, хотя оба сделали вид, что ничего не произошло, искра, пробежавшая между ними, была ярче любого их фейерверка.