Волшебная новость

Ангелина вернулась в «Аврору» как раз к началу мастер‑класса. Максим уже раскладывал материалы для изготовления новогодних игрушек — блестящие нити, разноцветные бусины, кусочки бархата и мишуру. Увидев Ангелину, он облегчённо выдохнул: — Геля, ты где пропадала? Я уже начал волноваться. Всё в порядке? Она улыбнулась, стараясь скрыть волнение: — Всё хорошо, просто нужно было кое‑что уладить. Давай начнём мастер‑класс, гости уже собираются. Занятие прошло в привычной тёплой атмосфере: дети и взрослые увлечённо мастерили игрушки, смеялись, делились идеями. Ангелина помогала участникам, подбадривала тех, кто сомневался в своих силах, но всё время ловила на себе внимательный взгляд Максима. Когда гости разошлись, а зал опустел, Максим подошёл к Ангелине: — Ты точно в порядке? Ты какая‑то… другая сегодня. Более задумчивая, что ли. Ангелина вздохнула, взяла его за руку и потянула к камину: — Макс, мне нужно тебе кое‑что сказать. Но сначала давай сделаем кое‑что волшебное. Помнишь, как мы придумали «Ночь семейных сказок»? Давай повторим что‑то похожее — только для нас двоих. Максим удивлённо приподнял бровь, но кивнул: — Хорошо. Что нужно делать? — Закрой глаза, — улыбнулась Ангелина. — И протяни руку. Он послушно закрыл глаза и вытянул ладонь. Ангелина достала из кармана небольшой свёрток — это была миниатюрная игрушка в форме сердца, которую она сделала во время мастер‑класса. Внутри сердца она аккуратно вложила листок с результатами анализов. Затем положила игрушку в руку Максима: — Открой глаза. Максим осторожно развернул свёрток, достал сердце и, заметив листок внутри, осторожно его вытащил. Прочитав строки, он замер. Его глаза расширились, а на лице появилось выражение, которое Ангелина никогда раньше не видела — смесь шока, радости и нежности. — Геля… — прошептал он, поднимая взгляд. — Это… правда? Она кивнула, чувствуя, как к глазам подступают слёзы: — Да, Макс. У нас будет ребёнок. Несколько секунд он молчал, словно пытаясь осознать сказанное. Затем резко обнял её, прижал к себе так крепко, что стало трудно дышать, но Ангелина только рассмеялась — счастливо, облегчённо. — Ты даже не представляешь, как я счастлив, — прошептал Максим ей на ухо. — Я… я просто не могу в это поверить. Ребёнок… Наш ребёнок! Он отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза, и его улыбка стала ещё шире: — Знаешь, что мы сделаем? Мы устроим ещё один праздник — «Ночь волшебных новостей». Пригласим всех наших гостей, тех, кто стал нам почти семьёй. Расскажем им обо всём у камина, под звуки глинтвейна и запах имбирных пряников. А потом запустим в небо фонарики — но не с желаниями, а с именами, которые мы будем придумывать для нашего малыша. Ангелина рассмеялась сквозь слёзы: — Ты неисправимый романтик. Но мне это нравится. — А ещё, — продолжил Максим, — мы создадим новую традицию. Каждый год в этот день будем печь особый пряник — в форме сердца. И рассказывать нашему ребёнку, как мы узнали эту новость. Как всё началось именно здесь, в «Авроре», среди снежинок, гирлянд и сказок. Ангелина прижалась к нему, чувствуя, как внутри разливается тепло: — Звучит идеально. Они стояли у камина, обнявшись, а за окном падал снег, укрывая город белым покрывалом. В «Авроре» снова царила магия — та самая, которую они создавали своими руками, своими мечтами и своей любовью. На следующий день Лиза, зайдя в зал, обнаружила, что Ангелина и Максим что‑то оживлённо обсуждают, время от времени улыбаясь друг другу так, будто знают самую прекрасную тайну на свете. — Ну‑ка, признавайтесь, — хитро прищурилась Лиза. — Что за заговор? Максим переглянулся с Ангелиной, и та кивнула. Он глубоко вдохнул и объявил: — У нас будет ребёнок! Лиза вскрикнула от радости, бросилась их обнимать, а потом, отдышавшись, заявила: — Значит, так. Первое: мы устраиваем праздник. Второе: я рисую новую афишу — «Аврора» ждёт маленькое чудо!». Третье: Артём печёт тройную порцию имбирных пряников! Все рассмеялись, и в этот момент стало ясно: «Аврора» действительно стала не просто местом для праздников, а домом, где рождаются самые тёплые и волшебные истории. Конец.