Часть 3

Вот и всё, смерть? Было ожидаемо: никчёмная жизнь у меня, получается, ни клану не помогла, не… А что я вообще хотела сделать? Избежать свадьбы? Чего? — Наруто, что ты делаешь?! — возглас Кушины разносится, по ощущениям, на весь клан и за его пределы. — Я что делаю?! Это что здесь происходит? Что здесь делает Хьюго? — Она наш гость, а ты её прирезать готов! Из глаз Кушины-сан летали молнии и отражался гнев, по моей шее шёл холод и мурашки от стального оружия. «Так и знала, что остаться — плохая идея». Но вдруг я перестала чувствовать сталь оружия. «А?» — Что ты здесь делаешь? — негромкий вопрос. Но по спине проскочили мурашки и страх, животный и пугающий, так что захотелось сжаться в комочек и стать им. — Я спрашиваю, что ты здесь делаешь! — громкий, властный голос, что заставлял подчиниться и никак иначе. — Я… я… я случайно… я не хотела… — что ответить? Всё выглядит как отмазка и неприкрытое враньё, даже правда. Дрожь, заикание. — Наруто, успокойся, — спокойный голос его отца. В нём нет ни жестокости, ни власти, спокойный, ничего не выражающий. — Сядь. Как по велению волшебной палочки парень подчиняется и садится напротив Акиры. Он на расстоянии стула — пусть будет как можно дальше в данной ситуации. — Я Минато, прошу прощения за Наруто, он слишком… эм, своеобразный. Я не настаиваю, но хотел бы услышать рассказ о том, что тебя привело к нам. — Она сбежала из клана и забрела в туман озёр. — Спасибо, Акира, но я всё-таки спрашивал не тебя. — Пф, — ей явно не понравился ответ. Наруто «Я не понимаю, что происходит. Они чересчур спокойны при таком малом количестве информации. Хьюго здесь не место. Может, она шпион? Втирается в доверие для сбора информации?» Все раздумья сопровождались пропуском нескольких фраз, которые должны были стать началом психологического портрета девушки. Сопровождалось всё это измышлениями и суровым лицом с пристальным взглядом. — Кушина, что соберёшься делать завтра? — отец зачерпнул бульон ложкой, запивая лапшу. «Они пытаются развеять сложившуюся обстановку. Неплохой ход». — О, я собиралась сходить за грибами, — мама довольная уплетала лапшу, заедая салатом. Все за столом остановились, повисла тишина, и только Хината с Кушиной спокойно ели. Но первая, заметив изменившуюся атмосферу и напряжённые лица, пытавшиеся это скрыть, увидела, как у каждого члена семьи проступили капельки пота на лицах. — Что-то случилось? Хината, не найдя выхода, спросила напрямую. — Ты о чём, Хинаточка? — сказала приостановившаяся в приёме пищи виновница напряжения. Хината оглядела стол, начиная с Акиры и заканчивая Наруто. — Мам, может, не стоит? — потихоньку начала Акира, ковыряясь в ужине. — Почему? — вопрос прозвучал так наивно и непонимающе. — Мам, ну ты помнишь, что было в прошлый раз? — подключаюсь, смотря в стену слева. — Дорогая, они правы, давай ты откажешься от этой затеи, — Минато взял её за руку. — Это было один раз, и я возьму с собой книгу по грибам. — Мам, я больше не хочу, чтобы мне промывали желудок и всё выходящее из этого и за этим… — брезгливо сморщила носик в конце Акира. — Ага, срать дальше, чем видишь. Все присутствующие посмотрели на меня. — Пха, — смешок вылетел быстрее, чем Акира это заметила. Мама испепелила открытой злостью, а отец покачал головой. — Так, а ну хватит говорить такое за столом, да ещё и при гостях! — она ударила ладонью по столу так, что приборы подпрыгнули, но упали только её. — Датбанне! — выругавшись и бросив последний взгляд, она ушла мыть палочки для еды. — Не самый лучший ужин— отец массировал переносицу — Но и похуже видали, — сказав, я встал и пошёл к маме. Пара шагов. — Мам, — протянул, прощупывая почву. — М. — Прости, если обидели, мы не специально. — … — Ну мам. — Перестань, я понимаю, тогда и вправду всем досталось, эх… — она явно вспомнила события того дня. — Но я собиралась встретиться в лесу с Сакурой, она пришла искать какие-то редкие растения для лекарств. Вот хотела попросить её глянуть грибы на съедобность. Тем более Цунаде-сама проводит исследования, и ей нужны ядовитые грибы. Только для чего они нужны — не понятно, но какая уж разница? — она улыбнулась. «Значит, не обижается, это радует». — Я думал, Сакура приедет позже, через неделю. — Им срочно понадобились эти их корешки, и она приехала, правда ненадолго. Но глядишь, она потом приедет к нам. Давно не виделись с ней, а то дела у всех, и поговорить не с кем, хоть Хината появилась. Думаю, мама заметила моё напряжение: новоприбывшая гостья у меня не вызывает никакого доверия, ни грамма. Шёпот: — Она не похожа на шпиона, слишком была перепугана при встрече. Да и, возможно, это правда случайность, но для подстраховки я за ней пригляжу, а прислуге и советникам скажи не соваться к нам, — фразу она заканчивала еле слышно. Мотнув головой, я поцеловал маму в щёку и подошёл к столу, опёрся на спинку стула «шпионки». «Шпионки?… а ей подходит. Она такая маленькая, даже по сравнению со стулом. Она хоть не подросток? Хотя…» Я бросил взгляд вниз и наткнулся на грудь. «Она у неё какого размера? Четвёртого, что ли?» Я вздрогнул, чуть не замотав головой, взглянув на всех за столом. Акира покачала головой, а отец посмотрел как на маленького ребёнка. Чертыхнувшись, продолжил: — Не волнуйтесь, я поговорил, мама не обижается. ПРАВДА, МАМ? — Не надо так кричать, я всё прекрасно слышу. Она подошла сзади, положив руку на моё плечо. — Так, давайте в честь встречи сыграем в настолки! — А давайте! — «Давно мы не собирались вместе, и надо как следует отметить этот вечер, и даже нежданный человек нам его не испортит». Мы пересели в зал, сев вокруг маленького стола на пол, на пушистый ковёр. — Чур, я выбираю! Мы будем играть в «Кто я?» — она прикладывает руку к груди, перебирая коробки. Мы надели смешные ободки. — Чур, по младшенству я первая, — она приложила руку к груди. — Хината, а сколько тебе лет? — простой вопрос от отца вызывает ступор. «Такой вопрос я не ожидал. А правда, сколько ей?» — Мне… мне девятнадцать. «Бегающие глаза, перебирает пальцы, замедленный ответ». Не заметив, я нахмурился. — Оу, я и не подумала. Тогда ты первая, — Акира собрала волосы в низкий хвост. — Тяни карту. Она поднесла колоду, держа её в руках. «Аккуратные пальцы, даже изнеженные, тянут карту мягко и нежно. Нежна?» Впав в ступор от своих мыслей, я по инерции следил за тем, как Акира ставит карту. Принцесса — на карточке нарисована девушка в розовом платье с короной. «А ей подошло бы, с её-то внешностью». Усмешка попала на губы. — Эм… я живая? — она подглядывает в карточку-помощницу с примерами вопросов. — Да, — раздаётся с другого края стола женский голос мамы. — Я животное? — Нет, — теперь мужской. — Я человек? — Да, ещё какой. — «Надо вникать в игру, я же хотел провести вечер нормально». — Тебе даже подошло бы, — Акира улыбается, расслабленно и счастливо. Посмотрев на неё, мысли появляются сами по себе: «Мелкой подошло бы, она как маленькая принцесса во плоти, только короны не хватает». От этих мыслей я и сам расслабляюсь, и «шпионка» тоже улыбнулась. — Я… я учитель или врач? — Нет. — Ты богата. — Что? — она смотрит удивлённо. — Подсказка: твой персонаж богат. Мама смотрит на меня с вопросом в глазах, но я игнорирую её, потому что не знаю сам, зачем это сделал. — Я чиновник? — А? — повернул голову. — Нет, это не чиновник, — отец среагировал быстрее на вопрос. — Я главная? — Ну, почти. — Довольно влиятельна, скажем так, хах— Акира полностью расслабилась и легла на скрещённые руки, смотря на «шпионку» снизу вверх. — Я не знаю, — она растеряна. — Ты вообще играла раньше в эту игру? — …— молчание — Ты серьёзно не играла?! Это довольно популярная игра!— « я также удивлен сестричка» — Нет. Она сжалась, как будто её начнут ругать за простое неумение играть. ~~~~~~~~~~ Детство.Хинате семь лет. — Неджи, давай поиграем? — маленькая девочка дёргает за рукав и пытается повести в нужном ей направлении. — Ну чего ты?! — она дуется, надувая щёки и по-детски злясь. — Я не могу, Хината. — Но почему-у-у? — У меня тренировка, — такой же мальчик, только на год старше, пытается отцепить девчачьи пальчики от своей одежды. — Она у тебя уже была, кх, — она перекидывает руку через плечо, выглядит так, будто собралась тащить брата как мешок. — У меня их много, не мешай, — но девочка не сдаётся. — Хината! — Неджи! Они оба кричат, но тут в комнату заходят. — Что тут происходит? — Папа, а Неджи не хочет играть! Отпирается! — девочка бежит к мужчине и топает ножкой, показывая, что злится. — Хината, не мешай. Лучше бы пошла и занялась делом, чем заниматься глупостями, и собери игрушки. — Но я хочу поиграть… — весь запал спадает, а брат проходит мимо неё кидая сожалеющий взгляд, уходя из комнаты. — Хината, — в произношении имени чувствуется нажим и непреклонность. Дверь закрывается. Хината остаётся одна с разбросанными вокруг игрушками. Десять лет. — Хината, давай поиграем! — подбегает к старшей сестре маленькая девочка. — Давай, — старшая счастливо улыбается. «Давно я не играла». — Давай! Давай! В «Кто я?» — А? — Это игра, где нужно угадывать загаданное слово, и на лбу должна быть бумажка со словом, — она объясняет, попутно размахивая руками и жестикулируя. — О, Нацу-сан, няня! — на крик подходит служанка. — Вы что-то хотели, госпожа Ханаби? — Да! Принеси нам стикеры и ручку. — Простите, госпожа, но у нас закончились стикеры. — Но нам нужно! Очень нужно! — Может, в канцелярском? Я отправлю человека, но туда идти минут пятнадцать в одну сторону… — Нет! Нужно сейчас! — Может, где-то остались? — спокойный голос старшей. — Нет, я сама лично относила последние вашему отцу. — Папе? — врывается в разговор сестрица. — Да, они ему зачем-то понадобились. — Сестрёнка, пойдём попросим, — она смотрит такими глазами — в них целый мир: озорство, любовь, счастье, — что невозможно отказать. Я соглашаюсь. «Ничего же не будет, если я попрошу стикеры?» — Хорошо, только сходи за ручками. — Конечно, — и она бежит по коридору, смеясь. — Госпожа Ханаби, не бегайте, упадёте, поранитесь! — служанка бежит за убегающей девочкой. А я иду медленными шагами, точно без энтузиазма. За всё время, пока я живу, я поняла: отец не жалует игры, дурачество, эмоции и, возможно, счастье. Глупость! Какой человек не хочет быть счастливым? Тем более он нас любит. Ведь любит? За мыслями я чуть не прошла кабинет отца. Я долго собиралась с мыслями. Слишком долго. Наконец, постучав, я вхожу в тёмный мир минимализма: всё на месте, по полочкам, документы в папках, а свежие — на подпись — в стопках на столе. Ощущение, что они лежат идеально ровно, даже на один миллиметр не расходятся. И во главе комнаты, за столом, сидит отец с ручкой и печатью. Он поднимает спокойный, ничего не выражающий взгляд. — Ты что-то хотела? — Да. — Что? — Стикеры, — шёпот. — Стикеры? — Да. Глупый разговор. Он заново опускает голову, уходя в мир документов. — Мы с Ханаби… — звук сглатывания слюны отдаётся в ушах, ударяя по перепонкам, как и ритм сердечных ударов. — Что? — Хотели поиграть. — Поиграть? — он поднимает голову и смотрит разочарованно. — Я думал, ты уже большая, чтобы заниматься баловством. Вот, лучше… — он поднимается из-за стола и достаёт книгу: основы боевых искусств, техники клана Хьюго. — Держи, иди почитай и не занимай моё время. Он стоит, протянув книгу. Я беру её трясущимися руками. — Конечно. Я разворачиваюсь и выхожу из кабинета. Пройдя пару шагов, я опираюсь о стену, а потом скатываюсь по ней спиной, прижимая книгу к груди. «Что это было?» Я не понимала. Меня одолел ужасный страх перед собственным отцом. — Сестрёнка… — Ханаби, отец сказал, они закончились, — я хочу выглядеть сильной в глазах младшей, её опорой. — Ничего, я уже перехотела играть, пойду поучусь. — Но ты так хотела поиграть. Мы можем сами сходить за стикерами, и по пути поболтать. — Не хочу. Ханаби разворачивается и уходит, а Хината остаётся стоять, вытянув руку, думая остановить младшую, но понимает — она всё слышала. ~~~~~~~~~~~~~~ — Хината, Хината… Хината! Девушка зависла, и по мере её зависания её лицо становилось всё мрачнее — было ощущение, что в конце она заплачет. — Да, — она резко поднимает голову и машет ею из стороны в сторону, смотря на всех здесь находящихся. — Что-то случилось? — она повернула голову. — Нет, всё в порядке, Минато-сан, я просто вспомнила детство. — Детство? Дорогая знай, ты можешь всё нам рассказать, если тебя это тяготит— мам смотрит на неё с грустью — Нет, ничего такого. Со мной так бывает. Так что там по игре? — она улыбается и переводит тему разговора. «Глупо, конечно, думать, что она сразу откроется незнакомым людям, но попытка не пытка». — Мы остановились на том, что ты не знаешь, кто ты, — Акира указывает пальчиком на «шпионку». — Я настоящая? — Да, но бываешь и в сказках. — Эм, я девушка? — Да. — Я выхожу замуж за принца? — Да. — Я принцесса? — Да, ты угадала! Полтора часа спустя. — Всё-ё, мне надоели ходилки, давайте в «Мафию». — Уже довольно поздно, пора спать, — глава семьи смотрит на наручные часы. — Милый, давай одну игру — и пойдём. — Отлично! Так, — Акира тасует пять карт и раздаёт их. — Напоминаю и объясняю, кто забыл или не знает, — на последних словах она смотрит на «шпионку». — У нас есть мафия, его задача — убить; врач, его задача — спасти жителей. Нам нужно выяснить, кто мафия, голосованием. — Давайте я буду ведущим, слишком устал, — вызывается папа. Все смотрят на карты. «Мирный, чёрт!» — Так, город засыпает, просыпается мафия. — Мафия сделала выбор. Просыпается доктор. «Чёрт, ничего не слышно!» — Доктор сделал выбор. — Город просыпается. Убили Акиру, а вылечили Хинату. — Это ты сделал?! — она поворачивается ко мне, злясь так, что на лбу надувается вена. — Чего?! — моему возмущению нет предела. — Я так хотела поиграть, а ты меня убил! — Да с какого перепугу?! — я злюсь на неё не меньше. — Дочка, убитые не говорят. — Не ругаться! Давайте думать. — Да что тут думать? Он специально! — Да я мирный! — я начал мотать руками. «Вот как доказать этой упёртой, а?!» — Сынок, согласись, это похоже на тебя. — Да вы чего?! — «Да, блять! Они серьёзно?!» — Ты всегда убиваешь Акиру при возможности без подозрений, но сегодня нас мало, поэтому мы догадались. — Даттебайё! Я понял: это ты мафия, поэтому так рьяно хочешь меня вывести из игры!— «не ожидал такой подставы от своей собственной матери!» — Кто за Наруто? Все подняли руки. «Это предательство». — Наруто, вскрывайся. — Посмотрите, я мирный! — откидываюсь на царгой и сиденье дивана, скрещивая руки. — Поздравляю, ты победила, мама, — бурчу. — Что, серьёзно не ты? — Акира наклоняется и рассматривает карточку. — Да, это не я. — Прекрасная игра, а теперь хватит, вскрывайтесь, — отец встаёт с дивана. — Это я. Все оборачиваются. «Шпионка» протягивает карточку с картинкой и надписью «мафия». «Не удивлён: шпионы прекрасно врут и скрываются». — Офигеть, ты ведь даже слова не сказала, — сестрёнка явно удивлена. — Получается, я выиграла? — Получается, что так. А теперь все спать. Мы собираем настолки, и я отношу их в шкаф под лестницей, потом обуваю сандалии и берусь за ручку. — Может, останешься? — Нет, мам, я и так задержался, а мне рано вставать. Я пойду. Она подходит, стискивая меня в медвежьих объятиях. Я целую её в макушку и ухожу. Пройдя пару километров: — Волк. — Да, Наруто-сама. — Скажи зайцу и лисе дежурить у дома, пусть присматривают за нашей гостьей. Силуэт АНБУ скрылся в ночи, а за ним и мой