1. Это твоё воспитание

      Был теплый апрель, солнце согревало молоденькие листочки на деревьях. Но стоило солнцу чуть скрыться за облака, как налетал еще холодный ветер и заставлял прохожих дрожать и кутаться в шарфы.       Маша медленно шла по тротуару, засунув руки в карманы растегнутого пальто, и мечтательно улыбалась. Девушка щурилась от солнца, перепрыгивая лужи, и не заметила, как дошла до Трехпрудного. Она повернула во двор, быстро взбежала по лестнице наверх и нажала на звонок.       Гурченко доставала из шкафа вещи, долго разглядывала их и складывала в чемодан. Актриса собиралась на съемки, Андрей Кончаловский ей предложил одну из главных ролей в своем фильме. В дверь позвонили, и женщина посмотрела на мужа, который сидел в кресле и задумчиво наблюдал за сборами жены. Л: - Маша? И: - Сейчас узнаем.       Кобзон встал и пошел открывать дверь. И: - Машуня, а мы не ждали тебя так рано. Проходи скорей, чайник еще горячий.       Девушка светилась от счастья, Иосиф сразу это заметил. Он помог ей снять пальто, и Маша прошла в комнату, чмокнув маму в щёку. М: - Ты уезжаешь? Л: - Привет, солнышко. Я же тебе говорила, у меня роль. Сложная. Съемки почти в тайге.       Актриса чуть улыбнулась и продолжала собирать чемодан. М: - Это надолго? Л: - Месяца на три точно. А там как пойдет... М: - Жаль...       Девушка плюхнулась в кресло, в котором несколько минут назад сидел Иосиф. Л: - Почему жаль, Машенька? М: - Потому что мы с Сашей сегодня подали заявление в ЗАГС. Через два месяца у нас будет свадьба.       Кобзон в это время вошел в комнату с чаем и поставил поднос на столик. И: - Свадьба? Мне не послышалось? Поздравляю, Машуня, вы хорошая пара.       Маша ждала, что мама оторвётся от своих дел, сядет и поговорит с ней. Но Люся слишком спешила, до поезда оставалось три часа, и она не отрывалась от чемодана и не смотрела на дочь. Л: - Подожди еще. Что это за детские прихоти? Нужно все обдумать и решить. М: - Мам… Все решено, я замуж выхожу. Мы с Сашей женимся. Что здесь думать?       Девушка смотрела в спину матери, Люся резко остановилась и медленно повернулась, у Маши внутри все похолодело. Л: - Замуж - это прекрасно. Но почему я узнаю об этом вот так, между прочим?       Актриса швырнула кофту на кровать и скрестила руки на груди. М: - Не между прочим. Я же пришла к тебе всё рассказать… Думала, ты поможешь мне с подготовкой.       Девушка закусила губу и боялась поднять глаза на мать. Л: - Маша! Ты не пришла, не спросила, не посоветовалась, а ставишь нас перед фактом. Ну какая свадьба сейчас? Тебе всего восемнадцать лет! М: - Мам, да при чем здесь мой возраст? Мы любим друг друга и хотим создать семью. Л: - Какая еще семья? Вы только школу окончили. А как же твоя учеба? Только поступила и сейчас же бросишь все? А где вы будете жить и на что? Иосиф попытался положить руки на плечи Гурченко, чтобы успокоить ее. И: - Ну что же здесь такого? Машуня вон у нас какая умница и красавица, самостоятельная. И Сашу мы знаем, они с седьмого класса вместе. Молодые могут жить с нами, места всем хватит. Тем более, что мы часто бываем в разъездах. Л: - Что ты несёшь? Они дети! Как они будут жить, на что? М: - Саша работает. И я тоже собираюсь подрабатывать вечером, после учебы. Бабушка сказала, поможет… И: - И мы поможем.       Кобзон кивнул и подмигнул Маше. Люся сбросила со своих плеч руки Кобзона. Л: - Зачем ты ей потакаешь? Они поженятся и сядут на нашу шею. И что дальше? А если дети появятся? М: - Да, появятся! Может быть, я уже беременна!       Девушка резко выкрикнула эту фразу, она встала и выпрямилась, внутри у нее все кипело оттого, что мать ее не поддержала в таком серьезном жизненном вопросе.       Актриса опешила и удивленно смотрела на дочь, в комнате повисло гробовое молчание. Но через несколько секунд Люся пришла в себя. Иосиф тоже изумлённо смотрел на Машу. Л: - Вот! Это твоё воспитание! С детства ей все разрешал. Машенька то, Машенька сё! Тебе восемнадцать, ни работы, ни жилья своего, а уже ребёнок! Поздравляю, ты поломала свою жизнь!       Актриса приложила ладонь ко лбу и покачала головой, словно у нее началась мигрень. Маша молчала, опустив голову и поджав губы. Ей было обидно, что мама не хочет ее понять. И: - Люсь, ну прекрати. Поэтому Маша и пришла к нам за поддержкой, мы ведь родители, а ты ее за это ругаешь.       Девушка исподлобья взглянула на Кобзона, она была благодарна ему за то, что он на ее стороне. С Иосифом у них отношения складывались лучше, чем с матерью. Певец не мог не поддержать девочку, но после того, что она сказала, ему стало тревожно, хоть он и не выдавал своих эмоций, ведь и правда Маша была еще сама ребенком. Л: - Что ж, ничего другого я и не ожидала. Вся в отца!       Гурченко отчеканила эту фразу и принялась закрывать чемодан. Сказанные ею слова больно ранили Машу и задели чувства Иосифа, ведь он давно считал себя отцом Марии. Пауза сильно затянулась, напряжение в комнате нарастало, и Люся добавила, закрыв шкаф. Л: - Бросит учёбу и уйдёт с головой в пелёнки!       Маша перебирала в руках край платья. В глазах девушки стояли слёзы, но возражать матери она не хотела, она знала, что это было бесполезно. Девушка даже пожалела, что все рассказала, и молча направилась к выходу. И: - Машенька…       Кобзон побежал за ней и остановил за локоть уже в коридоре. И: - Ты не принимай всё так близко к сердцу, мама просто волнуется за вас. Она тебя любит. И я тебя очень люблю. Дай ей время, и она станет мягче. А свадьбу мы вам сделаем самую лучшую, не переживай. М: - Спасибо.       Маша чуть улыбнулась уголком губ, взяла пальто и вышла из квартиры.       Кобзон закрыл за ней дверь, вернулся в комнату и встал, оперевшись плечом о косяк двери. И: - Люсь, зачем ты так. Обидела Машку. Она же по-хорошему пришла, рассказала...       Гурченко стукнула кулачком по чемодану и села на кровать. Л: - Начинается. Ты должен был мою сторону принять, а не ее. И: - Ты считаешь нормальным так давить на ребенка? Она ведь наша дочка. Даже если она сейчас ошибется с выбором, то это будет ее опыт. А мы просто будем рядом.       Люся засмеялась, не скрывая свой сарказм. Л: - Хочешь показать, какой ты хороший, а я плохая? И: - Не будь же ты такой эгоисткой!       Иосиф повысил голос на жену, Гурченко резко встала и схватила чемодан, ощутив всю его тяжесть. Л: - Я со своей дочерью сама разберусь! И: - Она такая же и моя дочь! Я ее вырастил, и у тебя не получится уколоть меня своими словами! Я помогу ей организовать свадьбу и точка!       Кобзон выхватил чемодан из рук жены и вышел с ним в коридор, внутри у него вспыхнуло чувство гнева, и он решил не продолжать эту ссору, ведь у каждого была своя правда и уступить друг другу никто не хотел. Л: - Ну и пожалуйста, помогай! Только оставьте меня в покое!       Актриса тоже перешла на повышенный тон, быстро прошла за Иосифом и сдернула свой плащ с вешалки. Л: - Я вызову такси, можешь меня не провожать.       Актриса невозмутимо накрасила губы красной помадой и завязала пояс плаща на талии. Иосиф заскрипел зубами и молча спустился к машине. Женщине не оставалось ничего кроме, как последовать за ним. Уже возле машины Гурченко схватилась за ручку чемодана и пыталась вырвать его из рук мужа. И: - Сядь в машину!       Певец положил чемодан в багажник, громко захлопнул его, взял актрису за руку и открыл перед ней пассажирскую дверцу. И: - На нас уже смотрят соседи, садись, я прошу тебя.       Мужчина понизил голос и сжал женскую ладонь. В груди Люси разгорался огонь, она мысленно уже дала крепкую пощёчину мужу, но после его слов машинально оглянулась, и сдерживая свой порыв, села в машину.       Перепалка между ними продолжилась уже в машине, актриса всю дорогу высказывала мужу, что он все позволяет Маше и этим испортит ей жизнь. Кобзон прекратил попытки доказать обратное Люсе и только качал головой, сжимая руль и играя желваками.       Когда они подъехали к вокзалу, Гурченко молча вышла из машины и направилась к поезду, не оглядываясь на Кобзона. Певец усмехнулся, достал ее чемодан и пошёл за ней. Такую манеру поведения своей жены в ссоре он уже хорошо изучил. Люся оглянулась, только когда проводница проверила ее билет и впустила в вагон. Кобзон послушно донёс ее вещи до купе и вошел внутрь, закрыв за собой дверь. Все места в купе были выкуплены актрисой для того, чтобы она могла спокойно ехать одна и изучать роль.       До отправления оставалось еще несколько минут, Люся села за столик и отвернулась к окну. Кобзон поставил ее чемодан, достал с верхней полки матрас и постельное бельё. И: - Тебя встретят там?       Он бросил взгляд на жену и положил на полку подушку. Л: - Встретят.       Гурченко неохотно ответила, не поворачиваясь. И: - В этой сумке еда. А вот здесь твои документы и билет, не потеряй. Люсь…       Актриса раздражённо выдохнула и стянула с шеи шелковый платок. Л: - Я знаю. П: - Провожающие, выходим. Через две минуты отправляемся.       Проводница постучала в дверь купе, и Иосиф с Люсей переглянулись. Актриса вдруг словно осознала, что их ждет разлука, и встала. Они с Кобзоном не отрываясь смотрели друг другу в глаза. Певец не растерялся, схватил любимую за талию и прижал к себе, страстно целуя напоследок. Люся хотела оттолкнуть его, но только слабо упиралась в его грудь и сжала пальчиками воротник мужа. Иосиф не собирался отпускать жену и чувствовал, как ее попытки сопротивления слабеют, пока женщина окончательно не сдалась и не обняла его за шею. Кобзон оторвался от ее губ и уткнулся носом в ее носик. И: - Я буду очень скучать, моя девочка.       Он видел сейчас перед собой абсолютно беззащитную и нежную женщину, которая смотрела на него и трепетала в его объятиях. Л: - Я тоже.       Люся тихо прошептала, и певец снова прильнул к ее губам на этот раз получая страстный ответ. Актриса запустила пальчики в мужские волосы и томно выдохнула. П: - Провожающие, выходим!       Голос проводницы снова раздался за дверью купе. И: - Котенок, там хоть будет откуда позвонить, в этой тайге?       Актриса кивнула и уткнулась в шею мужа, скрывая от него подступившие слезы расставания. И: - Береги себя. Звони мне каждый день. За Машку не волнуйся, мы все решим.       Иосиф вынужденно покинул вагон, Люся улыбалась ему в окне поезда и махала рукой.