13. Нет тела - нет дела

      Ручка двери резко опустилась вниз и довольно громко отскочила снова вверх, но дверь оставалась закрытой. Актриса зажала рот рукой и перевела взгляд на мужа. Л: - Это точно он. Он был здесь днём, когда нас не было. И сейчас вернулся.       Женщину трясло от страха. По спине Кобзона пробежал холодок, но он старался не подавать вида. И: - Люсь, это скорее всего обычный воришка, который решил, что в доме никого нет и его можно обнести.       Певец включил фонарик и резвым шагом направился к двери. Л: - Нет...       Гурченко встала на колени на кровати и закрыла рот обеими руками. Проходя мимо буфета, Иосиф взял в руку бронзовую статуэтку в виде лошади и наездника, чтобы использовать в качестве обороны. Мужчина резко провернул ключ в замке и распахнул дверь, готовый обороняться. И: - Ну! Кто тут такой смелый?       На крыльце никого не было. Кобзон просветил фонариком кусты, дорожки, прошелся до угла дома, но вокруг не было ни души, и мужчина вернулся в дом. И: - Я так и думал, что этот "кто-то" не ожидал, что в доме есть люди, и сам сбежал, услышав мои шаги.       Певец запер дверь и зажег все свечи в комнате, чтобы было светло. Он присел на кровать и притянул к себе дрожащую актрису. Л: - А вдруг он не ушел...       Мужчина нежно пригладил растрепавшиеся волосы любимой и поцеловал в височек. Люся сжимала в кулачке его рубашку. И: - Ушел, ушел. Там уже никого нет. Рыбка, тебе нечего бояться, когда я рядом.       Женщина прижалась к груди мужа и повернула голову, она смотрела на дверь. Л: - Я теперь не смогу уснуть. Давай уедем прямо сейчас.       Иосиф вздохнул, у него тоже пропал сон. Он укутал Люсю в одеяло, усадил к себе на колени, как маленького ребенка, и начал покачивать. И: - Утром уедем, любимая. Утром...       Кобзон так и не смог уснуть, а Люся в его объятиях успокоилась и задремала. На рассвете, когда уже стали кричать первые соседские петухи, певец аккуратно переложил жену на кровать, а сам начал собирать вещи.       Люся реагировала на каждый шорох, поэтому тоже встала, прибралась на кухне, и уже в семь утра пара была готова к отъезду.       Иосиф открыл дверь, ступил ногой за порог и увидел конверт, лежащий на крыльце. Гурченко остановилась у выхода, испуганно перевела взгляд на мужа и протянула руку вперед, чтобы певец поскорее взял ее за руку и она почувствовала, что пол под ногами по-прежнему есть. Кобзон крепко сжал руку жены, поднял конверт и раскрыл его. Л: - Это записка? От него? И: - "Люся. Вы заставили меня испытать глубочайшее отвращение, когда так по́шло целовались на крыльце, с этим типом, который не достоин вас. Я был зол и на него, и на вас. Но вы так прекрасны, что я не могу... Не имею права злиться на вас долго. Знайте, мне не приятен этот мужчина, которого вы называете своим мужем. Но он не преграда для нашего счастья. Не бойтесь. Вам я не причиню зла. Все еще надеюсь на свидание. Любящий вас П."       Кобзон зачитал содержимое записки вслух, и его зубы заскрипели, а глаза приняли волчий оскал. И: - Этот "П" вздумал поиграть с нами? Но у него это не получится. Л: - Йося... Я боюсь... И: - Ну что ты, родная. Прямо сейчас поедем в город и сразу в милицию. Обычный фанатик. Таким надо показывать, где их место.       Иосифа разозлили слова из записки, он запер дом, усадил Гурченко в машину и тронулся с места, крепко сжимая руль пальцами.       Люся сидела в машине возле здания отделения милиции. Она все время смотрела с опаской по сторонам. Иосиф вышел из отделения, строго держа руки внизу и сжимая кулаки. Певец сел в машину и ударил ладонями по рулю. И: - Такое ощущение, что я пытался достучаться до стены. Л: - Что они сказали, котик?       Актриса нежно положила свою ладонь на руку мужа, чтобы остудить его пыл. И: - Видите ли, они не могут постоянно охранять нашу квартиру. У них нет для этого оснований и людей. Максимум, который они предложили, это один раз в день к нам будет с проверкой приходить сержант и осматривать территорию вокруг дома. Л: - Ты показал записку? И: - Конечно, Люсь. Я все рассказал и объяснил. Но, как говорится, "нет тела - нет дела".       Мужчина завел машину и поехал в сторону дома. Актриса обреченно вздохнула, опустив глаза. И: - Успокойся, родная. В квартире гораздо безопаснее, чем в доме. Днем он вряд ли что-либо сделает, а ночью я всегда с тобой. Мы вместе и нам нечего бояться.       Одной рукой Иосиф сжал женские пальчики, поднес их к губам и поцеловал.       Гурченко снималась в телевизионных программах, выступала на концертах, Иосиф постоянно был рядом, сам отвозил ее и встречал, либо посылал за ней машину. Милиционер вечером дежурил возле дома известной пары, иногда поднимался на этаж, но ни разу не заметил ничего подозрительного.       Таинственный поклонник как будто исчез. Актриса больше не получала записок, не видела его под окнами и не замечала никаких других знаков его присутствия. Возможно, преследователя спугнула милиция или он сам потерял интерес к актрисе, но Люся стала чувствовать себя спокойнее и перестала каждый раз озираться по сторонам.       Так прошло две недели, и дежурство у дома артистов сняли. У Гурченко был выходной, она до обеда нежилась в постели. Певец с утра отработал на репетиции и вернулся домой после полудня. Отобедав, Иосиф уселся в кресло и изучал свежую газету.       Люся приняла душ, нанесла легкий макияж и вошла в гостиную в коротком халатике на голое тело. Актриса обошла кресло сзади, приблизилась к мужу и положила руки ему на плечи. Иосиф поцеловал ее руку, не отрываясь от газеты. Женщина провела руками по плечам певца вниз, склонилась и поцеловала его в шею. И: - Угомонись, чертовка.       Иосиф довольно улыбнулся и перелистнул страницу газеты. Люся забралась рукой под расстегнутую рубашку певца и провела пальцами по груди, помассировала шею. Певец сглотнул, прикрыл глаза и запрокинул голову на спинку кресла. Люся поглаживала его плечи и водила губами возле уха, тихо шепча. Л: - Давай поужинаем сегодня в ресторане...       Аромат ее волос и духов сводили мужчину с ума. По его коже бежали мурашки от прикосновений. Отбросив газету на пол, Кобзон взял жену за руку, обвел вокруг кресла и усадил к себе на колени. И: - Давай.       Женщина поцеловала мужа в щёку и спустилась губами к шее, расстёгивая мужскую рубашку. Нежные пальчики касались груди певца. У него пересохло во рту, когда Люся расстегнула последнюю пуговицу и вытянула низ рубашки из брюк, провела рукой по ремню и вниз по ширинке брюк. И: - Малышка, я не сдержусь...       Кобзон прохрипел и тяжело сглотнул, нежные прикосновения жены возбуждали его, он сжал ее бедра и провел ладонью по ножке, забираясь под халат. Почувствовав, что на женщине нет белья, его словно ударило током, он прерывисто задышал, пытаясь быстро расстегнуть свой ремень, но пальцы его не слушались.       Люся обняла мужа за шею и уселась на его ногах, словно верхом на лошади. Как только Кобзон высвободил свой набухший половой орган из брюк, раздался телефонный звонок. Телефон стоял рядом с креслом, и мужчина, стиснув зубы, поднял трубку. И: - Слушаю!       Люся игриво целовала мужа в шею и на выдохе прошептала. Л: - Нас нет дома. И: - Алло! Говорите! Ай, идите к черту!       На том конце провода была тишина. Певец бросил трубку и выдернул телефонный шнур, чтоб их больше точно никто не беспокоил. Л: - Котик... В ресторан я надену синее платье...       Актриса мягко скользила пальцами по груди певца и шептала ему на ухо. Кобзон тяжело сглотнул, ухватился за бедра жены, приподнял ее, притянув ближе и довольно резко вошел в горячее влажное лоно. И: - Ты во всех нарядах хороша.       Гурченко напряженно простонала, выгнув спинку, но потом снова превратилась в ласковую кошку, повторяя бедрами движения сильных рук мужа. Л: - В ЦУМе я видела сережки... Они идеально подошли бы к моему платью...       Люся касалась губами губ певца, но не давала себя поцеловать и сама не целовала. Иосиф плавился от наслаждения до его сознания плохо доходили слова, но сейчас он был на всё согласен, лишь бы угодить своей любимой. И: - Купим, Люсенька. Всё, что захочешь...       Мужчина тяжело дышал, у него кружилась голова, и он тянулся к губам жены, но она отдаляла их и улыбалась. Л: - Ну... только если ты настаиваешь...       На мгновение Иосиф остановился и посмотрел в глаза актрисе. Люся замерла, вопросительно приподняв брови. Мужчина стянул халат с ее плеч вниз, просунул руку под женское бедро, и каким-то акробатическим поворотом актриса оказалась развернута к певцу спиной.       Кобзон снова вошел в нее, поцеловав спинку. Своими ногами он раздвинул ноги Гурченко и пальцами коснулся клитора. Люся вцепилась в подлокотники кресла и застонала.       Иосиф двигался медленно, смакуя каждое движение и ловя каждый стон. Актриса начала вскрикивать и не в силах сдерживаться, откинулась назад на грудь певца. Кобзон в унисон ей тяжело дышал, не останавливая бедра, и прижал два пальца к горячим половым губам актрисы. Люся судорожно свела ножки вместе, зажав его пальцы. Мужской орган с трудом проталкивался в зажатое лоно, и всего через пару движений Кобзон кончил вместе с Люсей и уткнулся лицом в ее затылок.