То, что не должно было всплыть

Дамблдор слушал молча. Это пугало больше всего. Гарри сидел в его кабинете, ощущая на себе взгляды серебряных приборов и портретов бывших директоров. Фоукс тихо курлыкал на жердочке, будто стараясь сгладить напряжение. — Связь ослабла, — подытожил Дамблдор. — Но не исчезла. Это значит, что Волдеморт изменил способ существования. — Он стал слабее? — спросил Гарри, цепляясь за надежду. — Нет, — мягко ответил директор. — Он стал осторожнее. Дамблдор встал и подошел к Омуту памяти. — Есть вещи, которые я откладывал слишком долго, — сказал он. — Потому что надеялся, что они не понадобятся. Я ошибался. Он вынул из кармана тонкий флакон с серебристой субстанцией. — Это воспоминание не мое. И не Снейпа. Оно принадлежит человеку, который умер, считая, что поступает правильно. Гарри шагнул к Омуту. И мир рухнул. Он увидел молодого Волдеморта — еще Тома Реддла — стоящего в полутемной комнате. Напротив него была женщина. Не Пожирательница. Не ведьма в мантии. Обычная. Испуганная. — Ты не можешь создать только один крестраж, — говорил Том спокойно. — Семь — число силы. — Это безумие, — прошептала она. — Душа не выдержит. — Выдержит, если часть ее не твоя, — улыбнулся он. Гарри отшатнулся, когда понял. — Он… использовал чужую душу? — хрипло спросил он, выныривая из воспоминания. Дамблдор смотрел на него с бесконечной усталостью. — Да. И одна из этих частей… не была предметом. Тишина давила. — Тогда… — Гарри почувствовал, как внутри все холодеет. — Тогда я не единственный? — Нет, — ответил Дамблдор. — Ты — седьмой. Последний. Связующий. И если Волдеморт научился скрываться от тебя, значит, он пытается вернуть то, что потерял. Свою целостность.