Правила имею свойство гнуться.

Мне не так скучно! О, Мерлинова борода, мне так скучно. Зельеварение тянулось мучительно медленно - как патока в декабре. Основную часть материала я уже знала. Об этом заранее позаботилась тётя Нарцисса.  «Даже если ты ещё не учишься в Хогвартсе, основы магии и зельеварения ты должна знать, моя девочка», — говорила она, поправляя мою осанку лёгким шлепком по спине. Я и не противилась, мне нравилось учиться. Моментами было, конечно, грустно. Например, дядя Люциус часто брал Драко с собой по делам, и я оставалась одна. Пэнси в такие дни крутилась вокруг мэнора, пытаясь поймать его взгляд, а я… я училась. Но это ничего! Честно. Просто проводить время с братом мне нравится больше. Думаю, это очевидно. Я уже собиралась мысленно перебрать ингредиенты для «Живой смерти», когда голос Снейпа разрезал тишину, чем сильно напугал меня. — Хорошо. Раз мистер Поттер не смог ответить… — он сделал паузу, и я кожей почувствовала, как весь класс выдохнул с облегчением. — Мисс Блэк. Я быстро вздёрнула подбородок, выныривая из мыслей. Снейп стоял прямо перед моей партой, я даже не слышала, как он подошёл. Он всегда так делал: появлялся из ниоткуда, как сама смерть. — Раз уж вы закончили созерцать потолок в поисках вдохновения, — его губы дрогнули в усмешке, — может быть, уделите минутку нашему скромному занятию? В классе стало тихо. Слишком тихо. Я краем глаза заметила, как Драко напрягся, а Блейз перестал крутиться. Даже Теодор оторвался от своего блокнота. Снейп медленно достал палочку и указал на доску, где ровным счётом ничего не было написано. — Вопрос, мисс Блэк, похож на вопрос мистера Поттера, однако немного отличается. — Он сделал паузу, наслаждаясь тишиной. — Что получится, если смешать измельчённый корень асфоделя, настойку полыни и добавить три капли экстракта лепестков белой лилии? Я молчала. В голове все шестерёнки крутились со скоростью света.  Асфодель… полынь… белая лилия… где я это видела?  Снейп не сводил с меня глаз, и я чувствовала, что он не просто ждёт ответа – он испытывает меня. Специально. Вот же старый... — Ну же? — его голос стал ещё тише, отчего казался громче. — Для вас это, полагаю, базовый уровень. Давайте, мисс Блэк. В его голосе проскользнуло что-то похожее на сарказм, но я не могла понять, в чём дело. Что ему от меня нужно? — Учитывая… исходные данные… — продолжил он, и почему-то эти слова прозвучали так, будто он специально указывал, что тётя Нарцисса меня обучала, — вы должны знать этот состав лучше, чем кто-либо. Я почувствовала, как щёки заливает румянец. Но в следующий миг ответ вспыхнул в голове. — Это ингредиенты зелья Услады разлуки, профессор, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Редкая вариация зелья Живой смерти, которую варят только в состоянии глубочайшей личной утраты. Снейп замер на долю секунды дольше, чем обычно. В его глазах мелькнул огонёк, не то удивление, не то странное удовлетворение, а может, мне просто показалось. — Всё верно, мисс Блэк. — Он кивнул, отворачиваясь. — Десять очков Слизерину. И огонёк погас, сменившись ледяной маской, странный он всё-таки. И почему он смотрел на меня так, будто видел кого-то другого? Может, маму? Я выдохнула, сама не заметив, что задерживала дыхание. — А ты хороша, льдинка, — шепнул мне на ухо Теодор. Я дёрнулась от неожиданности. Он сидел так близко, что я почти чувствовала тепло его плеча. Весь урок он что-то чиркал в блокноте, который тщательно прятал. Тео постоянно отказывается показывать его, хотя рисует с потрясающим талантом. Даже больше, чем читает, а читает он, кстати, ужасно много! Блейз как-то попытался взять блокнот Нотта, так тот вырвал его обратно и оскорбил Блейза с такой интеллигентной злобой, что мы все онемели. Было… впечатляюще. — Я? Льдинка? — я выгнула бровь, поворачиваясь к Теодору. Вот же… пудель. Да, пуделем будет. — А кто ещё? — он хмыкнул, даже не отрываясь от рисования. — Вечно такая суровая. Как ледышка. Тает только у камина, и то редко. — Ты… — начала я, но сзади послышался смешок. Я узнала этот голос. Уизли. Я не поворачивалась, чтобы не привлекать внимание Снейпа, но от этого злость только росла. — Смешно тебе, Уизли? — прошипела я, даже не глядя на него. — Советую заткнуться, пока у тебя ещё есть рот. Наш стол затих. Снейп, к счастью, не услышал. Теодор чуть заметно усмехнулся, а Блейз прикрыл глаза, сдерживая смех. Драко сжал кулак под партой, кажется, Уизли его бесит не меньше меня, я видела это краем глаза. Правильно. Пусть рыжий знает, где его место. Я уставилась в свой пергамент и попыталась успокоиться, но внутри всё кипело. Какой же он противный. Этот Уизли, и Поттер, и вся их компания. Почему они вообще имеют право здесь учиться? На кой они здесь нужны? Только проблемы приносят. — Хватит, — тихо сказал Теодор, и я не поняла, кому это было адресовано, мне или Уизли, который уже раздражённо вздохнул, явно собираясь что-то сказать. Не знаю почему, но Тео я послушала и весь оставшийся урок молча конспектировала всё, что говорит Снейп. И всё равно, что всё это уже есть у меня в голове. Всяко лучше, чем отвлекаться на рыжих дураков, да простит меня Нарцисса за подобную вульгарщину. Драко шёл рядом со мной, сжимая в своих руках свою сумку так сильно, что его ремешок заскрипел. Откуда у мальчика 11 лет столько сил? Или он всегда таким был? — Малфой, смотри не лопни от раздражения, а то от тебя останется только лакированная макушка. — хихикнул Блейз подбегая к нам и сразу вырывая из рук Тео мою сумку. Ну вот, сейчас снова всё начнётся. — А ты, Забини, не мешай! — возмутился Драко, вырывая уже у Блейза мою сумку, на что этот шутник тут же потянулся обратно за моей сумкой. Так, это уже начинает надоедать! — А сумка моя что вам сделала? Она не пиньята! — забрала я свою сумку и прижала её к себе, слегка поглаживая. Эту сумку мне Нарцисса по указанию мамы купила. В честь поступления в Хогвартс. Не хватало ещё, чтобы такие дурачки, как мой брат и Забини, порвали её. — Льдинка, пошли лучше, они сами тут разберутся. — Тео с усмешкой посмотрел на ребят и показав им язык, взял меня за руку, и пошёл в сторону Библиотеки. — Ты куда мою сестру ведёшь?! — Нотт! — одновременно возмутились Драко и Блейз, на что я рассмеялась. Интересно, где Миллисента, Крэб и Гойл ходят? Наверное, опять решили прокрасться на кухню, чтобы перекусить. Они часто такое творят. Вчерашний день выдался ясным, с лёгким прохладным ветерком, но сегодня день ещё лучше. Ветер на улице был слабым, трепавшим мантии первокурсников. Гриффиндорцы и слизеринцы выстроились в две шеренги друг напротив друга. На траве лежали старые, потрёпанные школьные мётлы. ​Я встала рядом с Драко. Справа от меня, лениво опираясь на метлу, стоял Блейз, а чуть дальше, за его плечом, возвышался Теодор. Пэнси заняла место прямо за спиной Драко, то и дело бросая брезгливые взгляды на переминающихся с ноги на ногу гриффиндорцев. ​— Вытяните правую руку над метлой! — рявкнула мадам Трюк, её желтые, ястребиные глаза окинули строй. — И скажите: «Вверх!» ​— Вверх! — уверенно произнесла я. Метла мгновенно прыгнула мне в ладонь. У Драко получилось так же легко. У Поттера – тоже, что заставило меня едва заметно прищуриться. А вот у Грейнджер метла лишь лениво перекатилась по траве. Я не позволила себе усмехнуться, лишь отвернулась. Грязнокровка на то и грязнокровка. ​Всё шло терпимо, пока этот неуклюжий Долгопупс не оттолкнулся от земли раньше времени. Дальше был хаос: крик, неконтролируемый полёт, глухой удар о землю и хруст сломанного запястья. ​Как только мадам Трюк, строго приказав всем оставаться на земле, увела плачущего гриффиндорца в больничное крыло, тишину двора разрезал смех Драко. ​Он сделал шаг вперёд и наклонился, поднимая с травы стеклянный шар, который выронил Долгопупс. — Вы только посмотрите! — громко протянул Драко, привлекая к себе внимание. — Если бы этот толстый придурок сжал свою игрушку покрепче, может, вспомнил бы, как приземляться на задницу. ​Гриффиндорцы гневно загомонили, слизеринцы захихикали. Я почувствовала, как закипаю от раздражения от этой дешёвой театральности. ​Я резко шагнула к брату и вцепилась ему в локоть. — Положи на место, Драко, — тихо, но так, чтобы слышал только наш край шеренги, процедила я. — Не опускайся до уровня базарной сплетницы. Ты позоришь нас перед всей школой. ​Драко дёрнулся, его серые глаза на миг встретились с моими. Он знал этот тон. Я не терпела возражений. Но прежде чем он успел разжать пальцы и бросить шарик на траву, вперёд выскочил Поттер. ​— Отдай сюда, Малфой! — крикнул он, сжимая кулаки. ​И это всё испортило. Гордость Драко не позволила ему отступить перед Поттером. Он вырвал свою руку из моей хватки, вскочил на метлу и оттолкнулся от земли. Два придурка. Как ои вообще не подружились, если так похожи? — А пусть он сам её заберёт! — крикнул Драко, взмывая в воздух. ​Я осталась стоять на земле, чувствуя, как ногти впиваются в ладони от бешенства. — Твой братец снова в центре внимания, Никс, — тихо хмыкнул Блейз, наклонившись ко мне. Теодор, всё это время молча наблюдавший за сценой, лишь слегка повёл плечом. — Остынь, Льдинка, — его голос звучал спокойно, как всегда. — Пусть разобьёт себе нос, быстрее поумнеет. Драко стремительно набирал высоту, ветер трепал его светлые волосы. Я до боли сжала челюсти, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Идиот. Какой же непроходимый идиот! Ради чего? Ради того, чтобы потешить своё эго перед кучкой гриффиндорцев? — Вернись на землю, Поттер! — возмущенно крикнула Грейнджер, но этот очкастый герой, разумеется, никого не слушал. Он оттолкнулся от земли и взмыл вслед за моим братом. Действительно похожи. ​Они зависли высоко над землёй, прямо напротив витражных окон замка. Снизу до меня долетали лишь обрывки фраз. Поттер что-то кричал, явно угрожая, а Драко в ответ лишь смеялся. Вся эта сцена выглядела невероятно жалко, и я не собиралась в ней участвовать. ​— Лови, если сможешь! — звонко крикнул Драко. ​В лучах солнца блеснуло стекло – напоминалка Долгопупса полетела вниз, описывая широкую дугу. Поттер тут же бросился за ней. ​Я раздражённо прикрыла глаза, не желая даже смотреть на этот дешевый спектакль. Моя грудная клетка тяжело вздымалась, но внешне я сохраняла полное спокойствие. Малфои и Блэки не устраивают публичных сцен. Блейз рядом со мной тихо присвистнул, а Теодор даже не шелохнулся, всё так же наблюдая за происходящим. ​Сквозь прикрытые веки я услышала коллективный вздох ужаса со стороны гриффиндорцев, а затем – оглушительные радостные вопли. Открыв глаза, я увидела, как Поттер мягко приземляется на траву, сжимая в руке этот дурацкий шарик. Драко спустился следом, на его лице играла самодовольная ухмылка. Он считал себя победителем. ​— ГАРРИ ПОТТЕР! ​Голос профессора МакГонагалл прогремел так неожиданно, что половина первокурсников подскочила на месте. Она стремительно шагала к нам через двор, и вид у неё был такой, словно она готова была метать молнии. ​— Никогда... за всё время моего пребывания в Хогвартсе... — она задыхалась от гнева. — Как вы смели? Вы могли сломать себе шею! За мной, Поттер, немедленно. ​Декан Гриффиндора увела Поттера в сторону замка. Воцарилась мертвая тишина, которая уже через секунду взорвалась возбужденными перешептываниями. ​— Его точно отчислят, — прошептала Пэнси, злорадно хихикнув прямо за спиной Драко. — Пакуй чемоданы, Поттер! — громко гоготнул кто-то из слизеринцев. ​Драко подошел к нам, широко ухмыляясь, явно ожидая поддержки и похвалы за свою блестящую выходку. Он перебросился смешком с Крэббом, победно посмотрел на Блейза и, наконец, перевёл взгляд на меня. ​Его ухмылка дрогнула и медленно сползла с лица. ​Я смотрела на него спокойным взглядом, не выражающим абсолютно ничего, кроме разочарования. В моих глазах не было ни крика, ни открытой злости. Я не произнесла ни слова. Мне не нужно было унижаться до упреков при всех. ​Я просто развернулась на своих туфлях, идеально ровно держа спину, и пошла прочь с поля. Игнорировать его – вот лучшее наказание. Пусть подумает над тем, как глупо он выглядит, когда ведёт себя как неотёсанный гриффиндорец, позорящий нашу семью. ​Краем уха я услышала, как за мной последовали тихие шаги Теодора и Блейза. Драко же остался стоять на траве, и я кожей чувствовала его растерянный взгляд, сверлящий мою спину. Мы шли по коридорам замка. Спину я держала идеально ровно, как и учила тётя Нарцисса, но внутри у меня всё клокотало от ярости. Вокруг всё ещё толпились студенты, перешёптываясь о выходке Поттера и о том, как глупо выглядел Драко, оставшись с носом. ​После уроков я шла чуть впереди брата. Блейз и Теодор благоразумно держались на пару шагов позади, чувствуя моё настроение, от которого сейчас, казалось, мог покрыться инеем сам Хогвартс. ​— Ты хоть понимаешь, каким идиотом себя выставил? — процедила я сквозь зубы, не поворачивая головы. Мой голос звучал тихо, чтобы слышал только он, но в нём звенела непреклонность. — Устроил дешевый спектакль перед кучкой гриффиндорцев. ​— Никс, да он сам напросился! — попытался возмутиться Драко, догоняя меня. — Поттер возомнил о себе невесть что... ​— Замолчи, — так же тихо, но жестко оборвала я его, плавно скользя по коридору. — Не смей оправдываться здесь. ​Мы спустились в подземелья и, назвав пароль, шагнули в гостиную Слизерина. К моему огромному облегчению, она была абсолютно пуста. Зеленоватый свет от Черного озера мягко освещал кожаные диваны и холодный камень стен. Я резко остановилась и развернулась к брату. Мои глаза сузились, сканируя его растерянное лицо. Пэнси, Крэбб, Гойл, Малисента, Теодор и Блейз молча прошли к дальнему дивану, делая вид, что их здесь вообще нет. ​— А теперь слушай меня, Драко Малфой, — мой голос эхом отскочил от стен, больше не скованный рамками приличий, но всё такой же спокойный. — О чём ты, во имя Мерлина, думал? Ты рисковал вылететь из школы! Прошло всего несколько месяцев с начала учебного года, а ты готов был отправиться домой с позором из-за какого-то стеклянного шарика, принадлежащего Долгопупсу? ​Драко сжал кулаки, на его щеках вспыхнули красные пятна. — Меня бы не отчислили! Отец бы... ​— Отец был бы в бешенстве! — отчеканила я, делая шаг к нему. — Ты ведешь себя как импульсивный, неотёсанный гриффиндорец, позорящий нашу семью! Истинное превосходство – это холодный ум и контроль, а не крики на метле перед всей школой. Так нас учили! Зачем пачкать руки и устраивать этот цирк, если можно было осадить их совершенно иначе? ​Он отвёл взгляд. Его юношеская гордость была задета, но он молчал, потому что знал: я права. Драко всегда слушал меня, когда я осаживала его детские выходки. ​Я сделала глубокий вдох, незаметно поправляя свои тёмные волосы – жест, который всегда выдавал моё внутреннее напряжение. Внешне я оставалась всё такой же неприступной, но в груди болезненно сжималось сердце. Он мой брат. Когда он взмыл в небо за этим проклятым Поттером, у меня на секунду перехватило дыхание от страха. А если бы он упал? Если бы разбился так же, как этот неуклюжий Невилл? Или если бы МакГонагалл действительно исключила его, оставив меня здесь одну? Что бы я тогда делала? Без него? ​— Ты хоть понимаешь... — мой голос дрогнул, всего на долю секунды потеряв всю аристократичную твердость. Я сделала ещё один шаг и резко, но уже не больно, схватила его за плечи. — Ты хоть понимаешь, как я испугалась? Не смей больше так рисковать собой ради пустых понтов. Слышишь меня? ​Драко поднял на меня глаза. Вся его спесь куда-то испарилась. Он увидел то, что я так тщательно прятала за маской высокомерия – мою тревогу за него. ​— Прости, Никс, — тихо буркнул он, опуская голову. — Я просто хотел утереть Поттеру нос. ​— Утёр? — я выгнула бровь, отпуская его плечи и возвращая себе привычное спокойствие. — Теперь он наверняка станет героем Гриффиндора. В следующий раз, Драко, думай головой, а не своим ущемленным эго. ​Я грациозно развернулась и направилась к креслу у камина, чувствуя, как напряжение медленно отпускает мои мышцы. Я уселась в глубокое кожаное кресло у камина и демонстративно раскрыла книгу, выстраивая между собой и братом невидимую стеночку. ​Драко попытался исправить положение. Он пару минут стоял на месте, поджимая губы, а потом медленно подошёл ближе. — Никс… Ну ладно тебе, — тихо начал он, переминаясь с ноги на ногу. — Я же не знал, что эта старая кошка МакГонагалл так быстро прибежит. Да и Поттер сам за мной полетел… ​Я даже не подняла глаз от страницы. Перелистнула её с легким шуршанием, всем своим видом показывая, что его для меня сейчас просто не существует. Драко тяжело вздохнул, понимая, что пробить мой щит пока не удастся, и с досадой поплёлся к парням. Я всегда так закрывалась, когда он вёл себя ужасно глупо. ​Теодор к тому моменту уже устроился на длинном диване в углу, снова вытащив свой неизменный блокнот. Блейз, усмехнувшись, разбежался и с небрежной грацией буквально запрыгнул на второй край дивана, вытянув длинные ноги и слегка толкнув Нотта плечом. Тео лишь недовольно сдвинул брови, но даже не оторвался от рисования. ​Время в подземельях всегда текло по-особому, но сегодня вечер тянулся медленно и размеренно. За высокими стрельчатыми окнами вода Чёрного озера постепенно сменяла свой изумрудный оттенок на глубокий, почти чёрный бархат. ​Гостиная постепенно заполнялась людьми: старшекурсники с важным видом занимали дальние столы, обложившись фолиантами, младшие шептались в углах. Время от времени кто-то выходил, кто-то возвращался из библиотеки. Дрова в камине с тихим треском прогорали, превращаясь в золотистые угли, а за окнами изредка проплывала тень какого-то гигантского озерного обитателя. ​Спустя пару часов в центре гостиной появился староста Слизерина – Маркус Флинт. Его массивная фигура заслонила свет от камина. — Так, мелочь, живо по комнатам! — рявкнул он, скрестив руки на груди. — Отбой через пять минут. Если кого изловит Филч – вычту очки из рейтинга факультета лично. ​Гостиная начала быстро пустеть. Студенты неохотно поднимались с мест и расходились по спальням. ​Мы тоже поднялись. Драко бросил на меня последний виноватый взгляд, но я продолжала смотреть сквозь него. Однако, когда мы уже подходили к развилке коридоров, ведущих к женским и мужским комнатам, Блейз притормозил. На его губах играла та самая дерзкая, полубезумная ухмылка, которая говорила, что он что-то задумал. Он по очереди встретился взглядом со всеми нами: с Драко, Тео, с Пэнси, со мной. ​Без лишних слов парни стукнулись кулаками, а Блейз едва заметно кивнул нам. Это был наш молчаливый уговор: делаем вид, что идём спать, ждём, пока подземелья погрузятся в полную тишину, и возвращаемся. И когда вообще Пэнси притёрлась к нам? ​Спустя полчаса, когда в замке всё затихло, мы бесшумно выскользнули обратно в погружённую во мрак гостиную. ​— Ну и зачем мы здесь? — шёпотом спросил Драко, всё ещё оглядываясь на дверь спален. — Затем, что этот день был слишком паршивым, чтобы просто лечь спать, — тихо прошептал Блейз, подходя к нам вплотную. Его глаза азартно блестели в темноте. — Хватит сидеть в этих сырых стенах. Предлагаю сбежать на улицу и устроить настоящие ночные полёты. Без правил, без Трюк и без Поттера! Только мы. ​Он перевёл взгляд на меня, явно провоцируя и ожидая, подхвачу ли я эту безумную идею. — Полёты? Ночью? Ты совсем из ума выжил, Блейз? — я нахмурилась, снизив голос до едва слышного шепота. — Мы только что отбились от скандала с мадам Трюк, а ты предлагаешь подставиться под наказание Филча в третий месяц учёбы? ​— Блейз прав в одном: день действительно был отвратительный, — тихо подал голос Теодор. Он закрыл свой блокнот, аккуратно убрав его в карман мантии, и взглянул на меня своими спокойными глазами. Вот от него не ожидала! — Но выходить через главный вход – безумие. Картины спалят нас на первом же пролёте, а Норрис только и ждёт, когда кто-то из Слизерина оступится. ​— Ой, да ладно вам, ханжи, — Блейз ухмыльнулся, облокотившись о косяк. — У меня есть маршрут через гобелен на втором этаже, там картин почти нет. Главное – одеться потеплее, над озером ночной ветер кости пробирает. ​Я раздражённо вздохнула, поправляя воротник. Сердце требовало выплеснуть накопленную за день злость, и мысль о высоте казалась заманчивой. — Ладно, — сжав зубы, согласилась я. — Но если нас поймают, Забини, я добавлю в твоё зелье корень белладонны. ​Мы быстро метнулись по комнатам. Я накинула тёплую мантию, обмотала шею шерстяным шарфом. Когда мы вновь собрались в тёмной гостиной, Пэнси уже ждала нас, нервно поправляя края своего зелёного шарфа. ​Выбирались мы тихо. Теодор шел первым, отслеживая шаги и проверяя каждый поворот, Драко и Блейз прикрывали тыл, а мы с Пэнси двигались посередине. Когда мимо одного из коридоров бесшумно промелькнула тень кошки Филча, мы буквально вжались в холодную каменную стену, затаив дыхание. Один неверный шаг – и прощай очковый баланс Слизерина. Но нам повезло: скользнув через потайной ход за гобеленом, мы выскочили на прохладный ночной воздух к подножию замка. ​Свежесть ударила в лицо. Сначала мы сбегали к сараю у поля для Квиддича за мётлами. Уподножия Чёрного озера было прохладно, темно-зелёные воды казались почти чёрными под ночным небом. ​— Я на эту рухлядь не сяду, посижу здесь, — сухо отрезал Теодор. Он отошел к корням старого дуба, достал свой блокнот и, несмотря на полумрак, снова принялся что-то набрасывать. ​Мы вчетвером оторвались от земли. Холодный ветер мгновенно обжёг щёки, и ощущение свободы кружило голову. Драко летал молча, явно пытаясь сбросить напряжение и смущение после нашего разговора. Блейз делал виражи над самой водой, хохоча и подделывая движения профессиональных ловцов. Получалось у него, кстати, не так уж и плохо. — Ты как-будто всю жизнь на метле летаешь! — хохотнула я, но меня перебил крик Паркинсон. ​— Драко! Смотри! — крикнула Пэнси, но ветер тут же подхватил её край шарфа. Порыв воздуха сдёрнул его с шеи, и тёмная ткань поплыла вниз, зацепившись за верхние ветки высокой ели у берега. — Ой! Мой шарф! Драко, помоги! ​Я видела, как Драко на секунду замер. Он бросил на меня быстрый взгляд – явно искал способа доказать, что он не просто безрассудный мальчишка, а способный помочь товарищу маг. — Нашла о чём переживать, Паркинсон, — фыркнул он, но тут же направил метлу вниз, ловко пикируя к веткам, подцепил шарф кончиком метлы и поднял его обратно. ​— Спасибо, Драко! — защебетала Пэнси, забирая вещь. ​В этот момент странное чувство пробежало по моей коже. Затылок откровенно закололо от чужого присутствия. Пэнси тоже на секунду оглянулась на тёмные окна замка, нахмурившись, но тут же заулыбалась обратно. Видимо, тоже почувствовала. Я прищурилась, вглядываясь в высокие башни Хогвартса: никого не было видно, но ощущение, что за нами кто-то наблюдает, не покидало. Впрочем, никто нас не окликал, а значит, опасность пока миновала. ​— Эй, Никси, ты чего там зависла? — подлетел Блейз, его пальцы уже заметно покраснели от холода. — Замёрзла или пытаешься гипнозом заставить озеро замерзнуть? ​— Размечтался, Забини, — откликнулась я, перехватывая рукоять метлы. — Просто дураков вроде вас разглядываю. *** ​Спустя полчаса ноги и руки окончательно окоченели. Злость на Драко немного улеглась, уступив место физической усталости. Мы плавно снизились на пожухлую траву. Теодор уже ждал нас, пряча свой блокнот в мантию и дуя на замерзшие пальцы. ​— Пора возвращаться, пока Филч не решил проверить подземелья, — резюмировала я, поправляя шарф и чувствуя, как приятный румянец горит на щеках. Мы крались по погружённым во мрак коридорам, двигаясь почти бесшумно. Каменный пол под ногами отдавал холодом даже сквозь подошву, а каждый шорох мантии казался в этой тишине громким треском. Впереди двигался Теодор, отслеживающий шаги, за ним – я с Пэнси, а Блейз и Драко прикрывали тыл. Как и когда мы шли на улицу. ​Мы почти миновали поворот к астрономической башне, когда из тени соседней галереи вдруг донеслись тихие смешки и шепотки. ​— Патронус мне в ребро, да это же слизеринские змейки выползли на ночную охоту! — раздался знакомый, чуть сдавленный от смеха голос. ​Мы мгновенно замерли. Из-за гобелена выскочили близнецы Уизли – Фред и Джордж. Их ярко-рыжие шевелюры слегка светились в тусклом лунном свете, пробивавшемся сквозь стрельчатые окна. ​Драко тут же дернулся и рукав его мантии взметнулся, но я опередила его, сделав полушаг вперёд и прищурив глаза. ​— Не сдавайте нас, Уизли, а мы сделаем вид, что не видели вас, — отчеканила я тихим, но предельно ровным шепотом. Хотя страшно было ужасно, мало ли что придёт на ум этим шутникам. — Никому не нужны проблемы в первые месяцы. ​Фред с Джорджем переглянулись, и на их лицах расплылись абсолютно одинаковые усмешки. Им было абсолютно плевать на наши слизеринские угрозы, но сам факт того, что первокурсники-чистокровки вылезли ночью нарушать правила, их явно забавлял. ​— Да нам-то что, маленькая мисс Блэк, — хмыкнул один из них, отсалютовав мне двумя пальцами. — Мы-то тут по делу, а вот... ​Он не успел договорить. Из конца коридора донеслось характерное шарканье и противный, хриплый шёпот: — Я чую их, моя милая... Где-то здесь шлятся эти мелкие дряни... ​Норрис. И Филч. ​Пэнси за спиной едва слышно ахнула, вжимаясь в мою спину. Блейз мгновенно подобрался, готовый рвануть назад, а Теодор уже просматривал коридор на наличие ближайшей ниши. ​Но Уизли реагировали быстрее всех. ​— Валите в свои подземелья, змейки, вам проблемы с вычитанием очков сейчас ни к чему, — быстро шепнул Джордж, или Фред, я всё ещё не отличаю их, пихнув Драко в плечо по направлению к потайному ходу. — А у нас с Завхозом старые счёты. ​— ЭЙ! ФИЛЧ! А МЫ ТУТ СВАРОЧНЫЕ ЗЕЛЬЯ В КОРИДОРЕ ВАРЮ! — во весь голос рявкнул второй близнец и с грохотом швырнул какую-то гремящую жестянку в противоположный конец коридора. ​— ВОРЫ! НАРУШИТЕЛИ! — заорал Филч, и тяжелые шаги завхоза вместе с мяуканьем кошки мгновенно устремились в сторону улепётывающих рыжих братьев. ​Мы не стали ждать второго приглашения. Теодор ловко отпихнул край гобелена, и мы один за другим нырнули в узкий тёмный лаз. ​Оставшийся путь до подземелий мы преодолели на одном дыхании, почти не касаясь ногами пола. Назвав пароль каменной стене, мы буквально ввалились в пустую, погружённую в зеленый полумрак гостиную Слизерина. ​Внутри всё ещё веяло уютом от тлеющих углей в камине. Мы стояли в центре зала, тяжело дыша и переглядываясь. ​— А рыжие дураки... оказались не такими уж и бесполезными, — тихо протянул Блейз, вытирая ладонью выступающий от адреналина пот со лба. ​— Заткнись, Забини, — буркнул Драко, хотя в его голосе не было настоящей злости – только дикая усталость. ​— Всё. Давайте по комнатам, — сухо резюмировала я. ​Драко ещё на секунду задержал на мне взгляд, словно всё ещё надеялся услышать от меня окончательное слово за его дневной проступок, но я лишь слегка кивнула парням и направилась в сторону женских спален. ​Забравшись под тёплое одеяло, я ещё долго смотрела в темноту потолка, слушая ровное дыхание Пэнси с соседней кровати. Неделя была сумасшедшей. От надменных вопросов Снейпа и глупости брата на мётлах до ночного ветра над озером и неожиданной помощи от Уизли. Но закрывая глаза, я поймала себя на мысли, что этот ледяной ночной полет – лучшее, что случилось со мной за эти месяцы в Хогвартсе! *** Утро началось с тяжести в веках и жуткого желания выпить бодрящего зелья. Мы с Пэнси еле заставили себя встать. Однако, несмотря на дикую усталость и синяки под глазами, внутри всё ещё тлело приятное, азартное чувство. Мы сделали это! Наша вылазка удалась, и мы не попались! ​В Большом зале мы пересеклись с парнями. Драко выглядел не лучше нашего, но в его глазах больше не было вчерашней обиды. Блейз лениво ковырял вилкой яичницу, а Теодор, казалось, вообще не спал, но с идеальной осанкой пил тыквенный сок. ​Наш молчаливый триумф длился ровно до того момента, пока за нашей спиной не раздался знакомый, заставивший нас замереть, шёпот: ​— Мистер Малфой, мисс Блэк. А также мистер Забини, мистер Нотт и мисс Паркинсон. После занятий жду вас в своём кабинете. ​Снейп возник из ниоткуда, словно тень, и так же быстро испарился, шурша черной мантией. ​За столом воцарилась гробовая тишина. Я сжала кулаки под столом, ощущая, как приятный хмель вчерашней свободы мгновенно улетучился. ​— Рыжие предатели крови... — прошипел Драко, и его костяшки побелели. — Они нас сдали. Я убью этих Уизли. ​— Тихо ты, — процедила я, сохраняя внешнее спокойствие, хотя внутри всё также кипело. — Не привлекай внимания. ​Весь учебный день прошёл как в тумане. Мысль о том, что нас выследят, лишат очков или, что ещё хуже, отправят письмо тёте Нарциссе, не давала нормально учиться. Я не могла поверить, что близнецы, которые так хорошо отвлекли Филча, в итоге просто пошли и заложили нас декану. Ведь их бы так же наказали. ​Когда после последнего урока мы стояли перед тяжёлой дубовой дверью кабинета зельеварения, Пэнси едва ощутимо дрожала. Я постучала и, дождавшись сухого «Войдите», переступила порог. ​Снейп сидел за своим столом. Свет факелов плясал на его бледном лице, подчёркивая глубокие тени. Он медленно отложил перо и смерил нас тяжёлым, давким взглядом. ​— До меня дошли весьма... интересные сведения, — медленно произнёс профессор, и его голос эхом отдался от каменных стен. — Профессор МакГонагалл имела удовольствие наблюдать из окна своей башни за вашими ночными упражнениями над Чёрным озером. ​Мы замерли. Не Уизли. МакГонагалл. Вот же кошка... ​— Мисс Блэк, — Снейп на долю секунды задерживает взгляд на меня, и в его глазах мельком проскальзнуло едва скрываемое раздражение. — Вчера один из учеников Гриффиндора получил прямое исключение из правил и был зачислен в сборную факультета по квиддичу за нарушение школьного устава. Решение, мягко говоря... сомнительное. Но раз уж руководство школы считает возможным поощрять подобные строптивые выходки... ​Он перевёл взгляд на Драко, и уголок его губ чуть дёрнулся. ​— Я сообщил профессору МакГонагалл, что ваши ночные полёты были не нарушением, а внеурочной тренировкой, санкционированной мной. Мистер Малфой и мистер Забини, учитывая ваши... навыки обращения с метлой, которые были продемонстрированы, я зачисляю вас в сборную Слизерина на позицию ловца и запасного нападющего. Первокурсникам это запрещено, но, как мы видим на примере Поттера, правила теперь имеют свойство гнуться. ​Драко и Блейз опешили. На лице Драко разочарование и страх мгновенно сменились чистым, нескрываемым восторгом. Блейз сжал губы, едва ли сдерживая улыбку. ​— Вы можете быть свободны. И постарайтесь больше не попадаться на глаза декану Гриффиндора. Я не намерен покрывать ваши ночные прогулки бесконечно. ​Мы выскочили из кабинета Снейпа как пробки из шампанского. Едва дверь за нами закрылась, Блейз победно хохотнул, а Драко буквально сиял. ​— Ловец! Никс, ты слышала?! Я в команде! Поттер сдохнет от зависти! ​Я едва заметно улыбнулась, чувствуя, как тяжелый камень окончательно спадает с груди. Вся эта ситуация с исключением для Поттера явно вывела Снейпа из себя, и он просто не мог оставить Слизерин в проигрыше. ​— Поздравляю, братец, — сказала я, когда мы уже подходили к гостиной. — А теперь иди в спальню и пиши письмо дяде Люциусу. Думаю, отец будет в таком восторге, что к следующему матчу у всей нашей сборной окажутся самые последние модели мётел. ​Драко усмехнулся, расправив плечи, и кинулся к пергаменту, а мы с ребятами наконец-то смогли расслабиться в мягких креслах у камина, чувствуя, что этот день остался за нами. Блейз, судя по его виду, вообще не собирался рассказывать об этом миссис Забини. Может, хочет перед первой игрой рассказать? Вечерний Хогвартс погружался в полумрак. Отправив Драко строчить победное письмо дяде Люциусу, я же взяла стопку пергаментов с дополнительными конспектами по Трансфигурации и направилась на второй этаж. Задание МакГонагалл не ждало, да и побыть в тишине после этого сумасшедшего дня казалось лучшей наградой. ​*** Проходя по коридору второго этажа, я уже собиралась повернуть к лестнице, направляясь обратно в подземелья, как вдруг сверху, со стороны запретного третьего этажа, донёсся подозрительный шум. Тихое хлопанье дверей, спешный сдавленный шёпот и торопливый стук каблуков. ​Я мгновенно замерла в тени массивной арки, прижав руки к груди и затаив дыхание. ​Из-за поворота, оглядываясь по сторонам как затравленные зверьки, выскочила знакомая троица. Поттер, Уизли и Грейнджер. Они буквально неслись со стороны запретного коридора, тяжело дыша и едва не сбивая с ног попадающиеся на пути статуи. Уизли что-то напуганно бубнил под нос, Грейнджер строгим шёпотом пыталась его заставить замолчать, а Поттер с диким видом сжимал в кулаке волшебную палочку. ​Они промчались мимо моего укрытия, даже не заметив меня в полумраке, и скрылись на нижней лестнице. ​Я медленно вышла из тени, провожая их холодным прищуром. ​Запретный третий этаж. Тот, куда Дамблдор на пиру строго-настрого запретил ходить всем, «кто не хочет умереть мучительной смертью». ​«И какого хрена они там забыли?» — пронеслось в моей голове. ​Уизли и Поттер явно замышляли очередную глупость, но меня задело другое. Если этот очкастый герой и его компания так отчаянно рискуют, значит, на третьем этаже прячут что-то действительно ценное... или невероятно опасное. ​Уголок моих губ дернулся в полуулыбке. Похоже, зима в Хогвартсе обещает быть куда интереснее, чем я думала.