Глава VI: Новая игра

Прошла неделя с момента матча. Тех самых старшаков я видел всего пару раз краем глаза, а они на меня не обращали внимания вообще. Появилось лёгкое облегчение от того, что меня не будут бить за школой. Рому выписали из больницы, и он пришёл в школу с гипсом на руке. На последнем уроке в эту пятницу все были уставшими от тяжких уроков. Но оставалось последнее испытание — физика с Оксаной Сергеевной. Ох, как же мы ненавидим физику с ней, она ужасный учитель, и вдобавок ко всему у меня с физикой всё плохо. Все, даже отличники, вошли в класс будто на публичную казнь. Но к нашему счастью и удивлению в кабинете никого не было. На доске было написано:

Дети, Сегодня Оксаны Сергеевны не будет. У нас нет других учителей на замену. Откройте учебники на странице 122 и решайте задания вплоть до 124 страницы.

Мы переглянулись с друзьями, и улыбки сами появились на наших лицах. Когда Катя поняла, что произойдёт, они с Полиной одновременно сделали глубокий и недовольный выдох. Было понятно, что никто не будет учиться. Мы сели с пацанами за один стол, развернув стулья ближе. Я, Рома, Бяша, Юра и Мирослав — за последней партой. Катя, Полина, Алина и Вика — за другой партой. Мы просто общались какое-то время, но нам стало скучно от того, что последние истории, которые произошли, уже все были рассказаны. Девочки также скучали, и сплетничать им было уже не так интересно. Вдруг Юра встал, и у него будто бы лампочка над головой появилась, и он полез в рюкзак со словами, что у него есть идейка. Он достал из рюкзака колоду карт с тёмной обложкой и надписью «Мафия». Я сразу вспомнил фильм про Вито Корлеоне, но я не знал, что это за игра. Когда Юра понял, что мы не знаем, что это за игра, он начал доставать карты и объяснять нам правила игры. Перед этим он позвал ещё и девочек, которые были не против поиграть с нами. Он рассказал нам правила, и все захотели сыграть. Такую игру никто не знал, оно и видно — Юра же с Москвы привёз её. Юра решил быть ведущим и раздал всем карты. Я очень надеялся на мафию, но, к сожалению, мне попался мирный житель. В нашей игре было две мафии и один доктор, а остальные — мирные жители. Обидно, но что поделать. И вот город засыпает. Мафия и затем доктор сделали выбор. Мы проснулись. — Сегодня ночью хладнокровно убили… — Юра сделал драматическую паузу. — Мирослава. Мирослава? Так, так, так, кто же мог сразу убить Мирослава? Ну, точно не Алина, она любит его и не слила бы его сразу. Не думаю, что Рома, может быть… — Всем тихо! — крикнула Катя. — Убили Мирослава. Все вы, наверное, подумали, что это не Алина, что она не убьёт своего парня, но она специально так сделала, чтобы на неё никто не подумал, это же очевидно! — Ага, сразу решила всё на Алину скинуть, чтобы с себя подозрения снять? — парировал Рома. — Защищаешь Алину? — возразила Полина. — Так, может, вы оба мафия и просто так пытаетесь прикрыть друг друга? — А ты Катю защищаешь, может, это вы мафия? — ответил Рома. Я, Бяша, Вика и Алина сидели и просто смотрели. — Ребят, а может, это Антон? — предложила Вика. — Сидит и молчит, пытается не показываться на глаза, чтобы о нём не вспомнили. — Я? Я?! Ты вообще… ты тоже молчишь, но при этом мафия я?! Юра начал говорить: — Время на обсуждение закончилось. Я буду по очереди называть человека, а вы должны поднимать руки, если голосуете за исключение этого игрока. Голосовать обязательно, и можно проголосовать только один раз. В итоге были такие голоса: Рома: 1 Алина: 2 Полина: 2 Антон: 1 Вика: 1 Катя: 0 — У нас ничья между Алиной и Полиной. Сейчас новое голосование, но при этом голосовать можно только за Алину или Полину. Алина: 3 Полина: 4 — По итогам голосования Полина выбывает из игры, и она была… доктором. Все жалобно и недовольно заскулили из-за того, что мы выкинули доктора, и Полина очень обидчиво смотрела на Рому, а тот нервно чесал затылок. — Город засыпает… … — Город просыпается. Сегодня ночью убили… Рому. — Та за шо?! — крикнул тот, кидая свою карту с мирным жителем на стол. — Можете обсуждать. Так, так, так. Опять думать, но не слишком долго, а то в прошлый раз чуть не вылетел из-за этого. Катя много говорит, и ей убрать Рому, который на неё гнал, будет вполне логично. Но мафии две. Бяша бы не убил своего друга, или убил бы? Наверное, услышал, что Алина бы не убила Мирослава, так что они подумают, что это не он. Какой я умный. — Послушайте, пожалуйста, — начал я. — Моё предположение, что мафия — это Бяша, потому что он очень тихий и вообще ни слова не сказал, чтобы никто на него не подумал, а ещё он услышал в первом раунде обсуждения, что Алина бы не убила своего парня, так что Бяша убил Рому, чтобы никто не подумал: «Бяша точно не убьёт своего друга». Никто не посмел оспорить мой ответ, кроме самого Бяши. — Ты чё? Ты сам-то в прошлый раз сидел тише всех, на. А когда тебе Вика сказала, что ты подозрительный, потому что молчишь, сразу в этом раунде начал говорить больше всех? Чёрт, а это хороший аргумент. — В прошлом раунде было мало информации, здесь я больше понял. Катя смотрела то на меня, то на Бяшу, ожидая, пока мы закончим и чтобы она сама могла свою теорию дать. — Обсуждение закрыто, начинаем голосование. Антон: 2 Бяша: 2 Катя и Бяша проголосовали за меня, и в этом раунде мне предстоит объясниться перед ней, чтобы она проголосовала за Бяшу. — Антон, минута на оправдание, — сказал Юра и начал смотреть на свои наручные часы. — Катя, ты должна мне верить. Я сначала думал, что это ты, потому что ты гнала на Рому и потом избавилась от него, но это слишком подозрительно и банально, а ты умная, я знаю, что ты так не поступишь. Катя немного подумала, но промолчала. — Антон, время вышло, время Бяши. — Бля, ну Вика, на. Ну ты чё, совсем, что ли? Ну за меня-то зачем голосовать? Голосуй за Тоху, внатуре, на. Его аргументы были совсем не убедительны, так что по финальным итогам выгнали Бяшу, потому что Катя поменяла свой голос на него. — Поздравляю, вы исключили первую мафию. Осталось два мирных жителя и одна мафия. Ну теперь я сам за себя. Сложно решить, Вика была всегда очень молчаливая, а Катя, наоборот, была слишком громкой. Обе они проголосовали за Бяшу, хоть Катя и не сразу это сделала. Тут нужно ещё подумать… — 10 секунд, — сказал Юра. — Катя, это Вика, ты мне поверила и не пожалела, и сейчас тоже поверь. Это понятно, что Вика, аргументов не нашёл нормальных, но просто доверься мне. — Ладно, Антон, я тебе поверю. — Ну вы совсем обалдели, что ли? Что сразу на меня? — фыркнула Вика. — Начинаем голосование, — сказал Юра. — Поднимите руки, кто за Катю. Никто не поднял руку. — Поднимите руки, кто за Вику. Я поднял руку и посмотрел на Катю, ожидая увидеть, что она тоже подняла руку, но этого не произошло. — Кать, ты чего? Мы же договорились! — возмутился я таким предательством. — Я объясню тебе после того, как ты оказался мафией, — ответила та с едкой улыбкой. — Поднимите руки, кто за Антона. Вика и Катя подняли руки. — По итогам голосования исключили Антона… Победа в игре за… мафией. Вика встала из-за стола и дала пять Бяше, который словно светился от счастья хоть и Вика пожертвовала им для общей победы мафии. Катя смотрела на неё с шоком, а я — на Катю, как на настоящую предательницу. — Извини, Тоша, я думала, что ты так хочешь исключить Вику, чтобы быстро выиграть, и поэтому я решила проголосовать против тебя. — Вы закончили? — серьёзный мужской голос раздался по кабинету. В классе повисла гробовая тишина, и мы повернулись к тому мужчине. — З-здравствуйте, М-м-максим Геннадьевич. — Все, пройдёмте за мной. Мы послушно встали и пошли за директором в его кабинет. Никто не смел проронить ни слова, и даже Рома с Бяшей были напуганы ситуацией. Встав по струнке смирно в кабинете директора, мы начали слушать его. — Значит, вместо того чтобы учиться, как мы вам и велели, ведь я лично написал вам на доске указания, вы решили в карты поиграть. Много кто из вас отличники, но с таким отношением к учёбе мне слабо верится в то, что вы все эти оценки заработали честно. Особенно расстроен из-за тебя, Смирнова. Катя с испугом посмотрела на него и будто была готова заплакать, но сдержалась. — Ты ведь староста, пример для одноклассников и ещё и дочь Лилии Павловны. Если она узнает, чем её дочка на уроках промышляет, это даже попахивает увольнением. Слёзы тихо выступили у неё на глазах, и Катя опрокинула голову вниз, дабы не видеть никого, кроме своих ног. Нет, я так не могу. — Максим Геннадьевич, Катя тут не виновата, это моя затея. — Твоя, Антон? Хорошо… Все свободны. Антон, останься. Все, кроме меня, вышли из кабинета. — И как такое произошло? — Это игра Юры, но при этом я, когда был у него в гостях, увидел игру и… украл её… Потом Юра узнал об этом, но разрешил принести в школу, чтобы на перемене поиграть, но поиграли мы в неё на этом уроке. Я думал, что пропустить один урок будет не страшно… Мне было очень стыдно, также я боялся, что моих родителей вызовут в школу, и стоял с опущенным взглядом, смотря на ковёр в кабинете директора. — Антон, я видел, с кем ты общаешься. Роман и Игорь — они ведь… не такие цивилизованные, как ты. Я не запрещаю тебе с ними общаться, но просто советую не идти у них на поводу. Насчёт Смирновой не беспокойся, у неё проблем не будет. Можешь идти. — Спасибо большое, до свидания. — И запомни, это не поблажка, а предупреждение, первое и последнее. На следующее придётся вызывать родителей. — Я понял, — сказал я и сглотнул от такого страшного и сурового вида директора. Закрыв дверь, я с облегчением выдохнул и вытер пот с ладони о свою жилетку. Все стояли в коридоре и нервничали. Катя стояла в углу, а Юра не мог себе места найти и ходил туда-сюда. — Тох, ну чё там? — спросил Рома. — Да ничего, предупреждение только, а ещё сказал с тобой и Бяшей меньше общаться, — ответил я. — И ты его послушаешь? — Нет, конечно, но в любом случае ни у кого из нас проблем нету. Пойдём-ка уже, родители, наверное, заждались нас, на 20 минут опаздываем. Когда мы все пошли в раздевалку, Катя схватила меня за руку и, остановив, сказала: — Постой, Тоша, я хотела сказать… Она подтянула меня к себе за воротник и поцеловала в губы, а я и не успел ничего понять, когда она отстранилась. — Спасибо большое, что принял вину на себя, меня бы мама убила, если узнала. — Ничего, мне не сложно. — Слушай, можно мы к тебе домой пойдём? У меня телевизор сломался, и скучно одной в четырёх стенах гнить. — Я не против.