Глава 27 — Дорога домой

Проклят с рождения, милый… И все твои худшие страхи сбылись. Но, знаешь, ты не первый здесь, на земле, милый… Я всё ещё здесь. И я тоже проклята… проклята, как и ты.

Тонкс опустилась на маленький стул, стоявший рядом с больничной койкой Ремуса в Больничном крыле, и тревожно вгляделась в его спящее лицо. Его привычный послелунный вид сейчас казался ещё более измождённым из-за тех огромных рисков, на которые он пошёл ради неё… под глазами по-прежнему лежали тёмные тени, а на обычно гладкой коже проступала щетина. Она почти силой удержала себя от того, чтобы провести пальцами по его щеке, прекрасно осознавая, что миссис Уизли всего в нескольких койках от неё, увлечённо беседует с профессором МакГонагалл. Ей стоило невероятных усилий не наклониться и не поцеловать его… или не вскочить на стул и не закричать на всё крыло, что она его любит и что они вместе. Но они оба до сих пор сдерживались и никому ничего не говорили… даже не потому, что обсуждали это и договорились — они просто инстинктивно знали, что пока это должно остаться личным. Без сомнения, они уже вызывали подозрения, и Тонкс была уверена, что накануне заметила, как Дамблдор ей подмигнул. Почти через полчаса после того, как она села, Тонкс увидела, что Ремус зашевелился, и наклонилась ближе, внимательно наблюдая за ним. Он зажмурился от света и тихо застонал, а потом с усилием открыл глаза и увидел её. — Привет, спящая красавица… — мягко сказала она. Он криво улыбнулся ей и потёр лицо, пытаясь окончательно проснуться. — Как ты себя чувствуешь? — Гораздо лучше, — зевая во весь рот, ответил он. — А ты… перестала уже носиться по комнате? Она смущённо ухмыльнулась… она и правда чуть ли не танцевала от счастья, когда влетела в Больничное крыло и рассказала Ремусу о подарке Гарри. — Не совсем, — призналась она. — Я сегодня утром была в Гринготтсе! Только мысль о том, как охранники снова выволокут меня оттуда за шкирку, остановила меня от того, чтобы схватить своё золото и засунуть его прямо в глотку этим самодовольным зелёным гобли… — Я понял, — сухо перебил Ремус. — Так что теперь… всё выплачено? — Одним вкладом я умудрилась не только закрыть все долги, кредиты и сборы, но и открыть счёт с высоким процентом… не только для родителей, но и… ну… — Ну? — подозрительно переспросил Ремус. — Ну… для нас, — тихо сказала она, ужасно смутившись. — Что?! — Тш-ш! — зашипела она, замахав руками, когда МакГонагалл и миссис Уизли с любопытством обернулись в их сторону. — Что? — уже шёпотом, но не менее настойчиво повторил он. — Я отложила немного денег для нас, — сказала Тонкс, неловко поёрзав, а потом поспешно добавила: — И прежде чем ты что-нибудь скажешь! Я знаю, что мы только… ну, мы только начинаем, и общий счёт — это обычно для пар, которые вместе выбирают сервизы. Просто… Гарри был слишком щедр… и я не хочу жить только на его деньги или деньги Сириуса. Я хочу, чтобы у тебя тоже что-то было. Это справедливо… — Тонкс… — выдавил он сдавленным голосом. — Ты не можешь просто… отдать мне своё золото! — Я сказала Гарри то же самое, но он меня и слушать не стал… так что я учусь у мастера. Ну же, мы же говорим о Сириусе… он бы хотел, чтобы у тебя тоже было. — Но… — Ремус, пожалуйста… — отчаянно сказала она и, нарушив собственные приказы, взяла его за руку. — Это золото не твоё и не моё… в равной степени! Ты прошёл через настоящий ад, помогая мне… теперь я делаю что-то для тебя. — Я делал это не для того, чтобы ты мне расплачивалась… — пробормотал он, глядя на своё измождённое состояние. — Я знаю, — твёрдо сказала она, сжимая его руку. — И я делаю это не из-за долга… я хотела бы дать тебе это золото, даже если бы ты никогда ничего для меня не сделал. Я… я просто хочу, чтобы ты был счастлив. — Я счастлив, — сказал он, поднимая взгляд и встречаясь с её глазами. — Сейчас. Тонкс улыбнулась, с трудом веря своему счастью. Ещё месяц назад она тонула в долгах и депрессии. Ремус был единственным, что удерживало её на плаву… а теперь… — Это нереально… — пробормотала она, наполовину себе, наполовину ему. — Что именно? — мягко спросил он. — Всё, — сказала она, чувствуя, что от счастья уже никогда не перестанет улыбаться. — Деньги… всё! Я не могу поверить, что ты хочешь быть со мной… — Было бы глупо не хотеть, — рассмеялся он. — Ты потрясающая. Она удивлённо рассмеялась: — Это было совсем не по-ремусовски! Ты что, тренировался с теми упражнениями «расслабься», которые я тебе задавала? — Я просто констатирую факт, — снова рассмеялся он. — И вообще… откуда ты знаешь, какой я внутри? Может, я думаю об этом постоянно. Тонкс снова только рассмеялась, глядя на его поведение, и одарила его хулиганской ухмылкой: — Может, стоит познакомить тебя с внутренней Тонкс? — И какая она… застенчивая и сдержанная? — Чёрта с два! — легкомысленно фыркнула она. — Ты бы слышал, что она о тебе говорит! — Теперь мне любопытно, — сказал он, криво усмехнувшись. — И что же? — Скорее, что она думает, — озорно протянула Тонкс. — Например, прямо сейчас она размышляет о том, что если бы Молли и остальные не были в этой комнате, она бы залезла на тебя и… — Пожалуй, на этом месте лучше остановиться до лучших времён, — быстро сказал Ремус, слабо покраснев. — До лучших времён, да? — переспросила она, с явным удовольствием наблюдая, как он смущается. — Именно, — ответил он, собираясь с духом и сопротивляясь её целенаправленным попыткам вогнать его в краску. — Я сегодня ухожу отсюда, независимо от диагноза, и предлагаю куда-нибудь выбраться. — Только вдвоём? — с вызовом уточнила она. — Определённо только вдвоём, — заявил он. — Хотя внутреннюю Тонкс можешь взять с собой, если хочешь. — А как насчёт двойного свидания? — лукаво предложила она. — Позови внутреннего Ремуса… мне бы хотелось побольше узнать об этой интригующей стороне твоей психики. — Ну хорошо, — невозмутимо согласился он. — С нетерпением жду, — счастливо ухмыльнулась Тонкс. — И, между прочим, теперь у нас есть и деньги, и время, чтобы поехать куда угодно… и я уверена, Сириус одобрил бы трату их на совершенно нелепые вещи вроде мороженого и огневиски! — Ты только что описала моё идеальное свидание, — сказал он, на что она просто показала ему язык. — Жаль только, что мы оба бездомные, — сказала Тонкс, сморщив нос, наткнувшись на очевидный изъян их блестящего плана. — В доме на Гриммо будет не слишком романтично, когда вокруг все… внутренняя Тонкс не одобряет. — Ну, мисс Богачка, — спокойно заметил Ремус, даже не моргнув при этом разговоре, — раз ты теперь при деньгах, можешь вернуть себе квартиру. — Ой, точно! — воскликнула она, слегка ошарашенная тем, что не додумалась до этого раньше. — Конечно могу! Я даже могу снять новую… такую, которая не пахнет гнилыми кильками каждую третью субботу месяца. — А старая пахла? — отвлёкся он. — Ага… так и не выяснила почему, — пожала она плечами. — Думаю, это было связано с соседом… из той квартиры шли очень подозрительные запахи. Наверняка нелегальный зельевар. — В любом случае, — сказал он, уже приподнимаясь на кровати и широко улыбаясь ей, — теперь у тебя есть деньги на новое жильё. — Хочешь пойти смотреть квартиры? — пошутила она. — Заодно и сервизы подберём. — Не прямо сейчас, — легко ответил он, заставив её на секунду удивлённо замереть… он что, думает о будущем? Ей пришлось силой отогнать от себя мысли о том, как они с Ремусом живут вместе, отчаянно стараясь не представлять, каково это — просыпаться каждое утро рядом с ним. Однако мечтательная улыбка всё же, видимо, появилась на её лице, потому что Ремус тихо рассмеялся. — Я не видел тебя такой счастливой уже много месяцев, — сказал он. — У меня и поводов для счастья не было уже много месяцев, — возразила она, улыбаясь ему с, по её собственному ощущению, совершенно влюблённым выражением лица. — Хотела бы я, чтобы весь мир был сегодня так же счастлив, как я! Он кивнул, соглашаясь, и взгляд Тонкс невольно скользнул поверх его плеча к койке через одну. Гарри сидел на краю, по-турецки, лицом к Китти, которая устроилась напротив точно так же. Они говорили тихо и серьёзно, и улыбка вдруг сползла с лица Тонкс… чёрт с ним, с целым миром — ей хотелось, чтобы все в этой комнате были так же счастливы, как она. Ремус, должно быть, заметил её выражение, потому что тоже обернулся через плечо, и его лицо слегка омрачилось. — Это ужасно сложная ситуация, — задумчиво сказал он, и Тонкс кивнула. — Выхода из неё нет, да? — Нет, — тяжело вздохнула она. — Как ни смотри… они не могут быть вместе так, как им хочется. По крайней мере, пока. — Будем надеяться, что им удастся продержаться вместе до конца Хогвартса, — сказал Ремус. — Да, я думаю… — начала Тонкс, но внезапно застыла на полуслове. Ремус выжидающе уставился на неё. Она сидела неподвижно, нахмурив брови и явно глубоко задумавшись. — Зубы Мерлина… — тихо выдохнула она. Фраза повисла в воздухе, а её взгляд устремился куда-то вдаль. — Что? — подтолкнул он, когда стало ясно, что продолжения не будет. — Я только что подумала… Он снова ждал, растерянно наблюдая, как она прокручивает что-то в голове. — А что если… — начала она и вопросительно посмотрела на него. — Это же сработает, правда? — Что именно? — раздражённо спросил он. — Мне нужно срочно к Дамблдору! — воскликнула она, вскакивая на ноги. — Ты со мной? — Если пойду, я услышу окончания твоих предложений? — спросил он, уже неловко свешивая ноги с кровати. — Да! Пошли! — сказала она, хватая его под руку и почти утаскивая к двери. — Я просто гений! — Если ты так говоришь… — добавил Ремус, уже понимая, что его участие в разговоре больше не требуется.

***

— Это всего лишь ушиб. — Ты уверен? Да у меня же голову разрывает! Гарри нахмурился, отодвигая в сторону разноцветные косички, которые сейчас заменяли Китти волосы, и внимательнее осматривая бок её головы. — Честно… просто синяк. — А насколько он большой? — потребовала она. — С пулю размером, — невозмутимо ответил он. Она раздражённо отбила его руку и отодвинулась, а Гарри тихо вздохнул. Он прекрасно понимал, почему она в плохом настроении… это было очевиднее некуда… но от этого справляться с её состоянием легче не становилось. И без того было сложно пытаться её развеселить, когда ему нечего было предложить… а тут ещё и полное отсутствие отклика. — Иногда у тебя такт, как у кувалды, Гарри, — заметила она, откидываясь на подушки больничной койки и скрещивая руки на груди. — Я стараюсь, ладно? — выпалил он. — Не каждому парню приходится разбираться с тем, что его девушка пытается себя убить. Почти сразу после того, как слова сорвались с его губ, он пожалел о них… а выражение лица Китти мгновенно заставило его почувствовать себя отвратительно. — Ах, прости, Гарри… правда тяжеловато, да? — язвительно спросила она, явно задетая. — Ты же знаешь, я не это имел в виду, — тут же извинился он. — Я просто… волнуюсь… Она недоверчиво уставилась на него, а потом перевела взгляд ему за спину. Гарри обернулся и увидел, как Тонкс почти бегом вылетает из комнаты, практически таща за собой Ремуса. Он вспомнил слова Рона о том, что они просто хорошие друзья, и несколько секунд задумчиво наблюдал за ними. — Послушай… прости, — снова сказал Гарри, поворачиваясь к Китти. — Давай не будем… давай не будем ссориться, когда у нас и так так мало времени осталось? — Ладно, — вздохнула она таким тоном, который ясно давал понять, что отзывчивее она не станет. — Только имей в виду… у меня адская головная боль. — Пойдём прогуляемся? — предложил он, слезая с её кровати. — Я ведь ещё не показывал тебе башню, да? Двадцать минут спустя они шли по коридору четвёртого этажа… последние пять из них — в полном молчании. Китти не могла придумать, о чём говорить… голова всё ещё болезненно пульсировала, а Гарри был погружён в свои мысли. Она слишком хорошо знала его задумчивые состояния, чтобы не понимать — ничего хорошего из них никогда не выходило. — Ну давай, — наконец сказала она, устав от этого напряжённого молчания. — Что? — Скажи уже, что у тебя на уме, — пояснила Китти. — Я отсюда слышу, как у тебя шестерёнки скрипят. Гарри остановился и повернулся к ней, на лице — лёгкая тревога. — Я тут подумал, — осторожно сказал он, разглядывая свои руки. — Ты могла бы пожить в доме Сириуса. Она какое-то время молчала, хмурясь, пока их голоса эхом отдавались от каменных стен. — В доме Сириуса? — наконец спросила она ровным голосом. — Да… он же оставил его мне, — ответил Гарри. — Ты могла бы там остановиться. Там действительно безопасно, и члены Ордена почти каждый день туда заходят. Кажется, профессор Люпин сейчас там живёт. Китти медленно кивнула, какое-то время глядя себе под ноги. Она и сама не понимала почему, но как только слова были произнесены вслух и начали складываться в конкретный план, реальность её скорого отъезда вдруг стала пугающе ощутимой. — Наверное, это хорошая идея, — сказала она, с трудом подбирая слова, чтобы выразить своё сопротивление. — А что это за место? Гарри слегка замялся, и она восприняла это как дурной знак. — Мрачное, — честно признался он. — Сириус там почти с ума сходил… но это единственное безопасное место, которое я могу придумать… Волдеморт всё ещё где-то там. Китти нахмурилась ещё сильнее. Ей по-прежнему было трудно поверить Гарри, когда он говорил, что той ночью она на самом деле не убила Тома Реддла. Шесть пуль в грудь… никто не мог этого пережить. Никто человеческий, по крайней мере. — Китти? — тревожно окликнул её Гарри. — Ты правда думаешь, что мне стоит? — только и спросила она. — Там безопасно… — беспомощно начал он. — Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности. — Я знаю, — глухо ответила она. — Наверное, это лучшее, что у нас есть. В тот момент Китти как никогда в жизни не желала, чтобы Том Реддл никогда не нашёл их тогда в Вулверхэмптоне… чтобы не было кладбища, церкви, автокатастрофы… чтобы ничего этого не было. Том Реддл разрушил их жизнь. — Дамблдор может что-нибудь придумать, — предложил Гарри голосом, в котором слышалось, что он прочёл её мысли. — А если нет… всегда есть Рождество… Они оба инстинктивно посмотрели на залитые солнцем окна коридора, откуда тёплый позднелетний свет окрашивал всё вокруг. Зима казалась невозможной, невероятно далёкой. — Я тут думала, Гарри… — сказала Китти, заворожённо глядя на одно из витражных окон. — Папс… э-э… Дамблдор сказал мне кое-что… я всё думаю об этом… — О чём? — спросил он, чуть повернувшись к ней. — Он сказал, что мне стоит увидеть в этом возможность, — ответила она. — Сказал, что я должна воспринимать всё это как новый старт… что теперь у меня есть шанс начать сначала и стать тем, кем я хочу быть. Гарри едва заметно улыбнулся: — Похоже на Дамблдора. И что ты об этом думаешь? — Я… — начала она, пытаясь понять, как облечь в слова то, что чувствовала сейчас… и поймёт ли Гарри, что она на самом деле имеет в виду. — Думаю, это звучит потрясающе, — наконец выдохнула она, поворачиваясь к нему с умоляющим взглядом. — Гарри, ты знаешь мою историю… знаешь все ужасные вещи, которые я видела и делала. Я всегда считала, что это не моя вина — из-за мамы, из-за воспитания, из-за всего подряд… всё время обвиняла кого угодно, только не себя. Я всегда хотела сбежать и стать кем-то другим и… — …и теперь ты можешь, — закончил за неё Гарри, внимательно глядя на неё. Она с облегчением выдохнула, поняв, что он её понял, потянулась к нему, взяла его руку и переплела их пальцы. — Ты можешь представить, Гарри… — спросила она отрешённым голосом. — Я могла бы стать кем угодно, начать сначала… сделать всё правильно на этот раз. Мой второй шанс. — Думаю, это именно то, что тебе нужно, — сказал он уже с грустной улыбкой. — Кем ты хочешь быть? Она бросила на него косой взгляд, тоже улыбаясь. — Я хочу быть тем, кем ты бы гордился. — Я и так тобой горжусь, — сразу сказал он. — Я хочу, чтобы ты по-настоящему мной гордился, — настаивала она. — Я и так горжусь, — устало повторил он, останавливаясь и притягивая её ближе. — Послушай, Китти… ты спасла мне жизнь. Ты не отказалась от меня, ты сражалась с Пожирателями смерти и с самым злым волшебником в мире. Ты вообще понимаешь, сколько людей способны на такое? И сколько — нет? Я не мог бы гордиться тобой больше, чем сейчас. Она застенчиво улыбнулась, и он наклонился к ней, легко и нежно поцеловав в губы. Она мечтательно закрыла глаза и ответила на поцелуй… и им обоим почему-то было достаточно того, что он оставался почти невинным. Когда Гарри отстранился, Китти едва заметно улыбнулась и прижалась лбом к его лбу. — Раз уж тебя так легко порадовать, Поттер… — тихо сказала она, — давай скажем, что я хочу быть той, кем я буду гордиться. Гарри тоже закрыл глаза, довольный тем, что они могли бы стоять так вечно… её губы почти касались его. — И я всё сделаю правильно, Гарри, — пообещала она вполголоса. — Я не повторю тех же ошибок во второй раз. — Ты могла бы совершить их хоть миллион раз, и мне было бы всё равно, — ответил он, и она почувствовала вибрацию его голоса всем телом. — Я всё равно хотел бы тебя так же сильно. Она тихо рассмеялась и сократила едва заметное расстояние между ними, снова поцеловав его… сердце бешено колотилось в груди, и она не могла вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя настолько… живой. Словно уловив её мысли, Гарри внезапно углубил поцелуй, и она с благодарностью позволила ему прижать её к стене, притягивая его ближе. Кровь прилила к голове, ноги стали дрожать и подкашиваться. Когда она наконец отстранилась, то поняла, что вся дрожит… почти испугалась, что если сейчас не остановится, то уже не сможет. В этом поцелуе было что-то, уходящее глубже простого желания. Гарри смотрел на неё странно блестящими глазами… он был так же потерян в этом мгновении, как и она. — Всё хорошо? — тихо спросил он. Не совсем понимая, что он имеет в виду, она лишь неловко улыбнулась. Гарри ответил ей улыбкой, сделал шаг назад и взял её за руку, приглашая идти дальше. Она молча пошла рядом, несколько мгновений пытаясь стряхнуть с себя туман, внезапно заполнивший голову… и к прежней головной боли он не имел никакого отношения. — Ты что-то притихла, — наполовину серьёзно рассмеялся Гарри. — Думаешь о доме Сириуса? Она чуть улыбнулась: — Вообще-то я просто гадала, ты всегда так хорошо целуешься… или околосмертный опыт тут немного помог. Гарри рассмеялся: — Приятно знать, что ты воспринимаешь всё это всерьёз. — Ещё как, — сказала она, снова останавливаясь и поворачиваясь к нему. — Я думаю, я готова взять ответственность за себя. Я буду принимать собственные решения и перестану жить так, будто я неуязвима и ничего не имеет значения. Я сделаю так, чтобы каждая секунда была важна. Гарри молча кивнул. — Так что я перееду в дом Сириуса, если ты хочешь, — пообещала она ему. — Я приведу свою жизнь в порядок. И буду считать дни до Рождества.

***

Тонкс бродила по территории Хогвартса, нежась в тёплом солнечном свете, который словно вытягивал из неё всю болезнь и тоску, копившиеся неделями. Она и вспомнить не могла, когда в последний раз была так счастлива… она наконец-то была с Ремусом, расплатилась с долгами, ей больше никогда не придётся возвращаться в Азкабан… И, несмотря на надвигающуюся войну, именно в этот момент ей казалось, что нет на свете места, где ей хотелось бы быть больше… Так редко случалось, чтобы дела действительно шли хорошо и чтобы у неё были хорошие новости для кого-то, что Тонкс чувствовала — она вот-вот лопнет от счастья прямо здесь, на аккуратно подстриженном газоне Хагрида. Всё то, что последние месяцы катилось под откос, вдруг словно оказалось под контролем… упорядоченным… выстроенным. Будто они наконец все сели за один стол и всё обсудили, всё разложили по полочкам… что, по сути, они и сделали. Её счастливые размышления прервал смех. Она подняла голову и увидела семейство Уизли и Гермиону, которые гонялись друг за другом на мётлах всего в паре метров от земли. Тонкс рассмеялась, наблюдая, как близнецы преследуют Джинни, оттачивавшую финт ловца и с успехом уворачивавшуюся почти от всех. Уверенная, что ничто уже не испортит ей настроение, она огляделась в поисках Китти и Гарри… и почти сразу их заметила. Они сидели на траве в стороне от остальных и выглядели воплощением счастья. Китти прижималась к груди Гарри, который обнимал её, что-то шепча ей на ухо. Она засмеялась, услышав его слова, повернулась и поцеловала его в губы. — Снимите номер! — крикнул сверху один из близнецов, и Тонкс фыркнула от смеха. Китти, должно быть, что-то прошептала Гарри в ответ, потому что теперь уже он рассмеялся. Тонкс подошла к ним и растянулась на траве рядом. — Привет, Тонкс, — улыбнулась Китти, снова устраиваясь у Гарри на груди. — Привет, — ответила Тонкс, улыбаясь, когда Гарри снова обнял Китти. — Наслаждаетесь солнышком? — И не только им, — пошутил Гарри, получив от Китти игривый толчок локтем. — Как ты себя чувствуешь, Гарри? — спросила Тонкс, хотя ответ был очевиден. — Отлично, — ухмыльнулся он. — Особенно теперь, когда можно снова быть на улице. — Он хочет полетать, представляешь? — добавила Китти и вдруг удивлённо замерла. — Не могу поверить, что я сказала это как ни в чём не бывало… Они рассмеялись, потом ещё несколько минут болтали — обсуждали мини-матч по квиддичу перед ними или аккуратно обходили темы, касавшиеся внешнего мира. — А ты сегодня что тут делаешь? — спросила Китти. — Я думала, ты возвращаешься на работу. — Решила взять пару дней отпуска, — пожала плечами Тонкс. — Крайне важные дела, знаешь ли… например, подновить загар. Злые психопаты подождут до следующей недели. Они с Гарри оценили шутку и рассмеялись, а затем радостно закричали, когда Гермиона почти успешно забила гол, заставив Рона яростно потрясти кулаками со своей позиции вратаря. — Эй, раз уж я здесь… можно тебя на минутку, Кэти? — спросила Тонкс. — Эм… конечно, — удивлённо сказала та и неуверенно посмотрела на Гарри. Гарри рассмеялся и высвободился из её объятий: — Пойду туда, где я не мешаю. Китти лишь ухмыльнулась, встала и посмотрела на Тонкс: — Ну… что случилось? — Прогуляемся? — предложила Тонкс, уже указывая в сторону, подальше от поля. — Теперь мне действительно интересно, — рассмеялась Китти, когда они направились к хижине Хагрида у кромки леса. — Думаю, для начала я должна тебя поздравить, — сказала Тонкс, рассмеявшись при виде озадаченного лица Китти. — Будь наши роли поменяны, я бы к этому моменту уже окончательно сорвалась… и, вероятно, попыталась бы убить половину обитателей замка. — Такая мысль мне приходила в голову, — игриво призналась Китти, пожав плечами. — Но это ведь ничего бы не изменило, правда? — Определённо. Хотя меня бы это, скорее всего, не остановило, — усмехнулась Тонкс. — Я правда рада, что ты прошла через всё это относительно… в здравом уме. — Ну, приму это как комплимент! — рассмеялась Китти. — Приятно знать, что я относительно в порядке. Но, думаю, во многом это благодаря тебе и Ремусу… за то, что вы были рядом. — Нам в радость, — улыбнулась Тонкс, прислоняясь к забору у тыквенной грядки Хагрида. — И это как раз подводит к тому, о чём я хотела с тобой поговорить. Видишь ли… у меня есть предложение. — Ты собираешься сделать мне предложение, от которого я не смогу отказаться? — пошутила Китти, и Тонкс ухмыльнулась. — Да… примерно так, — согласилась она. Китти посмотрела на неё с любопытством: — Ну и что же? — Мы знаем, что вариант с твоим пребыванием здесь сейчас отпадает, — начала Тонкс. — И я знаю, что вы с Гарри обсуждали возможные варианты. — Да… говорили… — медленно ответила Китти. — И, будем честны, последние несколько дней мы очень удобно избегали этой темы после всей истории с пистолетом, — продолжила Тонкс. — Я заметила, — сухо сказала Китти. — Так вот… я только что была на встрече с Дамблдором и несколькими членами Ордена, — объяснила Тонкс. — Мы пытались придумать решение. — И? — нетерпеливо спросила Китти. — А что бы ты сказала, если бы я сказала, что мы нашли способ, при котором у тебя будет место, где ты сможешь жить… где ты сможешь видеться с Гарри, когда захочешь… и при этом будешь в безопасности? Брови Китти взлетели вверх, а лицо озарилось надеждой: — Я бы сказала, что тебе лучше рассказать мне прямо сейчас, пока я не взорвалась. Где? — Со мной, — просто сказала Тонкс.

***

— ГАРРИ! Крик донёсся с другого конца школьных лужаек, но Гарри тут же обернулся, ожидая увидеть Китти. Она мчалась к нему во весь опор, размахивая руками. Его первой мыслью было, что что-то случилось… и, судя по тому, как игра в квиддич мгновенно остановилась, остальные подумали то же самое. Однако через секунду он разглядел, что Китти улыбается как сумасшедшая — на лице огромная улыбка, а имя его она кричит снова, размахивая руками. Он усмехнулся её театральности, пока Рон, Гермиона и остальные приземлялись рядом с ним, с любопытством уставившись на неё. — Ты чего орёшь? — крикнул он, когда она подбежала достаточно близко. В ответ она лишь истерично рассмеялась и буквально запрыгнула ему на руки, так что он едва не потерял равновесие, ловя её. — Что?! — потребовал он, пока она смеялась, пытаясь отдышаться. — Я могу жить с Тонкс! — выпалила она на одном дыхании, щёки пылали от бега. — Она снимает квартиру и хочет, чтобы я переехала к ней! — Что?.. — недоверчиво переспросил он. — Она хочет, чтобы я жила с ней! Она всё обсудила с Папсом и вообще со всеми, и он сказал, что это гениальная идея! — Но это же… это же идеально… — ошарашенно сказал Гарри. — Я знаю! — восторженно рассмеялась она и наклонилась, счастливо целуя его. — Это же потрясающе, — сказал Рон, глядя на них, а потом обернулся к остальным. — Ну разве нет? Гарри оторвался от Китти и увидел, как все вокруг кивают, а потом снова посмотрел на неё. Она выглядела так, будто все её мечты сбылись разом. Он и представить не мог никого лучше, с кем Китти могла бы жить… она была не только её подругой, но и квалифицированным аврором, способным её защитить. — Я бы не стал так уж радоваться, Кэти, — раздался голос у них за спиной. — Я жуткая неряха. — Ты шутишь?! — почти взвизгнула она, вырываясь из объятий Гарри и налетая на Тонкс с таким же медвежьим захватом. — Мне плевать, даже если у тебя под полом трупы! Гарри рассмеялся, наблюдая, как Китти и Тонкс пускаются в импровизированный танец победы, к которому тут же присоединились Близнецы — из страха, что их затмят. Он лишь повернулся к Гермионе, пытаясь закатить глаза от этого безобразия, но не сумев стереть с лица дурацкую улыбку. Она в ответ улыбнулась ему — совсем не по-гермионовски. Когда все немного успокоились и стали лишь изредка выкрикивать что-то и смеяться, Гарри решил вернуть себе свою девушку, схватил Китти за руку и снова притянул к себе. — Намного лучше, чем дом Сириуса, — радостно сказал он. — Ещё бы! — хихикнула она. — Гарри, я буду жить с Тонкс! В магическом доме! Ты можешь в это поверить? Она говорит, что они придумают, как нам поддерживать связь! — Потрясающе… — выдохнул он. Её восторг был заразителен… он и не помнил, когда в последний раз чувствовал себя таким беззаботным. — И всё это потому, что твой парень баснословно богат! — поддела Тонкс, выдёргивая Гарри из объятий Китти и увлекая его в вальс. — И потому что Гарри — самый щедрый волшебник на свете! — Тонкс! — воскликнул он, смущённо пытаясь вырваться, пока все смеялись над его ужасной попыткой танцевать. Это было как на Святочном балу… его снова водили, как деревянную куклу, куда более умелым партнёром. — Да ладно тебе, Гарри, порадуйся тому, что ты счастлив, здоров и свободен! — выкрикнула она, закружив его, пока Китти смеялась. — Я могу радоваться сидя! — заявил он, когда она и не думала его отпускать. — Эй, между прочим, я не со всеми парнями танцую, — рассмеялась она. — Отпущу, если покажешь свои движения. — Да, давай, Гарри, покажи нам, что умеешь! — подхватил Фред, пролетая мимо в противоположную сторону, обнимая Джорджа за талию. Гарри рассмеялся и, решив стереть ухмылки с их лиц, решительно перехватил инициативу у Тонкс. Он пару раз крутанул её, на что она радостно взвыла. — Видишь, не так уж страшно, правда? — заявила она, позволив ему провернуть её ещё раз, а потом отпустила и сделала реверанс. Гарри театрально поклонился, и Рон одобрительно фыркнул. — Не знаю, чего ты смеёшься, Уизли, — сказала Тонкс, уже направляясь к нему и утаскивая его за руку. — Ты следующий. Гарри наблюдал, как у Рона за рекордно короткое время уши из нормальных стали ярко-красными, и тот был вынужден кружиться на месте. Гермиона и Джинни беспомощно переглянулись, а потом тоже пустились в танец, сцепив руки и закружив друг друга. Он повернулся к Китти. Она наблюдала за всем с улыбкой, в которой было примерно девяносто процентов недоверия и десять — чистого восторга. — Разрешите пригласить вас на танец, — спросил он, протягивая руку. Сделав вид, что долго раздумывает, она вложила свою ладонь в его, позволив притянуть себя ближе. Они перешли на медленный танец, пока остальные носились вокруг них. Гарри опёрся лбом о её лоб — в знакомой позе, будто они делали так уже тысячу раз… оба закрыли глаза. — Твои друзья сумасшедшие, — шепнула она с озорством. — Все до единого. — Скорее всего, — признал он. — У нас, вообще-то, ещё и слух отличный, — бросил один из Близнецов у них за спиной. — И мы легко обижаемся, — добавил второй. Китти фыркнула и бросила на него взгляд, ясно говорящий: я же говорила. — Доволен? — спросил он, сосредоточившись на том, как чувствует, как её сердце бешено колотится у него на груди. — Ещё как, — ответила она и недоверчиво рассмеялась. — Я не могу поверить, что это правда… со мной… — Танцы? — поддразнил он. — Ну да, конечно! — отшутилась она, а потом счастливо вздохнула. — Нет… вот это. Это лучшее, что вообще могло случиться. — Я знаю, — сказал он, когда они медленно кружились на месте. — И она сказала, что они уже думают, как нам видеться? — Ага, — снова широко улыбнулась она. — Идеально. Он улыбнулся, наклонился и мягко поцеловал её в губы… внезапно Рождество перестало казаться таким далёким, а будущее — таким мрачным. Он понял, что, строго говоря, они уже и не танцуют вовсе, и положил руки ей на талию, притягивая ближе. — Снимите номер! — крикнул Джордж, проходя мимо и исполняя с Фредом свирепую румбу. Китти лишь хихикнула, а Гарри издал глубокомысленный, нарочито трагичный вздох. — Никакого покоя для порочных, — сообщила она ему, наблюдая, как остальные постепенно приходят в себя и прекращают танцы. Рон выглядел явно облегчённым и тут же отодвинулся как можно дальше от досягаемости Тонкс, как только та его отпустила. — Ну что, Кэти, я так понимаю, это было твоё согласие? — невинно спросила Тонкс, подходя к ним и всё ещё ухмыляясь, глядя на смущённого Рона. — Ну, мне надо будет всё хорошенько обдумать, — сказала Китти, на мгновение задумчиво потирая подбородок. — Конечно! — В таком случае нам есть что планировать, — сказала Тонкс, беря её под руку. — Пойдём к Дамблдору и всё обсудим. — С удовольствием! — радостно согласилась Китти и протянула руку Гарри. Он принял её, и втроём они направились к замку, махнув остальным на прощание — те вскоре снова вернулись к своему матчу по квиддичу. Гарри всё ещё с трудом верил, что им удалось найти правдоподобное решение их проблемы… и, что самое удивительное, такое, которое устраивало всех. Он сможет видеться с ней, у Китти будет дом и защита. Это было не идеально… но, чёрт возьми, куда лучше всех вариантов, что приходили им в голову раньше. Они шли молча, пока Китти без устали засыпала Тонкс вопросами обо всём подряд. Та, кажется, была почти так же взволнована, как и сама Китти, и Гарри на мгновение задумался, как вообще вышло, что они так сблизились. Дамблдор стоял у окна своего кабинета, глядя на обширные лужайки Хогвартса, с маленькой задумчивой улыбкой на губах. Он наблюдал, как план Тонкс разворачивается, почти с изумлением — как будто сама вселенная расставляла всё по местам, подтверждая старую истину: если чего-то по-настоящему хочешь, всегда найдёшь способ. Он был уверен, что Сириус одобрил бы то, как стремительно его наследство изменило жизни стольких людей… Тонкс, её семьи, Китти, Ремуса… Он нисколько не сомневался, что Сириус испытал бы злое удовольствие от того, что деньги семьи Блэк тратятся на поддержку предателей крови, магглов и полукровок. Погружённый в эти мысли, он увидел, как Тонкс сообщает новость Китти, и снова улыбнулся, наблюдая, как та почти вприпрыжку несётся по лужайке к Гарри. Он отвернулся от окна и сел за стол, углубившись в размышления, разглядывая кольцо из чёрного камня на своём пальце. Так же уверенно, как он знал реакцию Сириуса, он представлял и реакцию Волдеморта на это новое препятствие. Особенно легко было вообразить ярость Тёмного Лорда при мысли о том, что его так серьёзно ранил маггл… да ещё и маггловским оружием. Дамблдору казалось, что либо Гарри и Китти не осознают этого, либо сознательно стараются об этом не думать. В душе его нарастало глухое чувство тревоги — он видел будущее и то, что должно быть сделано… и понимал, насколько всё станет сложнее с Китти в этой истории. И всё же он был так же уверен, что для Гарри теперь всё станет легче… и он не променял бы это ни на что, что бы там ни думали Кингсли или Муди. Весёлый стук в дверь прервал его раздумья. — Войдите, — отозвался он и совсем не удивился, увидев, как в кабинет входят Тонкс, за ней Китти, а затем и Гарри. — Надеюсь, вы все чувствуете себя хорошо после таких… физических упражнений? — сказал он, когда они сели на вызванные им стулья. Через мгновение он кивнул в сторону окна, давая понять, что был свидетелем их импровизированных танцев на лужайке. Гарри и Китти смущённо рассмеялись, а Тонкс лишь широко ухмыльнулась. — Думаю, можно с уверенностью сказать, что Кэти нашим планом очень довольна? — предположила она, бросив на Китти косой взгляд. Та энергично закивала. — Тонкс — гений, — счастливо заявила она. — Я знаю, знаю, — беспечно отмахнулась Тонкс, а затем повернулась к Дамблдору. — Я просто подумала, что нам стоит всё уладить сейчас… чтобы потом спать спокойно. — В самом деле, — ответил Дамблдор, наклоняясь вперёд и на мгновение внимательно разглядывая их двоих, всё ещё не до конца отпустив мысли о следующем шаге Волдеморта. — Как я уже сказал Тонкс, я считаю это лучшим решением нашей затруднительной ситуации. Однако теперь моя главная забота — чтобы никто не знал о местонахождении мисс Эрл и о её связи с вами, Гарри, — добавил он, слегка кивнув в его сторону. — Я не сомневаюсь, что Волдеморт продолжит её поиски, и мы не можем позволить себе неосторожные разговоры. Гарри молча кивнул, и Дамблдор понял, что озвучил именно тот страх, который тревожил его сильнее всего… желание Волдеморта найти Китти. Он невольно задался вопросом, осознаёт ли Гарри в полной мере, какую огромную жертву Китти приносит ради него… и какой опасности себя подвергает. Гарри обеспокоенно посмотрел на неё, но она лишь спокойно кивала, словно давно всё это знала. — Что вы предлагаете? — спросила Тонкс, посерьёзнев. — В голову сразу приходит несколько мер, — сказал он, откидываясь на спинку кресла. — Во-первых, о её существовании должны знать только те, кому это действительно необходимо… если можно так выразиться. Я предлагаю изменить воспоминания обо всех второстепенных связях. — Это касается и членов Ордена? — уточнила Тонкс, и Дамблдор заметил, как Гарри уже начал мысленно перебирать, кто именно знает о Китти. — Да, некоторых членов Ордена, — подтвердил он. — Я составлю список тех, кто, на мой взгляд, должен быть посвящён в ситуацию… разумеется, вы сможете его проверить. При этих словах он кивнул в сторону Китти. Та лишь пожала плечами — либо она не знала, либо ей было всё равно, кто именно состоит в Ордене. — Во-вторых, Гарри, я должен попросить тебя и твоих друзей не обсуждать мисс Эрл с однокурсниками и вообще никак не давать понять, что она существует. Уверен, ты и сам знаешь, как быстро по Хогвартсу распространяются новости… и особенно слухи. Гарри молча кивнул. Дамблдор предположил, что у него и без того не было никакого желания становиться темой разговоров всей школы ещё больше, чем обычно… и, скорее всего, он и сам бы соблюдал эту осторожность. — Само собой, внимание к тебе и так будет повышенным, — добавил Дамблдор. — Если судить по последним публикациям в Ежедневном пророке. — Публикациям? — растерянно переспросил Гарри. — Они знают, что я сбежал? — Нет… но, насколько я понимаю, за время каникул ты стал героем множества статей. — Из-за дуэли в Министерстве? — угадал он с неприятным предчувствием. — На самом деле — из-за твоего статуса «Избранного», — пояснил Дамблдор. — Полагаю, газеты пестрят этим с тех пор, как Министерство… полагаю, новый министр магии уже пытался добиться личной встречи с тобой, чтобы обсудить именно это. — Избранного?.. — недоверчиво переспросил Гарри. — Зато звучит чуть более взросло, — усмехнулась Тонкс. — Лучше, чем «Мальчик-который-выжил», правда? Гарри лишь нахмурился и посмотрел на Китти… та ответила ему таким же недовольным выражением лица. — В этом году средства массовой информации и, разумеется, Министерство будут пристально за тобой следить, Гарри, — предсказал Дамблдор. — Им будет слишком легко обнаружить мисс Эрл, и мы должны любой ценой этого избежать. — Как? — впервые заговорила Китти. Она выглядела встревоженной. — О, существует немало способов скрыть вас, — мягко сказал Дамблдор. — Во-первых, проживание с Нимфадорой обеспечит тебе определённую защиту. Дома авроров изначально находятся под множеством охранных и маскирующих чар… по вполне понятным причинам. — И я могу добавить ещё парочку, — с готовностью подхватила Тонкс. — То есть мне придётся всё время сидеть дома? — нахмурилась Китти. — Конечно же нет, — успокоил её Дамблдор. — Мы наложим на тебя ряд защитных чар. Но, думаю, потребуется и… скажем так, небольшая смена образа. Тебя не должны узнавать на улице… и уж тем более находить в каких-либо записях. — Значит, мне придётся носить парик? — пошутила она, и Гарри невольно усмехнулся… с её нынешними волосами она и правда бросалась в глаза. — Думаю, мы можем придумать нечто получше, — улыбнулся Дамблдор. — Но в целом… всё это часть сделки. Новая жизнь — для новой тебя. — Ладно, — пожала она плечами, а Гарри посмотрел на неё с беспокойством. Дамблдор некоторое время внимательно её разглядывал. Она слишком уж беспечно относилась к тому, что они, по сути, планируют её жизнь, и он задумался, так ли она счастлива, как кажется. Он вспомнил её слова о том, что у неё нет семьи… мать мертва, а об отце — ни слуху ни духу. — Кроме того, я не хочу вызывать подозрения тем, что ты уже будешь в Хогвартсе к моменту прибытия остальных учеников. Полагаю, теперь, когда мадам Помфри дала тебе разрешение, Гарри, нам следует перебраться в штаб-квартиру Ордена, — сообщил Дамблдор. — Это даст нам время подобрать для тебя жильё, Китти, а тебе, Гарри, — показаться в Косом переулке. Уверен, Ежедневный пророк жаждет заполучить фотографию «Избранного». Гарри снова скривился. — Нам обязательно возвращаться на площадь Гриммо, сэр? — нерешительно спросил он, избегая взгляда Дамблдора. — Может, лучше в Нору? — Думаю, вам обоим будет безопаснее оставаться под защитой Ордена, — ответил Дамблдор, сразу поняв, почему Гарри не хочется возвращаться на площадь Гриммо. — То есть… мы поживём там какое-то время? — неуверенно уточнила Китти. — А потом Гарри вернётся сюда… а мы с Тонкс переедем… куда бы то ни было… и я что? Просто буду прятаться?.. Дамблдор устремил на неё проницательный взгляд, применив самую малость легилименции, чтобы уловить её чувства. Через мгновение он понял, о чём именно она хотела, чтобы он её спросил. — Я не вижу причин, по которым ты не могла бы вести относительно нормальную маггловскую жизнь… при условии соблюдения определённых мер безопасности, — мягко сказал он. — В этом плане есть особая прелесть: ты сможешь соединить лучшее из двух миров и при этом оставаться в безопасности. — Относительно нормальную маггловскую жизнь?.. — повторила Китти, приподняв бровь. Дамблдор понял, что она намеренно подталкивает его к вопросу, который они оба знали. — И что это вообще значит? — Ну… — он развёл руками в широком, обобщающем жесте. — До того, как всё это началось… чем бы ты сейчас занималась? Китти отвела взгляд, бледные щёки тронул едва заметный румянец, и она бросила взгляд на Гарри. Тот ответил ей каким-то жестом, смысл которого Дамблдору было трудно уловить. — Не знаю… — пробормотала она. — Работала бы, наверное. — А чем ты хотела бы заниматься? — мягко надавил Дамблдор. Она молча пожала плечами. — Не можешь придумать ничего, что тебе действительно хотелось бы? Снова тишина. Тогда Дамблдор решил взять инициативу на себя. — Могу я кое-что предложить? — начал он и, дождавшись её кивка, продолжил. — Разумеется, в этом вопросе я могу быть пристрастен… но я считаю, что хорошее образование — один из самых ценных инструментов, которыми может обладать человек. Тонкс ободряюще улыбнулась Китти, а та лишь слегка усмехнулась. — Я не совсем из тех, кого называют академиками, — пошутила она, бросив на Гарри весёлый взгляд. — Академизм — не синоним образования, — спокойно возразил Дамблдор. — Если человек не преуспевает в одной области, он преуспевает в другой. — Не знаю… — рассмеялась Китти. — Я, по-моему, была довольно безнадёжна по всем фронтам. Дамблдор не поддержал шутку. Вместо этого он открыл ящик стола и достал пачку бумаг. Молча он разложил их перед ними одну за другой. Это были её рисунки Пожирателей смерти с кладбища… те самые, которые теперь находились у Министерства и уже помогли поймать нескольких из них. — Ты очень творческий человек, Китти… и чрезвычайно одарённый художник, — сказал он, с лёгким удивлением заметив, как она покраснела от комплимента. — Этому невозможно научиться по книгам, даже если посвятить им всю жизнь. — Они не такие уж и хорошие, — отмахнулась она, и Дамблдор уловил, как Гарри закатил глаза, глядя на её притворство. — Нет… они лучше, — твёрдо сказал он. — Итак… если бы я спросил тебя сейчас, чем ты хочешь заниматься… что бы ты ответила? — Уличным музыкантом? — пошутила она. — Да ладно, Китти, — вмешался Гарри. — Я уже сто лет говорю тебе, что тебе надо поступать в художественный колледж! И вот, видишь… я не единственный, кто так думает! — В художественный колледж? — недоверчиво рассмеялась она. — Я? — Конечно, — сразу сказала Тонкс. — Ты более чем достаточно хороша для этого! — Даже если бы это было так, — начала она смеясь, — а это не так… я завалила все GCSE. Ни один художественный колледж меня не примет. — Если это именно то, чего ты хочешь, детали оставь нам, — сказал Дамблдор. — Это то, чего ты хочешь? Она ошарашенно посмотрела на Гарри — он лишь ободряюще улыбнулся. Затем взглянула на Тонкс, которая энергично кивала. Наконец Китти снова посмотрела на Дамблдора… и после короткой паузы рассмеялась. — А почему бы и нет! — воскликнула она, вскидывая руки. — По смыслу это ничуть не страннее всего остального, что тут происходит.

***

Оставалось всего два дня в Хогвартсе, прежде чем их должны были перевезти обратно на площадь Гриммо, и Гарри решил, что лучший способ не дать ни себе, ни Китти зацикливаться на скором расставании — это быть как можно более занятым. К счастью, возможность свободно разгуливать по магическому замку давала массу способов не только занять себя, но и немного повеселиться. Теперь, когда он чувствовал себя на все сто процентов здоровым, а миссис Уизли убедилась, что он не собирается внезапно свалиться замертво, у них почти не было ограничений. Гарри уже успел найти новый короткий путь — через невидимую дверь на четвёртом этаже, — который однажды спас их обоих от встречи с миссис Норрис, крайне неодобрительно относившейся к их вольным перемещениям по замку. Однажды ранним днём они оказались в библиотеке, которая без сотен прилежных, старательно молчащих учеников выглядела почти призрачной. Здесь царила почти полная тишина… её нарушали лишь их собственные шаги да редкое шуршание книги, устраивавшейся на полке. Поддавшись внезапному порыву, Гарри поманил Китти в один из углов и переступил через красный бархатный канат, охранявший вход. Понимая, где они находятся, он испытал сладкое чувство бунта… никакой записки от преподавателя, Гермиона была бы в ужасе… Он посмотрел на Китти, чтобы увидеть её реакцию на Запретную секцию, и не смог сдержать улыбки. Она небрежно прислонилась спиной к книжным полкам и выглядела откровенно скучающей — если бы она знала, какие книги здесь стоят, подумал он, она бы так не изображала безразличие. Он подошёл ближе, и она улыбнулась. — Ты ведь не понимаешь, где мы, да? — игриво спросил он, беря её за обе руки и переплетая пальцы с её. — Библиотека? — предположила она с нарочито задумчивым видом. — Ха-ха, — усмехнулся он, а потом широко улыбнулся. — Мы в Запретной секции. — О-о-о, Запретная секция! — протянула она нарочито восторженным голосом, а потом сразу сбросила маску. — Я чувствую, что сейчас должна сказать: не злой замок гибели, милорд! Гарри искренне рассмеялся. Он не до конца уловил отсылку к старым голливудским ужастикам, но её пародия пришлась ему по душе. — И я должна прийти в восторг от кучи старых книг? — невинно поинтересовалась она. — Нет, — с притворной серьёзностью ответил Гарри. — Ты должна быть в восторге от того, что мы в Запретной секции. Одни. Вместе. — А-а, теперь всё ясно, — рассмеялась она, медленно наклоняясь к нему. — Скажи… обязательно так дёргать бровями каждый раз, когда ты произносишь слово запретная? — Обязательно, — серьёзно заявил он. — А теперь хватит умничать и начинай изображать восхищение. — Хорошо… — пропела она высоким фальцетом. — О, Гарри! Посмотри на все эти чудесные книги, полные знаний, полезных схем и захватывающих экспериментов! Я бы прочла их все, будь у меня время! Но они ничто по сравнению с тобой, милорд… который, возможно, а возможно и нет, тоже полон знаний, полезных схем и захватывающих экспериментов! Она изобразила показной обморок, и Гарри расхохотался, хоть и отчаянно пытался сдержаться, пока Китти не выпрямилась снова. — У меня для тебя есть один захватывающий эксперимент, — широко ухмыляясь, сказал он. — Называется «посмотрим, сколько ты продержишься без сарказма, грубостей и скучающего вида». Она на несколько секунд замолчала, честно пытаясь принять правила игры, но почти сразу начала ёрзать. — Нет, не пойдёт, — пожала она плечами и погрозила ему пальцем. — И вообще, это было совсем не захватывающе. Давай лучше сыграем в мой эксперимент. — Сначала скажи, какой, — подозрительно уточнил он… Гарри давно усвоил, что Китти в таких вопросах доверять нельзя. — Он называется «посмотрим, как долго я смогу тебя целовать, прежде чем мы умрём от нехватки кислорода». — Звучит интересно, — ухмыльнулся он. — Если не считать часть с умиранием. — Возможно, эксперимент придётся остановить раньше… из соображений техники безопасности, — серьёзно сказала она. Он сделал вид, что тщательно обдумывает её слова, а потом сдался и наклонился к ней. Он успел закрыть глаза как раз вовремя, заметив, что она делает то же самое. Китти прижалась к нему, обвив руки вокруг его шеи, а Гарри расслабился, отвечая на поцелуй, забыв, где они и почему… думая только о ней. Он и сам не ожидал, как сильно скучал по таким моментам — больничное крыло было совсем не тем же самым, когда постоянно чувствуешь на себе чей-то взгляд. Она тихо, довольно мурлыкнула, и Гарри не смог удержаться от широкой улыбки. Но как раз тогда, когда он по-настоящему начал наслаждаться моментом, он услышал, как массивные двойные двери библиотеки распахнулись и снова закрылись. Гарри тут же отстранился от Китти. Они оба услышали шаги, приближающиеся в их сторону, и Гарри выругался себе под нос. — Давай просто выйдем, — прошептала Китти, услышав его. — Мы ведь ничего не нарушаем, просто находясь здесь. — Ещё как нарушаем, — тихо сказал он, двигаясь к передним стеллажам, чтобы увидеть, кто это. — Запретная… помнишь? — Эх, даже без бровей в этот раз, — шепнула она, явно не осознавая, в какие неприятности они могли бы вляпаться. — Я разочарована. — Тсс, — прошептал он, раздвигая книги, чтобы выглянуть. — Это Тонкс, — сказал он, когда она тоже посмотрела сквозь щель. — Ну тогда всё нормально, — с облегчением сказала Китти и уже собралась выйти к ней. — Она не будет против. — Подожди, — прошептал Гарри, удерживая её за руку, когда двери библиотеки снова открылись. — А кто теперь? — раздражённо прошептала Китти. — Это… — начал Гарри, вытягивая шею, чтобы разглядеть. — А, всего лишь Ремус. Он уже тоже собирался выйти из-за стеллажей, но на этот раз Китти перехватила его за руку. — Я думаю, нам не стоит этого делать. — Почему? — растерянно спросил он, когда Китти выразительно кивнула в сторону двух фигур. Гарри повернулся и почти сразу понял, что что-то не так. Ремус тихо подкрадывался к Тонкс, а та, увлечённо уткнувшись в выбранную книгу, либо делала вид, что не слышит его, либо действительно не заметила, как он вошёл. Гарри нахмурился, пытаясь понять, что происходит, когда Ремус подошёл к Тонкс сзади и обхватил её за талию. Она вскрикнула, резко вывернувшись из его рук… но тут же остановилась, увидев, кто это. — Ты меня до чёртиков напугал, — сердито сказала она, хлопнув его по плечу, пока он смеялся. Гарри нахмурился ещё сильнее… с каких это пор Ремус так смеётся? — Просто подумал, что тебе не помешает компания, — сказал тот, снова обнимая её за талию. Гарри едва не свалился с ног, когда до него дошло… Тонкс и Ремус?! Он посмотрел на Китти — она выглядела вовсе не ошарашенной, а, напротив, ужасно довольной собой. — Ты… ты к этому причастна? — прошептал он недоверчиво, не в силах оторвать взгляд от этой новой версии Ремуса и Тонкс. — Не особо, — сказала она, широко ухмыляясь, когда Тонкс наклонилась и быстро поцеловала Ремуса. Гарри мог только смотреть. Ремус что-то говорил и смеялся теперь так тихо, что слов было не разобрать. И вдруг Гарри по-настоящему осенило… Ремус был лучшим другом его отца, Сириуса. Он никогда до конца не понимал, как этот тихий, замкнутый Ремус вообще оказался частью так называемых Мародёров — он всегда казался таким не к месту. Но рядом с Тонкс он словно преображался… становился живым, игривым, таким, каким Гарри никогда его не видел. — О, он такой обходительный, — хихикнула Китти, указывая на Ремуса, которого Тонкс в этот момент легонько стукнула по голове. И вместо радости от этого открытия Гарри вдруг ощутил укол грусти. Эта несвойственная Ремусу лёгкость, его беззаботность… всё это куда больше подошло бы кому-то другому. Мысли слишком резко свернули к Сириусу, и на мгновение это было почти осязаемо — словно Сириус стоял прямо перед ним, смеялся, шутил… Гарри невольно задумался, нашёл бы Сириус когда-нибудь кого-то… когда был бы свободен и война закончилась. Стал бы он отцом. Получили бы они с Гарри тот дом, тот самый дом, который ему когда-то так давно обещали. Но всё это было вырвано у него… самый близкий ему человек ушёл, и теперь Гарри приходилось начинать всё заново. — Но они выглядят такими счастливыми… — вздохнула Китти, и её голос прозвучал будто издалека. — Что? — переспросил он рассеянно, оборачиваясь к ней. — Посмотри на их лица, — прошептала она, явно не заметив его предыдущего тона. — Это первые по-настоящему счастливые люди, которых я вижу с тех пор, как всё это началось. Гарри несколько секунд задумчиво смотрел на неё, пытаясь понять, что она имеет в виду, а затем снова взглянул сквозь стеллажи на пару. Он всмотрелся в лицо Тонкс — оно было светлым, живым, открытым, с широкой улыбкой искреннего довольства. Гарри невольно удивился… он никогда раньше не видел Тонкс такой. Она почти всегда казалась весёлой, шутила, старалась всем угодить… но сейчас она выглядела просто… спокойной. С лёгким удивлением он перевёл взгляд на Ремуса. Тот сидел на краю одного из учебных столов, закинув ноги на стул, и с неподдельным вниманием слушал Тонкс. Отложив мысли о Сириусе, Гарри внимательно изучал его, поражённый тем, что впервые с момента их знакомства лицо Ремуса не было пустым, отстранённым или настороженным. Он просто улыбался… словно в мире не существовало места, где ему хотелось бы быть больше, чем здесь и сейчас. — Ты даже не представляешь, как странно это видеть, — наконец сказал Гарри, переводя взгляд с одного на другую. — Так странно… — Почему? — спросила Китти с усмешкой. — Ну… они ведь такая странная пара, — сказал он, думая о оборотне и авроре вместе. — Многие сказали бы то же самое и про нас, — с искоркой в глазах ответила она. — Ты — всемирно известный волшебник, а я — барменша и школьная недоучка. — Не говори о себе так, — резко сказал он. — Это вообще не имеет никакого отношения к тому, кто ты есть. — Ну вот, ты сам только что ответил на свой вопрос, — самодовольно заметила она. — Кто сказал, что они странная пара? Это тоже никак не связано с тем, кто они есть. — Тут ты меня подловила, — задумчиво признал Гарри, снова заглядывая между полками. — Просто я не могу не думать… — О чём, о разнице в возрасте? — догадалась она. — Ну… да, и об этом тоже, — согласился он. — Она же, наверное, лет на пятнадцать моложе его! — На тринадцать, вообще-то, — поправила Китти. — Но ты правда думаешь, что возраст что-то решает? Ты бы всё ещё любил меня, если бы я была на десять лет старше, но при этом оставалась точно такой же? — Ну конечно, — фыркнул Гарри, словно ответ был очевиден, и она одарила его самодовольным взглядом. — Тогда в чём проблема? — легко сказала она. — Ты должен радоваться за своих друзей. — Я и радуюсь… — с трудом выговорил Гарри, не до конца понимая, почему всё ещё не может принять эту мысль. — Просто… для меня это всё новое. Они оба замерли, когда Тонкс снова рассмеялась, а Ремус с притворным отчаянием покачал головой из-за чего-то, что она сказала. Гарри невольно усмехнулся… они и правда выглядели счастливыми. Когда они снова наклонились друг к другу для поцелуя, Гарри отвернулся. — Ладно, я не против, что они вместе… но смотреть на это я не обязан, — заявил он с показным отвращением. — Просто ты завидуешь, — пропела Китти. — Потому что у него сейчас больше экшена, чем у тебя. — Ничего подобного! Хотя… возможно, — задумчиво добавил он. — Хочешь это исправить? — Ух ты, какой обольститель, — монотонно протянула она. — Иногда ты просто сшибаешь меня с ног, Гарри. — Я стараюсь, — парировал он. — Пф, — саркастично фыркнула она, а потом посмотрела на часы. — Так… мы что, будем торчать в этой душной библиотеке весь день или всё-таки сделаем что-нибудь интересное? Гарри несколько секунд внимательно изучал её — идея уже начала складываться у него в голове. — Ты действительно хочешь, чтобы я тебя сшиб с ног? — наконец спросил он, и на губах у него заиграла лёгкая улыбка. Она бросила на него подозрительный взгляд. — Почему у меня ощущение, что я пожалею о своём ответе? — сухо спросила она. — Вопрос простой, — с озорством пожал он плечами. — Ты хочешь, чтобы я тебя сшиб с ног? Она прищурилась. — Ну давай, — вызывающе сказала она. — Порази меня. — Тогда иди за мной.

***

— Ты сейчас издеваешься. Гарри изо всех сил пытался сохранить серьёзное лицо, но вид Китти, смотревшей на него так, будто он окончательно свихнулся, оказался сильнее. — Нет! — рассмеялся он. — Ну же! — Ты не смешной, Поттер, — заявила она, скрестив руки и одарив его каменным взглядом. — Я чертовски смешной, и ты это знаешь, — беспечно возразил он, затем чуть сдвинулся назад на метле и похлопал по древку перед собой. — Давай. — И не мечтай, — рассмеялась она. — Я ни за что не полезу туда на эту штуку! — Эй, да она абсолютно безопасна, — самодовольно ухмыльнулся он. — Меня не это пугает, — сказала она, показав ему язык. — А ты. — Между прочим, я вполне способный летун… я падал всего раза два… ну, может, три… — беззаботно начал он, и она недоверчиво расхохоталась. — Если ты думаешь, что я позволю какому-то безумному психу устроить мне камикадзе на палке, набитой феечной пылью, — ты глубоко ошибаешься! — заявила она, решительно скрестив руки. — Ну же, Китти, — сказал он, снова похлопав по метле. — Нет! — отрезала она. — Почему? — тут же возразил он. — Я только что тебе объяснила почему! — Да ладно, ты же не… — он сделал паузу, выдерживая эффект, — боишься, правда? Она смерила его убийственным взглядом, но он лишь ответил ей победной улыбкой — он уже знал, что выиграл. — Ладно, — фыркнула она и шагнула к нему. — И что мне делать? — Боже, как легко тобой манипулировать, — восхищённо рассмеялся он. — Осторожнее, Поттер, — процедила она, ухмыляясь. — О-о, оскорбление по фамилии, — хихикнул он. — Всё, я влип. — Я тебя предупреждаю, — многозначительно сказала она. — Ты не настолько волшебный, чтобы удар по голове не был болезненным. — Ладно-ладно, молчу, — пообещал он, снова чуть отъезжая назад. — Так… ну, в общем, просто садишься. Я буду рулить. — Технический инструктаж, значит? — усмехнулась она и внимательно осмотрела метлу. — А как её включать? Гарри широко ухмыльнулся: — Она уже включена. Смотри. Он поднял ноги с земли — и при этом продолжал висеть в воздухе. Китти на мгновение забыла, что собиралась быть скептичной, и уставилась на него с откровенным изумлением. Она присела и заглянула под метлу, потом помахала руками в пустоте. — Я всё равно жду проводов или люка, — задумчиво сказала она. — Дым и зеркала, вся эта фигня… Гарри лишь улыбнулся. Она выпрямилась и снова обошла метлу кругом. — А как она вообще работает? — спросила она. — Без понятия, — весело ответил он. — Я знаю только одно: если ты всё-таки на неё сядешь, мы сможем лететь. — Ладно, ладно, — пробормотала она. — Я просто проверяю. Она ещё пару раз обошла метлу, заставила его повторить «фокус с зависанием» дважды и подробно расспросила про тормоза. — Ты довольна? Можем лететь? — отчаянно спросил Гарри. — Ну… будь что будет, — пробормотала она почти себе под нос и встала рядом с метлой. Гарри показал ей, как сесть, и когда она опустилась, метла слегка просела под её весом — Китти тут же подскочила обратно. — Всё нормально, Китти! — успокоил он, маня её обратно. — Так и должно быть. Она осторожно села снова и через пару секунд попробовала «эксперимент с зависанием». Раздался восторженный смех, и она обернулась к нему с широкой улыбкой. Он ответил ей ободряющей. — Так, теперь тебе нужно чуть подвинуться назад, ко мне… выровнять баланс, — сказал он. — Готова поспорить, ты всем девушкам так говоришь, — съехидничала она, сдвигаясь назад, пока не прижалась спиной к его груди. — Ага, мой коронный приём, — сухо ответил он, и она довольно хихикнула. — Ой, у меня аж сердце затрепетало, — протянула она театрально, а он лишь закатил глаза. — Теперь я буду держать тебя, — сказал он, крепко обнимая её за талию. — Это и есть твой лучший приём, да? — подозрительно спросила она. — Думаю о твоей безопасности. И рулю я, — сказал он, наклоняя их обоих вперёд, чтобы перехватить метлу. — Знаешь… это прямо как в этих ужасно приторных ромкомах, где парень учит девушку играть в теннис или гольф, — заметила она. — Ты поразительно умеешь говорить не то, — парировал он. — Так мы летим или как? — Заряжена, зафиксирована и готова к взлёту, — рассмеялась она. — Нет, подожди… а как это будет ощущаться? Меня не укачает? — Ты когда-нибудь ездила на мотоцикле? — спросил он, положив подбородок ей на плечо. — Да. — Тогда представь, что это то же самое… только намного, намного быстрее. И с этими словами он оттолкнулся от земли — и они рванули к небу, оставив после себя лишь лёгкое облачко пыли и поток отборной брани от Китти. После, как ей показалось, десяти миллионов «о боже мой» и «Иисусе Христе» Китти всё ещё пыталась осознать, что вообще происходит. Она никогда в жизни не летала на самолёте и не поднималась выше двадцати этажей, так что этот опыт был для неё совершенно новым… а осознание того, что от стремительной и при этом весьма зрелищной гибели её отделяют всего лишь палка и лётные навыки Гарри, ничуть не успокаивало. И всё же, несмотря на то что каждая клетка её тела кричала, что этого не может быть, что это противоречит всем законам природы… она вдруг поймала себя на том, что постепенно привыкает к метле. Более того… ей это даже начинало нравиться. Когда она перестала орать и проклинать Гарри, метлу, воздух и магию в целом, Китти наконец прижалась спиной к его груди и посмотрела вокруг… и была ошеломлена тем, насколько это красиво. Горы впереди были залиты золотым солнечным светом, который искрился и на воде Чёрного озера, заставляя её время от времени прикрывать глаза. — Ну как тебе? — услышала она голос Гарри, всё ещё державшего подбородок у неё на плече. Она задумалась над ответом… пожалуй, впервые в жизни. — Это… — начала она, всё ещё подбирая слова, — это странно. Он тихо усмехнулся, а она улыбнулась небу. — В хорошем смысле или в плохом? — спросил он. — Не знаю, — ответила она, а потом рассмеялась от изумления. — Я правда не знаю… — Забудь на минуту о том, насколько это безумно, — сказал он. — Просто посмотри вокруг… ты летишь, понимаешь? Спорю, ты никогда не думала, что с тобой такое случится. — Потому что такое бывает только во сне, — сказала она и нерешительно убрала руки с древка… тут же дёрнулась вперёд и в панике схватилась обратно. — Знаешь что? — Что? — Я чувствую себя как Роуз в «Титанике»… когда она стоит на носу корабля, смотрит вперёд и думает, что летит… — она нервно рассмеялась. — Ну, помнишь? — Не смотрел, — признался он, и она цокнула языком. — Тогда я тебе объясню… И она объясняла. Минут тридцать. Потому что Китти, когда речь заходила о фильмах, всегда вдавалась в мельчайшие подробности — режиссёры, актёры, где они снимались раньше, любимые цитаты и совершенно случайные факты со съёмок. К тому моменту, как она закончила, Гарри чувствовал, будто и правда посмотрел этот фильм. Он заподозрил, что разговоры просто помогают ей не думать о том, что они находятся в сотне футов над землёй. — На счёт три? — громко крикнула она, когда Гарри добавил скорости, а ветер растрепал им волосы. — Раз… два… три… — Я КОРОЛЬ МИРА! — заорали они в унисон, а потом, восторженно вопя, расхохотались.