Часть 9

Выбившиеся из сил игроки заходили в общежитие, разделяясь на две группы: "кружочки" шли налево, а "крестики" - направо. Вскоре пришли солдаты в розовых костюмах и тот, что был в маске с квадратом, объявил: - Вы все прошли третье испытание. Примите наши поздравления. - Мы не нуждаемся в их поздравлениях, - зло прошипела Сэ Ми, которая несмотря на свою принадлежность к "кружочкам", присоединилась к компании Ки Хуна. - Выбыло сто пятьдесят пять игроков, теперь призовой фонд составляет 35,6 миллиардов вон, - продолжал солдат. В копилку, подвешенную под потолком, посыпались бумажные купюры. - Теперь приступим к голосованию, начнём с конца: игрок номер 456, прошу. Ки Хун направился к кнопкам, напоследок напомнив, что надо нажимать на крестик. Все с ним согласились: Ён Сику и Чон Бэ уже хватало денег, чтобы расплатиться с долгами, а Хён Джу винила себя за смерть 095-й. Хэ Юн же посчитала, что "кружочков" чуть больше, поэтому она может себе позволить проголосовать за прекращение "Игры". Голосование подходило к концу: принять решение оставалось только игроку под номером 001. Счёт практически сравнялся: сорок девять голосов за то, чтобы уйти и пятьдесят за то, чтобы остаться. Игроки напряжённо следили за Ён Илем, который неспешно подходил к кнопкам. Он выбрал крестик - ничья. - И что это значит? - подал голос 333-й, выходя вперёд. - Мы продолжим играть или нет? - Завтра голосование повторится, - просто сказал солдат, поворачиваясь к выходу. Игроки остались недовольными. *** Вскоре люди выстроились в очереди за приёмом пищи. - Как мило, - хмыкнула Хэ Юн, глядя на стеклянную бутылку с водой и кимбап, к которому положили вилку. - Интересно, сколько людей сегодня пострадает от посуды? И кто именно? - Вполне возможно, что твой любимый Танос, - Ин Хо посмотрел на репера, который в очередной раз ссорился с ютубером. 333-й смотрел на него с непрекрытой ненавистью и сжимал кулаки до побелевших костяшек. Он явно был готов убивать. Чхве хотела было возмутиться, но тут их позвал Дэ Хо, приглашая присоединиться к нему и остальной компании, чтобы поесть спокойно. - Что-то мне не нравится, как на нас смотрят "кружочки", - пояснил 388-й. - Я думаю, что они могут напасть на нас, поэтому лучше не разделяться. Из соображений безопасности. - Я предлагаю всё это остановить, - серьёзно начал Ки Хун. - Что ты имеешь в виду? - не скрывая скепсиса спросила Чхве. - Вообще всю эту систему? - Да. - Твёрдо ответил 456-й. Девушка показательно закатила глаза. Чунхи сердито посмотрела на неё: - Хэ Юн, почему ты так неуважительно общаешься с господином Соном? Он же тебя старше и говорит правильные вещи. - Я не согласна с этими "правильными вещами", - начала выходить из себя 243-я, но тут раздался звон: из рук Ведущего выскользнула вилка. - Извините, - улыбнулся он игрокам, повернувшим к нему головы. - Простите меня, - опомнилась Хэ Юн. - Просто последние дни выдались такими сложными... Я так устала, мне страшно... - Девушка всхлипнула и прижалась к 120-й, та обняла её, утешая. Все остальные посмотрели на девушку с пониманием, подозрения Чунхи развеялись. - Бедная девочка, - пожалела Чхве 149-я. - Она же у нас самая младшая. - Так что вы предлагаете? - спросил Ён Иль у 456-го номера. - Там, наверху, те, кто создали эту "Игру". Мы должны подняться туда и убить их, чтобы прекратить это безумие. - Но у нас нет оружия. Как мы это сделаем? - Ин Хо смотрел на Ки Хуна внимательно, с толикой любопытства. - Я уверен, что этой ночью "кружочки" нападут на нас, чтобы увеличить свои шансы в победе на голосовании, - тихо начал объяснять мужчина. - И я хочу этим воспользоваться. Когда начнётся неразбериха, мы должны спряться под кроватями. Начальство не позволит игрокам перебить друг друга и скоро пришлёт сюда солдат. Они начнут уносить мёртвых, а мы таковыми притворимся и тогда к нам подойдут. Мы нападём на них и отберём оружие. - Вы не собираетесь предупреждать о нашем плане других "крестиков"? - безжалостно спросил Ин Хо. - Нет, - похоже эти слова дались Сону не легко. - Нам придётся пожертвовать кем-то, чтобы спасти большинство игроков. Все замолчали, погрузившись в тяжёлые раздумья. Готовы ли они так поступить? Это жестоко, но бездействовать ещё хуже. А если у них ничего не получится? Подставлять других - аморально, но ничего не предпринимать - это тоже плохо. Их размышления прервала толпа игроков, вернувшаяся из уборной. Большинство из них было в крови, у кого-то - порвана одежда. - Началось, - обречённо прокомментировал Ки Хун. - Что произошло? - громко спросил 100-й, обращаясь к пострадавшим. - Это "крестики" на нас напали! - закричал друг Таноса, в обвиняющем жесте указывая на противоположную сторону. - На беззащитных! - Это не так, - возразил 333-й. Всё его лицо было в крови. - Они первые на нас напали. - Даже если так, первыми то убили вы! - выкрикнул кто-то из толпы "кружочков". - Убили? - в ужасе ахнула Чунхи, с беспокойством смотря на игрока под номером 333. - Вы просто хотели выиграть на голосовании, - обратился 100-й игрок к "крестикам". - Давайте-ка пересчитаем потери с каждой стороны. Игроки выстроились в ряды и несколько раз пересчитали друг друга. Оказалось, что погибло всего два "крестика" и целых три "кружочка". Старик убедился в своих выводах и позвал союзников на совещание. Компания Ки Хуна напряжённо следила за их перешёптываниями и окончательно убедилась в своём решении: они устроят революцию. *** Семнадцатилетняя Хэ Юн была напугана чуть ли не до потери сознания: её пальцы стали ледяными, сердце бешенно стучало. Она только что вонзила нож в сердце своего противника и стала победителем "Игры в кальмара". По её рукам стекала кровь, глаза были широко раскрыты. Она знала, что за ней сейчас наблюдают: там, за тёмным экраном кто-то есть. Невидимые зрители, ради наслаждения которых ей пришлось пройти через Ад. Интересно, что они сейчас чувствуют? Может смеются над ней? Или им было слишком скучно? Возможно, они не обращают на неё внимания. Или, напротив, поражены, что в этом сезоне "Игры" победил самый слабый игрок. Девочка всмотрелась в мертвенно-бледное лицо человека, который защищал её все эти шесть дней, который доверял ей и которого она убила, предала. - Я жива. Я победила. - шептала она, а на её глаза наворачивались слёзы. Ей было невыносимо больно. - Простите меня, господин Ким. Пожалуйста, простите. Ноги подкосились, она упала на колени и разрыдалась. Они видимо решили проявить к ней толику милосердия и дали выплакаться. Когда слёз не осталось, не осталось абсолютно ничего: ни триумфа, ни печали, ни даже жалкой радости. Лишь пустота и ничего больше. Чхве перевела взгляд на мужчину, глаза которого были так же пусты, как и её душа, и осторожно провела ладонью по его лицу, закрывая веки. - Игрок номер 243, поздравляем вас с победой в "Игре в кальмара". - К ней подошёл человек в тёмно-сером плаще и чёрной маске. Она была не такой, как у солдат, она была другой: с идеальными линиями, точными срезами, она как будто заменяла лицо, а не скрывала его. Голос мужчины был неестественным: слишком низким и странным, как будто он был изменён с помощью каких-то устройств. Человек навёл на неё пистолет, девочка дёрнулась. "Неужели нас обманывали и победителя убивают, а не дают ему приз?", - успела подумать она, как сознание покинуло её. *** Хэ Юн очнулась, но почему-то ничего не видела. Только спустя пару секунд она поняла, что на её глазах была повязка. Её руки были связаны за спиной и сидеть в таком положении было крайне неудобно, хоть сидение и было мягким. Она провела по нему пальцами и ей показалось, что это очень дорогая кожа, как в салонах люксовых автомобилей. Пахло цветами и алкоголем. Она не могла понять, каким именно, ведь хоть её дядя и пил, ему хватало лишь на соджу, а это явно было что-то более качественное. Чхве попыталась высвободить руки, но у неё ничего не получилось. - Я надеюсь, что вы, игрок номер 243, потратите свой выигрыш с умом, - услышала она мужской голос, такой приятный и спокойный. - Не все могут справиться с такими большими деньгами, но вы производите впечатление умной девушки. - Кто вы? - спросила Хэ Юн, её голос дрожал от волнения и страха. - Разве это имеет значение? Девочка помотала головой, но вскоре к ней снова обратились. - Мне интересно, как к вам попала визитка? Мы никогда не приглашаем в "Игру" несовершеннолетних. - Метро... Я видела, как играют в ттакджи, а затем женщина обронила визитку, - несвязно объяснила она. - Ясно. Мы почти приехали, - голос был безэмоциональным, но ей хотелось слушать его и дальше. Сердце неприятно сжалось от внезапно возникшего чувства, которое она не могла точно объяснить. Но всё же с языка сорвались слова прежде, чем она успела их обдумать. - Господин, - робко начала она, внутренне ужасаясь от своего же решения. - Могу я... попросить вас об одолжении? - Допустим, - в его интонации промелькнуло лёгкое любопытство. - Я не знаю, кто вы, но, наверное, кто-то важный в этой "Игре". Можно мне остаться? - её слова прозвучали так по-детски, что ей самой стало неловко. - Остаться? - он был явно удивлён. - Я хочу стать частью этой системы, - Чхве говорила не твёрдо, но в этот момент она действительно не хотела возвращаться к бабушке и дяде. Лучше уж быть там, на играх, чем снова жить с семьёй. - Я не хочу домой, меня там не ждут, - слёзы вновь готовы были политься из глаз, она говорила сбивчиво и с заметным испугом. - Я работаю здесь уже давно, - начал он. - Но ещё никто не хотел вернуться назад, все стремяться поскорее сбежать. Зачем тебе это? - мужчина незаметно перешёл на ты. - Мне очень страшно. Эти шесть дней были худшими в моей жизни, но... Игры были просты и понятны, а дома, в школе - везде так сложно. - Честно ответила Чхве. - И я... я, наверное, никогда не смогу забыть об "Играх", часть моей души навсегда останется там. Так почему бы и мне самой не задержаться в этой системе? Я, конечно, ещё ничего не умею, но я научусь, обещаю. Машина остановилась, но никто не спешил открывать дверь. В салоне повисло долгое тягостное молчание, а затем чьи-то пальцы сорвали с её глаз повязку. Она увидела красивого мужчину лет пятидесяти в строгом костюме. Он смотрел на неё, как на экзотическую птицу, о которой раньше не было известно человечеству. Видимо, он не лгал: до неё о подобном никто не просил. - Уверена? - хладнокровно спросил он, вернув на лицо маску безразличия. - Да. - тихо ответила девочка, её тёмно-карие глаза были широко распахнуты и в них плескалось смятение. - Как пожелаешь, - просто ответил он. Хэ Юн так и не вышла на улицу: с того дня началась её новая, удивительная и полная ужасов жизнь. Спустя годы девушка могла с уверенностью сказать, что сделала правильный выбор.