Стадия боли под номером 6

      Я отдалённо чувствовала, как по телу бегают мурашки от холода. Я потеряла счёт времени, пока сидела в ванной, прислонившись спиной к холодной плитке. К моим ногам начала прикасаться холодная вода, которая стала вытекать из ванны, и я вздрогнула. Это вытащило из мыслей, которые медленно сжирали всё нутро.       Отрицание.       Гнев.       Торг.       Депрессия.       Я прошла всё это, и пора бы выбираться из огромной чёрной дыры и двигаться вперёд. Но что-то всё никак не сдвигалось с места, в голове, как кадры из фильма, всплывало прошлое, и я не в силах выключить это — нет того самого крестика.       Мы с самого начала были теми, кто друг другу не подходил. Мы смотрели в глаза, напротив стоя, и понимали, что это слишком опасно. Мы просто потеряем себя в глубине всех чувств, нарастающих в сердце с неконтролируемой скоростью.       Я всегда была той, кто всё умел контролировать. Мне всё подчинялось. Но не в случае с Чонгуком. Я теряла весь этот контроль, который всё убегал и убегал, словно вода сквозь пальцы, и я ничего не могла с этим сделать. А это первый шаг к той самой потере.       Мне нужно было бежать от него куда подальше, но Чонгук вставал на дороге, и этого хватало — у меня не было сил, чтобы сворачивать и рваться в другую сторону. Я не просила себя влюбляться.       Яркий огонёк в глазах угас ровно в тот момент, когда я увидела его с другой. Я боялась утонуть, но всё равно каждый раз заходила всё глубже в воду. Сейчас вода вышла из берегов.       «Да как он мог?» — немой вопрос, на который никогда не будет ответа.       Я поднялась и посмотрела на крайний угол ванны, в котором лежали альбомы, с нашими совместными фотографиями и куча окурков от сигарет. Только недавно пересматривала их, давясь горьким дымом, как мазохистка, и рыдала взахлёб, пока слёзы не закончились.       Я засмеялась, несмотря на боль в левой стороне груди, а после резко взяла зажигалку на тумбочке и по очереди подожгла каждый альбом. Внутри следом разжёгся азарт.       Это была последняя капля.       Я впервые за крайние две недели улыбалась.       Принятие?       Я равнодушно отвернулась после и окунулась в ванну, мне нужно было начать всё сначала. Ещё секунду времени.       Чонгук был первым, кто так приятно будоражил моё сердце, и первым, кто разбил его на самые мелкие кусочки.       Говорят, есть пять стадий принятия боли. Ну-у-у… Я бы добавила ещё одну — месть.