Починка «бага»

      Конечно, киборгу было нелегко (пришлось отключить оповещение об ошибках), но ему удалось отстоять кухню. Еду для мастера готовит только он, и никаких исключений делать он не собирается. Да и позже выяснилось, что гостинцы покупные. Разоблачённая краснеющая от стыда аферистка, под шумок срывавшая с десертов этикетки, пыталась отстоять задетую гордость — что-то пообещала всем доказать, накашеварить «вкусного». Всего-то нужно в неё поверить и дать шанс!       — Я на курсы по домоводству ходила! Закончила с отличием! Я так, просто перестраховалась!       — Исключено.       «Знаком мне этот добровольно-силовой подход. Мастер, клянусь, я не подпущу её к вам близко, ни в какой форме».       — У меня при себе последнее издание рецептов для продвинутых! — и чего только у Фубуки не было с собой, но…       — Отказано.       Может, поваренная книга и дала опасной обманщице необходимые знания, но в опыте Геносу не было равных. Да и не станет он верить первой встречной. Компромисса не будет, вот, его безоговорочная победа. Всё, что Фубуки может дальше, препираться без повода, но даже такая ярая фанатка уймётся. Правда за ним. Осталось лишь продержаться.       Сайтама молча вернулся к себе. Сладости он попробовать был не прочь, но боли в животе не шутка. А ещё телевизор сам себя не посмотрит, не все сериалы вызывают чувство испанского стыда.       — Женские чары не работают на учителе. Говорил же, бесполезно! — торжествовал Генос. — Я превосхожу тебя, в смысле вас, во всём. Нет ничего, в чём я бы уступал, Фубуки. Логично, что мастер доверился в этом вопросе мне. Предлагаю разойтись, напрасная трата времени.       — Хах? Признаю, облажалась, не учла такого поворота событий. Но вы играли не очень-то и честно, — поджала губы Фубуки. — Вы меня опасаетесь?       «Нет, но… да? Так всё же нет, или да? И почему да, если по всем измерениям нет?»       — Ни в коем разе. Мой скептицизм при вашем появлении вполне обоснован. Да, фраза «еда, вероятно, отравлена», могла несколько повлиять на итоговое решение Сайтамы, но это моё субъективное мнение — это было ясно от начала до конца. Использовано вводное слово. Вы могли затаить злобу на учителя за тот случай. У мастера много недоброжелателей.       — П-почему все против меня? — голос дрогнул.       — Что не т-так со мной, Кибер-демон? Почему т-ты так жесток ко мне? — прослезилась Фубуки.       — И это ваш следующий ход? Разочарование. — процедил Генос с презрением, но он не мог отрицать, что его проняло, захотелось помочь «несчастной». А ещё её переход на ты был чрезвычайно эффективен. — Давите на жалость? Слишком глупо даже для коварных женщин. Металл невосприимчив к слезам. Только коррозия над ним властна. Никакой кухни! Радуйся тому, что я разрешил тебе посмотреть! Платок подать?       — Ну, не помешало бы… Хнык-хнык!       Девушка нарочито расплакалась, принуждая Геноса исполнить её просьбу. Он колебался. Очевидная женская манипуляция. И он ничего не может тут сделать?       Генос проклинал небеса за возникшую ситуацию. Салфетки передать легко, главное оставить в неведении всевидящего мастера. Его непредсказуемое поведение могло добавить хлопот. Вдобавок, сама Фубуки, вызывающая сбои оборудования, с ней стоило контактировать по минимуму. Это была, возможно, самая сложная операция за всю его гибридную жизнь.       — Не стоило вас, женщин, недооценивать.       — А вот это обидно было!       Генос не посыльный для гостей Сайтамы, и исполнение просьбы Фубуки непременно ударило бы по его самолюбию. Этим и собиралась воспользоваться девушка. К счастью (или сожалению), сегодняшний случай был исключением из правил, ведь Генос мыслил на два шага вперёд. Он никакой не «курьер», все эти взаимодействия только ради выхода из тяжёлой ситуации!       «Мастер — путеводная звезда, с помощью его мудрых советов и изречений я непременно стану ещё сильнее. Нельзя его потерять».       — Упаковки будет достаточно? — с скрупулёзно подошёл Генос к делу. Пусть хоть плачет в сторонке сто лет, никаких новых «взаимодействий» подай-принеси не будет.       — А Сайтама?       — Нет, он не в курсе, не переживайте. Учитель тренируется. Если планируете устраивать водопад, мешать не буду. Но… — многозначительно промолчал Генос. — Итак, время дегустации. Отравленный покупной яблочный пирог против домашнего.       — Да никакой он не отравленный! — не унималась девушка.       — Знаю. Вы не похожи на самоубийцу.       — Тогда…       — Но это лишь субъективное мнение, оно не учитывает условий хранения продуктов, а также человеческой двуличности.       Генос, передавая кусок пирога девушке на пробу, считал, что он справлялся неплохо. Чёрные очки, которые он приобрёл для случая встречи с проблемой X, работали без каких-либо нареканий. Даже самый яркий изумруд после подавления его цветов становится серым, что уж говорить о «красоте» Фубуки. Получается обычная невзрачная девушка с крайне нестандартными формами и модельными пропорциями. Всё, как и должно быть. Особенно, когда удаётся не акцентировать на них внимание.       — Твоя шарлотка… просто нету слов!       — Правильный ответ! Качество продуктов, — Генос улыбнулся, но быстро подавил «аномалию». — Точное следование рецепту. В… ты, типа, учись делать, как я!       Но даже если скрыть девяносто девять процентов, один обязательно себя покажет. Требуется лишь случай.       — Правда, какое-то странное послевкусие… — с подозрением протянула эспер. Но какой смысл машине затевать закулисные игры?       — Где? — взялся Генос уже сам за второй кусок пирога. Нужно было показать сомневающейся пример. — Ничего «странного». Неужели вас подводят рецепторы? Всё гораздо хуже, чем…       — Ну как же? Вот прям точно было! — негодовала Фубуки. — Хочешь сказать, я совсем того? Ничего не понимаю в готовке? Мне нужно ещё!       Генос делал одни уступки за другими. И только во время пятой такой дегустации до Фубуки наконец-то дошла причина такого великодушия:       — Вы… ты решил меня напоить?       — Поправка, у меня уже получилось. Согласно подсчётам…       — А ну-ка погоди, такой умный!       Облокотившись на ничего не подозревающего Геноса, Фубуки избавилась от его назойливых чёрных очков. По звуку падения (разбития стёкол) пришлось им явно несладко.       — Всё равно они тебе ну не шли!       — С-субъективно!       Возник вновь тот самый зрительный контакт. Очень опасный. И не только этот вид манил. Двойная ловушка.       — Только между нами. Как думаешь, твой «учитель», устоял бы? Или не устоял?       Дело пахло для киборга… керосином. Как и ожидалось от его тела, оно отказывалось работать при новых обстоятельствах. Ошибок было даже больше, чем в прошлый раз, головокружение создавало иллюзию землетрясения. Вдобавок, Геноса перекосило.       — Тот кусок явно был лишним.       И если Генос бездействовал, Фубуки не стояла на месте, сминая металлические листы своим тягучим голосом:       — Устоял бы? — шептали её губы под одним ухом киборга. — Или не устоял бы? — уже под другим.       — Не знаю! — выпалил Генос смущающую правду. — О-отстань, женщина!       «Женщина» искренне рассмеялась, паника того, кто никого не боится, была обворожительна.       — Играешь с огнём! Но и к этому я была готова, — обняла Фубуки киборга крепко-крепко. — Мы подержимся за руки, а потом я как возьму да поцелую!       Генос молча смотрел за тем, как девушка встала на цыпочки, и собиралась осуществить надуманное. Ничего поделать он не мог, только попытался отвернуться, и то неудачно. Нельзя было сказать, по какой именно причине не вышло.       «К-какое коварство»!       Признаться, Генос не испытывал отвращения к случившемуся. Возможно, на это повлияли недавние сны эротического характера, да и «оно» произошло, не заламывать же руки гостьи? Просто выдержать.       — А потом…       — Тебе бы пора уже отключиться, не думаешь? — пытался хотя бы словесно Генос не дать пьяной девушке себя раздеть. Без сомнений, если это был бы сон, слова были бы другими. Что-то вроде «попробуй, детка, смотри, не обожгись». Но это реальность, и здесь лучше не заходить слишком далеко. Да и что было бы дальше?       «А… М-мы можем попробовать что-то другое, да, т-точно точно!»       В этом плане его трудно назвать мужчиной, и разочарования с её стороны тут было бы не избежать. Если это, опять же, был бы сон, такого бы точно не случилось. Если бы он встретился с Сайтамой пораньше… может быть, и человеком бы остался, а советы бы подействовали. Может быть, и не только во сне его ждала бы счастливая концовка. Может быть…       — Так, и так…       Девушка внезапно задрожала и захрапела. Алкоголь проявил себя. Генос аккуратно переложил тело за стол, а сам сел поодаль.       — Это было близко. Тот кусок пирога был действительно лишним, — отметил киборг, наливая себе целый бокал напитка, припасённого на чёрный день. Производитель утверждал, «средство убойное».       Генос тяжело вздохнул, пригубив немного. Самое время проверить, насколько.       — Ты не подумай ничего, Фубуки. Киборги не способны… ну, типа испытывать настоящие эмоции. Да, такая формулировка будет корректной. У меня даже программное обеспечение твердит своё «ошибка-ошибка». Вот этого всего не должно быть! Представляешь, да, какого это мне, дефектному какому-то? Вот влюбился в незнакомку, а смысла в этом совершенно никакого. Это баг. Приходит и уходит. Ничего ты не представляешь. И да, — выдержал Генос паузу. — Я заранее проверил твой пульс, поэтому ты совершенно точно спишь, и клише не случится. И что тебе снится? Сайтама, да? Или, может быть, твоя сестра, кто-то третий? Есть там место мне? Я там хоть мелькаю на фоне? Впрочем, какая уже разница? — Генос выпил следующий шот залпом. — Я чёртова консервная банка. Ты модель. Как за робота-пылесоса можно выйти замуж? Только механическая работа, на которую человек не способен, таково моё предназначение. Тот песчаный тип… И даже найти этого грёбанного убийцу, вырезавшего всю мою семью, не могу. Тц. Я так слаб. Ни в чём не преуспел. Без мастера я никто. Помер бы от идиотской комарихи, сгинул бы в пустоши. Влюбиться в такого? Не тупи, дурёха.       Все ошибочные чувства киборга вмиг притупились.       — Ух-х, теперь верю в эти одиннадцать процентов. Ну, это же полнейший бред, слышала вообще себя? Мы слишком разные. Мы не можем быть вместе. В этом мире я одинок, и так будет всегда. Просто нет смысла менять это. Бессмысленно. Нерационально. Мы из разных миров. Вот поэтому роботы так востребованы на рынке. У них нет этих рефлексий, нет смысла в личной жизни, заказчик всегда знает, что задание будет выполнено, а если и сломался, по нему плакать никто не будет. Ну нет и доли смысла! Прижалась она! Как бы поступил здесь сенсей? — киборг всерьёз задумался. — Уверен, он бы принял ответственность на себя. И в его мыслях не было бы навязчивого желания «заглянуть под юбку». Ха, а мне так хочется воспользоваться моментом. Я не понимаю, что творю. Такой бред, но я не могу перестать раздевать её в своём воображении. В мыслях одни непотребства. Мастер? Он бы не стал глушить боль алкоголем. Мастер бы не парился. Эх. Разумеется, я не он, мне ещё далеко до наставника. Но ведь он прошёл этот этап ещё даже до обретения силы. И живёт вполне спокойно и без всякой «любви». Значит, у меня, его ученика, всё получится. Я же ведь стал сильнее? Его же слова? Так и здесь. Просто нужно пережить первую волну… если так подумать… я дал эмоциям-ошибкам взять над собою ненадолго верх, ведь так? Твой план был настолько нелогичен, столько имел «но», но… почему-то сработал… на мне… сущий абсурд. Ты победила? И я ведь к тебе неравнодушен? До дна!       Пьянка выдалась на славу, киборг иссушил всю ёмкость, отвечая на однотипные, порой, повторяющиеся вопросы. Он не мог опьянеть, вроде бы, а так хотелось. Хотелось позабыть обо всём, вытворить то, что свойственно исключительно людям и никто бы на него косо не посмотрел, разве что пожурил за плохое поведение. Много, много раз. Хотелось жить обычной жизнью, хотелось почувствовать себя стоящим её внимания, хотелось быть любимым и быть способным эту любовь принять и что-то дать в ответ. Но отражение в окне всегда возвращало в грустную реальность — сколько бы он элитного алкоголя в себя не влил, даже через силу — его ржавчина никогда не станет кожей, он убийца убийц, который переживёт всех на своём пути, союзника, недруга, может, всю планету. Не стоит даже пытаться, это против законов природы, попытка союза принесёт обоим несчастье. И как же она…       — Ты так красива. Так прекрасна и желанна. Но тебе никогда не стать моей.       Геноса окутала тревога — его воображаемые собутыльники пропали, правда слепила глаза. Он уже заканчивал возмущаться, но от ещё одного последнего раза хуже ведь не станет:       — Почему этому миру нет дела до моих желаний?       Генос толковал про несправедливость вселенского масштаба. Мир, который исполнял желания направо и налево: обращал людей в монстров по запросу даровал силы избранным, его не замечал. Не его одного, но разве конкретно он не заслуживал чуточку любви? Капельку справедливости? Почему он обречён вечно проигрывать? Почему его обходят другие, а даже если им искренне восхищаются, это не то, восхищаются не тем? В чём вообще смысл его существования?       — Не знаю. Поныл — и хватит.       И всё же Генос решился не пускать проблему на самотёк. Дал понюхать Фубуки нашатырного спирта, придумал оправдание. Конечно, похмелье оно не уберёт, но девушке не впервой, сама дальше справится. Без него. Да, он лишний.       — Желания не стихают. «Алкоголь управляет»? Или «дело не в нём»? Чёрт, куда же я вообще полез? Так и живут люди? Столько неизвестных, эмоций… а я думал, я знал о них всё… был же человеком.       — Генос, телефон звонит! — отвлёк киборга от размышлений Сайтама. Судя по неизвестному рингтону, мобильное устройство принадлежало незванной гостье. Где-то в коридоре.       Генос промолчал, собираясь самолично разобраться с последствиями своего плана. Правдоподобная отмазка была готова и терпеливо ждала своего часа. Значит, именно сейчас? Но первый раз свою ученическую практику Сайтама ответил на телефонный звонок. Возможно, дело в раздражающей мелодии, но нельзя было сказать наверняка.       — Алё!       — Мелкая, что, ты?       «Да, в прямолинейности мастера нет равных. Это одно из знаний, которому невозможно научиться».       — Генос, ты что-то сказал?       Шум телевизора прекрасно справлялся со своей ролью, сглаживая странность ситуации.       — Да так, просто хотел вновь напомнить, что вы общаетесь со вторым номером в S классе.       — Ну да. А в чём подвох? Эта мелкая какая-то особенная, что ли? Она даже не первая.       «Что и ожидалось от Сайтамы-сенсея, его стандарты крайне высоки, у меня захватывает дыхание. Заметка. Купить новый блокнот».       Генос покачал головой, призывая Сайтаму сосредоточиться на диалоге в трубке.              — … Она, кажется, телефон оставила, — Сайтама отложил мобильный в сторону и поинтересовался у киборга насчёт Фубуки.       — Меньше от вас я и не ожидал, учитель. По существу и хладнокровно. В данный момент Фубуки-сама не может подойти к телефону.       — А что так?       — Она попробовала кое-какую настойку с полочки. В ближайший час абонент не будет доступен.       — Вот оно как. Мне не жалко.       Сайтама не расспрашивал о причинах, и Генос так и остался невольным слушателем не менее странного разговора. С Сайтамой беседовала сестрёнка Фубуки — Тацумаки, известная личность, известнейшая и могучая, но не ровня Сайтаме. Вдобавок, личность крайне самодовольная. И разве что только этот мужчина мог поставить её на место. Как уже случилось однажды. Но одного показательного опыта вряд ли было достаточно.              Хоть Сайтама сам и не рассказывал о странной стычке, от интернета ничего нельзя было скрыть. Члены объединения «Метели» не преминули возможностью рассказать о случившемся. В своём вольном стиле. Хорошо, как говорится, что учеников Сайтама к себе больше не принимал, а группу эту никто всерьёз не воспринял.       В любом случае, судя по тому, что разговор несколько затянулся, у «Торнадо» к Сайтаме имелось, как минимум, несколько вопросов. Судя по заскучавшему выражению лица Сайтамы, очень нудных.       Если учитывать, что даже Кинг вписался в это (Сайтама почувствовал его каким-то неведомым образом, некоторая ментальная связь?), вопросы сами напрашивались. Например, почему этот обманщик до сих пор занимает седьмое место в S классе, пока Сайтама, истинный герой, ютится в B? Тацумаки не смогла разобраться в этом? Но как с этим связана Фубуки? Киборгу не было ясно.       — Распродажа живых крабов? — и след мастера простыл.       — Не припомню такую акцию… — Генос погрузился в воспоминания. — Да, я ничего в округе пятидесяти километров не пропустил. Значит, «Торнадо» просто решила обвести мастера вокруг пальца? Очень глупо. В чём смысл?       Писклявые звуки всё не прекращались.       — На радостях забыл повесить трубку, — сказал Генос. — Когда вернётся… может, всё же за крабом сбегать? Сенсей будет глубоко опечален. Тогда ещё салатик порежу.       А вот, что киборг услышал дальше, его сильно шокировало. Хотя, казалось, куда больше в этом безумном дне!       —… меня чуть не… втрескалась, да, Фубуки? Да! Абсолютно! Точно! Бесповоротно. Попала! Как же я попала! Нет-нет-нет! Эх.       Она и мастер Сайтама? Дело плохо. Только этого не хватало.       — «Торнадо Ужаса», я категорически не одобряю услышанное, — раскрыл себя Генос. — Учитель…       — Железная банка, иди, куда шёл! — и вызов был таков.       — Но ведь я же стоял… — попытался переварить услышанное Генос. — Пожалуй, лучше это останется между нами, вторая героиня S класса. Буду надеяться на твоё благоразумие, Тацумаки. Не уверен, что мне удастся «победить» тебя хоть на каком-то поле боя. С твоей сестрой кое-как справился… и то я бы назвал эту победу пирровой.       И всё же это откровение оказало на Геноса немалое влияние, как бы он не пытался этого впоследствии отрицать. Значит, не только он страдает от тех самых симптомов и любит тех, кого «не стоит». Правда, в поведении Тацумаки Генос не увидел ничего «такого» — она просто поняла, что Сайтама нечто большее, чем повод для шуток. Возможно, увидела его в тот момент, когда он был серьёзен. Впрочем, вряд ли «действительно». Тогда бы мастер непременно бы об этом рассказал, как было с Боросом.       И если люди живут с осознанием того, что некоторым их желаниям не суждено сбыться, а они продолжают их лелеять, может быть, всё не так уж и плохо в его положении? Тацумаки понимает, Фубуки тоже. И Генос на пути к этому. Это, на самом деле, нормально, однозначно разобрался он. Как минимум, для человека. А разве киборги хотя бы частично не люди?

***

      Близилось время запланированного техосмотра. А Генос, можно так сказать, начинал привыкать к своей особенности. И в какой-то мере находить в ней не только минусы. Может, даже книгу напишет о тонкостях этого состояния. Но это неточно!       — Эмоции — обоюдно острый меч. Но с ними действительно чувствуешь себя более «живым». Мне тошно, но я чувствую, что это не «плохо».       — Говоришь, тебя устраивает «весь этот» сбой? — всё расспрашивал Геноса доктор Кусено после завершения полной диагностики, не скрывая удивления. — Галлюцинации? Ошибки и отказы оборудования? Я правильно понимаю? Тебе нормально?       — Но ведь вы почему-то не стали киборгом, хотя прекрасно знаете о всех их преимуществах. Отказы как часть радости жизни, я так полагаю. И пристрастившись к этому, уже не отказаться. Извините.       Доктор хмыкнул:       — Почему не стал? Цена за непостоянную силу слишком высока. И нужна ли она мне? Сила в длительном плане приносит лишь несчастье. И к сожалению, её нельзя отменить по нажатию кнопочки. Да и я уже давно отжил своё.       — Понятно.       — На самом деле с тобой всё понятно и без длительных исследований, — доктор Кусено почесал за ухом. — Впрочем, я всё же не верю интуиции, ты меня знаешь, поэтому ознакомься с заключением. Здесь и здесь. Вкратце. Проблема кроется в мозге. Единственное, что осталось от твоей человеческой жизни, вновь напомнило о себе. Из меня не очень хороший нейрохирург, поэтому в момент твоей заключительной операции я ограничился простым решением. Если убрать деловые формулировки, я сэкономил. И это дало о себе знать. Всё перемешалось. Теперь варианта два: либо жить так, либо… — Мужчина прервался. — Прежний ты согласился бы, не раздумывая, на второй вариант. Но ты изменился.       — Вы правы. Я никогда не думал, что будет после выполнения цели. А сейчас задумался… что я буду делать дальше? Не хотелось бы быть инструментом в чьих-то руках. Мне бы хотелось познать себя, то, что от человека ещё осталось.       — Наверное, ты считаешь, что я воспользовался тогда твоим желанием мести…       — Нет, наставник, — громогласно заявил «подопытный». — Всё честно. Вы дали мне возможность увидеть завтра и заменили родителей. Я вам должен, не вы мне. И должен много.       Инженер покачал головой, но решил закрыть эту тему. Лихо лучше не будить.       — Что будешь делать дальше?       — Никак. Всё будет как обычно, вот увидите. Взрослые часто что-то «забывают». Это такая их суперспособность. Я заметил. И знаете, я тоже недавно осознал, что вышел из подросткового возраста, что тоже умею играть в эти игры, хоть и с оперативной памятью проблем у меня никаких нет. Это ещё один тест для меня. «Человеческое наследие». Испытание, трудность, возвращение к истокам, когда я был невероятно слаб. Может, оно приблизит меня к обретению великой силы. Я справлюсь. Если что, обращусь к мастеру.       Доктор искренне засмеялся впервые за несколько лет. Его подопытный действительно нечто. Как же этот юноша повзрослел! И всё же инженер не смог полностью избавиться от вины. Кто знает, может быть, если бы он не проходил тогда мимо возле разрушенной деревни, Генос не так рьяно цеплялся бы за прошлое? Остепенился? Влюбился? А вдруг бы помер, нахлебавшись несчастий с три короба? Но умер бы как человек? Что правильнее? Гуманнее?       Одна дилемма за другой, а определять судьбы посторонних нелегко, по психике бьёт.       — С вами всё в порядке?       — А? Да. Игры? Способности? Верно подмечено, человек забудет абсолютно всё, коли только того пожелает. И всё-таки, жизнь удивительна! Сколь бы не произошло разных событий, всё возвращается к началу.