Рояль в кустах

Неапольское солнце стремительно уходило за горизонт, когда Леоне Абаккио оказался на пороге гостиницы, в которой располагалась банда Буччелатти. Этим вечером не было ничего необычного: Наранча пытался решить очередной пример, который ему подготовил Фуго, что заканчивалось криками и драками через каждые пятнадцать минут. Миста кормил своих Sex pistols колбасой. Однако банда была не в полном составе: не видно Джорно и Бруно. Второй наверняка был у себя, но вот первого Леоне не встретил за целый день ни разу. Это наводило экс-полицейского на тревожные мысли: он и так не доверял малолетке, едва попавшей в семью, а сейчас мнительность Абаккио приобрела более серьёзный оборот. Он решил сразу отправиться к Бруно, чтобы попытаться хотя бы узнать, где пропадает этот вечно мечтающий блондин. - Бруно! - Обеспокоенным тоном сказал Леоне, отворяя дверь в кабинет главы буччи-гэнга, - Ты сегодня видел этого мелкого засранца? - Нет, не видел. Я даже не могу предположить, где он может быть. А ты что-то хотел? Экс-полицейский уже не слушал. "Как он может не знать о том, где эту розовую задницу носит? Буччелатти же сам отправляет его на задания. Такого просто не может быть!" - Не думаю, что ему просто можно вот так взять и довериться, понимаешь? Это выйдет боком. Он обставит нас, как кроликов - Леоне, я прекрасно понимаю твои опасения, - Буччеллати отвлёкся от своих письменных дел и взглянул на Абаккио, - но если мы не будем доверять Джорно, то нашу банду может ждать неудача - Если так дело пойдет и дальше, то стоит опасаться предательства - Не всегда беспричинное отсутствие - это плохо. По крайней мере, сегодня. Я доверяю Джорно, и уверен в его честности перед семьей. Научись доверять ему и ты, Леоне. Уже выйдя из комнаты Бруно, экс-полицейский впал в раздумья. Буччелатти стал для него второй «матерью», как и для других членов банды, но нельзя же так просто относиться к неразумным выходкам Джованны. В семье он оказался чуть ли не вчера, да ещё и молоко на губах не обсохло. Как можно так доверять ему, словно знакомы всю жизнь? Леоне верит в Бруно и уважает его решения, но также он верит в своё шестое чувство. Он, чёрт возьми, знает эту грёбаную жизнь! С такими противоречивыми чувствами Абаккио дошёл до своей комнаты, после чего решил ненадолго прилечь. День выдался довольно тяжёлый. Пришлось выполнить нелёгкое поручение, и это отняло у Леоне за сегодня все силы. Он столкнулся лицом к лицу с противником, который мог управлять растениями. Эта битва изрядно утомила его, что после всего этого дерьма хотелось просто зайти в ближайший кабак и навернуть пару бутылок. Однако доставлять ребятам проблем от заботы за его тушкой, что будет полностью в хлам, не хотелось, поэтому просто спать и ни о чём не думать – лучший вариант, ведь так? Но получалось плохо: мысли, что бесконечно тревожили его, как назло, лезли в голову с удвоенной силой. Абаккио решил встать и открыть окно. "Возможно, свежий воздух даст мне чуть больше расслабленности. И все-таки где этот сопляк, и почему он пропадает на целый день, вдобавок никто не имеет и малейшего понятия о том, куда он засунул свою тощую задницу на этот раз!" Мысль о том, что в их банде потенциальный предатель, не давала Леоне ни секунды покоя. Он начал ходить из угла в угол. В один момент Абаккио отвернулся от одной из стен и услышал шелест за своей спиной. Обернувшись, экс-полицейский обнаружил куст довольно массивных размеров. В этот момент Абаккио крайне насторожился. "Вражеский стенд? В моей комнате? Нужно предупредить остальных, но нельзя спускать с этой странной штуки глаз. Если я сейчас упущу это из виду, кто знает, что может случиться. Я не знаю способностей этого стенда. Нужно действовать сейчас и быстро!" Но вариант того, что этот стенд крайне опасен и в одиночку Леоне с ним не справится, исключать нельзя. В конце концов, он посмел пробраться прямо в комнату экс-полицейского. Наверное, его обладатель очень уверен в своих силах. Леоне всё же решает предупредить банду, а там будь, что будет. Лучше так, чем его одного тут прихлопнут, как моль на старом пальто. Сказано-сделано. Абаккио пулей вылетел искать остальных. Члены группы смотрели с непониманием и удивлением, но Леоне чётко прокричал: «Вражеский стенд! У меня в комнате!» Как только все оказались наверху, в комнате Абаккио, её хозяин уже почти поверил в то, что алкоголь окончательно свёл его с ума. Никакого куста на территории площади не было, вместо него прямо по центру красовался, сиял своей эстетичностью, новенький рояль. Спустя двадцать секунд Наранча решил атаковать инструмент, но его остановил Миста. Фуго просто отказывался это понимать. За Абаккио говорило его лицо, а точнее взгляд, тот самый взгляд в одну точку, какой происходит у людей с посттравматическим расстройством. Однако на этом сюрпризы не закончились. За спинами присутствующих в комнате послышались отдалённые шаги, что становились всё ближе. Все замерли в ожидании скорой атаки, однако, как только незнакомец пересёк порог комнаты, послышался знакомый голос. - С днём рождения, Абаккио! - это был радостный голос Джорно. Все обернулись и увидели его, облокотившегося на дверь. В руке у Джованны было несколько шариков тёмно-фиолетового цвета, которые он отдал Леоне. Абаккио не знал, что сказать. Наорать? Промолчать? Спросить? Уйти? Только что он был чертовски напуган, потом его сразил шок от увиденного рояля и от осознания, что он пропил последнюю долю рассудка, а теперь...ему напоминают про день рождения. Экс-полицейский уже успел забыть, когда отмечал его в последний раз, а этот выскочка поздравил его. Больше похоже на какой-то сказочный бред, эпизод из какого-нибудь литературного абсурда, чем на реальную жизнь. - Как я рад, что мне удалось собрать вас вместе. Абаккио, сегодня у тебя особенный день, и я хочу тебя поздравить с ним от всего сердца. Я знаю, что ты всё ещё не доверяешь мне, и, нет, этот жест – не попытка заслужить твоё доверие. Просто та доля внимания, что заслуживает каждый в день, когда появился на свет. Кстати, да, этот рояль тебе. Я тут узнал, что в детстве ты ходил в музыкальную школу. Всё это было слишком странно. Джорно, рояль, куст, вражеский стенд, день рождения, музыкальная школа смешались в единую картину. Но Джованна продолжал. - Да, я понимаю, ты точно этого не ожидал, но я изначально всё продумал. Объединить всю банду, когда у каждого бесконечное множество дел, задача непростая, но всё вышло так, как и было задумано. Кровь начинала закипать: сначала от ног, чтобы подбежать к этой сволочи, затем она направилась к сердцу, вызвав волну адреналина, а потом и к рукам, чтобы вмазать златовласой занозе в заднице как следует. - Чёртов кретин! Вместо того, чтобы заняться реальными делами, ты решил устроить какой-то нелепый праздник?! Выдав это за угрозу нападения, переполошив тут всех?! - Нет, он успешно выполнил моё поручение, - спокойно сказал Бруно, которого до этого момента в комнате не было. Если бы он появился здесь ранее, вместе со всеми, его равнодушие к нападению или притворные реакции могли бы выдать всё. - В команде важен прежде всего дух товарищества и что каждый может рассчитывать на своего напарника. Джорно, ты ещё раз доказал, что достоин быть в банде. Ты собрал нас вместе, и сейчас у нас есть возможность впервые за долгое время наконец отметить твой день рождения, Леоне. - Тогда пойдёмте назад в холл? Там ещё оставалась еда и было, что выпить, - предложил Фуго. - Отличная идея! – Остальные мигом прониклись настроем. Оставшийся вечер прошёл гладко. Банда Буччелатти провела его всем составом, веселясь и выпивая иногда за здоровье именинника (кроме Джорно и Наранчи, они предпочли алкоголю апельсиновый сок. Первый по своей воле, второму просто не дали ничего крепче). Под самый конец дня их ждало небольшое выступление на рояле от Абаккио, который в этот день пусть ненадолго, но вспомнил, что значит отмечать день рождения. Более того, ложась спать после «бурной вечеринки», он поймал себя на мысли, что музыка успокаивает куда лучше, чем алкоголь.