Часть 14

— Ты в маске и есть собираешься? — Какая тебе разница? — Не косплей Какаши-сенсея, ты не такой крутой. Непривыкший выражать эмоции аж до такой степени, Саске все же испустил обречённый вздох. Но был тут же прокомментирован: — Ты разве владеешь фуутоном? Если нет, то твои вздохи капусту не нарежут. А если и владеешь, то тоже не нарежут, даттебайо. — За какие грехи мне твоя компания? — Хе-хе, — ослепительно улыбнулся Наруто, впрочем, не отвлекаясь от нарезки латука. И таким же шуточным тоном добавил: — А за какие грехи ты меня так боишься? Саске резко остановился, и ровный ритм Узумаки стал раздаваться гораздо четче. — О чем ты вообще? — Я же не последний идиот. Эта маска не делает менее очевидным, что тебе запечатали чакру, так почему ты ее не снимаешь? Наруто обернулся к другу. Саске глядел на него почти с ненавистью, но тут парень, прикрыв глаза, хмыкнул, и парой неловких движений сбросил ткань юкаты с плеч, а затем — взглянул прямо и с вызовом, развернувшись к нему всем телом. На боку Наруто, размером даже больше растопыренной ладони, расцветал уродливый, рваный шрам. Кожа там была грубой, стянутой к центру, словно плоть пришлось стягивать со всего торса дабы закрыть огромную зияющую дыру. — Не всё идёт так, как ты хочешь, кому как не мне это знать? Я такой же меченный, так чего ты боишься? — Не учи меня как ребенка, — огрызнулся Саске, сжав зубы. — Я не пытаюсь тебя учить, — Наруто отвернулся, подтягивая юкату обратно на плечи, — просто хочу, чтобы ты был собой и не прятался. Хотя бы сегодня. Хотя бы сегодня. Саске замер. Эти слова, которые он так легко обронил, почему-то ударили под дых. Парень затих, пока Наруто даже не смотрел в его сторону, опять что-то нарезая. В тишине Саске сдернул маску и взялся за свой лук, но Наруто больше не смотрел на него. Несколько минут они работали плечом к плечу, но этот бытовой ритм будто делал все только хуже. Каждый стук ножа глухо звенел в полной тишине. Тук. Тук. Тук. Хотя, кажется, это чувствовалось так только для Саске: не прошло и минуты как Наруто снова заговорил, будто ничего не произошло, разбрасываясь указаниями, о которых никто не просил. Саске начинал закипать. — Да достал уже, сам разберусь. я получше тебя умею готовить. — Походные блюда все шиноби умеют делать, а мы тут о нормальной еде… — Наруто обернулся, но внезапно замолк на полуслове, увидев, что Саске всё-таки снял маску. Сердитая гримаса медленно сползла с его лица, сменяясь мягкой, обезоруживающей улыбкой. — Спасибо, Саске. — Заткнись, усуратонкачи. Наруто вместо возмущения тихо посмеялся. Саске этот звук только больно кольнул — все было совсем не так как раньше. Учиха невольно замер, наблюдая за тем, как уверенно блондин орудует на его кухне. На мгновение он попытался сопоставить этого человека с тем шумным неуклюжим мальчишкой который все время орал и все портил, но пазл не складывался. — А я изменился? — вопрос сорвался с губ Саске прежде, чем он успел его обдумать. Наруто перестал помешивать набэ. Он подошел к ответу со всей серьезностью: отложил ложку, чуть прищурился и на мгновение замер, сканируя Саске взглядом, от которого по спине пробежал холодок: он был совсем не читаем. Раньше Наруто был как на ладони. — Ты потерял то, что толкало тебя вперед, — Наруто произнес это ровно, как-то задумчиво. — В тебе пропал тот огонь, который я помню. Наверное, не можешь снова возобновить дружбу с Сакурой-чан и другими? Ты одинок, растерян, наверняка и понятия не имеешь, зачем ты до сих пор жив. Тишина кухни стала невыносимой. Саске почувствовал, как внутри закипает ярость, смешанная с горьким осознанием правоты друга. Он хлопнул кулаком по столу так, что тарелки жалобно звякнули. — Хватит! Наруто даже не вздрогнул. Он остался стоять в той же расслабленной позе, и в этом пугающем спокойствии Саске на мгновение померещился Итачи: та же непроницаемость, та же дистанция, леденящий душу холод, кровь, кровь, тела родителей… — Ты спросил меня, и я ответил, — Наруто спокойно отвернулся обратно к нарезке овощей, и иллюзия разбилась с треском порванных бумажных окон. — Чувствовать себя так на твоем месте нормально, Саске. Я просил тебя не стесняться передо мной, даттебайо. Но Саске уже не мог остановиться. — А сам-то?! — он сорвался на крик, сокращая дистанцию и почти нависая над Узумаки. — Возвращаешься из ниоткуда, не объясняешь зачем, льешь мне воду в уши, нарезаешь чертов суп на моей кухне… к чему это все?! Какаши говорил, ты одним письмом убрал Данзо с поста Хокаге. Что в нем было? Что ты делал все эти три года? — Саске тяжело дышал, его грудь вздымалась, а запечатанная чакра отозвалась тупой болью в каналах. Наруто молчал, и эта тишина бесила больше всего. Набравшись новых сил, Саске выплеснул самое наболевшее: — И Итачи! Что за мутки у тебя с ним, что он тебе наплел? Может, ты еще и спасти его пытался после нашего боя? На чьей ты вообще стороне, Наруто?! Отвечай! На время повисла пауза. — Что, так и будешь молчать?! — На какой вопрос ты хочешь, чтобы я ответил первым? — произнес он с нажимом, будто бы нарочно не глядя на него. — Ты их задал такую кучу… что именно ты хочешь от меня услышать, Саске? — Не отвечай вопросом на вопрос!!! — Саске рвано перевел дыхание, чувствуя, как в груди закипает бессильная ярость. — Почему ты здесь? Со мной? Что тебе нужно? И не надо мне нести бред, как на пирсе в прошлый раз! Наруто наконец взглянул на него в ответ, чуть прищурившись, словно что-то оценивая. — Ты мне не веришь, — констатировал он тихим, лишенным эмоций голосом. — А есть повод? — вспылил Саске, делая шаг вперед, сокращая дистанцию до опасного предела. Слишком опасного. Если бы Наруто был здесь для того чтобы убить его, ему бы и шагу делать не пришлось — просто вонзить кунай под ребра. Саске был слишком взвинчен, чтобы помнить об осторожности шиноби. Хочет бить — так скатертью дорожка. Но Наруто не шелохнулся. Он лишь отвел взгляд, и этот жест нес больше горечи, чем любые слова. — Я на твоей стороне, — он снова отвернулся к столу, и его спина показалась Саске непреодолимой стеной. — Всегда был на твоей стороне. Это все, что тебе нужно знать, даттебайо. Саске злился, но его пыл уже перегорел, оставив лишь пепел во рту. Он чувствовал себя выжатым, лишенным сил для дальнейшего спора. Он тупо смотрел, как Наруто методично шинкует очередной овощ, и стук ножа заполнил звенящую пустоту в его голове, почти оглушая. В конце концов он выдохнул хрипловато, почти шепотом: — Почему? Наруто даже не обернулся. Опять. — Что «почему»? — …Ничего, — Саске дернул плечом, достал из пакета какой-то овощ (сам не замечая какой) и потащился к раковине. Вода зашумела, окатив холодом его пальцы. В какой-то момент он замер, глядя на струю воды, и добавил совсем тихо: — Почему ты не дал знать, что это был ты? Ритм ножа на мгновение затих. — …Когда? В день вашего сражения? — Я думал, он тебя убил, — признался Саске, его голос был так же лишен красок, как и у Наруто сейчас. Слова выталкивались из горла как последняя кровь из умирающего тела. — Надеялся, что ты жив, но не верил. Доставал Орочимару вопросами об Акацуки, искал хоть какую-то зацепку… Я даже осознал в какой-то момент, что хочу отомстить Итачи не за семью, а за тебя. Я пробудил Мангекё Шаринган из-за тебя. Почему ты мне не сказал? — Я надеялся, что ты его пробудишь, — Саске замер, не ожидая ответа — точно не такого. Голос Наруто был странно жестким, решительным, расчётливым. — Не потому, что был бы очень рад стать причиной, хотя, конечно, из-за этого тоже… Как же меня бы порадовало — узнать, что я настолько важен для тебя, — он коротко хмыкнул, но тут же помрачнел. — Тогда не было ни смысла, ни возможности раскрыться перед тобой. За той битвой наблюдали — настоящий глава Акацуки и его подпевала. У них были планы на тебя и твои глаза, они бы забрали тебя сразу если бы Итачи погиб, чтобы ты заменил его. Наруто хмыкнул, увидев, как в глазах Учихи вместе с пониманием начинает зарождаться возмущение. — Ты как чистый лист, Саске, даже сейчас, и особенно тогда. Ты так хотел мести, что даже леса бы за деревьями не увидел, не так ли? Даже не пытайся отрицать, ты даже деревню покинул ради этого, — Саске закрыл рот, даже не успев открыть. Ответить на это ему было нечего. — Если бы они смогли убедить тебя в чем-то, дать новую цель — ты бы пошел за ними, не раздумывая. Я должен был убедиться, что они до тебя не доберутся. Наруто подался вперед, сокращая дистанцию, и голос его понизился до едва различимого хрипловатого гула: — Есть еще кое-что — я должен был также пересадить тебе глаза Итачи. Легенда о Вечном Мангекё не пустой звук, Саске. Без этой операции ты бы потерял зрение максимум за несколько лет. Они замолчали. В тишине дома Учиха было слышно только тяжелое дыхание Саске, который пытался переварить услышанное. Пальцы Саске непроизвольно сжались, впиваясь в ткань брюк. — Но ты остался в Акацуки после смерти Итачи, — выдавил он. — Мне еще было что сделать… — Наруто отвел взгляд, и в этом жесте промелькнуло что-то похожее на усталость. — И ты ошибаешься, думая, что я остался с ними. Передав тебя шиноби Конохи, я их все равно что предал, забыл? Я и без того был с ними на птичьих правах. Если бы вернулся, они бы меня убили. Конечно, он пошел против них еще раньше, вырвав у них Гаару прямо из-под носа, но рассказывать это Саске было ни к чему. — Инцидент с Асумой… — Совпадение, — Наруто резко отрезал, не дожидаясь пока Саске закончит вопрос. — Мы с Суйгецу вышли поискать еды, а наткнулись на их бой. Убить двух членов Акацуки было в моих интересах, повезло, что Шикамару решил довериться мне. Хотя не думаю, что у них был выбор, даттебайо. Если бы они решили напасть еще и на меня, те двое из Акацуки быстро воспользовались бы этим и убили всех. — Ино говорила, их было трое, — Саске сощурился. — Было, — Наруто заметно поморщился, словно от зубной боли. — Ну, как бы там ни было, я всё же жив. Да ты и сам видишь, что не призрак! — Не смешно, — но Саске вздохнул, принимая его ответ. Не хочет говорить, ну и пусть. — Так что, ты остался, чтобы перебить их всех? Сколько еще осталось? — Трое. Наступила долгая пауза. Наруто смотрел в окно на темнеющую Коноху, и в его профиле Саске увидел пугающую решимость человека, которому нечего терять.