Запретные отношения (Камал/Деви)

      Деви Шарма смахнула свои вещи со стола в сумку и хотела поскорее сбежать из аудитории. На что она рассчитывала, начиная роман с преподавателем, который старше её на пятнадцать лет? Так много условностей было между ними, так много всяких «но», «нельзя», «запретно», однако так сладко рядом, уже давно необходимо, словно дышать.       Но безграничное счастье соседствовало с болью. Профессор Камал Рай всегда привлекал к себе внимание противоположного пола: студентки строили глазки, свободные преподавательницы и лаборантки в его присутствии расстёгивали пару верхних пуговиц — только смотрел он всегда на одну, которая об этом даже не подозревала.       Деви не была исключением из правил, ей тоже приглянулся профессор, однако между первым взглядом и началом отношений прошло внушительное количество времени. Обоим казалось страшным переступить черту — она горела красным, обещала осуждение и проблемы, но разве есть преграды для любви?       Тот день был самым обычным. В университете имени святого Иуды готовились к Рождеству, украшали кампус, строили планы на каникулы. Деви не собиралась уезжать: ей удалось попасть на стажировку в маркетинговое агентство, и те не могли упустить возможность нагрузить её работой за почти бесплатно. Особой грусти девушка не испытывала, преисполненная желания научиться новому, окунуться в профессию, стать лучшей среди однокурсников.       Наконец Деви сдала зачёт — как раз профессору Рай — и могла быть свободна до начала следующего семестра. В предыдущем, нужно заметить, она выложилась на максимум: не пропустила ни одного семинара, сдавала все работы точно в срок, проштудировала каждую книгу из списка литературы, а ещё много работала и мало спала. Так что выглядела она перед мужчиной не лучшим образом, к тому же время было позднее, так вышло, что она осталась последней в тот день.       Всё, чего хотелось, поскорее добраться до душа, а после — упасть в постель. Усталость буквально валила с ног, но успешно закрытая сессия придавала немного сил, как раз на дорогу до общежития.       — Может быть, тебя подвезти? — спросил профессор, собирая свои вещи в ровную стопку.       — Что? — Деви не сразу поняла его вопрос, смотрела, широко распахнув глаза, и даже чуть приоткрыла губы от удивления, когда смысл наконец до неё дошёл.       — Уже поздно, — пояснил свой порыв мужчина, — на улице ливень. И выглядишь совсем уставшей.       Деви закусила губу, размышляя. Многие знакомые девочки отдали бы за подобное предложение душу, однако она сомневалась. Немного побаивалась профессора, но с другой стороны… С другой стороны так не хотелось плестись по тёмной улице, гонимой холодными каплями. К тому же, это был профессор Рай, он умный, интересный, красивый. Только его взгляд немного смущал.       — Соглашайся, Деви, — профессор Рай взял пальто, висевшее на спинке стула, и тут же натянул на широкие плечи. — Ты живёшь в университетском общежитии? Если да, то будешь дома через десять минут.       Деви согласилась, однако в свою комнату попала не скоро. Разговор завязался ещё на парковке перед главным корпусом. Сначала об учёбе, предметах, которые Деви планировала выбрать для изучения в следующем семестре. Затем плавно перешёл на увлечения: оказалось, что они оба любят большой теннис и читают одни книги.       Профессор Рай притормозил у общежития слишком скоро, ещё много хотелось спросить, узнать, ответить, они продолжали говорить, и пришлось — с огромным удовольствием — заглушить мотор. Дождевые капли разбивались о лобовое стекло, а голоса в салоне всё не стихали, новые темы появлялись сами собой, затем неожиданно наступила полночь — ровно в это время в том квартале гасли фонари.       — Мне пора, — вздохнула Деви, водя пальцем по учебнику, который лежал у неё на коленях.       — Хороших праздников, — профессор улыбнулся, и они распрощались, как думали, до следующего семестра.       Однако судьба внесла свои коррективы.       Камал и Деви встретились на рождественской ярмарке через пару дней. Профессор прогуливался со своей крестницей — в первый момент Деви решила, что это его дочь, и даже успела расстроиться. Сама она ходила со стаканчиком глинтвейна в полном одиночестве, включив в наушниках музыку и разглядывая товары. Сувениры, ёлочные игрушки, готовые наборы, которые можно сразу подарить, — Деви ничего из этого не было нужно, она давно купила, упаковала и отправила родным подарки. Поэтому просто смотрела и делала маленькие глотки пряного вина, пока не наткнулась взглядом на преподавателя.       Профессор тоже заметил Деви и улыбнулся, махнув ладонью. Для девушки это стало неожиданностью. Она даже обернулась, проверяя, нет ли за спиной кого-то, а Камал за это время подошёл ближе.       — Привет, — он продолжал улыбаться, однако неловкость слишком хорошо была заметна на его лице.       — Здравствуйте, — Деви тоже смущалась, переступила с ноги на ногу, взяла стакан в другую руку.       Девочка их отвлекла, сообщая, что пойдёт к пряничному домику, и Камал утвердительно кивнул, а когда она немного отдалилась, пояснил:       — Это моя крестница, я сегодня вместо няни.       Деви вдруг рассмеялась. Серьёзный, широкоплечий, всегда собранный и строгий — он вообще не походил на няню. Глядя на хохотавшую девушку, Камал нахмурился, однако улыбка так и рвалась на лицо, и он не мог ничего с собой поделать.       — Сейчас мне пора покупать пряники, — профессор глазами поискал девочку среди толпы, — но, может, вечером, — он замялся, понимая, что предложение совершенно неподобающее, — встретимся здесь и опять поболтаем?       Деви согласилась очень быстро. Она сама не ожидала от себя подобного, но не хотела передумать. Желание снова говорить обо всём на свете было гораздо сильнее предрассудков и того, что якобы единственно верно.       Тот вечер не стал переломным, как и многие последующие: двое осторожно, немного боязливо приближались друг к другу. Провели каникулы за разговорами и переписками, встречами в отдалённых районах города, чтобы не попасть никому на глаза.       А в последний вечер перед началом нового семестра, когда они пили горячий имбирный чай недалеко от реки, разделявшей на две части парк; когда казалось, что эти недо-свидания уже подошли к концу, Камал повернулся, наклонился, опуская горячую ладонь на холодную щёку Деви, приблизился к её губам. Это было беззвучным вопросом, и Деви, немедленно, но боязливо целуя, дала такой же молчаливый ответ.       Так началась их история, что длилась уже три года. В ней было разное: ссоры, обиды, они расставались, не желая слушать и понимать, но знали, что друг без друга всё равно невозможно, пусть так сложно всегда хранить тайну, не иметь возможности всему миру сказать: «Мой». И вторить: «Моя».       Сегодняшний день был из не очень хороших. Всю лекцию Деви слушала, как девушки перед ней обсуждали якобы новый роман профессора Рай, а потом и его самого, не стесняясь в выражениях. Деви понимала, что это неправда, что нет никакого романа и неизвестной, однако всё равно становилась обидно, так несправедливо, что она не может прекратить бессмысленную болтовню.       Глупо злиться и обижаться — Деви знала, однако поскорее хотела сбежать из аудитории, не прощаясь.       — Мисс Шарма, — Камал сразу заметил, что что-то не так, и применил запрещённый приём: — задержитесь, пожалуйста, у меня вопросы по вашему докладу.       Деви сжала зубы от раздражения, подходя к столу профессора, скрестила руки на груди, давая ему понять, что недовольна.       — Что произошло? — Камал привычно собирал свои вещи в стопку.       — Я устала, — Деви покачала головой, — я так больше не могу. Вечно слушать, что у тебя кто-то есть, вечно быть пустым местом, вечно прятаться. Я не могу и не хочу, — почти топнула ногой от досады и поджала губы.       — У тебя сегодня плохое настроение? — обойдя стол, мужчина поравнялся с Деви и посмотрел ей в глаза. — Последний год, Дев, последний, и нам больше не нужно прятаться.       Камал за время вместе хорошо изучил девушку. Знал, что ей говорить, как смотреть, где прикасаться. Она стала открытой книгой — эмоции всегда на виду, сердце нараспашку, за это он её и любил.       — Он слишком долгий, — вздохнула. Как-то разом накопилось, одно к другому, и чувства требовали выхода.       — Но всё равно подойдёт к концу.       Деви кивнула и сделала глубокий вдох. Голос Камала как маяк, который всегда поможет найти путь. А путь неизменно вёл к нему самому сквозь любые волны, ливни и холода.       — Останешься сегодня у меня? — Камал погладил Деви по щекам, убрал за ухо прядку волос, чувствуя, как она немедленно расслабляется и сбрасывает панцирь обиды.       — Останусь, — Деви едва заметно улыбнулась. — Мы можем взять вино…       — И приготовить ужин, — подхватил мужчина.       — А потом — любоваться друг другом.       — Я люблю тебя, Дев, — Камал улыбнулся и быстро поцеловал её в кончик носа. — Подожди ещё чуть-чуть.