От друзей к возлюбленным (Амен/Эва)

      Эва провела расчёской по волосам, собираясь с мыслями и силами, ища внутри себя храбрость, которая почти всегда бурлила в венах, однако сейчас испарилась, и всё из-за Амена. Он буквально выбил почву из-под ног, перевернул всё на голову, сломал привычный устой.       Они были знакомы столько лет — с первого школьного дня. Сразу сдружились, сплотились, и даже выбрали в итоге один университет спустя годы. Им было легко вместе: говорить, молчать, смеяться. Им не нужны были поводы, чтобы позвонить, написать, обняться. Дружба — что-то незыблемое, нерушимое, которое, казалось, будет длиться по меньшей мере вечность.       Однако один вечер поставил всё под угрозу разрухи, невидимый ветер безжалостно всколыхнул то, что выглядело таким крепким строением. Раз — всё всколыхнулась, пошло ходуном.       Вечеринка, алкоголь и громкая музыка, от которой дрожал воздух вокруг. Жар сливавшихся в танце тел, голоса, что подпевали песням, атмосфера всеобщего веселья, размытые запреты. Эва не поняла, в какой момент Амен оказался слишком близко. Не поняла, когда его ладони опустились на талию, а губы вдруг накрыли её собственные — нежно и чувственно, лаская осторожно и боязливо. Она подалась вперёд, обвивая шею друга, прижимаясь к нему всем телом и опуская веки в каком-то невообразимом наслаждении.       Их поцелуй прочно отпечатался в памяти, под веками, наверное, даже где-то в сердце. Эва думала о нём, когда вернулась в свою комнату и нырнула под одеяло, скинув туфли и не смыв макияж. Вспоминала, проснувшись слишком рано и пытаясь снова уснуть, однако не выходило — из-за мыслей или чего-то ещё. Губы продолжали гореть, щёки неистово вспыхивали, стоило лишь добраться до момента, когда руки Амена спускались по талии ниже.       Но они не обсудили произошедшее. Смутились как-то разом, внезапно, отпрянули друг от друга, когда сменилась песня. Было неловко и страшно, что дружбе пришёл конец. Так и стояли какое-то время, смотря друг на друга, а в головах проносились сотни вопросов, главный из которых: как теперь быть?       Разошлись в разные стороны, лишь скрещивали взгляды иногда, однако неловко отводили в сторону. Что делать? А затем вечеринка окончилась, Эва поспешила уйти, беря для самой себя паузу на осмысление.       Терять Амена и их дружбу, эту неугасающую и такую важную связь, протянувшуюся тонкой ниточкой через долгие годы, не хотелось — Эва знала точно. И хотелось повернуть время вспять, вернуть всё обратно, отмотать киноплёнку, чтобы было как раньше: они снова лучшие друзья и не было никакого поцелуя. Однако в душе вдруг загорелось что-то невообразимое, незнакомое, и все предыдущие слова и прикосновения вдруг обрели совсем иной смысл.       Эва подошла к окну, обхватила себя руками за плечи — сегодня шёл дождь. Он начался ранним утром, стирал холодной водою вчерашнее веселье, уносил прочь цветные флажки и конффети, но оставлял Эве её мысли. Те давили на голову прессом, не давали учиться, не позволяли просто переключиться и отвлечься.       Всегда смелая и бойкая, уверенная в себе, Эва вдруг струсила. Вздрагивала от каждого уведомления, пришедшего на телефон, — вдруг это Амен? Боялась, что он напишет и захочет всё обсудить, но ещё сильнее страшилась того, что он назовёт их поцелуй ошибкой. Ведь для неё это вдруг неожиданно стало что-то значить.       Однако Амен не писал. Эва была готова напечатать сообщение ему сама, но тормозила свои руки, не хотела быть навязчивой, мешать — хотя ещё вчера днём для них не было таких понятий вовсе. Стена будто выросла, но одновременно пала другая, обнажая сокрытые чувства, которые они сами не замечали никогда.       Очередное сообщение — Эва опять вздрогнула от неожиданности, роняя карандаш и чертыхаясь. Сердце зашлось в бешеном стуке, будто предчувствуя: он. Страшно, так страшно посмотреть в глаза неизвестному, пусть неизвестным этим был лучший друг.       Амен, просто Амен, с которым они вместе покупали мороженое в школьной столовой; просто Амен, с которым сбегали с уроков и бродили у реки, фантазируя о далёких галактиках. Просто Амен, с которым сидели на соседних сиденьях в школьном автобусе; просто Амен, с которым вместе пошли на выпускной: его за неделю до этого бросила девушка, а Эва была одинока. Просто Амен, с которым поклялись на мизинцах, что если до тридцати пяти не женятся, то заключат самый лучший дружеский брак.       И вот сейчас им было по двадцать одному, Эва сидела под столом, ища не сильно-то нужный ей карандаш, а на телефон одно за другим приходили сообщения — Амен писал и писал, но жутко было узнать, что именно.       Эве понадобилось несколько минут, чтобы решиться. Она выбралась из своего укрытия, поставила карандаш в подставку, затем глубоко вдохнула и взяла телефон. За время, что она занималась поисками — пряталась от невидимой угрозы — Амен успел написать дюжину сообщений. В каждом из них угадывались волнение, страх быть отвергнутым, сомнения: правильно ли было случившееся.       «Выйди, пожалуйста», — написал он в последнем, и Эва незамедлительно кинулась к окну.       Знакомая фигура бродила из стороны в сторону под мелкой изморосью, то и дело смотря на дисплей телефона. Эва улыбнулась, схватила кардиган и выбежала из комнаты. Она мчалась через ступеньку, чтобы скорее увидеть, и как будто уже расставила для себя все точки над «и».       — Эва… — Амен обернулся на звук открывшейся двери.       — Амен… — Эва в нерешительности застыла.       Пауза. Мир замер, пока они давали окончательные ответы, прежде, чем оказаться в объятиях друг друга. Нужных, горячих, крепких, перед которыми совсем незначительным казался дождь.       Амен отстранился на секунду, заглядывая в такие знакомые лучистые глаза. Эва улыбнулась, вставая на носочки, чтобы коснуться его щёк. И это были совсем другие прикосновения и взгляды, снова рушились стены, оседая вокруг звёздной пылью.       — Это тебе, — немного смущённо Амен достал из-за спины букет ромашек. — Твои любимые.       — Мои любимые, — улыбаясь ещё шире, подтвердила Эва.       То, о чём мечталось, всегда находилось рядом. Такие знакомые глаза, улыбка, что согреет непогоду, голос, который давно будто её собственный. Человек, без которого нельзя даже на секунду представить жизнь.       — Я люблю тебя, Эва, — негромко, но самые важные слова, наверное, именно так и говорят. — Стоило признаться тебе в этом, как только понял, но… В общем, вот, — неловко кивнул на цветы, и девушка их приняла.       Вместо ответа Эва обняла — так сильно, как только могла. Потому что она — тоже.