Глава 15. Допросы

Весь следующий месяц после того, как они разобрались со статусом их отношений, она была полна энергии. Они были вместе, но не торопили события. Она признавала, что было что-то волнующее и удивительное в том, чтобы быть девушкой Северуса Снейпа. Они не распространялись о своих отношениях. Им не хотелось открыто об этом объявлять пока они не убедились, что точно могут быть парой, ведь все еще была вероятность, что они просто попробуют и расстанутся. Пока все развивалось медленно, ведь все равно чему быть, того не миновать. И тем не менее они вели себя не так как всегда; теперь они не избегали друг друга, а напротив: постоянно хотели быть вместе. Их напряженное обычно общение стало легким и живым. Изменения были однозначно к лучшему. И все это замечали. Ученики говорили, что на уроках от Снейпа им почти не доставалось, а она была необычайно бодра. Все что-то подозревали, но задавать вопросы решались немногие. Они слаженно стали работать вместе. Минерву больше всех разъедало любопытство. Она заметила это непривычное ликование Северуса раньше всех. Минерва также видела, каким он был рядом с преподавательницей ЗОТИ и как искренне смеялся. Но на этом его веселье не заканчивалось. Когда ее не было рядом, он все время, казалось, мечтательно улыбался. А однажды она и вовсе заметила, как он почти вприпрыжку бежал по коридору, как бы неправдоподобно это ни звучало. — Не знаю о чем ты, Минерва, — сказала она, прислонившись к своему рабочему столу. Минерва зашла к ней в класс, дождавшись, когда ученики бегом побежали на обед в Большой Зал. Минерва знала, что у нее был небольшой перерыв, вот и зашла после урока ЗОТИ поговорить. — Не пытайся меня обмануть. Я вижу, что что-то изменилось. — Что изменилось? — просто спросила она, играя ручкой. — Это я тебя хотела спросить. Вы с Северусом странно себя ведете. Она рассмеялась, стараясь выглядеть невинно. Не то, чтобы ей не хотелось, чтобы Минерва знала обо всем, просто было рановато рассказывать. К тому же Минерва была права. — Я такая же, как и всегда. Про Северуса не знаю, но вряд ли это связано со мной. Минерва чувствовала, что та лжет. Легиллиментом она не была, но могла поклясться, что девушка что-то недоговаривает. Минерва пристально наблюдала за ней и Северусом в течение последних нескольких недель и точно видела, что что-то было не так. Она никогда не видела Северуса таким счастливым. — Ученики говорят, что вы с Северусом много общаетесь, — тихо сказала Минерва, надеясь, что та поймет намек. — И что в этом такого? Северус — мой друг, — спокойно ответила она, ничуть не смутившись. — Они сказали, что видели, как вы обнимались, — гневно зашипела Минерва, раздражаясь, что та не велась на провокацию. А она действительно не беспокоилась: она предчувствовала все эти вопросы. Они с Северусом понимали, что рано или поздно их заметят, так что она подготовилась. — Минерва, ты же знаешь детей. Они вечно выдумывают, — заметила она, вставая из-за стола и подходя к доске. Минерва бегло на нее взглянула, стараясь уловить то, что та скрывала. — Не знаю, что ты хочешь услышать, Минни, — произнесла она, поймав задумчивый взгляд Минервы. Макгонагалл видела, что насильно ничего из нее не выбьет, и решила действовать мягче. — Я ничего не хочу услышать, — тепло улыбнулась Минерва. — Наверно, мне почудилось. Минерва, конечно, не поверила ее вранью. Она никогда не считала себя особенно любопытной, но в этот раз ей было очень интересно. — Все нормально, Минерва. Я понимаю, какими иногда бывают ученики, — ответила она, очищая доску для следующего занятия. — Пойдем в Большой Зал? Минерва не была готова сдаться, но на сегодня решила остановиться в своем расследовании и подождать более подходящего момента. Второй человек, кто задавал вопросы, действовал проще: если тот, кому вопрос был адресован, не был внимателен, он и не добивался ответов. — Она хороший преподаватель, — сказал Дамблдор. — Я впечатлен. Северус и Дамблдор прогуливались во внутреннем дворе после обеда в тот же день, когда Минерва устроила ей допрос. Альбус и Северус иногда так делали, чтобы обсудить насущные дела. Но сегодня Альбуса интересовала другая тема. — Да, она талантлива. Ученикам она нравится, — нехотя сказал Северус. — Верно. Но мне интересно, что ты думаешь, — заметил Альбус, коротко шагая, чтобы Северус не шел слишком быстро. — Думаю, неудивительно, что она нравится детям. Сложно сделать ЗОТИ интересным, а ей это удалось. Альбус мягко рассмеялся, поправляя на носу очки-полумесяцы. — Северус, я имел в виду, что ты думаешь о ней. Вы поначалу не особо ладили. Северус кивнул, поправляя волосы. — Ну, мы разобрались. У нас были проблемы с коммуникацией, — неопределенно сказал Северус. — Понимаю. И теперь все наладилось? Как это так? — поинтересовался директор, глядя на Северуса, который смотрел строго перед собой, избегая прямого контакта. — Она больше не проклинает меня каждый раз, когда мы встречаемся. Мы нормально общаемся, ее общество… приятно. — Вот как? Что ж, я рад, что ваша дружба развивается. Северус остановился и нахмурился. — В смысле? — Разве вы не проводите все время вместе? — продолжил Дамблдор, начиная забавляться. Северус почувствовал, как покраснел. Ему не нравилось врать о ней и не хотелось отрицать, что они теперь встречаются, но он помнил об их уговоре никому ничего не говорить. — Боюсь, ты ошибаешься, Альбус. — Да? Слухи в Хогвартсе быстро распространяются. Северус усмехнулся, но начал нервничать. — Вот именно, слухи. Просто дети выдумывают, Альбус, уверяю тебя. Дамблдор задумчиво вздохнул, понимая, что ничего не добьется. Северуса было сложно разговорить и на вполне невинные темы, а уж заставить его признаться в чем-то личном было и вовсе невыполнимо. — Понимаю. Извини за то, что лезу не в свое дело, Северус. Боюсь, я должен идти. Альбус попрощался и двинулся в обратную сторону. — Не стоит извинений. Поговорим позже. Северус, тяжело вздохнув, направился в замок, как только Дамблдор ушел. Время было позднее, и коридоры пустовали. Он прислонился к ближайшей стене и прикрыл глаза словно все происходящее причиняло ему физическую боль. — Привет, Северус, — позвал его ее голос из конца коридора. Северус открыл глаза, услышав ее голос, и повернулся к ней, когда она подходила. Он мило улыбнулся, но его щеки все еще краснели. — Привет, любимая. Хорошо выглядишь, — сказал он, оглядывая ее фигуру. — Спасибо, Сев. Ты тоже, — она широко улыбнулась, подходя ближе. — Но вы выглядите немного испуганными, профессор. — Меня полтора часа допрашивали. Ты бы тоже выглядела испуганной, — ответил он, кладя руки ей на талию. Он поцеловал ее в лоб, и из ее груди вырвался расслабленный стон. Он притянул ее к себе, взяв ее за руку, и повел за собой. — О, тебя тоже допрашивали? Минерва почти весь день допытывалась. Северус усмехнулся и приподнял бровь. — Да? Альбусу тоже интересно. Видимо, мы не так скрытны, как думали. — Не знаю, мы же вроде не привлекаем внимания. — Да уж, ведь шептаться и держаться за руки в коридоре, где нас каждый может увидеть, это и есть не привлекать внимания, — зашептал Северус в ее ушко. Она покраснела и отпустила его руку. Иногда она забывала, где они находились и что нужно было быть осторожней в проявлении чувств, ведь их могли увидеть. Неудивительно, что уже поползли слухи. Северус снова взял ее за руку, переплетая их пальцы и целуя ее в висок. — Я же не сказал, что мы должны остановиться, — улыбнулся Северус. Она засмеялась, и они продолжили идти. Она не знала, куда именно они шли, но ей было все равно; лишь бы с ним. — Ладно, тогда с тебя — придумать оправдание, если нас застукают. Северус остановился и притянул ее к себе. — О, это честь для меня, — пошутил он, веря, что никто их не увидит. Северус сладко поцеловал ее в губы, его тело прижималось к ее. Он положил ладонь на ее затылок, чтобы стать к ней еще ближе, как они услышали тихий вздох недалеко от того места, где стояли. Никто не увидит, как же. Она резко отпрянула от него, и они оба посмотрели в сторону шума. Она увидела того, кто их прервал, и выражение удивления на лице этого человека. Затем тихий голос изумленно произнес: — Так я и знала.