***

В зале стоял гул низких мужских голосов. Вожди с самых разных уголков архипелага переговаривались между собой, дожидаясь последних гостей. Хотя все были больше взволнованы появлением лишь одного человека. — Он придет? — Да, должен… — Как вы думаете, какой он? — Ну, Ночную Фурию завалил, а значит он силен… — Я слышал у него глаза, как у ястреба… — Интересно, мы увидим Фурию? Дагур прислушивался к голосам мужчин и ухмылялся. Да, Иккинг производил впечатление. Ну еще бы: заклинатель драконов, вождь Олуха, друг Ночной Фурии, предводитель всадников Олуха… Остервенелый не может сосчитать сколько званий у его братца. Гордость так и прет. Близится начало сбора вождей, и огромные двери зала открываются: две тени оказываются на пороге. Одна — черный дракон, чьи большие, зеленые глаза будто светятся в темноте. Вторая — высокий, но худой человек, в маске. В помещение воцарилась тишина. Все терпеливо стали ждать следующих действий от долгожданных гостей. Человек и дракон вышли на свет и все резко ахнули, увидев Ночную Фурию. Только рядом стоящий человек, мог заметить, как наслаждается животное производимым впечатлением. Наконец, дойдя до своего места, человек снимает маску и… Пацан. Пацан, — вот таким словом можно описать вождя Олуха. Худой, с еще детскими чертами. Кто-то уже хотел возмутиться, как его вообще допустили, как их взгляд падает на глаза мальчишки. Зеленые и мудрые. Прямо, как у отца. — Иккинг Кровожадный Карасик Третий прибыл.