Часть 1

      Яркий, рыже-жëлтыми всполохами пробивавшийся сквозь занавески, свет отразился отсветами на телевизоре, да и вообще - в квартире явно стало просторней.        Не одиноко, не пусто.        Момо изумлëнно вскочил, бросился к балкону, надеясь, что над ним не вздумали так подшутить, направив всю энергию Трущоб на работу какой-нибудь вывески напротив его дома, но уже ощущалось, что свет не резкий и острый как лезвия ножей, а - мягкий, аккуратно, но смело ложащийся на всë вокруг, наверное, как шëрстка того рыжего кота.        Это была правда.        Солнце, огромный белый с лимонной каймой и неровной, искристо-лучистой, окружностью шар, вспыхнуло среди лазурных небес, а лëгкий ветерок колыхнул гавайскую рубашку Момо. Он осторожно протянул руку под нехрупкий вовсе солнечный свет, нежно трогающий еë, изучающий. Казалось, что фантомные лучи соединяют его с друзьями, сильнее приобщают к Аутсайдерам.        И, пусть Момо был роботом, но он чувствовал тепло.  ***       Док не сразу заметил, что произошло, но Шеймуса, вбежавшего в лабораторию, услышал сразу.        Сын потащил его на улицу, и странную дрожь металлического тела Док чувствовал, держась за его руку - и недоумевал, страшась самого ужасного. Что такое? Что случилось? Наверняка нечто плохое...        Выйдя на улицу, он сразу понял, что всë неизмеримо, незаметно изменилось, все смотрели вверх, а ещë было очень светло. Непривычно.        Что-то яркое ослепило, белое мелькнуло, после даря необычный кобальтово-светлый оттенок лесной голубики.        Небо. Большое.        И солнце.        И Аутсайд так близко.  ***       Збалтазар ждал этого.        С первого момента, как он увидел маленького котика с ещë более маленьким дроном-переводчиком, то понял, что они вместе перевернут весь мир - точнее, откроют город, крышу раздвинут - для всех его жителей. Юркое, ловкое и, что самое главное, неуловимое существо цвета осенних листьев и с лиственно-зелëными как изумруды глазами могло то, чего роботы не могли.        Он всегда подозревал, что живые, огранические сущности всегда будут превосходить запрограммированных железяк - и восторгался природой.        На дерево успела сесть птичка из Аутсайда, она звонко щебетала что-то, а Збалтазар осматривал мир вокруг. Голубое небо, изящно-красивый в своих руинах город.        Наконец настанет мир, и будет всë хорошо.        Аутсайдеры не допустят другого.  ***       Дроны рухнули от первого лучика настоящего солнца, рассыпавшись по тротуару бесполезным железом.        Больше не опасным, больше не нужным.        Клементина удивилась - это ведь Зуркам присуще умирать от света, но тут же радостно пнула одного дрона - если есть хоть что-то, что вредно Стражам, и это что-то почти постоянно находится везде, то наконец-то будет свобода.        Клементина поправила кепку, посмотрела вверх - в безоблачно-беспечную гладь голубых небес.        "Мой рекрут смог"       Странное, издающее звук урчания двигателя машины, рыжее существо смогло то, что не могли остальные Аутсайдеры - маленький, недавно появившийся котик открыл путь наверх, путь к небесам и тому загадочному снаружи.        Всë было не напрасно, не просто так.        Солнце было, и оно светило.        Солнце затмевало неоновые вывески, превращая всë вокруг - мрачный, ночной Мидтаун - в обычный город, без каких-либо отличий от Трущоб; солнце прогоняло Зурков, убивая их, не оставляя почти тени, спасительной для них; солнце красило серость, блëклые цвета и чëрный в бело-жëлтые оттенки и блики; солнце делало мир более реалистичным, настоящим; и, нагло вламываясь в вечную тьму под крышей, под складывающимися громадными пластинами, солнце смеялось.        И Клементина смеялась вместе с ним.