Герой, которого вы всегда хотели

Его громкий смех отдавался эхом, когда он поднимался всё выше и выше в воздух. Казалось, чистая эйфория пронеслась через его мозг, затрагивая каждую частичку его изменившегося тела. В его венах текла такая сила, что казалось, будто нет ничего невозможного, будто он мог всё на свете. — Теперь я ощущаю всю красоту истинной свободы! — Его глубокий и грубый голос был громким, как раскат грома: — Не нужны здания, не нужны веб-шутеры. Только Планер и все двери для меня открыты! Я могу добраться до того, кого захочу, в кратчайшие сроки! Он улыбнулся шире и полетел сквозь облако, проведя по нему когтями: — Я был дураком! Идиотом, запертым в ответственности, слишком ослепленный потребностями других людей, чтобы просто остановиться и подумать о том, чего хочу я! Но теперь… Теперь я вижу это яснее, чем когда-либо! Маниакально посмеиваясь, он взлетел еще выше и посмотрел на здания внизу. — Да ладно, приятель, не смотри на меня так. Я не отпущу, чтобы увидеть, как ты упадёшь. — Его желтые глаза сверкали ярче, отражая безумие, которое медленно охватывало его. — Возможно, ты мне больше не нужен, но это не значит, что я убью тебя. По крайней мере, пока не убью, — улыбка на его губах стала еще шире. Всего одно движение руки, и мальчик полетит вниз, всего одно простое движение, и на одного соперника станет меньше…. Просто отпустив… его… — Ты хотел это сделать всего несколько минут назад — Мальчик сглотнул, нервно схватившись за руку Измененного молодого человека, услышав фразу «По крайней мере, пока не убью». Не обращая внимания на то, что сказал Гарри, он постучал ногой, и крылья жука подобного глайдера раскрылись в полный размер. — Потерялся в безумии на одно мгновение, я все еще привыкаю быть гоблином-- аргх полу-гоблином… Кем бы я сейчас ни был —закатил глаза Измененный Паук и заставил глайдер лететь вперед еще быстрее. — Но это есть свои плюсы! Я управляюсь с глайдером лучше, чем ожидал. Забавно… — Что заб--? — Гарри ахнул, когда Измененный герой ещё сильнее сжал хватку на шее мальчишки. Подождав несколько мгновений, он немного ослабил хватку, надеясь, что его бывший товарищ по команде усвоил урок, и он это сделал, учитывая, насколько молчаливым стал Гарри. — Мне надоели громкие звуки и весь этот шепот в моей голове, поэтому, если ты хочешь, чтобы я НЕ делал то, что постепенно становится таким соблазнительным…. ЗАТКНИСЬ. ПОКА. НЕ. ПОЗДНО, — громко прорычал он, глядя Гарри прямо в глаза. Увидев, как лицо мальчика побледнело, он кивнул сам себе. — Хорошо, что ты слушаешь своего лидера. Внезапно его паучье чутье начало трезвонить, заставив его броситься влево. Стрельнув паутиной на рефлексе, он ударил робота и сломал его. — Этот ублюдок, — прорычал он, наблюдая за падающим Октоботом, прежде чем пристально посмотреть на Гарри, как будто это была его вина. Получив растерянный и испуганный взгляд мальчика, изменённый герой нахмурился и огляделся. Его глаза сузились, когда он заметил еще больше роботов и дронов, летящих в их сторону: — Похоже, у нас гости. Десять роботов и двадцать дронов кружили вокруг них и блокировали все пути к отступлению. Мутировавший герой взглянул на них и усмехнулся. — Кто бы мог ожидать. Что, разочаровался, что твой план провалился, и решил тоже пойти против меня? — Напротив, Человек-Паук, — голос Таскмастера звучал странно отстраненно и менее оптимистично, чем раньше, или, может быть, это было только потому, что динамики дрона были повреждены: — Я хочу освободить тебя. Разве свобода не то, чего ты хочешь? Измененный герой моргнул. Видя момент колебания, злодей продолжил: — Конечно, ты герой, продолжай и играй свою роль. Продолжай тратить свою жизнь на спасение людей и помощь своим друзьям, которым ты никогда не был нужен. — Прислушивались ли они когда-нибудь к тому, что ты пытался сказать? Верили ли они тебе когда-нибудь по-настоящему? Или просто притворялись, что верят? — Спросил он. Его тело замерло, взгляд сосредоточился на дроне, из которого звучал голос. — Они не верят, что у тебя все под контролем, не так ли? Его взгляд метнулся и на несколько мгновений остановился на бледном лице Гарри, прежде чем снова вернуться к дрону. — Даже твоя тетя повернулась к тебе спиной. Бедный Питер остался совсем один, без друзей, без семьи, без кого-либо, кому можно доверять. — Не слушай его! — внезапно выкрикнул Гарри, пытаясь вырваться на свободу, несмотря на то, насколько бесполезно это было. — Он просто пытается забраться тебе под кожу! Пытался сделать то же самое, что пытался сделать со мной! Ему плевать на тебя, он просто хочет тебя использовать! — Использовать его? — усмехнулся человека с лицом-черепом: — Ох, если бы я хотел использовать его, я бы использовал контроль разума, когда он впервые превратился и был безмозглым монстром… Нет. Все, чего я хочу, это открыть ему глаза на то, какими предателями являются его так называемые «друзья». — Мы лишь хотим помочь ему! Разве это делает хоть кого-то из нас предателем? — крикнул Гарри. Его громкий голос заставил Измененного Паучка моргнуть и пристально посмотреть на мальчика. — Ты тот, кто превратил его в… ЭТО! Ты тот, кто несет ответственность за то, что происходит! — Ну и что? Человеку-пауку, похоже, нравится быть таким. Теперь он намного лучше, чем раньше, и он может делать все, что хочет, без необходимости слушать чьи-либо приказы — усмехнулся Голос Таскмастера: — Это его новая судьба, не так ли, Человек-Паук? Он не ответил. Тихий статический шум дронов вокруг него мешал думать. Моя новая судьба…? Человек-Паук, герой — вот моя судьба, человек паук, а не Гоблин. Но. Несмотря на превращение в гоблина. Я все еще герой… верно? Я все еще герой… Значит ли это…? — Паучок, он пытается заморочить тебе голову! — Голос его друга громко звенел в его пустой голове: — Не позволяй ему диктовать, кто ты! Не позволяй ему выбирать твою судьбу! — Голос стал сильнее и громче: — Только тебе решать! И ты решил стать Человеком-Пауком! — Именно поэтому ты взял с собой товарища по команде? Чтобы он говорил тебе, что следует и чего не следует делать? Означает ли это, что ты БОИШЬСЯ потерять контроль? Боишься, что ты недостаточно силен? — рассмеялся голос череполицого: — Так низко для героя. Я думал, ты хочешь быть свободным, а не продолжать сидеть в золотой клетке. Я не знаю. Я не знаю! Ему хотелось закричать, но голос предал его. Голоса в его голове стали громче, они кричали и кричали ему, из-за чего было еще труднее сосредоточиться на диалоге. — Я здесь, потому что в глубине души ему все еще не все равно! — Голос Гарри был едва слышен в урагане голосов: — Потому что он все еще сражается! Он не претендует на звание нового Гоблина, не так ли? Он все еще Человек-Паук! Измененный, но все ещё герой! Сквозь ураган голосов знакомый голос оживил его, заставил вспомнить все, что произошло за прошедшие часы. Чувства ненависти, гнева и предательства смешались в его голове. Он был не уверен в собственных решениях. — Действия говорят громче, чем слова, и какие героические поступки он совершил с тех пор, как стал полу-гоблином? — Дрон подлетел ближе к ним, но держался на расстоянии: — Разрушил мое убежище и город, ранил людей, чуть не убил своих друзей, презираешь свою тетю — единственную семью, которая у него осталась. — Он никогда не хотел быть таким! Ты превратил его против его воли! — Громкий голос мальчика заставил Питера закрыть глаза от легкой боли: — Ты пытаешься отделить его от семьи и друзей! Сделайте его тем, кем он не является! Он герой! Он мой друг! — Тоже мне друг. Сколько раз ты причинял ему боль? Сколько раз называл его лжецом? — Голос злодея также стал громче, отражая его раздражение: — Папинькин сынок всегда видел только то, что хотел видеть. — Это не правда! — Гарри поднял руку и указал на дрон, совершенно забыв, насколько высоко над землей он находился: — Может быть, я был таким раньше, но все изменилось! Люди могут измениться к лучшему, если дать им второй шанс! Мой отец доказал--- —Охохох… Твой отец… Опять пытаешься перетащить одеяло на себе. Вы, Осборны, такие одинаковые, — прервал его голос Таскмастера и пристально посмотрел на мутировавшего героя. — Я уже говорил тебе раньше, это не о тебе или твоем отце. Это только обо мне и Питере Бенджамине Паркере! Зрачок дрона, похожий на череп, немного сузился, когда злодей заметил, насколько неподвижным стал изменившийся герой. — Но, конечно… — вдруг сказал он: — Семья действительно играет ключевую роль, даже в ситуации, как эта. Вот только… Считает ли он кого-нибудь из своих так называемых «друзей» частью своей «найденной семьи»? — Да! Где-то в глубине души! Под всей яростью и ненавистью, которую показала сыворотка гоблинов! Это не настоящий он, я знаю это! Громкие голоса его друга и злодея эхом отдавались в его голове, ударяя по черепу, словно гигантские молоты. Яростный шепот стал еще громче, чем раньше. Он мог слышать приглушенные слова, похожие на «тишина!» и «свобода», но они пропали так же быстро, как и появились. Слишком громко. Ему хотелось рычать от беспомощности и агонии. Он едва услышал, как его товарищ по команде взвизгнул и вцепился в одно из крыльев похожего на жука глайдера Переделанного Паучка, когда он зажал своими большими руками острые уши, пытаясь заткнуть голоса, заткнуть мир. Весь этот шум, он ненавидел его, он так ненавидел все это. Что-то шевельнулось внутри него, ползло в мозг, словно паразит. Ему нужна была тишина, ему нужно было заставить их замолчать. Чувство стало сильнее. Он был так близок к свободе, он был так близок к тому, что ему нужно. Больше никакого шума, никаких голосов. ТОЛЬКО ТИШИНА! С громким ревом Полу-гоблин стрельнул паутиной в одного из дронов и поймал его: — Хочешь доказательства действиями? — Он раскрыл панель на спине дрона: — ХОРОШО! Я ДАМ ТЕБЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА! — крикнул он, и соединительные провода заставили дрон произвести мощную звуковую атаку. Другие дроны и октоботы немедленно активировали «протокол безопасности», и это было именно то, что нужно Полу-гоблину. Щелкнув клыками, зверь активировал максимальную скорость и пролетел сквозь стену роботов, пробив их насквозь. Психотический смех вырвался из его рта, но через мгновение его уши поднялись, когда он услышал громкий крик своего друга. Посмотрев вниз, он увидел падающую фигуру: — О, нет. Не так быстро… Он стрельнул паутиной и поймал его в воздухе: — Мы еще не закончили. Бросив мальчика на ближайшую крышу, существо-гоблин спрыгнул с глайдера и направилось к быстро уползающему подростку: — Пит, Пит, прошу! Очнись! Это я, твой друг! Помнишь? — Тихое бормотание испуганного мальчика только еще больше разожгло в нем искру. — О, я помню тебя, я помню, сколько боли ты причинил мне, сколько раз ты назвал меня лжецом! — Он поймал октобота, который пытался напасть на него из-за спины, и ударил его о пол крыши, сломав его: — Я помню ВСЕ! Где-то глубоко внутри он хотел остановиться, вернуться к своей жизни и исправить то, что он натворил. Последствия его опасных действий были слишком велики, но он не мог остановиться. Его тело больше не слушалось, его мозг был заражен сывороткой гоблина, его действиями руководили ярость и ненависть. Он вспомнил Ника Фьюри. Он вспомнил своих товарищей по команде. Вспомнил свое детство. Его все это раздражало. Ему надоело выполнять приказы. Он больше не хотел позволять кому-либо командовать им. Он больше не нуждался ни в их жалости, ни в их любви. Он полностью осознавал, как часто ему лгали, сколько раз его оставляли, сколько раз над ним шутили, сколько раз над ним издевались. Боль, гнев и ненависть всех этих лет смешались воедино и горели внутри него, как вулкан. — И мне надоело видеть твое лицо! — Он бросился к мальчику, который быстро отпрыгнул, уклоняясь от его атаки: — Мне надоело слышать твой голос! — Еще одна атака, но от нее мальчишке тоже удалось уклониться: — Мне надоело, как сильно я забочусь о твоем СУЩЕСТВЕНИИ! Существо-гоблин посмотрело мальчику в глаза: — Осборны всегда были ничем иным, как болью! Сколько раз мне приходилось рисковать своей жизнью только для того, чтобы спасти тебя и твою семью?! — Взяв кусок пола крыши, он швырнул его в своего товарища по команде. — Сколько раз ты называл меня лжецом?! Несмотря на то, сколько раз Человек-Паук спасал тебя И твоего отца, ты все равно ненавидел его…! — Он стрельнул паутиной в сторону Гарри, та зацепилась ему за ногу. Он моментально потянул на себя, заставив его упасть на пол. — …НЕНАВИДИЛ МЕНЯ! — Тогда я не знал, что за маской Человека-паука скрываешься ты! — Гарри сорвал паутину с ног и дёрнулся вперёд: — Тогда все было по-другому! Мы все были другими! И я сожалею о многих своих прошлых посту--- Другая паутина поймала мальчика за руку. Полу-гоблин потянул мальчика на себя: — СОЖАЛЕНИЕ О НИХ НЕ ИЗМЕНИТ ПРОШЛОГО! — Он ударил Гарри в подбородок, повалив его на пол. — ЭТО БУДЕТ ЛИШЬ БОЛЕЗНЕННЫМ НАПОМИНАНИЕМ О ТОМ, КАКИМ ИДИОТОМ ТЫ БЫЛ! — Ты ненавидел Человека-паука ДАЖЕ после того, как узнал, СКОЛЬКО РАЗ он спасал город! Не только город, но и обоих Осборнов! ТЕБЯ И НОРМАНА! Как он рисковал жизнью, чтобы вылечить и вернуть тебе твоего отца! Ты все это знал И ВСЕ РАВНО НЕНАВИДИЛ МЕНЯ! Их глаза встретились. Бездумная ярость и хаотичная ненависть превратились во что-то более целенаправленное, более зловещее и опасное. Это была направленная ярость. Пылающее пламя ярости разгорелось ярче от углей, которые никогда не были потушены должным образом. Они просто были скрыты от чужих глаз. Каким бы понимающим и добрым ни был Питер Паркер, это больше не имело значения. В этих сияющих желтых глазах от него не осталось ничего. Он исчез. Было лишь наглое, опасное и пренебрегающее своей супергеройской личностью, существо, движимое ненавистью. — Что ты собираешься делать теперь, а?! Собираешься позвонить своему дорогому «папочке», чтобы он спас тебе жизнь, потому что больше некому это сделать?! — Звериное рычание смешивалось с его голосом, но слова по-прежнему звучали удивительно ясно: — Или ты собираешься умолять меня «очнуться», потому что я не такой? — Пит, прошу! Ты не должен этого делать! — Гарри ахнул, когда Полу-Гоблин схватил его за шею и поднял высоко в воздух. Мальчик дёргал ногами, беспомощно пытаясь ослабить смертельную хватку: — М-мы же друзья! — ДРУЗЬЯ?! Это то, кем ты нас считаешь?! — Его громкий голос был полон яда: — Даже после всего ущерба, который нанесла твоя семья?! Даже после того, как ты ненавидел меня все эти годы?! Ты хоть представляешь, сколько я сделал, чтобы ты был в безопасности?! — Я знаю! М-мы разобрались во всем, д-для этого друзья! Они нужны, ч-чтобы делиться всем, от хорошего до плохого! — Гарри охнул, когда хватка стала еще крепче и мир начал терять краски: — П-Питер, пожалуйста! Тебе не обязательно так поступать, мы можем---! — Вылечить меня? — Он посмотрел Гарри в полузакрытые глаза: — Кто сказал, что я хочу, чтобы меня лечили?! Мне так хорошо! Я сильнее, быстрее и великолепнее! Я больше никому не позволю меня обманывать! — Он посмотрел на небо: — Они никогда по-настоящему не уважали Человека-паука, тогда, возможно, они будут уважать Полу-гоблина! — Ты хоть представляешь, сколько времени мне потребовалось, чтобы доказать им, что я нечто большее, чем просто клоун в красно-синем костюме? — Он стиснул острые зубы от ненависти: — НО ДАЖЕ СЕЙЧАС ОНИ НЕ УВАЖАЮТ ЧЕЛОВЕКА-ПАУКА! ОНИ ЕЩЕ СМЕЮТ ШУТИТЬ! ВСЕ ЕЩЕ СМЕЕЮТ ШЕПАТЬ ЗА МОЕЙ СПИНОЙ! Отбросив юного Осборна прочь, мутировавший герой выстрелил в него паутиной, чтобы мальчик не мог двигаться: — Но теперь… я заставлю их уважать нового меня! — Он посмотрел на свои руки: — Я докажу им это, показав, что могу управлять гоблином! — Я могу это контролировать! Я могу использовать это во благо! — Он бросил враждебный взгляд на дронов и роботов Таскмастера: — Человек-паук ставший полу-гоблином и имеющий обучение Щ.И.Та! Я заставлю их вспомнить, кто я такой! — Он пристально посмотрел на Гарри. — Как же маска? Как же Человек-Паук! Ты сказал мне, что держал свою личность в секрете, потому что не хотел подвергать мою жизнь риску! Ничьи жизни риску! — Прохрипел он. Полу-гоблин нахмурился, слушая его бесполезное бормотание. — Для тебя это уже не имеет значения? — Если хоть кто-то узнает, я легко смогу от них избавиться! — Он сделал шаг к своему другу: — Или… я могу просто избавиться от костюма и надеть маску Питера Паркера! В этом городе никто не удивится, увидев Питера Паркера в образе гоблина! — Но это не ответ! Ничего из этого не ответ! — Он попытался освободить руки, но это было бесполезно: — Ты болен, Пит! Пожалуйста! Позволь нам помочь! Я знаю, НАСТОЯЩИЙ ты, никогда бы этого не сказал! Он бы никогда не хотел никому причинить вреда! — Тогда это значит, что ты ничего обо мне не знаешь! — Пролаял он и прыгнул на свой жука-образный глайдера: — Ты хоть знаешь, каким эгоистом я был раньше? Какую ошибку я совершил, которая навсегда изменила мою жизнь? Что я хотел сделать с тем, кто это сделал? — Но ты все равно решил стать героем! Человеком-пауком! Несмотря ни на что, ты продолжал бороться снова и снова! Прошу! — Гарри умоляюще посмотрел ему в глаза: — Однажды я потерял отца в гоблине. Я тоже не хочу терять своего друга тоже. Между ними на несколько мгновений воцарилось молчание, прежде чем Полу-Гоблин издал тихий смешок: — Тогда давай облегчим жизнь нам обоим. Мы больше не друзья. Как только эти слова сорвались с его губ, что-то внутри него треснуло. — Мы никогда не были друзьями! Трещины стали больше. — И НИКОГДА НЕ БУДЕМ! Что-то внутри него разбилось на миллионы осколков, перерезало все нити. Теперь, глядя в полные шока и боли глаза Гарри, он больше не чувствовал тепла в своем сердце. Оно исчезло, сменившись холодной ненавистью. — С великой силой приходит великая ответственность, — он злобно ухмыльнулся: — Но также… великая награда, — он повернул голову и посмотрел на роботов: — И я начну следовать своей новой судьбе, избавившись от него раз и навсегда! — Скажите привет новому Человеку-Пауку! — Он полетел в их сторону и, спрыгнув с Глайдера, ударил Робота изо всех сил. Приземлившись обратно на глайдер, он стрельнул паутиной в двух дронов и ударил их друг об друга. — Ты можешь бежать, но ты никогда не спрячешься! —засмеялся он, преследуя роботов, прежде чем появиться за их спинами: — Попались! Он использовал свои когти и открыл заднюю панель, прежде чем повозиться с проводами и довести дронов до безумия. Дроны, уже не видя разницы между товарищами по команде и врагами, начали атаковать всех, кто попадался в их поле зрения. Воспользовавшись ситуацией, Полу-гоблин оторвал щупальца Октобота, прежде чем переключиться на другого робота. Один за другим они были уничтожены. — Так ты решил заплатить тому, кто освободил тебя?! — Его ухо дернулось, а взгляд остановился на гуле динамика. Дрон, в отличие от остальных, казалось, был отключен от коллективного разума и контролировался лично злодеем. — Конечно же нет, это всего лишь небольшая предоплата за это! —громко рассмеялся он, глядя в глаз дрону: — Как я мог сделать такой скромный подарок за то, что ты сделал? Ты заслуживаешь гигантский торт с четырьмя свечами наверху! Он рванул вправо, уклоняясь от атаки Робота, прежде чем поймать его за щупальца и оторвать их: — Потому что именно столько часов тебе осталось жить! — Он стрельнул паутиной в сторону дрона: — Тик-так, Таскмастер… Тик. Так! АХАХАХАХА! Он сломал дрон и выбросил его, прежде чем осмотреть окрестности. Не осталось ни дронов, ни роботов, с которыми можно было бы сражаться. Так скучно. Вспомнив, что ему нужно было сделать, он повернул голову в единственном направлении, которое имело значение в данный момент. — Пришло время мести, — прошипел он, но прежде чем успел сделать ход, сработало его паучье чутье. Обернувшись, он едва успел разглядеть, кто это, как его схватили за шею: — ОТПУСТИ МЕНЯ! — яростно рявкнул он. — Мне сказали, что ты болен, но я не знал, что ты настолько болен, что позеленел, Паучок! — ответил голос, и это заставило полу-гоблина зарычать в ярости. — Ты выглядишь так, будто чем-то расстроен, и если это так, то просто остановись и поговори с любым из своих товарищей по команде! — Мне не о чем разговаривать с предателями! — Прорычал он и, наконец, швырнул врага прочь. Потирая воспаленные мышцы шеи, он бросил яростный взгляд на Нову: — Предателями и идиотами, которые никогда меня не уважали! — О чем ты говоришь, Паучок? Конечно, мы это делали! — Нова сделала рывок вправо, уклоняясь от его атаки: — По-своему, но это все равно считается! И что это за нежелание лечиться? Я думал, ты ненавидишь гоблина! — Я всё ещё ненавижу! — Он полетел в сторону Новы и спрыгнул с глайдера, схватив героя в воздухе: — И ВСЕГДА БУДУ — он со всей силы ударил мальчика в стену здания, проломив её, после чего швырнул его через комнату со всей силой, которая у него была. — Т-тогда я не понимаю, — кашлянул Нова и быстро улетел, уклоняясь от его атаки: — Ты зеленый, ну, частично зеленый, летаешь на глайдере и лаешь на всех, как плохая уличная собака, которая не ела несколько недель! Это так на тебя не похоже, Паучок! — Хватит называть меня так! Теперь это полу-гоблин! — Он стрельнул паутиной в сторону ближайшего ящика и швырнул ее в сторону Новы: — Все изменилось! Теперь я сильнее и лучше! Я заставлю тебя увидеть, насколько я на самом деле Великий! — Понятия не имею, какие извращенные идеи тебе дает этот гоблинский сок, но твоя необузданная ярость и то, что ты говоришь, говорят лишь о том, что чьи-то личные тревоги были выведены на экран. — Едва сумев увернуться от атаки, Нова нахмурился: — Да ладно, не заставляй меня напоминать тебе о, что с великой силой… — Приходит великая ответственность! Спасибо… — ему наконец удалось ударить Нову в грудь: — …но я прекрасно это помню! — Он выстрелил паутиной в героя и, сделав разворот, швырнул его в дверь, выломав ее: — Так же хорошо, как и то, что ты сделал! — Сколько раз ты шутил надо мной? — Он подбежал к Нове и ударил его: — Сколько раз ты вел себя как ПОСЛЕДНЯЯ ТВАРЬ против меня?! — Еще один мощный удар: — Сколько раз ты не подчинялся моим приказам?! — Кто был тем, кто должен был спасти тебя, когда ТЫ был гоблином?! — Он схватил героя за шлем и ударил его о стену: — Кто должен был терпеть твое поведение только потому, что его заставили быть с тобой в одной команде?! — Ты даже не представляешь, насколько болезненными были твои шутки! Я искренне удивлен, что ты не бросил меня, когда увидел, что я потерпел неудачу как лидер! Думаю, мне следует благодарить за это только Фьюри, — он издал психотический смех: — Я думал, что каждый из вас сделает это в какой-то момент! ДА! Я ЗНАЮ, ВЫ ЗДЕСЬ! Я ВАС СЛЫШАЛ! Он швырнул Нову к куче коробок и стрельнул паутиной в сторону переключателя. Одно движение и комната наполнилась ярким светом. Его желтые глаза перебегали от одной застывшей фигуры к другой, остановившись на белой тигрице. — Ава Айала… — Его голос был холодным и безэмоциональным. Формула гоблина почти полностью подавляла его истинное «я». — Давно не видел вас… всех вас— Он еще раз пристально посмотрел на них. Ухмылка ползла по его губам, когда он увидел, как они напряглись. — Что. Никаких комментариев по поводу моего нового я? — Он взглянул на Неуязвимого человека, приподняв бровь: — Или голоса? — Он взглянул на Железного Кулака: — Или на того факта, что я все еще контролирую себя?! — внезапно взревел он, заставив их вздрогнуть. — Разве вы этого не видите?! Я могу это контролировать! Я могу управлять гоблином! Это доказывает, насколько вы все ошибаетесь! — Он стрельнул паутиной в сторону одного из металлических ящиков и поймал его: — Это доказывает, насколько я действительно силен! — Он легко разломал ящик на две половины. — Воу, чувак, остынь! — Неуязвимый человек поднял руки, как будто это могло успокоить мутировавшего молодого человека: — Мы верим тебе, просто расслабься — Он посмотрел на Нову, который встал на ноги, прежде чем глянуть вновь глянуть на него: — Почему бы тебе просто не проследовать за нами и мы исправим тебя в кратчайшие сроки? — Исправим? — тихо повторил он: — Исправим?! — Громким рык трепетал в его горле, его руки были сжаты в кулаки от ярости: — МЕНЯ НЕ НУЖНО ИСПРАВЛЯТЬ! — Без предупреждения он прыгнул в их сторону, его глаза сияли ярче, чем раньше: — Я ЛУЧШЕ, ЧЕМ КОГДА-ЛИБО! — Нет, это не так! Ты болен, чувак, тебе нужна помощь! — Неуязвимый человек отпрыгнул, едва уклонившись от серии его ударов. Его яростные атаки ясно показали, насколько сильно он был готов навредить своим бывшим товарищам по команде, и все из-за их прошлых действий. — Ты такой же, как Гарри! ВЫ ВСЕ! Только и делаете, что продолжаете бормотать, как я болен и как мне нужна помощь! — Полу-гоблин прыгнул на глайдер и поднял руку: — Я не болен! Мне не нужна помощь! Я первый Человек-Паук, который стал гоблином и при этом остался героем! Это доказывает, насколько я великий! — То, что ты делаешь, не то, что делают герои! Героям не нужно доказывать, насколько они героичны! Герои не причиняют вреда окружающим! — Белая тигрица сделала сальто назад, уклоняясь от коробки, которая полетела в ее сторону: — И что за все эти «это доказывает…»? Существо-гоблин не ответило, вместо этого он полетел в их сторону и спрыгнул с глайдера в последний момент: — Лишь одно… — Он нанес мощный удар ногой в грудь Неуязвимого человека, отправив его в полет: — То, насколько я устал получать неуважение в свой адрес! — Так же как и слушать! — Он схватил Железного кулака за его руки и ударил своей головой, чуть не вырубив: — Был достигнут лимит звонков и больше никто не сможет дозвониться! Не Ник Фьюри. Не тетя Мэй! НИКТО! — Он швырнул героя в сторону Новы, который поймал его, не дав удариться о стену. С помощью своего паучьего чутья он прекрасно увернулся от атаки Неуязвимого человека и ударил мясистыми руками по груди врага, повалив его на пол: — Посмотрите на меня! Посмотрите, какой я теперь сильный! Возможно, я буду даже лучшим героем в роли полу-гоблина! Изменившийся Паркер подошел к своим бывшим товарищам по команде. Глаза сверкнули, когда он увидел, как Белая Тигрица двинулась и встала перед Неуязвимым человеком: — Что… Собираешься защищать его? Собираешься бросить меня и тоже встать на их сторону?! — Если и есть сторона, на которую я встану, так это сторона «тебе нужно проснуться!» — Она бросилась в его сторону и попыталась ударить его, но каждая атака была заблокирована: — Вспомни, кто ты! Вспомни, за что ты борешься! Если ты собираешься бегать по городу вот ТАК, все пропадет даром! — Ничто не пройдёт даром, если вы перестанете стоять на моём пути! — Чувство предательства, одиночества и неуважения взорвались внутри него: — Я ЗДЕСЬ ВЕЛИКИЙ ГЕРОЙ, А НЕ ТЫ! — С первобытным воем он помчался к своим врагам. Один удар за другим, он жестоко избивал каждого из них. Их было четверо, а он только один… Но в отличие от них… Он больше не сдерживался. Он наносил удары со всей силой, которая у него была. И это стало яснее, чем когда-либо, когда громкое «Кррррак!» было услышано. Крик боли и звук падения кого-то на пол ясно сказали обо всем. — Нова! — Белая Тигрица помчалась в его сторону и со страхом уставилась на него. Мальчик держался за подбородок и выл от мучительной боли. — Теперь вы видите?! —рявкнул он и встал в полный рост: — Если бы вы не решили пойти против меня, ничего… НИЧЕГО из этого не произошло бы! Но нет! Конечно! Вы просто ДОЛЖНЫ быть занозой в заднице! — Он бросил на них яростный взгляд. — Вы… ВСЕ ВЫ знаете, как сильно я ненавижу видеть, как страдают люди, которые мне дороги — Его голос стал тише, враждебный взгляд немного смягчился: — Как сильно я ненавижу терять близких, тех, кто мне дорог. Моя семья… Друзья… Я потратил слишком много времени, борясь только за то, чтобы все вы были в безопасности… — И поэтому ты сейчас нападаешь на своих товарищей по команде? Вот почему ты разрываешь все связи со всеми, чтобы снова стать «Одиночным игроком»? — Его глаза сузились, когда он слушал слова Белой Тигрицы: — Чтобы обеспечить нашу безопасность? Или просто потому, что ты теперь гоблин? — Потому что никто из вас не видит правды! Потому что все вы предпочитаете жить в сладкой лжи, которая в конечном итоге станет вашей гибелью! — Он сделал шаг к ней: — Гоблин… Вы все думаете, что это омрачило мне голову, но на самом деле это напомнило мне о моей истинной силе! Он запрыгнул на глайдер и поднялся выше в воздух, глядя на них сверху вниз: — Это напомнило мне, что, несмотря на наличие товарищей по команде, я всегда был один. Это напомнило мне, что у меня всегда были и голос, и сила! Это доказало, насколько я был дураком, не решаясь использовать все это! Он ударил кулаком по стене, заставив её задрожать и покрыться трещинами: — Все эти годы я всегда сдерживался! Я никогда и никому не позволял увидеть мою истинную силу! Никто из вас не знает, насколько я по-настоящему силен и как легко я могу положить конец вашим ничтожным жизням! — И если бы не то, как мои тетя и дядя воспитали меня… — Его лицо потемнело: — Кто знает, каким человеком я бы стал… — На несколько мгновений между ними воцарилось молчание, прежде чем он внезапно начал тихо хихикать. Это хихиканье довольно скоро превратилось в громкий психотический смех, стоящий на тонкой грани истерики: — ИРОНИЧНО, не правда ли?! — рявкнул он и посмотрел на них: — Говорим о прошлом, когда оно уже давно прошло и больше не должно иметь значения! Его глаза широко раскрылись, когда он заметил что-то знакомое. Маска. Его маска. Они нашли её и не сказали ему. Они даже не осмелились упомянуть, что нашли её. Что они… Яростное рычание задрожало у него в горле. Скрыли это от него… Быстрым движением руки он стрельнул паутиной в маску: — Вы нашли ее! — Он поймал её. В тот момент, когда его пальцы коснулись ее, ещё больше воспоминаний промелькнуло перед его глазами: — Вы нашли мою маску и даже не удосужились… — он яростно надел ее на себя: — … РАССКАЗАТЬ МНЕ! Его яростное движение разорвало маску. Она всё ещё скрывала его волосы, глаза и лицо, однако оставляла видимыми подбородок и уши: — Как вы посмели! — прорычал он, не обращая на это никакого внимания, как будто всё было нормально. Он был слишком сосредоточен на ненависти, которую испытывал к своим бывшим товарищам по команде. — Паучок, послушай, тебе нужно… — Железный Кулак не договорил, когда полу-гоблин обрушил разрушительный гнев на своих друзей. Удар за ударом, стены покрывались трещинами, а у героев появлялись новые синяки. — НЕ СМЕЙ ГОВОРИТЬ МНЕ, ЧТО ДЕЛАТЬ!!! — Прокричал он. Его не волновало, насколько близкими друзьями они были в прошлом, его не волновало, кто или что было у него на пути, единственное, чего он хотел, это уничтожить их: — Я ЛИДЕР! Я ТОТ, КТО ГОВОРИТ! Его яростный рев сотрясал поврежденные стены здания. Последний мощный удар и его враги оказались на полу. Они потерпели поражение. Он доказал им, насколько он силен. Он доказал им, насколько они ошибались. Теперь никто не посмеет встать у него на пути. И все же где-то глубоко внутри, где тонул Питер Паркер, скованный обязанностями и ожиданиями, сверкнула еле заметная мысль. Это произошло очень быстро, лишь одно мгновение и она вновь пропала, однако то чувство, что она принесла с собой осталось… Это было то, что не хотело покидать его разум с тех пор, как он пришел в себя… Было ли все это… То, что он говорит. Что он делает… … Тем, что он чувствовал все это время…?