I. Иду к тебе

             Не знаю всех подробностей, но у меня есть что-то типа предназначения. И есть тот, который достаточно вежливо мне диктует что делать и как. Для начала надо найти здание школы Мистик Фоллс, в назначенное время, в назначенный день.       Звучит глупо? А что если от этого зависит моя жизнь? А что если я ослушаюсь этого дурацкого духа? Все мои стремления, желания сотрутся в пух и прах вместе с моим телом. Отправиться в путешествие с подругами и быть украденной привлекательным мафиози — не в счет.       Но если серьезно, то мне страшно. Страшно за чокнутую бабушку, братика, маму и дядю. Пусть все будет так, как было до этого. Я не хочу умирать. Сделаю ли все как он просит? Неуверенное да. Я обязана найти Его.       Я не дура, чтобы слушаться духа, но у меня нет другого выбора. Это значит я все-таки дура? Получается так.

***

Город Александрия, Кентукки, 2 дня назад

— Так, говоришь это ты приготовила, Адара? — прожевывая кисло-сладкий десерт, спрашивает дядя Барт и в упор смотрит на праздничный стол. Редко в семье бывают застолья и не редко бывает выпивка. Он точно знает, что мама запрятала бутылку алкоголя как раз для такого торжества. Скорее всего именно поэтому его глаза аж блестят в предвкушении долгожданной выпивки.       Я киваю, а затем возвращаю внимание бабушке Бернис, желая помочь ей сесть за небольшой стол, накрытый в честь меня. На что она пробубнила что-то неразборчивое, выдергивая свою руку. Все привыкли к такому поведению непослушной бабушки. Но это пол беды. Помнится, когда мне было 15, мои друзья ждали меня во дворе нашего деревянного дома, так как я не решалась запустить их внутрь из-за бедности и странных родственников. И что она сделала? Прокричала на всю улицу, чтобы я нашла ее памперсы для взрослых, да еще и обозвала меня Адурой, прозвищем, которым называл меня мой младший брат. С тех пор мы больше тесно не общались с теми девочками из школы. Додуматься только, придумать такое нелепое прозвище от Адара. — Зоя, как будто бы на столе пусто как-то, — наступал дядя, отвлекаясь от поедания пирога и поворачиваясь к маме, идущей со стороны бабушкиной комнаты с телевизором. На что, скорее всего, мама посмотрела на него с укором, просто ради забавы, ведь она тоже не всегда воздерживается от рюмки. — Ну же, не всегда исполняется 18 лет, — весело прищурился он, подзывая маму к себе.       Все мы знаем, чем закончатся старания дяди — бутылка на столе и двое взрослых, празднующих по малейшему поводу. — А мясо будет? — прибегает Платон, мой младший брат, осматривая стол, на котором хлеб, кофе и лимонный пирог. Не долго выбирая, он кусает пирог, затем морщиться. Застоявшихся лимонов дома было всего пять, поэтому выбор пал именно на лимонный десерт. Я подумывала сделать еще и шербет из лимона, но было бы слишком. Пусть оставшиеся два лимона постоят еще, если не станет слишком поздно, их можно будет использовать. А что до мяса… последний раз мы ели запеченную курицу позавчера.       Я делаю пироги и десерты с 13 лет, так как по словам мамы, именно я должна стать невесткой нашего богатого соседа. У Мистера Митчела есть прекрасный сын: высокий, умный, иногда задумчивый. Он мечта моей мамы. У нее всегда был план — выдать меня замуж за богатого, чтобы выбраться из нищеты. Но для этого я должна быть идеальной — уметь готовить, хорошо учиться. Чем больше мама заставляла меня, тем больше я хотела ей перечить и устраивать бунт. Я не понимаю, почему она одержима деньгами. И сейчас, я смотрю на светловолосую женщину и думаю, что мы с ней слишком разные. — Что, братец, непереносимость кислого? — усмехнувшись, подкалываю самого мелкого в нашей семье. Это за то, что заходил вчера на мою территорию, хотя я запретила этого делать. Там мои книги, блокноты, списки желаний. Иногда хотелось проучить его, пока не видит мама, которая всегда на стороне своего сына. Они даже внешне похожи: светлые волосы, немного пухлое телосложение. — Какое мясо тебе? — недовольно подошла мама Зоя с той самой бутылкой. Я знаю, ей тоже хотелось мяса, а не лимона, но она единственный взрослый в нашей семье, так как от дяди Барта ни денег, ни ответственности не дождешься, поэтому она и недовольна. — Наливай давай, — командным тоном обратилась светловолосая к своему шурину, желая забыться на один вечер. Бабушка как-то рассказывала, что Барт был влюблен в мою маму еще до папы. К слову о папе, я по нему скучаю. Его не стало когда мне было десять, а братику два. Но Платон практически не помнит отца. Да мы и не разговариваем на эту тему. — МОЙ СЕРИАЛ! Я СОВСЕМ ЗАБЫЛА, — прокричала бабушка выскакивая со стола, от чего все подпрыгнули от неожиданного вскрика. У дяди Барта с рук рюмка выпала, а глаза округлились до размера с бильярдный шар. Не знаю о каком серале речь, но было бы неплохо посмотреть даже с такого маленького и тусклого телика как у нас.       Платон подбежал к телевизору быстрее, чем бабушка, желая продолжить просмотр боевика, отчего Бернис вспыхнула и прыгнула на шею Платона, отбирая пульт. Крики малого были не тише бабушкиных. Не знаю кто победит в этой схватке, но ставлю на бабушку, хотя на стороне братика всегда была мама. С кухни смотреть телевизор проще простого, так как только зайдя в кухню можно пройти в гостиную с телевизором. Комнаты маленькие, но более менее уютнее, чем было три года назад.       Мама с Бартом притихли, пока я была увлечена битвой за пульт. Да они почти засыпают. Неужели теряют хватку? — Ну что же, с днем рождения меня! — хлопнув в ладоши привлекаю их внимание к себе. — Справедливо было бы помыть посуду мне, так как вчера мыла Зоя, — интригую я, дипломатично выставив руки на стол. Мама не хочет, чтобы я называла ее мамой, потому что мы сильно поругались. Она сказала мне не называть ее мамой, пока я не заполучу богатого сына Мистера Митчела, который временно уехал в Европу. — Но сегодня мой др, так что очередь дяди и мелкого. Всем спокойной ночи!       Я быстро убежала к себе, чувствуя победный триумф, пока сзади сыпались возражения от дяди. Его сонливость как рукой сняло.       Когда устаешь даже кривой матрас кажется родным. Пока я не уснула есть еще одно дельце. Потянувшись достаю черный блокнот, импровизированный личный дневник с моими мыслями и сокровенными тайнами, пишу, что у меня особый день, прошу у Вселенной перемен в письменной форме. Да, надо писать конкретнее и визуализировать, но я так устала. Глаза закрываются, я только успеваю выключить светильник, и там же оставить дневник.

***

      Темно. Лишь вдалеке виднеются красные проблески и веселый шум. Шаг за шагом, а я все ближе к звуку и свету. Улыбка сама просится на лицо, а ноги переходят в легкий бег. Руки держат подол легкого платья, темные волосы вьются от бега. Я знаю, там будет весело. Я точно встречу своих знакомых. Приглушенные ранее голоса сейчас становятся ближе и громче. Вначале было чувство будто я смотрю на них по ту сторону стекла, но резкий толчок… и я в нашей деревне.       Чьи-то руки резко подхватывают меня, отчего я замираю на секунду, пока ноги сами не пускаются в пляс кружась с остальными. Музыка становится громче, хохот радостнее. Это не средневековье, возможно намного раньше. А тот, кто держит меня — мой брат Сатор. Я во сне? Но он точно мой брат, не братишка как Платон. Сатор старше меня. — Сестра, — мягко улыбается брат, уже отводя меня от костра подальше. По внешности парень похож на средневекового высокого юношу. Я поняла это по его волосам и одежде. Наши волосы схожи по длине, доходят до лопаток, схожи по цвету и слегка кудрявые. — Ты пришла мне помочь? — Что-то случилось? — улыбаюсь я, отводя взор от ребят, которые собрались на танцы. Как же хочется подольше побыть возле теплого костра. Игра на древних барабанах не заканчивалась. Я надеюсь, мой брат поторопится. — Для чего тебе моя помощь?       И вот взор юноши устремился в даль. Ох, похоже это затянется. — Ну, брат, мы так пропустим всё веселье, — надула губы я, одной рукой потянув его за локоть. На что он не сдвинулся с места. Лишь протянув руку, взлохмачивает мне волосы. — А ты такая же, как и тысяча лет назад, — эта улыбка мне знакома. Улыбается точно так же, как и… мой брат. Так он реально был моим братом? Становится интересно. Возможно ли такое, что моя душа помнит воспоминания из прошлого?       1000 лет… 1000 лет. — Так мы сейчас в 1000 году? — анализируя пространство, дышу так, как будто не делала этого довольно долго. Я бы хотела тут жить. Небо такое чистое и темное — идеально оттеняет светлые звезды. — 955 год, — отвечает темновласый, отчего я восторгаюсь. Расскажу своему историку об этом сне. Скажу ему, что побывала в 950. Это даже раньше, чем 1000 год нашей эры. — Ты скоро проснешься, надо спешить, — голубоглазый смотрит на меня, как на снова найденное сокровище. Скорее всего, как на спасение, учитывая ситуацию. Как-то до этого я не чувствовала столько радости и заботы. Перестань, ты меня смущаешь. Хах. Вот что значит царство снов.       Мы всё также стоим поодаль от всех. Его лицо то темнеет, то покрывается красным отблеском, создавая на его глазах невероятный пурпурный цвет.       Почувствовав мое смущение, он начал рассказ: — Более века я жил в тайне. Ой, не тот текст — Я умер от проклятого предмета. Я поручил тебе держать амулет с частичкой моей души, но ты передала его своему возлюбленному, после чего мою душу прокляли. Дотронься до его души, и заставь его вспомнить место, где он скрыл амулет в прошлой жизни, — быстро и в то же время внятно произносит старший брат. Звуки отдаются эхом, наполняя их смыслом. И только попробуй несерьезно отнестись к нему. Но смеяться-то охота. Главное не заржать. Я поняла. А! Он похож на Сатору Годжо. Думаю, где я его видела. Даже имена похожи, а когда он заговорил про проклятый предмет, мысли унесли меня не в то русло. При просмотре лучше не перемешивать «Магическую битву» и «Светлый пепел луны», а то получится эдакое. — Я застрял между двумя мирами. — То есть мне надо найти своего бывшего и уничтожить амулет? — тараторю я, чтобы понять, не пропустила ли я ничего важного.       Сатор кивает на полном серьезе. Окей. — А легче задания не нашлось? — пытаюсь понять суть его просьбы. Столько всего еще не понятно. — И где ты был все это время, так называемый «брат»? — До восемнадцати лет тебя не пускали сюда, — поступает сразу же ответ. — Какой же я бестактный! С днем рождения, Ада! — разрушает мой скептицизм Сатор, на что я пару раз хлопаю тяжелыми глазами. — Что-то не так, — парень бросает на меня беспокойный взгляд, когда я пропускаю зевок усталости. — Твой разум не переваривает поток информации.       Братец начинает суетиться . Барабаны прекращают свой ритм, земля же вдали становится сплошной черной дырой. — Он в Мистик Фоллс — там, где всё началось. Он не перерождался уже более 1000 лет, — руки парня держатся за мои, в глазах надежда. — Ты же меня спасешь? — картинка исчезла. Темно. Слышен лишь его голос, отдающийся эхом.

***

      Вот и самый обычный день самой обычной девочки. Я всё мою, мою, хотя посуда должна была быть помыта ещё вчера. А вот и виновник.       В миг хорошо вспенитая губка падает в раковину, а Платон становится не способным двинутся с места. Нагнувшись, заключаю его в объятия, чмокаю в щеку, а после взлохмачиваю коротко подстриженные почти прозрачные и желтоватые волосы, оставляя следы от пены. — Э, ты с ума сошла? — в ступоре еле проговаривает мелкий. Лучшее оружие — любовь. Сколько бы он не хулиганил, должно быть, это пройдет. Выпрямляясь, смотрю на его лицо, застывшее в замешательстве. — Ада прямиком из ада, — смущенно убегая, громко кричит в след, ставя ударение на первую гласную. Хотя я Адара, с ударением на вторую гласную. Улыбаюсь себе и снова оттираю вчерашний десерт из тарелок.       Кстати, меня мужчина из сна назвал Адой. Самое интересное то, что я помню весь сон, до последнего слова. Такого давненько не было. Отчетливее всего в мысли лезет последнее предложение. Нет, скорее просьба о том, чтобы я спасла его. Жаль, что это просто необычный сон для такого обычного дня. — Просто сон? — я оглядываюсь на резкий, но глубокий звук. Черт! Что это было? Сзади никого. А голос-то как из сна. Сердце бьётся сильно. Руки застыли с посудой в воздухе. — Найди его, не то поплатишься жизнью, — сильный и резкий треск. Упала тарелка и разбилась, образовывая кучу осколков на полу. А если бы там был Платон? Мне больно. Очень больно. Горло сдавило словно свинцом. Темно и ничего не видно. Лишь голубой отблеск чьих-то глаз. Нет… его глаз. — Ты точно хочешь умереть, Ада?       Я вскакиваю с пола, на который, как оказалось, упала. Зрение практически вернулось. Но голос Сатора никак не унимался. Мне билет в психушку, пожалуйста. Как такое возможно? Дышать больно, а на кухне никого. Помогите! Помогите… — Найди амулет и уничтожь. Мистик Фоллс. У тебя двое суток до назначенного дня.       Проклятый предмет. Предназначение. Мой парень из прошлой жизни, который спрятал амулет моего брата. Сатор слышит мои мысли. Я бы все равно согласилась помочь ему, нечего было угрожать. Даже если это пранк или обман, я не окажусь в минусе. Мне терять нечего, если моя семья будет здесь, в Александрии, в безопасности. Я не дура, чтобы быть на поводу у этого духа. Но так уж и быть. Раз я такая благородная сегодня, ладно, поеду-приеду, найду того-не-знаю-кого, узнаю где амулет, уничтожу и уйду. Доволен, лжебрат? Надеюсь, ты услышал мои мысли. Молись, чтобы меня не убили. Как человек может жить 1000 лет и не перерождаться? Он что в камне? Или он вампир как в фильмах?       Мистик Фоллс. Где-то я уже это слышала и не один раз. А вот и мой дядя. Подкрадывается? — Дядя Барт, — подзываю я дядю, после того, как он увидел меня сидящую возле разбитой тарелки. — Ты идёшь в комнату бабушки? — Эм… да. С тобой всё в порядке? — в его глазах видется тревога. Его расширенные глаза бегают, видимо думал, что тут никого. Бабушка и мама ушли в дальний супермаркет, Платон убежал во двор, так что по сути мы тут вдвоём. — Тебе нужны деньги? — он помогает мне встать и после моего вопроса думает несколько секунд. — С чего ты взяла? Думаешь… — А как же дом в Мистик Фоллс, который ты выиграл? — мой дядя любит азартные игры. Все знают это. Перебивая его, смотрю на его естественную реакцию, мужчина с пивным пузом, вероятнее всего, не помнит, как рассказывал о своём выигрыше. — Да ладно тебе, ты говоришь о крупном выигрыше каждый раз, когда выпиваешь. — Ну раз так, — Барт хлопает глазами и чешет затылок. — Да было дело несколько недель назад. А зачем ты спрашиваешь? — А ты не думал, что можно подзаработать там. Городок больше, чем наш. Да и мы не вмещаемся уже в этот дом. Пока летние каникулы мы бы могли пожить там. Как думаешь? — Подзаработать говоришь…       К счастью, я знаю как заинтересовать дядю. Он задолжал. Больше всего он бы хотел возвратить деньги моей маме. Не раз его замечали за кражами. Но бывали случаи, когда брат моего папы отыгрывался, хотя крайне редко.       Я знала своего дядю по папиной линии. Я знала, что он согласиться. И случилось всё так, как я и хотела, хотя шанс сбежать от моей чудо-мамы невелик.       Я иду к тебе. Жди.