Часть 6

"На улицу," - повторяет Мисс Носеда, как-будто она не услышала его с первого раза: "Окей, я могу поработать над этим, но сначала нам нужно установить несколько правил, хорошо? Правила очень важны в подобных ситуациях." Он прекрасно понимает логику этого решения. Защищать четверых детей, двух с половиной палисманов, солдата и василиска должно быть очень непросто, особенно для человека, который так мало знает о магическом мире. В какой-то степени Золотой страж может лично понять её. Когда его назначили главой легиона скаутов, чувства страха, волнения и ответственности быстро стали знакомыми. Ему потребовались месяцы, чтобы привыкнуть к этому, а Миссис Носеда содержит их всего несколько дней. Он может только представить, с каким стрессом она сейчас справляется. Так что да, он полностью понимает её стремление к установке правил. Но хотя ее щедрое предложение заманчиво, он чувствует себя обязанным объяснить недостатки ее хода мыслей. "Мэм, не хочу показаться грубым, но откуда вы знаете, что я буду соблюдать все эти правила? Ничто не помешает мне ранить вас или сбежать, когда у меня будет такая возможность." "Так, что останавливает тебя сейчас?" "Палисман девчушки Блайт," - честно отвечает он (ей не нравятся лжицы), жестом указывая на кошку, которая непринужденно разлеглась на шарообразном стуле в углу: "Если бы я сделал что-то из этого, она бы немедленно позвала свою хозяйку. Даже если бы я бежал, у меня не получилось бы оторваться. Не без травм, конечно." Миссис Носеда хмыкает. "Тогда... Вместо того, чтобы называть их правилами, почему бы не думать об этом как об условиях сделки! Этот договор может остаться только между нами! Тебе не обязательно соглашаться, но если все таки надумаешь, то тебе больше не придётся сидеть в ванной комнате." Его золотой шлем в замешательстве наклонился в сторону. Из всех возможных поворотов этого разговора, он не ожидал такого: "Что вы получите от этой сделки?" И снова эта обжигающая улыбка: "Душевный покой от знания, что я не допускаю того, чтобы ребенок был заперт в моей ванне на протяжении множества часов." Она, наверное, заметила его недоверие, поэтому решила использовать следующие предложение, чтобы объясниться: "Я обещаю, что такой платы для меня достаточно." "И в обмен на соблюдение ваших правил, вы предлагаете мне больше времени вне дома?" "Да! К тому же, я могу подготовить для тебя кровать в подвале. Я уже отдала детям свой лишний матрас, но уверена, что смогу что-нибудь придумать." Он не может заставить себя не пялиться на нее, совершенно сбитый с толку: "Я... Я думал, человек сказала, что там хлипкий шкаф." "Ох, нет, ты не будешь сидеть в шкафу! Мы не используем подвал ни для чего, кроме хранения вещей, поэтому не думаю, что дети будут возражать, если ты будешь спать там. Если ты все еще беспокоишься, что им нужно будет 'запереть тебя' или что-то в этом роде, то на внешней стороне двери есть замок, которым мы можем воспользоваться." "Целая-" – ему трудно осознать то, что она предлагает: "Целая комната? Вы предлагаете мне всю комнату целиком?" "Да? Или тебе не хочется...?" "Ам-" Он уже и не помнит, когда кому-то в последний раз удавалось сделать так, чтобы он потерял дар речи. Конечно, он не раз на собственном опыте убеждался в том, какой непоколебимо хорошей может быть человек. Но чтобы увидеть подобное здесь, так открыто демонстрируемое ни для кого другого, кроме него, - ему приходится напоминать себе, как дышать. (Не забывай, что она старше.) "...конечно, Мэм. Но перед тем, как я соглашусь, могу ли я спросить точные условия сделки? " Она бормочет что-то, как он предполагает, на людским языком. Затем, она облакачивается на свою подушку и поднимает один палец вверх. "Итак, во-первых, ты не можешь атаковать кого-либо. Ни детей, ни их питомцев и так же ни кого из соседей." После паузы, она добавляет: "Или меня." "Я понимаю, Миссис Носеда," – он уверено кивает, точно так же, как обычно обращался к старшим в ковене. "Ах, просто Камила, niño" "...это правило?" "Нет, нет!" - торопливо взмахивая руками, качает головой. Она очень экспрессивная личность, как он заметил: "Это просто предложение. Тебе не нужно быть настолько формальным со мной! Я не знаю, как обстоят дела там, откуда ты родом, но я не против того, чтобы меня звали по имени, даже если ко мне обращается кто-то твоего возраста." Сама идея такого неуважения вызывает у него головокружение. Он слегка рад, что она предложила провести этот разговор на диване. Все же, несмотря на её утверждения в обратном, он совершенно уверен, что её 'предложение' является требованием. Так что, он проглатывает свой дискомфорт и продолжает. "Хорошо... Миссис Камила." Она хихикает: "Этого достаточно." Золотой страж немного ждет, прежде чем подтолкнуть её: "Тогда, следующее правило?" "Si, si! Следующее правило достаточно простое: не покидай дом без присмотра. Ты можешь выйти на улицу со мной, с кем-то из детей или даже с одним из их странных питомцев. Пока мы знаем где ты, все будет хорошо. Понял?" Это предсказуемое правило, но точно не не обоснованное. Для начала, главной причиной почему они держали его в ванной является тем, что она находится в главном коридоре. Это не только делало его легкодоступным, но и позволяло ему быть у всех на виду, если бы он сбежал. Для его похитителей потерять Золотого стража из виду означало то же самое, что и освободить его. Таким образом, существует второе правило. Он, конечно же, соглашается на него. Подобное лучше, чем то, что человек или Блайт могли ему предложить. "Отлично! А сейчас, слушай внимательно," - Миссис Носе- Миссис Камила меняет свое положение на диване, отчего он громко скрипит. Это только усиливает напряжение. "Третье правило самое, самое важное. Если ты не будешь соблюдать его, то наша сделка тут же расторгается. Ты готов услышать его?" Он нервно сглатывает, затем все же кивает. "Не причиняй вреда себе." Пауза. Он смотрит на нее. Женщина смотрит на него в ответ, с невозмутимой серьёзностью. "Хах?" - он глупо подавился. "Я уже сказала, что ты не можешь ранить других, но ты так же не можешь причинять боль и себе," - Мисс Камила, кажется, смотрит прямо через его маску, и впервые ему хочется отвернуться. "Я знаю, насколько непросто бывает приспособиться к новой обстановке. Луз уже рассказала мне кое-что о тебе, и судя по тому, что я услышала, у тебя было, вроде как, трудное детство." Золотой страж не может даже начать формировать ответ; его разум окончательно опустел. "Так что, я знаю, что тебе может быть трудно жить здесь некоторое время. Особенно когда окружают люди, настолько сильно отличающиеся от тебя." Неожиданно, она кладет руку на его плечо. Его спина рефлекторно напрягается, а его голова слегка приподнимается. Несмотря на то, что он едва чувствует прикосновение через одежду, оно каким-то образом ощущается нетерпимо горячим. (Добрата Миссис Камилы из тех, которая обжигает.) "Если ты будешь чувствовать себя подавленным, или напуганным, или почувствуешь, что захочешь ранить себя, то приходи ко мне. Даже если это будет глубокая ночь, или из-за чего то, что кажется глупым. Тебя устраивает это?" Снова, она спрашивает его мнение, как-будто он когда-либо сможет не согласиться с тем, о чем его просит взрослый. "... Хорошо, я понял," - Золотой страж не совсем уверен на что только что согласился, но надеется, что это не вызовет слишком много проблем позже. "Я рада." И она и вправду, искренне рада. Из всего, что он слышал до сих пор, это, пожалуй, самое ошеломительное. Наконец, Мисс Носеда убирает руку с его плеча и выставляет её перед ним с приподнятым мизинцем: "Вот, давай дадим обещание на мизинчиках." "Что?" "Это, ам, человеческая традиция. Так делают обещание, которое нельзя нарушить." Концепция нерушимой сделки была бы ужасающей, если бы он не знал, что в этом мире нет магии (кроме жирафов, конечно). Хотя она все объяснила, он все равно не решается повторить её движения: "Я не должен участвовать в людских ритуалах." "Но разве твой дядя не был человеком?" Он вздрагивает, удивлённый от упоминания:"Вы знаете об этом?" Вздох срывается с её губ - вздох, говорящий об усталости, какую даже он не может понять: "Луз мне кратко пересказала все, что произошло, и Белос? Этот мужчина входил в большую часть всего рассказа." После этих слов, его захлестывает волна горечи. Как он мог забыть, что он на территории врага? Эта женщина ничего не знает про Императора, кроме того, что ей наговорила человек. Зная эту девчушку, он сомневается, что это был детальный разговор. Добрата, которую предлагают ему в форме мизинца? Простой обман, чтобы заставить его выполнять условия собственного заключения. Она умна, он не отрицает этого. Но Золотой страж никогда не действует без стратегии. И прямо сейчас ему нужны союзники. Миссис Камила сочувствует ему. Хоть он не до конца понимает почему (фраза "трудное детство" все повторяется и повторяется в его голове), но даренному коню в зубы не смотрят. Если она хочет довериться Золотому стражу, то кто он такой, чтобы отказывать ей? После нескольких мгновений сопротивлений, у женщины все таки получается соединить их мизинцы, чтобы скрепить их договор. В то время как он получает еду, кров и возможность свободно передвигаться, Миссис Камила получает еще один рот, который нужно прокормить и, по-видимому, душевное спокойствие. Победитель этой сделки очевиден, и за маской он не может не улыбнуться. Может, если он сделает все, как надо, то сможет проложить путь к сердцу Мисс Камилы, а когда она заметит это, будет уже слишком поздно.