IV глава

На следующее утро, когда родители уже уехали, Джисон ещё спал час и проснулся, потому что он всегда вставал рано. Он тихо вышел из комнаты, так как Минхо ещё спал и пошёл в ванную комнату для того чтобы умыться. После он направился на кухню. На кухне, мальчик понял что он хочет поесть, поэтому он решил сделать себе бутерброд. Да, хоть ему было и 5 лет, он умел о себе позаботиться. Взяв тарелку и все продукты для изготовления завтрака, он принялся нарезать хлеб на тарелке, чтобы не было крошек на столешнице. Но что-то пошло не так, ведь Джисон не был бы Джисоном, если бы чем-то не накосячил. Пока он резал хлеб, случайно порезал свой палец ножом, а когда слезал со стула (он стоял на стуле чтобы дотянуться), он уронил тарелку и она разбилась об пол. Хан попытался поднять осколки, но порезался. В это время, пока Джисон пытался устронить ЧП, Минхо спокойно спал, но услышав звуки разбивания чего-то стеклянного об пол, он проснулся. Сначала он подумал что ему показалось, но решил проверить, так как вспомнил что в доме есть ребёнок по имени Хан Джисон. Придя на кухню он увидел весьма плохую картину: Джисон сидел на полу, его рука была в крови, так как он порезался и решил собирать осколки всё одной рукой. Вся кухня была в осколках стекла и пол был слегка испачкан в крови. У мальчика была почти что истерика, но наверное из-за страха чем из-за боли. — Да твою ж мать! Джисон ты хоть что-то можешь сделать нормально?! Было сразу видно, Минхо был в бешенстве. Ли смотря на это всё, пытался сообразить что делать дальше, ведь он был сонным. Что и повезло Джисону с этим, потому давно бы ему прилетел подзатыльник. Минхо простояв ещё секунд пять, подняв на руки младшего, он отнёс мальчика в зал при этом сказав ему, но больше приказал: — Сиди тут! Чтобы с места даже не вставал, ты понял меня?! Сказал парень и ушёл на кухню убирать весь погром, который устроил младший. Джисон сидя на месте, начал тихо плакать, что было еле как слышно в комнате его всхлипы. У него началась истерика, которую он пытался сдержать, но получилось это плохо. Он стал рыдать из-за боли в руке, которая, так и не прекратилась, а даже стала сильнее болеть. На плачь пришёл Минхо, который уже убрал все осколки и протёр пол. Хо увидел, как рыдал младший и прижал свою порезаннную руку к груди и держался за неё другой рукой. — Блять, надо же было сначала твою руку обработать. Вставай и иди за мной. Минхо сказал злобно. Он до сих пор был зол на Хана. — Нет, я не хочу, ты мне специально сделаешь больно! Сказал мальчик, он уже более-менее успокоился, но всеравно иногда всхлипывал — Ты не понимаешь, я не спросил, а сказал, вставай и иди за мной Минхо потихоньку начинал закипать от злости, поэтому последнюю фразу сказал строго и прикрикивая. Ведь мало того что он ненавидит Джисона, так должен ещё и помочь, хотя он и не может это делать. — Нет! Джисон сказал это уверенно и повернул голову в другую сторону, чтобы не видеть силуэт старшего. Минхо злой. — Я кому говорю?! Пошли за мной. Я тебе просто обработаю и замотаю эту несчастную руку! Если ты сейчас не встанешь, я тебя насильно отнесу! Услышав это, Джисон захотел убежать в другую комнату, но его вовремя схватил за порезаную ладонь Минхо. За это Джисон начал плакать, потому что осколки которые были в его руке, попали ещё глубже. Малыш смог убежать и закрылся в ванной комнате на замок. — Если ты сейчас не откроешь, самому худо будет. У тебя рука болит, не у меня! В ответ только молчание. Но Минхо всё-таки решил точно что поможет этому ребёнку. Но Минхо вспомнил что у него есть ключ от двери в ванную, как это странно не звучало, он пошёл у себе в комнату и нашёл этот ключ где-то далеко в ящеке. — Если ты не откроешь через 3 секунды, я не знаю что с тобой сделаю. Услышав это, Джисон начал нервно ходить по комнате, надеясь найти укромное место. Но пока он думал прошло время и открылась дверь. — Сам виноват. Джисон испугавшись пошёл в угол, чтобы отдалиться от подростка, но это не помогло. Минхо взял руку Джисона, чтобы приблизить к себе и посадил на стиральную машину. — Сидеть. Он сказал это строго не привышая голоса. Но заметив, что младший пытался встать, сказал: — Если встанешь, оставлю тебя тут, и дальше будешь мучаться с рукой. увидев, что Хан боиться, добавил: — Ничего страшного тут нет. Сейчас промоем сначала перекисью, потом уберём осколки и забинтуем. Потом пойдём кушать. Джисон не успел ничего сказать, как начал шипеть от боли, потому что Минхо налил на руку перекись, которая начала пениться. — Тш-ш-ш. Потерпи чуть-чуть. Когда он уже обработал, достал пинцет и начал вытаскивать аккуратно осколки стекла. — Ай, хватит! — Ну потерпи, чуть-чуть осталось. Но увидев слёзы на пухлых щёчках, он сказал, что сам не ожидал. — Ну, бельчонок, потерпи пожалуйста. Совсем один осколок остался. Джисон сразу успокоился, и погрузился в мысли. Потому что его много кто так называл, но услышать это от Минхо… Обратов, Минхо вынул осколки и забинтовал порез.