«To serve and protect» — США.

⠀⠀⠀⠀«Свободные люди должны быть не только вооружены, но дисциплинированны.» ⠀⠀⠀⠀Джордж Вашингтон. ⠀⠀Прошло некоторое время с той поры, когда Альк впервые убила человека. Не одного и не двух, и в число попали даже те, кто смерти не заслужил. Обычные гражданские, явно ввязавшиеся в это безумие с наркотиками и кражей людей исключительно для выживания, да! Ведь не могли же те две гражданки преследовать свои корыстные цели, кроме как для обеспечения себя и, возможно, родных. Да и вдруг не все вооруженные тамошние головорезы таковыми являются!.. ⠀⠀— Что я, блять, натворила, — сквозь стиснутые зубы нашептывает глухо девчонка, перебирая в голове самые разные варианты событий. Опции, какие та могла бы применить, лишь бы не делать того, что натворила сгоряча. Тяжелые вдох и выдох несколько прочищают забившийся в горле ком, а взгляд усталых голубых глаз перемещается с руля машины куда-то вперед, через лобовое стекло, в пустоту, застревая на одном месте на какое-то время. ⠀⠀Атмосфера сама по себе поглощает тебя в рутину. Пускай сейчас это лишь временная маскировка, незначительная мера для будущей операции. Закатное солнце едва отогревает своими ничтожно-скромными лучиками, а небо только сильнее затягивается серо-угрюмой массой, перекрывающей не успевшие вспыхнуть на небосводе звезды. Взор медленно скользит от невзрачных построек с обшарпанными стенами то на украшенные неоном вдалеке здания, так и манящие неоном вывесок и светящимися палочками, то на жухлые листья, укутавшие асфальт. Но куда ни глянь, всюду заострять взгляд было противно, особенно на мутные, млявкие лужи с характерными узорами от капель ни то масла, ни то бензина. ⠀⠀— Ну уж извини, дорогуша, на рябины, да ивы власти Далласа не раскошелились! — будто улавливая ход мыслей Альк вдруг прервал тишину Фрэнки, что аки призрак в темной вуали из ниоткуда возник на заднем сидении. От такого действия девчонку аж передернуло, отчего она захотела шлепнуть тому в отместку по макушке. ⠀⠀— Ты чего пугаешь!? А если б у меня сердце встало! — вскрикнула та, стараясь вновь стабилизовать свое дыхание. ⠀⠀— Я бы больше удивился, встань у тебя что-нибудь другое, — ехидно гыгыкнул в ответ мужчина, вручая в ручки женские небольшой стаканчик с горячим шоколадом. ⠀⠀Наверное, лишь в такие моменты понимаешь, насколько жизнь наемника коротка, но чертовски насыщена. Такого коллектива не было в жизни Фэй ни в школе, ни даже в морской пехоте, хотя казалось бы. Сколько бы не вливалось патриотизма в голову девчонки на службе, и как бы сильно ее не баловали своим присутствием подруги, воистину дружный коллектив нашелся там, где никак не ожидаешь. ⠀⠀Липкая, густая атмосфера наполняла салон. За чуть приоткрытым окошком слышится, как проезжают редкие машины, снует легкий ветер ранней осени, меж пальцев сжимается горячий напиток в бумажном стаканчике, а из радиостанции полицейской машины, где они сейчас вдвоем сидят, с легким шумом и треском изредка поступают сообщения. Абсолютно незначительные для них. Ни тебе вызовов по стрельбе, ни поножовщины, даже никакая старая бабушка не выкручивает громкость на своем телевизоре так, чтобы слышали все рядом живущие... ⠀⠀— Слушай, я хотела кое о чем поговорить, — вдруг прерывает доселе весьма спокойный и даже миролюбивый диалог ни о чем Альк, нарочито отводя взгляд куда-то в сторону, наполненный ни то грустью, ни то банальной усталостью. ⠀⠀— Что, от вопросов язык чешется? Оно и правильно, чего б не поболтать, — уже более спокойным тоном, но все еще с ухмылкой хитрой отвечает чех, раскатывая напиток свой по стаканчику. ⠀⠀— Это касательно того случая, в Мексике. Ты так и не рассказал ни про заложников, ни про... То, что ты сделал. ⠀⠀— Ах, это? Как приказало начальство, устраняю свидетелей. Трупы, как подобает, сжег, но только так, чтобы можно было опознать, — разводит плечами Фрэнк, делая несколько глотков из своего стаканчика с кофе, будто это более чем обычное дело. ⠀⠀— Так легко говоришь о военном преступлении... ⠀⠀— Это не военное преступление. Ведь там не было военных, — вновь хитро скалится мужчина, отставляя полупустой стаканчик в сторону, заглядывая Альк... Нет, не в глаза. Прямо в душу, в самое нутро. В обыденной ситуации его взгляд можно было бы описать поэтично, красиво: "В этих глазоньках можно утонуть, как в море!" ⠀⠀Но не в этот раз. Не подойдет ни единого эпитета, что опишет в полной и точной мере то, что сейчас видит Фэй. Холодный, пустой, абсолютно бесчувственный и черствый взор. Сравнить тяжесть этого можно лишь с тем, как если б Фрэнк прямо сейчас пробил грудную клетку девчонки насквозь и голыми руками сжал сердце. ⠀⠀— Ты слишком много думаешь о морали. Это и есть безумие, подруга. И поверь мне, если в следующий раз на поле боя ты будешь аналогично пускать слюни, сопли, искать какую-то мораль и оправдание каждому своему действию, я прикончу тебя на месте в лучшем случае. Худшем? Пока ты будешь падать, я прострелю тебе руки, ноги, да оставлю под знойным солнышком. Мы, блять, наемники. Тебе еще позволяют быть нюней, и при не самом славном раскладе просто уволят, выплатив компенсацию и заменив, а в свое время в Морской Пехоте тебе в задницу пихнули бы M18 и не стали разбираться. Усекла? ⠀⠀Вдох, выдох, и снова на лице чеха появляется самая добродушная улыбка, которую только физически может выдать его лицо. ⠀⠀— Надеюсь, теперь мы с тобой понимаем друг друга! ⠀⠀Но что-то ответить Альк даже не успевает, вновь характерно трещит полицейская радиостанция, взывая напарников вернуться к "несению службы". ⠀⠀— . . .патруль нужен на заправке "4U Gas Station", ограбление. Число напавших неизвестно... ⠀⠀— Теперь за работу, салага. Будем тренировать тебя стрелять по мишеням.