MDDCLXVI. Псалом, 46-й

      Очень много приготовлений. К озвучиванию текста на продолжительное время всегда так. Значит, либретто есть, микрофон включён, за окном никто не орёт. Можно начинать.       Выдох. Ну, поехали. — «Многие ли из вас видели своими глазами полное солнечное затмение? Побывать под тенью Луны — одно из моих заветных желаний. Тридцать лет назад оно почти осуществилось. Двадцать шестого февраля 1979-го года затмение должно было наблюдаться в городе Портленд. Я купил билеты на автобус, нашел гостиницу, но в итоге не смог вырваться с работы. Впрочем, жители Портленда подтвердят, что солнце в феврале у них появляется довольно редко. И действительно, в тот день над городом была сплошная облачность. Я бы ничего не увидел. Работа, с которой я не смог вырваться, была моей первой после университета: я был продавцом в магазине электроники в прекрасном городе Вустер, штат Массачусетс. В день, когда я впервые встал за прилавок, к магазину подъехал грузовик. Оттуда вынесли большую коробку с легендарной надписью «TRS-80». Это был демонстрационный образец микрокомпьютера, первого в широкой продаже. У «TRS-80» первой серии был процессор Z80 на один и семь мегагерц, 4'096 байтов памяти и черно-белый текстовый дисплей на 64 знака. Память была только на магнитной ленте. Стоило это сокровище всего-то 599 долларов.» «Всего-то». — Магазин, где я работал, не слишком процветал. Когда-то вокруг него был оживлённый торговый квартал, но, как и в других городах Новой Англии, покупателей к началу семидесятых перетянули к себе торговые центры. Администрация Вустера отреагировала, скажем так, радикально. В мэрии, видимо, решили перейти на сторону победителя, так что несколько кварталов в самом сердце города просто сравняли с землёй. Уничтожили десятки семейных фирм, в том числе место, где когда-то стояла аптека моего прадеда, и вместо них соорудили огромный трехэтажный торговый комплекс с кинозалами и ресторанами. После разгрома от прежнего Вустера со старыми домами уцелело полтора квартала, в одном из которых был мой магазин электроники. А в довершение всего, другой филиал магазина открылся прямо в этом торговом комплексе, в полутораста метрах от нас. Так что теперь перед покупателями стоял такой выбор: Идти в чистый магазин с хорошим освещением, с охраной, с большой удобной парковкой, или в непонятную обшарпанную подворотню возле кинотеатра порнофильмов.»       Так, стоп. Что? «Порнофильмов»? Не думал, что «Свидетель» может выдать такое словечко, ладно... — «В общем, у меня была уйма времени, чтобы осваивать компьютер. Я самостоятельно выучил Бейсик, потом ассемблер Z80. Всё это, разумеется, чтобы писать игры. Ещё анимировал рекламные ролики, их всю ночь крутили в витрине магазина, и пьяницы под них мочились в нашей подворотне. Немногочисленных наших покупателей компьютер почему-то не привлёк, даже когда памяти стало 16 килобайт. Большинство людей, о которых мне сообщал звуковой сигнал на входной двери, вообще не хотели ничего покупать. Они приходили по рекламной акции, от которой продавцы в нашей сети сорок лет не знали покоя: По акции «Батарейка месяца». Акция была устроена очень просто. Покупатель получал красную карточку, расчерченную на квадратики по месяцам. Раз в месяц кому-нибудь из нас приходилось компостировать квадратик и вручать батарейку: пальчиковую, среднюю, большую или на девять вольт. Разумеется, выбирать вид батарейки получатель не мог. Когда я работал продавцом, у нас было три градации батареек по качеству. Щелочные были мощными, работали долго, стоили дорого. Они висели за прилавком, как лекарства в аптеке, в упаковках из золотистой фольги. Даже речи не было о том, чтобы их раздавать как «Батарейки месяца». Затем были свинцовые элементы получше, надёжные, неприхотливые, не самые дорогие, выставленные на видном месте около входа. Их тоже не давали по акции «Батарейка месяца». И наконец, у нас была свалка обыкновенных свинцовых элементов. Настоящая свалка, россыпью в бочках, и бочки были спрятаны позади стеллажей, в углу с телевизионными антеннами. Помните, были такие? Когда человек приходил за бесплатной «Батарейкой месяца», ему приходилось плестись через весь магазин, мимо приёмников, стереонаушников и машинок с радиоуправлением. Но это никого не останавливало. Каждый месяц первого числа, как по команде, люди приходили и размахивали красными карточками. Я отвлекался от программирования и указывал им на дальний угол. И неважно, что батарейки стоили каких-то двадцать девять центов. Не важно, что почти все они уже наполовину разрядились. Халява. Надо хватать.» Действительно. — «Насколько я помню, никто из этих людей ничего у нас не купил. Продавец я был бездарный, молодой и глупый. Я думал, что главное в создании игр происходит во время тюкания по клавишам, и чуть не пропустил урок, который вошел прямо в дверь. К счастью, не я один пробовал свои силы в компьютерных играх. По всей стране ставились похожие опыты. Скотт Адамс занимался созданием квеста, самого первого в продаже. Помните, были такие?» Нет. — «Появилось моё будущее место работы, «Infocom», и другие легендарные компании: «On-Line Systems», «Sirius», «Personal Software» и «SSI». Увлекательное время было. Мальчишки зарабатывали целые состояния. Игры создавались задешево на коленке, поле было непаханым. Но главная новость в игровой индустрии в 1979-м году не имела отношения к компьютерам. Двадцатого сентября, в день осеннего равноденствия, в книжных магазинах Англии появилась детская книжка с картинками. Книжка была довольно необычная. Это была недлинная причудливая сказка о том, как кролик нёс луне подвеску, сопровождавшаяся пятнадцатью подробными цветными картинками. Сзади на обложке была цветная фотография настоящей подвески в виде кролика длиной пять дюймов из золота 750-й пробы, украшенная орнаментами и бубенцами, а также солнцем и луной из синего кварца. Подпись под ней гласила, что подвеска закопана где-то в Англии. Указание на место клада зашифровано в тексте и картинках в книжке. Клад достанется тому, кто первым его найдёт. Книжка называлась «Маскарад». Её создателем был Кит Уильямс, сухопарый человек с косоглазием и коварным чувством юмора.» Вот делать кому-то нечего. Ладно, это хотя бы весело. — «Первый тираж разошёлся за несколько дней, и Британскую империю охватила кроличья золотая лихорадка. Читатели накинулись на иллюстрации с линейками, циркулями и транспортирами. В журналах и на телевидении обсуждались подсказки, выдвигались теории, активно освещались вылазки рьяных кладоискателей. Один провинциальный парк, которому не повезло называться «Кроличьим», в поисках сокровища перекопали вдоль и поперёк, и пришлось поставить плакаты с надписью, что золотых кроликов там не водится. Некоторые избавились от навязчивой идеи только у психотерапевта.» Пффф, ладно. Это и грустно, и... — «Поветрие пересекло моря и океаны и охватило США, Францию, Италию и Германию. За несколько месяцев разошелся миллионный тираж — рекорд для детской книги, который побил только «Гарри Поттер». Больше 150'000 экземпляров продали в переводах, 80'000 из них на японском, хотя загадку можно было разгадать лишь на английском.» Плюс балл за садизм. — «И неважно, что подвеска «Маскарад» стоила несколько тысяч долларов: Многие тратили гораздо больше на разъезды в её поисках. Ценен был азарт, возможность оказаться первым. Клады, шифры и всё, что спрятано, неодолимо притягивают нас. Их интересно искать и обсуждать. Это свойство нашей психики с первых дней взяли на вооружение в компьютерных играх. Здесь оно принимает форму сюрпризов, известных как «пасхалки». Считается, что термин впервые употребил Стивен Райт из «Атари» в первом номере журнала «Electronic Games». Первая игра с «пасхалкой» появилась в продаже на картридже для приставки Atari 2600 и называлась просто «Adventure». Совершив набор малопонятных действий, игрок мог попасть в тайную комнату с мигающими буквами: «Автор — Уоррен Робинетт». Постепенно «пасхалки» и их тёмная сторона, чит-коды, выросли в целое отдельное направление в отрасли. Некоторые журналы и сайты заняты только тем, чтобы их в нужный момент найти и разрекламировать. Они вошли в наш инструментарий, в словарь языка, на котором мыслят разработчики игр.» Fair point. — «Хотя «пасхальными яйцами» сюрпризы впервые назвали в компьютерных играх, появились они задолго до компьютеров. Художники, композиторы, представители всех искусств веками в своих произведениях что-нибудь прятали. Видеомагнитофоны и лазерные диски позволили увидеть на стоп-кадрах непристойности в мультфильмах Диснея.» Опять дичь. — «Томас Кинкейд, зовущий себя «Художником света», для развлечения вставляет в картины букву «N». Цифра рядом с подписью указывает, сколько «N» спрятано на этой работе. Пикассо, Дали, Рафаэль и десятки других художников что-нибудь незаметно подсовывали на холст. Популярный фокус — вписывать портреты себя, своих коллег, друзей и домочадцев в толпу. Эль Греко любил собак, но католическая церковь запрещала помещать их в евангельские сцены, поэтому обычно он их прятал в контурах облаков. Композитор Дмитрий Шостакович страдал от политической цензуры советского Министерства культуры. Его симфонии и камерная музыка полны подтекста и тайных посланий. Если бы эти намёки расшифровали, его бы сослали в Сибирь. В опере Моцарта «Волшебная флейта» много отсылок к ритуалам тайного общества масонов, где состоял он сам и его учитель Гайдн. А больше всего «пасхалок» оставил в своем творчестве гений позднего барокко, великий педант от музыки, Иоганн Себастьян Бах. Баха увлекала гематрия — метод, который сопоставляет числа буквам алфавита: A — 1, B — 2, C — 3 и так далее. Сравнивая, по-разному располагая числа, можно зашифровывать тайные послания. Особенно нравились Баху гематрические величины 14 и 41. 14 — сумма букв его фамилии: B — это 2, A — это 1, C — это 3 и H — это 8. 41 — сумма его фамилии с инициалами, «J» и «S». Эти два числа постоянно встречаются в сочинениях Баха; довольно известный пример — его музыка к хоралу «Пред троном Твоим являюсь». В первой строке мелодии ровно четырнадцать нот, а во всей, от начала до конца, сорок одна. Другой любимой игрушкой Баха был «загадочный канон». Канон — это мелодия, которую можно накладывать поверх неё самой с небольшим сдвигом. Детская песенка «Братец Якоб» — известный многим простой, двухголосный канон. Но голосов может быть любое количество, и они не обязаны точно повторять друг друга. Можно транспонировать мелодию, обратить высоту тона, сыграть от конца к началу, проделать все сразу. Подобрать хорошую мелодию для многоголосия — очень трудоёмкая задача, и Бах ее решал виртуозно. Загадочный канон — вид канона, где композитор выписывает мелодию и количество голосов, но не их взаимодействие. Исполнитель должен сам понять, где и в каком ключе вступают голоса, надо ли их обращать или петь задом наперёд.» Ещё плюс балл за садизм. — «Бах написал много загадочных канонов. С одним, BWV 1076, связана увлекательная история. Среди учеников Баха был человек по имени Лоренц Мицлер, учредитель Общества музыкальных наук. Туда принимали только по приглашениям, а изучалась там философия пифагорейцев и связи между музыкой и математикой. В Обществе состояли все выдающиеся немецкие композиторы, в том числе Гендель, Телеман и позже Моцарт. Желающий вступить в Общество должен был представить свой портрет маслом и какое-нибудь музыкальное сочинение. 14-й член Общества подошел к делу дотошно и совместил обе задачи в одном предмете. Он заказал портрет Элиасу Хауссманну, художнику при дрезденском дворе. Сейчас картину можно видеть в галерее в ратуше Лейпцига, это единственный прижизненный портрет Баха. Хауссманн изобразил его в парадном камзоле с четырнадцатью пуговицами. В руке у композитора нотный лист с записью загадочного канона для шести голосов. В 1974-м году была найдена рукопись, доказавшая, что этот канон входил тринадцатым в серию из четырнадцати на основную тему из знаменитых «Вариаций Гольдберга».» Ах, тащусь с подобного. — «Но этой музыкальной акробатики Баху было мало, он любил зашифровывать в своей музыке тексты, обозначая буквы нотами. Его фамилия, «Бах», в немецкой буквенной системе дает последовательность си-бемоль, ля, до, си. Самое примечательное появление этой последовательности — в последних тактах его последнего произведения, «Искусство фуги», изданного посмертно в 1750 году. Слово «фуга» происходит из латинского языка, где оно обозначает бегство. То есть искусство фуги — искусство бегства, бега, в который композитор пускает тему. Бах написал сотни фуг, но эти четырнадцать самые прекрасные. В последней, самой сложной фуге всего цикла, первые две части разворачиваются как обычно, затем идет тема-подпись «BACH», а затем без предупреждения, без предпосылок в композиции, фуга обрывается на полуфразе. Один из двадцати детей композитора, Карл Филипп Эмануэль, утверждал, что Бах умер, записывая последние ноты этой фуги. Это, впрочем, вызывает сомнения. Секреты в музыке Баха мало кому известны, в основном учёным и тем, кто изучает музыку барокко, но в марте 2002-ого года, когда я впервые читал эту лекцию, все, кто связан с классической музыкой, только о них и говорили. В тот месяц в рейтингах классических исполнений первым шёл диск лейбла ECM под названием «Morimur». Его записал вокальный Хиллиард-ансамбль и талантливый, но до того времени малоизвестный скрипач Кристоф Поппен. Музыка на диске получена гематрическим анализом партиты Баха ре минор для скрипки соло. Немецкий исследователь Хельга Тене сопоставила цифры продолжительности нот, количества тактов партиты и ее записи в буквенной системе. В результате, по её словам, оказалось, что в музыке зашифрован полный текст нескольких хоралов. На диске эти скрытые тексты были записаны вместе с мелодией. Результат звучал печально, тревожно и очень понравился публике. Многие музыкальные критики диск не одобрили, не поддержали идей профессора Тене и объявили их нумерологией пополам с ловким рекламным трюком. Их скепсис вполне оправдан. Нумерология — трясина, которая засосала много блестящих умов. Позвольте привести забавный пример, с которым я столкнулся лично. В начале девяностых, в доинтернетную эпоху, была популярна служба электронных объявлений под названием «Prodigy». Я зарегистрировался на Prodigy, чтобы вступить в группу по интересам и болтать с участниками из разных штатов. Однажды к нам на форум пришел новый человек. Я сразу понял, что дело плохо. Этот тип по имени Гари начал нести всякую ахинею про конец света, мировой заговор, тайные общества и секты сатанистов. Сначала мы старались вести себя вежливо, уточняли источники, указывали на ошибки в фактах, находили логические нестыковки. Но от нашего внимания он только больше и больше распалялся. Предупреждения о заговоре превратились почти в истерику, на несогласных он стал кидаться с угрозами. Гари, так сказать, переключился на капслок.» Я рассмеялся от такого сравнения. Меткое. — «Причём, он считал, что главное зло — не гомосексуалисты, не евреи, не капиталисты и не масоны. Главным врагом человечества, по его мнению, был Санта-Клаус. Гари с помощью нумерологической формулы якобы неопровержимо доказал, что Санта-Клаус — воплощение Антихриста. Нам стало любопытно, мы попросили показать формулу и попались на удочку: Естественно, он к нам пришёл продавать свою книгу. Я попался. Выслал ему пятнадцать долларов. Через неделю мне пришла книжка. Над зловещей фотографией монумента Вашингтона красовалось название: «666: Конец близок!» Этот кирпич на пятьсот страниц Гари издал за свой счёт. Там была несложная гематрическая формула, по его словам, идущая из древнего Междуречья. В ней все латинские буквы были сопоставлены последовательности натуральных чисел, умноженных на 6: A — 6, B — 12, C — 18 и так далее. Представьте, как я изумился, когда применил формулу к имени «Санта-Клаус» и получил в сумме пресловутое 666, библейское число зверя! Я зашел на форум и огорошил остальных подписчиков в нашей группе известием, что Гари прав. Никаких сомнений: С помощью мудрости древних шумеров доказано, что Санта-Клаус — Антихрист. Заодно я привел несколько других названий, из которых по формуле Гари тоже выводилось 666. Например, «Сент-Джеймс», «Нью-Йорк» и «Нью-Мехико». Скоро весь форум кипел от новых открытий: «компьютер», «Бостонское чаепитие» и самое зловещее: «караоке». На этом Гари от нас ушел. Я развлекся на пятнадцать долларов.» Весело. — «Но Гари далеко не первый, кто пытался искать в Библии шифры. Люди вычитывают в ней скрытые послания не одну сотню лет. Каббала, мистическое течение в иудаизме, вся состоит в гематрическом осмыслении и толковании Пятикнижия, первых пяти книг Ветхого Завета. Когда появились компьютеры, заниматься библейской нумерологией стало легко и удобно. Последний всплеск этой моды начался с книги, которую в 1998-м году издал Майкл Дроснин, бывший репортёр «Wall Street Journal»: «Библейский код». Код он взял из тех, где секретное сообщение прячется в каждую энную букву текста. Применив эту систему к тексту Ветхого Завета на иврите, Дроснин якобы нашёл предсказания Второй Мировой войны, Холокоста, Хиросимы, убийства Ицхака Рабина и обоих Кеннеди, полёта на Луну, Уотергейта, взрывов в Оклахоме, избрания Билла Клинтона, гибели принцессы Дианы и столкновения кометы с Юпитером. Ещё он нашел предсказания землетрясения в Лос-Анджелесе, падения метеорита на Землю и ядерной войны, все это на ближайшие десять лет. «Библейский код» неделями оставался лидером продаж, у него были продолжения и десятки подражаний.» Офонареть можно. Минус два балла за усложнённую жизнь и суету. — «Но самые рьяные охотники за «пасхалками», самые изобретательные, упорные, начитанные, неостановимые в своем азарте ищут ответ на великий вопрос литературы. Этот вопрос отравляет умы, уничтожает состояния, рушит карьеры, превращает здоровых, вменяемых исследователей в душевнобольных: Кто автор пьес Шекспира? Статей и книг о проблеме авторства шекспировских произведений хватит на приличную библиотеку. Такие библиотеки даже существуют. Ни за час, ни за целый день я бы не смог рассказать достаточно подробно эту запутанную и опасную в своей привлекательности историю. Но для тех, кто не знаком с вопросом, я попробую вкратце обрисовать его суть. Достоверных фактов в биографии Шекспира так мало, что их можно пересчитать по пальцам. Известно, что человек по имени Уильям Шекспир родился в 1564-м году в деревне Стратфорд-апон-Эйвон или поблизости. У него была жена и трое или больше детей. Известно, что он купил в Стратфорде дом, вёл тяжбы с несколькими соседями и умер в 1616-м году в возрасте 52-х лет. Еще мы знаем, что в это же время актёр с фамилией, похожей на «Шекспир», играл в лондонских труппах и впоследствии стал совладельцем нескольких театров. Кроме того, примерно тогда же вышли совершенно гениальные стихи и пьесы. Они были напечатаны в Лондоне под именем «Шекспир». Нет подтверждения тому, что владелец дома в Стратфорде и его лондонский однофамилец-актёр — это одно и то же лицо. Нет подтверждения тому, что кто-нибудь из них имел отношение к авторству стихов и пьес. Мы только знаем, что эти пьесы и стихи за четыре века, прошедшие с их создания, стали считаться жемчужиной сокровищницы западной культуры. Автор шекспировских текстов, был то мужчина или женщина, потрясает своей эрудицией в самых разных областях. На каждой странице упоминаются мифы, античная литература, спорт, оружие и военное дело, мореплавание, юриспруденция, придворный этикет, политика, садоводство, музыка, медицина, астрономия, соколиная охота и, конечно, театр. В этом и заключается проблема. Каким образом необразованный сын фермера родом из совершенно тёмной деревни, буквально не пойми кто и не пойми откуда, получил столько всесторонних знаний, стал блестяще красноречив и так глубоко понял человеческую душу? Первые сто пятьдесят лет никто не сомневался в традиционной биографии Барда. Но в конце восемнадцатого века священник Джеймс Уилмот, известный шекспировед, который жил чуть севернее Стратфорда, решил написать биографию великого драматурга. Доктор Уилмот считал, что у такого образованного человека, как Шекспир, не могло не быть большой библиотеки, пусть даже в завещании не упомянуто ни книг, ни рукописей. Он решил, что с годами часть этих книг наверняка перешла в местные собрания. И преподобный Уилмот стал прочёсывать британскую глубинку, изучать каждую книжную полку на пятьдесят миль вокруг Стратфорда. Он не нашел ни единого тома из библиотеки Уильяма Шекспира, ни одного письма, которое Шекспир получил, отправил или где упоминался. Никаких следов местных преданий, поговорок и характерного стратфордского говора в текстах Шекспира тоже не нашлось. Потратив годы на скрупулёзные поиски, доктор Уилмот в ужасе заключил, что лишь один современник стратфордского Шекспира обладал всесторонним образованием и литературным даром, необходимыми для создания таких стихов и пьес. Это философ, политик, писатель, владевший несколькими языками, изобретатель научного метода, канцлер при дворе Елизаветы I и Якова I — сэр Фрэнсис Бэкон. Доктор Уилмот не решился опубликовать свою теорию, но успел поделиться ей с другом, Джеймсом Коуэллом, и тот в 1805-м году изложил ее в Ипсуичском философском обществе. Члены общества возмущались такому кощунству, но о скандале быстро забыли. В 1857-м году дама из Стратфорда — из Стратфорда в штате Коннектикут — опубликовала книгу «Разоблачённая философия пьес Шекспира». Мисс Делия Бэкон, не родственница Фрэнсису, заявила, что произведения Шекспира создало тайное общество английских аристократов, в котором состояли сэр Уолтер Рэли, сэр Филип Сидни и сэр Фрэнсис Бэкон. Литературоведы бурно отозвались на книгу Делии Бэкон. Начался бой верных стратфордианцев с отступниками-бэконистами. Доводы за и против обсуждались в специально созданных обществах и журналах. Сотни брошюр, статей и очерков отстаивали ту и другую позицию и высмеивали противников ядовито и высокомерно, как умеют только в научных кругах. С крамольной книгой наперевес Делия Бэкон поехала в Стратфорд-апон-Эйвон и потребовала немыслимого: Разрешения вскрыть могилу Шекспира. Но когда пора было поднимать могильную плиту, ее сомнения переросли в чудовищный нервный срыв. Умерла она нищей, в лечебнице для душевнобольных.» Ноль баллов. Ибо капец. — «А примерно с 1888-го года начался разгул. Игнатиус Доннелли, конгрессмен от штата Миннесота, заинтересовался шекспировским вопросом. Листая факсимиле первого издания пьес Шекспира 1623-го года, он заметил, что слово «бэкон» есть на пятьдесят третьей странице Хроник и на пятьдесят третьей странице Комедий. Еще он вспомнил, что сэр Фрэнсис Бэкон много занимался криптографией. Доннелли начал пересчитывать строки и страницы, складывать и вычитать буквы, размечать фразы, обводить одни слова и вычеркивать другие. Получился алгоритм, в котором практически невозможно было разобраться, с помощью которого Бэкон якобы что-то зашифровал в этом издании Шекспира. Началась охота за «пасхалками», какой Запад еще не знал. Приведу пару самых нелепых случаев.» Ух, опять движ. — «Орвилл Оуэн, доктор из Детройта, соорудил для своих изысканий прибор и назвал его Колесом фортуны. Оуэн взял две огромных деревянных катушки, натянул на них полосу холста шириной в полметра и длиной в триста, на холст наклеил постранично полное собрание сочинений Бэкона, Шекспира, Марло, Грина, Пила и Спенсера и «Анатомию меланхолии» Роберта Бертона. Перематывая ленту вперёд и назад, доктор Оуэн мог быстро отсматривать страницы в поисках подсказок и повторов. С толпой секретарей и стенографистов Оуэн вычитал оттуда альтернативную историю елизаветинской Англии и несколько ранее неизвестных пьес и сонетов Шекспира. Послушайте стих, якобы зашифрованный лично великим Бардом, откуда Оуэн взял идею своего Колеса фортуны: «Исполосуй ножом все наши книги и наложи листы на колесо, и пусть оно вращается, и в этом вращенье обрати свой взор к Фортуне, к слепой богине, на гранитной сфере катящейся извилистым путем, не зная постоянства». Оуэн издал пять толстых томов этой галиматьи, а потом заявил, что нашел анаграмму с указанием, что оригиналы рукописей Бэкона зарыты около замка Чепстоу на реке Уай. Оуэн потратил пятнадцать лет и тысячи долларов на раскопки речного дна с применением взрывчатки и поиски с баржами. Он умер, ничего не найдя.» Минус шесть баллов за потраченную жизнь. — «Человек по имени Арнесберг написал целую книгу про то, что может означать подозрительная трещина в надгробии матери Бэкона. Луч разума забрезжил только в пятьдесят седьмом году. Тем, кто знает науку криптологию, не надо объяснять, кто такой Уильям Фридман. Во Вторую мировую войну полковник Фридман возглавлял команду криптоаналитиков военной разведки США. Именно ему удалось взломать самый сложный шифр Японской империи. После войны полковник переключился на изучение шифров в работах Шекспира. Он поговорил с несколькими шекспироведами, провел подробный научный анализ и издал результаты под названием «Исследование шекспировских шифров». Его вывод: шифры — бред.» Гениально. — «Применения научных криптологических методов ни одно из посланий, якобы зашифрованных у Шекспира, не выдержало. Процедуры, которыми сообщения извлекались из текста, были нестроги, субъективны и не воспроизводимы никем, кроме тех, кто их предложил. Дешифровщики никого не обманывали — им виделось то, что хотелось видеть. Они блуждали в дебрях самообмана и вычитывали порядок из хаоса. Казалось бы, безжалостный анализ Фридмана должен был навсегда искоренить эту ересь. Ничего подобного. Книжки, телепередачи, сайты в Интернете, конференции и докторские диссертации по-прежнему растут как грибы. Я должен уточнить, что шекспировским вопросом занимаются не только люди со странностями. Немало видных писателей, литературоведов и знатоков Шекспира сомневались в традиционном взгляде на авторство пьес. Среди них были Натаниэль Готорн, Ральф Уолдо Эмерсон, Уолт Уитман, Генри Джеймс, Марк Твен, Зигмунд Фрейд, Орсон Уэллс и актёр сэр Джон Гилгуд, а из ныне живущих — художественный руководитель нового театра «Глобус» Марк Райлэнс; Майкл Йорк, Дерек Джейкоби, Кеннет Брана и даже известный своим серьёзным подходом исполнитель шекспировских ролей Киану Ривз. Сейчас самый популярный кандидат на авторство — Эдуард де Вер, семнадцатый граф Оксфорд. Его предложил в 1920-м году английский педагог Джон Томас Луни — почти от слова «лунатик».» Я снова рассмеялся. Пришлось чуть отмотать запись. — «Но что конкретно в работах Баха, в Библии и в трудах Шекспира притягивает расшифровщиков? Никто не ищет акростихи у Чосера или Китса, не издает дисков с тайными хоралами Бетховена или Вагнера. Чтобы ответить на этот вопрос, надо понять, насколько уникальную роль Библия и Шекспир сыграли в развитии западной культуры. Нет произведения, повлиявшего на современный английский язык больше, чем перевод Библии 1611-го года, одобренный королем Яковом I. Библия короля Якова — образец классического текста. Её называли величайшим памятником английской прозы, лучшим, что написано на английском языке. Поколение за поколением она вдохновляла поэтов, драматургов, музыкантов, политиков и ораторов. Бессчётное множество людей учились читать по этой книге, потому что других не было в доме. В формулировках наших законов виден отпечаток её ритма и образного ряда. И все же Библия короля Якова, которую десять лет составляли сорок шесть переводчиков, не сравнится с наследием Эйвонского барда. В словаре Шекспира насчитывают по меньшей мере пятнадцать тысяч слов — в три с лишним раза больше, чем в этой Библии, и вдвое больше, чем у Мильтона, который идёт следующим. Работая над стихами и пьесами, Шекспир не смотрел ни в энциклопедии, ни в словари: их не существовало. Он всё помнил сам. А когда для его мысли не было слова в языке елизаветинских времён, он его сочинял. Сотни привычных для нас слов и выражений из Оксфордского словаря вышли из-под пера Барда. Аллигатор. Взмах. Вложение. Грусть. Диалог. Заря. Критик. Мрачный. Намёк. Наниматель. Отсвет. Палач. Плёнка. Поклажа. Покушение. Привычка. Расчёт. Руководить. Спальня. Спешка. Сплетня. Трансценденция. Фигляр. Червоточина. В одном «Гамлете» почти четыре десятка новых слов. Кто бы сейчас решился на такую вакханалию словотворчества? Лишь один английский автор создал сопоставимое с Шекспиром число неологизмов: Сэр Фрэнсис Бэкон. В новое время рекорд поставил Чарльз Доджсон, более известный как Льюис Кэррол. Он, кстати, второй наиболее цитируемый англоязычный автор после Шекспира. На всех нас глубочайше повлияли произведения Шекспира и Библия короля Якова. Независимо от нашей воли, мы смотрим на мир через призму этих великих текстов. Это документы-источники современной англоязычной мысли, золотые стандарты для наших умов. От общения с этими сокровищами мудрости и красноречия рождается необычайное чувство. Редчайшее, мощное чувство, способное перевернуть чью-нибудь жизнь. Чувство, ради которого человек может оставить жену и детей, бросить друзей и карьеру, отказаться от всего, что имел, и без оглядки последовать зову сердца. Эту сладчайшую смесь изумления и страха, неодолимого притяжения и ужаса мы называем чудом.» .... — «Ощущение чуда — это венец искусства. Оно преображает больше любых других переживаний, и его труднее всего вызвать. Мало какие творения рук человеческих можно назвать подлинно чудесными. Близость чуда заставляет раввина всю жизнь вычитывать Яхве в тексте Пятикнижия. Близость чуда приводит миллионы людей к пирамидам в Гизу, в Гуадалупе и в Мекку. Близость чуда лишила рассудка несчастную Делию Бэкон. Только не делайте из моей лекции ложный вывод, что игра станет чудесной, если насовать в неё «пасхалок»! Выморочные сюрпризы и чит-коды в обычных играх — все равно что «Батарейка месяца»: чтобы взять то, за чем пришёл, нужно тащиться через весь магазин. Люди хотят безграничных возможностей — так не томите, дайте. Или мы настолько неизобретательны, что без рекламных уловок не можем заинтересовать игрока? Чудеса не бывают скупыми. Чудо — это щедрость, изобилие, сокровище прямо в руках.» ............ Теперь это по-другому читается... — «Как-то раз я сидел в одиночестве за прилавком в магазине электроники. Начальник мой зачем-то отлучился. В магазин зашла пожилая женщина, бедно одетая, как большинство наших покупателей. Наверно, на пособии. Я решил, что ей нужна бесплатная батарейка, но она поставила передо мной радиоприёмник, памятник той эпохи, когда на корпусе гордо писали, сколько внутри транзисторов. Приёмник был замотан грязным лейкопластырем. Она спросила меня: «Можно его починить?» Я медленно размотал пластырь слой за слоем, задняя стенка приемника отвалилась, и поднялось облако ржавчины.» Ух, боль. — «Внутри все было насквозь разъедено электролитом из протёкших батареек. Я посмотрел на приёмник, посмотрел на старушку, снова посмотрел на приёмник. У меня за спиной висели дорогие щелочные батарейки, словно лекарства в аптеке. Я вынул из золотистой фольги батарейку на девять вольт, достал новенький транзисторный приёмник, поставил батарейку и нашел для старушки её любимую станцию. О деньгах разговора не было. Она вышла из магазина молча. Как-то так устроены чудеса.» Плюс одиннадцать баллов автору. — «Бах очень точно указал исследователям на свой источник чуда. Помимо букв «БАХ» есть два набора инициалов, известных в связи с его музыкой. Они не зашифрованы в партитуре, наоборот, выписаны на страницах его рукописей сверху, всему миру напоказ. Эти инициалы — «SDG »и «JJ». «SDG» расшифровывается на латыни как Soli Deo Gloria — «единому Богу слава». «JJ» означает «Jesu Juva» — «Иисусе, помоги». Все свои шедевры Бах сочинял sub specie aeternitatis — «с точки зрения вечности». Он писал музыку не просто для заказчиков и не просто в угоду публике. Работа была его молитвой. Баху принадлежат слова: «Конечной целью и причиной всякой музыки должно быть только прославление Господа и укрепление духа. Если это не принимают во внимание, получается не музыка, а дьявольские вопли и монотонное хныканье». Неважно, от какой силы черпать вдохновение, важно не быть равнодушным. Чудесное — основа религии. Только оно позволяет вырваться за границы простого честолюбия. В нем искусство фуги, бегства на свободу.» Стратегическая пауза. Я говорю уже, наверное, час. — «Компьютерным играм ещё нет и полувека. Придуманы лишь самые простейшие слова нашего языка, а предстоит создать целый словарь. Поле не пахано. Скоро — может быть, ещё при нашей жизни — в нашей культуре появится игра, ослепительная, как удар молнии. Её будет ни с чем не спутать. Она будет полна через край невероятными идеями. Ученые будут изучать её десятки, а то и сотни лет. Игра упоительная. Игра жуткая. И чудесная.» Жалею, что не взял воды... — «Несколько лет назад меня пригласили на конференцию в Лондон. Со мной была жена, и в свободный день мы поехали гулять. Мы отправились во второе по известности место в Англии, Стратфорд-апон-Эйвон. Из поезда вышли под холодным дождём. К счастью, достопримечательности там недалеко от станции. Мы зашли в красивый старый дом, где родился Шекспир. Дом стоит на главной улице и привлекает миллионы людей, хотя на самом деле не доказано, что Шекспир там родился или хотя бы жил рядом. Мы посетили школу, в которой Шекспир обучался грамоте, хотя никакие документы это не подтверждают. Мы были в доме Энн Хэтэуэй, на ферме, где провела детство будущая жена Шекспира, хотя записей о женщине с таким именем там не сохранилось. Наконец, нас ждало место, связь которого с Шекспиром несомненна: Церковь Святой Троицы на берегу реки Эйвон, где похоронен человек с этой фамилией. Церковь очень живописная, к ней ведет аллея между старинными надгробиями, в тени деревьев. Дверь на удивление узкая. Фотографировать запрещено. В церкви темно и тихо, туристы приезжают целыми автобусами, но все ведут себя почтительно и не шумят. Несколько человек сидят по скамьям и молятся. Проход между рядами ведет к алтарю. По левую сторону от алтаря горит яркий свет. Сверху, со стены, известный бюст Шекспира с пером в руке спокойно смотрит на пришедших. Снизу, на полу, среди букетов могильная плита. На том самом месте, где сошла с ума Делия Бэкон, стихи на могиле Уильяма Шекспира заклинают:       «Друг, ради Господа не рой       останков, взятых сей землёй.       Нетронувший блажен в веках,       и проклят — тронувший мой прах». В год здесь бывает по три миллиона человек со всего мира, они подходят к плите и рассматривают бюст поэта, чьё наследие иначе как чудесным не назовёшь. Справа от алтаря, наоборот, темно и пусто. Там нет знаменитых могил, из интересного только витрина без лишних украшений, из морёного дуба. В ней под толстым стеклом покоится большая открытая книга. На витрине табличка с подписью. Это первое издание Библии короля Якова, оно вышло в 1611-м году, когда Шекспиру было сорок шесть. Посетители церкви редко заходят в эту её часть. Если заходят, обычно смотрят на книгу, читают подпись и идут дальше. Более наблюдательные замечают, что Библия открыта на одной из книг Ветхого Завета: Книга псалмов, псалом 46-й. Почему именно этот, не разъясняется. Кто знает, тот и так знает. Если вы любознательны, увлекаетесь историей английской литературы и не хотите потерять покой и сон, заткните уши.» Мгм. — «В 1900-м году было сделано открытие насчет этого перевода псалма 46. Открытие жуткое и упоительное. Сорок шестое слово от начала псалма — «трясутся», «шейк». Сорок шестое слово от конца — «копьё», «спир». Вариантов только два: Либо это случайность, равных которой нет в мировой литературе... Либо не случайность.» Либо не случайность. — «Наша Земля вращается вокруг одиночной звезды и имеет один спутник. Спутник в четыреста раз меньше размером, чем звезда, зато звезда находится в четыреста раз дальше. Пути, по которым Солнце и Луна движутся в нашем небе, ровно дважды в месяц пересекаются. В результате, через большие, но поддающиеся расчету промежутки времени лунный диск проходит по солнечному диску и на несколько жутких, упоительных минут его скрывает. Бываю-мт же совпадения!» Или не совпадения. — «В июне 1977-ого года сухопарый человек с косоглазием и коварным чувством юмора поднялся на холм в английской деревне Эмптхилл. На вершине холма — высокий, тонкий крест в память о Екатерине Арагонской, первой жене Генриха VIII. Солнце стояло на юге, и крест отбрасывал тень на травянистый склон. Ровно в полдень человек достал из кармана прямой магнит, повернул его северным полюсом на юг и закопал в тени креста. Через два года, за несколько часов перед выходом своей первой книги, он вернулся на холм, теперь уже поздно ночью. С помощью компаса нашел закопанный магнит, вырыл на этом месте ямку и опустил в нее керамический сосуд со следующей надписью:       «Во мне подвеска «Маскарад» ждёт тебя или Вечности.»» Символ собрался. Теперь я отчётливо его вижу. Эти «пасхалки»...       Мышь проводится вперёд и упирается в полукруг затмения.       Характерный звук наполняет уши, и я прерывисто выдыхаю, наслаждаясь приливом эйфории от ещё одной решённой головоломки в головоломке. ...Прекрасны.