«Я приду к тебе сегодня как бы случайно»

(Soltwine — Ставь чайник) *** Февраль. Шаг до конца зимы. Пустые улицы устилает собою снежное полотно, а ветер ловко играет мёртвыми ветками деревьев, стучась ими в каждое окошко, не упуская ни одного, словно спрашивая: «Есть кто дома?». Мысли Хосока уже давно потеряны среди домашних хлопот, что он даже и ни разу не задался вопросом о том, почему восемнадцатого февраля вдруг так неожиданно решил хлопьями повалить снег. Конечно, когда из духовки валит приятный сдобный аромат, а в чайнике заваривается душистый чай с шиповником, как-то вообще не до того, что происходит за окном. Так что же сегодня за день такой? Все очень просто — день рождения у парня. Двадцать стукнуло. Чон осторожно достает противень с брусничным пирогом из печи, где только что истек таймер, коротким звонком оповещая о том, что все уже испеклось. Осталось лишь полить кремом, украсить башенками из взбитых сливок и посыпать сладким конфети. Ах, и свечки, конечно же, воткнуть. Маленькая старенькая кухонька еще сильнее наполнилась сладким запахом, заставляя Хосока едва не пустить слюнки. Не устояв перед искушением, он все же обмакнул палец в сливочный крем и с самым блаженным выражением лица отправил его в рот. Когда все было готово, стол был засервирован, а стрелка часов все сильнее близилась к пяти вечера, Чон всё же взглянул в окно, но лишь с единой мыслью: не приехал ли кто? От любопытства и ужасного нетерпения у парня даже слегка вспотели ладошки. Рука сама потянулась к мобильнику, но Хо решил не быть таким навязчивым. Тем более, это же друзья. Они, вероятно, помнят. Но в какой-то момент его посетила мысль о том, что он ведь совсем недавно переехал в соседний город, да при том, что еще и в самый его конец. «Я, конечно, говорил им адрес, но не потеряются ли они?» — Хосок не любил несостыковок, они всегда заставляли его сильно нервничать. Все должно быть идеально спланировано. Преодолев экран блокировки и нажав на ярлык синего мессенджера, он зашел в беседу, состоящую, как отображалось в шапке чата, из четырех, считая его самого, человек. Это были друзья ещё со школы, с которыми он, как ему казалось, прошел в своей жизни всё: огонь, воду, медные трубы, позор, славу, в том числе и шизанутую колонию двенадцати лет ада. Набрав недлинное сообщение, он нажал на кнопку «отправить». jung.hoseok: Привет, ребят, вы не потерялись? На удивление, ему ответили почти сразу же. Только вот диалог завязался совсем не приятный. kimsongheon_: Друг, сорян, я сегодня на работе задержусь, смогу подобраться только к семи. jeon_lina21: Мы с Раён уже красимся. Кстати, куда мы поедем, если не секрет? jung.hoseok: Как куда? Ко мне. rayoooonlee: В смысле к тебе?! И чем мы там будем заниматься? jung.hoseok: Чай пить будем, я пирог испёк, в настолки поиграем. Общаться, в конце концов! Что тебе еще надо? jeon_lina21: Чеееерт... Мы че, зря красились и пол дня по магазинам бегали? -_- kimsongheon_: Братан, ты пойми, я сейчас приду с работы, уставший, как собака. Мне просто необходимо будет как-то расслабиться. jung.hoseok: Ну и расслабишься. Я тебе чай с шиповником налью, знаешь, как расслабляет? kimsongheon_: Нет, я не об этом, ты не понял. jung.hoseok: ??? jeon_lina21: Господи, чувак, не тупи. Он на клуб расчитывал (мы, кстати, тоже). rayoooonlee: Мы уже не дети маленькие, может хватит нас своими пирогами кормить? Хосок, тебе двадцать лет исполнилось уже, на что ты свою молодость тратишь? kimsongheon_:  Пора бы уже начать пить что-то покрепче чая. jung.hoseok: Простите, что рушу ваши мечты о жестокую реальность, но у меня нет лишних денег на клубы и алкоголь. К тому же, я его не пью. jeon_lina21: Господи, какой ты нудный...-_- rayoooonlee: Да иди ты нафиг, мы как-нибудь сами сходим в клуб. Без тебя, раз ты такой зануда. jung.hoseok: То есть вы не приедите? jeon_lina21: Нет. rayoooonlee: Нет. kimsongheon_: Тогда я тоже не приеду. jung.hoseok: Ясно. Спасибо. Вот такие вы, значит, друзья. jeon_lina21: Чувак, не делай короля драмы, и не строй из себя жертву. Мы все сказали правду. jung.hoseok: Я тоже сказал все, как есть. |jung.hoseok покинул беседу| Настроение тут же полетело вниз с бешенной скоростью. Как и блюдце, которое Чон с психу бросил на пол, и которое вдребезги разбилось о серый ламинат. — Сволочи... — прошипел он сквозь зубы, поджимая под себя колени и упираясь в них подбородком. Чувствуя, как сквозь черную ткань джинсов на них капают тёплые капельки слёз. Такого Хосок не ожидал. «Променяли лучшего друга на какой-то клуб дурацкий...» — подумал он, но долго распускать себе нюни он не позволил. Снова взял в руки телефон, благо вместо него Хосок кинул на пол тарелку, и набрал номер отца: — Алло, пап? «О-о, привет сынок! Это мама. Папа сейчас в магазине. Как дела, Хосок-и?» — произнесла она так ласково и нежно, что парень даже невольно улыбнулся. — Дела?.. — Он решил соврать, портить настроение еще и родным он не хотел: — Всё хорошо. А вы как? «Мы тоже здорово. Решили выбраться в горы, покататься. В магазин заехали, вот, отца ждем». — О-о, это правда здорово. Мина тоже с вами? «Да, она заснула в дороге. Разбудить? Хочешь поговорить?» — Нет-нет! Пускай спит, оставь ребёнка в покое! — рассмеялся Хосок, хотя желание поговорить с младшей сестрой было очень большим. — Пусть хоть кто-то в этой жизни выспится. Я вечером ей напишу. Как проснется, привет передай. «Конечно-конечно, обязательно». Но вдруг повисла неловкая пауза. Парень не знал, говорить ли о своей проблеме прямым текстом, или все же просто намекнуть. Или стоит вообще промолчать? «Хосок-и, ты что-то хотел?» — Мам... А ты помнишь, какой сегодня день?.. — решив, что второй вариант будет лучше, отозвался Чон. «М-м... Нет, сынок, а что?» — Мам, ну... У меня вообще-то юбилей сегодня. Небольшой... Женщина помолчала с секунду, но тут же на выдохе произнесла: «А-а-а, точно... Прости, солнце, я совсем забыла. С праздником, дорогой!» — Спасибо... — тихо с грустной улыбкой отозвался он. С улыбкой от приятных слов, а с грустной, потому что про него всё же забыли. Даже родные. Он помолчал с секунду, но затем воскликнул: — Слушай! А вы можете за мной тоже заехать? Просто, ребята не смогут приехать, не сидеть же мне весь день одному. Я с вами хочу прокатиться. «Хосок, ну, мы, так-то уже далеко от дома уехали», — уже с долей серьезности и упрека послышалось из трубки. — А. Ну... Ладно. Посижу весь день один, — отрезал тот. — Хорошо вам отдохнуть. «Хосок, не надо только сейчас устраивать сцену», — слегка раздраженно отозвалась мать, но парень отвечал, будучи совершенно спокойным: — Я ничего не устраиваю. Я просто пожелал хорошего отдыха. «Почему ты так себя ведешь?!» — «Так», это как? — закатив глаза, но всё так же стараясь сохранять спокойствие, отозвался он. «Что за недовольный тон?! Я что-то сделала не так, я не пойму?!» — Мама, не раздувай скандал из ничего. Я не хочу сейчас ссориться. Хорошего отдыха. — Хосок понял, что вот-вот выйдет из себя или того хуже, вновь заплачет, поэтому нажал на отбой, раньше, чем мать успела что-то сказать. Она еще раза три перезванивала. Наверное, чтобы упрекнуть сына в том, что «да как ты смеешь сбрасывать, когда я с тобой разговариваю». Но вскоре на экране высветилось сообщение: Мама: Не надо меня игнорировать и обижаться! Если так хочешь, мы съездим с тобой в горы послезавтра. «Не съездим... Вы просто благополучно об этом забудете...» — подумал Чон и был прав. Такова судьба старшего ребёнка. Парень собрал осколки фарфора с пола и выбросил, самым лучшим действием сейчас посчитав начать мыть посуду. К пирогу он так и не притронулся. После всего того, что сейчас произошло в горло не лез и кусок. Друзья кинули. Семья забыла, да еще и мать выставила последним эгоистом. — Господи, я разве так много прошу?.. Хоть один человек... Хоть кто-нибудь, кому будет не пофиг... — роняя слёзы на намыленную миску, в которой до этого Хо замешивал тесто, он всё так же нервными движениями руки продолжал сшоркивать с нее не только грязь, но и, похоже, уже верхние слои пластмассы. Вдруг в дверь неожиданно позвонили. Парень застыл в недоумении. «Я же ведь уже никого не жду». Хосок вытер руки, как и лицо, снял с себя фартук и поспешил посмотреть, кто же пришел. По ту сторону двери стояло очень знакомое лицо. Это был его одногруппник, Ким Сокджин. Ну или же просто большой уставший снеговик, который буквально рухнул в его прихожую. — Привет, Хосок, прости, что без приглашения... — Привет, да ничего, раздевайся. — Чон вскинул от удивления брови, и все никак не мог их опустить. Этот парень пришел к нему слишком вовремя... — Метель на улице? — Ага, просто ужас... Я ехал в магазин, а когда ехал обратно, все автобусы были забиты битком. Я отморозил себе всё, пока ждал, но так и не дождался. Пошел пешком, но в итоге заблудился. Не видно ничерта. Вспомнил, что тут ты поблизости живешь. Ты не против, если я у тебя пережду, пока вьюга не стихнет? — виноватым взглядом глядя на однокурсника, спросил Ким. — Конечно, вообще без проблем. — Прости, что не предупредил, у меня телефон отключился на мо... — Перестань оправдываться, я всё понимаю. — отрезал Хосок, кивком приглашая пройти вглубь дома, сам же взял мокрые насквозь ботинки Сокджина, и отнес их сушиться на батарею. — Постой... У тебя сегодня день рождения, что-ли? — не то в недоумении, не то в шоке произнёс парень, зайдя на кухню, на что младший без доли эмоций ответил: — Да. — Почему ты мне не сказал? — Ну... Мы не настолько близко общались, чтобы я тебе говорил такое. — Да я не об этом. К тебе же сейчас наверное гости придут, а я так не вовремя? — Да не беспокойся ты, — пофигистично отозвался Хосок, но так же столь беззаботно продолжить свою фразу не смог, — никто не придет. Все кинули. Чон грустно вздохнул, а Сокджин неловко прикусил губу, опустив глаза вниз. Но напряженная тишина простояла совсем недолго. Хосок вдруг даже как-то весело произнес: — Чай будешь? — Не откажусь. — с улыбкой отозвался Джин, и тут же метнулся в прихожую за рюкзаком, вернувшись на кухню с небольшим контейнером эклеров. — Держи, это тебе. Уж прости, заранее приготовить подарок у меня возможности не было, поэтому дарю то, что есть. Чон лишь по-доброму рассмеялся: — А не слипнется? — Что мешает проверить? — подхватил Сокджин, помогая новообретенному другу разрезать торт на части. — Ставь чайник давай. The end