Глава 62

— ​Ночью ​гаснет ​одна ​династия, ​а ​с ​рассветом ​восходит ​новая. ​ ​Было ​в ​какой-то ​степени ​удивительным ​слышать ​ее ​голос. ​Элия ​молчала ​с ​тех ​пор, ​как ​я ​представился ​ей ​на ​плоту ​контрабандиста. ​В ​какой-то ​момент ​мы ​пересели ​на ​мой ​личный ​корабль ​и ​отплыли, ​а ​сейчас ​находимся ​уже ​слишком ​далеко ​от ​Королевской ​Гавани, ​чтобы ​увидеть ​результат ​битвы. ​Насколько ​мы ​знали, ​она ​могла ​все ​еще ​бушевать ​или ​обратиться ​во ​взрыв ​зеленого ​пламени, ​если ​Левин ​не ​преуспеет ​в ​своей ​миссии. ​Для ​меня ​и ​людей ​на ​корабле, ​это ​не ​имело ​никакого ​значения. ​ ​— ​Вы ​не ​надеетесь ​на ​своих ​детей? ​— ​Спросил ​я, ​намекая ​на ​то, ​что ​они ​— ​истинные ​наследники ​королевства. ​— ​Это ​право ​их ​рождения. ​ ​Элия ​продолжила ​смотреть ​на ​океан ​перед ​нами. ​Ее ​дочь, ​Рейнис, ​спала ​в ​моей ​каюте, ​а ​Эйгон, ​— ​наследник ​династии ​Таргариенов, ​— ​покоился ​в ​ее ​объятиях ​и ​тихо ​спал, ​как ​и ​после ​нашего ​отбытия. ​ ​— ​Кто ​поддержит ​их ​притязания, ​Дорн? ​Теперь, ​когда ​город ​пал, ​Простор ​отступит. ​А ​если ​мой ​муж ​мертв, ​то ​надежды ​нет. ​— ​Элия ​ответила ​с ​вызовом ​в ​глазах. ​— ​У ​вас ​теперь ​новый ​король. ​ ​Я ​фыркнул. ​ ​— ​Роберт ​хорош ​всего ​в ​нескольких ​вещах: ​пить, ​блудить ​и ​убивать. ​Это ​не ​те ​качества, ​что ​превращают ​человека ​в ​хорошего ​короля. ​ ​— ​Но ​даже ​такой ​монарх ​будет ​лучше ​безумного. ​— ​Пробормотала ​Элия, ​явно ​говоря ​об ​Эйрисе. ​Спорить ​с ​ней ​по ​этому ​поводу ​не ​было ​смысла, ​да ​и ​желания, ​если ​уж ​на ​то ​пошло. ​Не ​дождавшись ​ответа, ​он ​сменила ​тему: ​— ​Как ​вы ​думаете, ​я ​буду ​в ​безопасности ​в ​Дорне? ​ ​— ​Нет. ​По ​крайней ​мере ​не ​продолжительный ​срок. ​— ​Я ​уже ​думал ​о ​её ​затруднительном ​положении, ​и ​потому ​владел ​единственно ​логичным ​выводом: ​— ​Однако ​ваша ​семья ​может ​позволить ​вам ​роскошную ​жизнь ​на ​востоке ​или ​там, ​где ​вы ​захотите ​растить ​своих ​детей. ​ ​— ​На ​нас ​все ​равно ​будут ​охотиться. ​ ​— ​Бесспорно. ​— ​Я ​согласился, ​прекрасно ​понимая, ​что ​Роберт ​и ​верные ​ему ​люди, ​за ​вычетом ​Эддарда, ​будут ​пытаться ​убить ​ее ​до ​конца ​жизни. ​Однажды, ​возможно, ​им ​это ​даже ​удастся. ​ ​Какое-то ​время ​мы ​ещё ​молча ​постояли, ​а ​затем ​Элия ​уединилась ​в ​моих ​покоях. ​И ​до ​самого ​прибытия ​в ​Дорн, ​почти ​их ​не ​покидала. ​ ​Молчание ​продолжалось ​долго, ​пока ​Элия ​в ​конце ​концов ​не ​уединилась ​в ​моих ​покоях, ​которые ​она ​редко ​покидала, ​пока ​мы ​не ​добрались ​до ​Дорна. ​ ​ ​ ​Внимание! ​ ​Легендарный ​титул ​получен! ​ ​Титул: ​Петир ​Завоеватель. ​ ​Даже ​империи ​не ​защищены ​от ​тебя. ​Воины ​сами ​ищут ​тебя, ​чтобы ​встать ​под ​твои ​знамёна, ​и ​ринуться ​в ​бой! ​ ​ ​ ​«Понятно. ​Королевская ​Гавань ​пала» ​ ​*** ​ ​— ​Сестра ​моя! ​ ​Было ​отрадно ​видеть, ​как ​человек, ​чьё ​состояние ​было ​недалеко ​от ​уровня ​калеки, ​так ​быстро ​двинулся ​к ​своей ​сестре, ​несмотря ​на ​непреодолимую ​боль, ​которую ​он, ​должно ​быть, ​испытывал. ​Подагра ​— ​та ​еще ​сволочь, ​и ​Доран ​Мартелл, ​несмотря ​на ​то ​что ​ему ​еще ​не ​было ​и ​сорока, ​знал ​об ​этом ​не ​понаслышке. ​ ​Он ​оказался ​высоким ​человеком, ​выше ​меня. ​Его ​черные ​волосы, ​еще ​не ​поседевшие, ​простирались ​от ​макушки ​до ​подбородка, ​глаза, ​вопреки ​моим ​ожиданиям ​были ​не ​настолько ​усталыми, ​какие, ​как ​мне ​казалось, ​должны ​были ​быть ​у ​человека ​с ​дрянным ​здоровьем. ​Желтый ​шелк ​на ​его ​туловище ​напоминал ​тот, ​что ​носил ​Оберин. ​ ​Элия ​обняла ​брата, ​а ​Рейнис ​бросилась ​вперед ​и ​вцепилась ​в ​ногу ​Дорана. ​Они ​стояли ​так ​некоторое ​время, ​обнявшись ​и ​что-то ​тихонько ​шепча. ​Наверняка ​о ​том, ​как ​они ​рады ​видеть ​друг ​друга. ​Дошло ​до ​того, ​что ​мне ​стало ​немного ​неловко ​глазеть ​на ​это, ​и ​потому ​я ​начал ​рассматривать ​окружающие ​меня ​достопримечательности. ​ ​Солнечно ​Копье ​— ​абсолютно ​прекрасен, ​чего ​и ​следовало ​ожидать. ​Когда ​мы ​прибыли, ​первое, ​что ​сразу ​бросилось ​в ​глаза, ​это ​отражение ​солнца ​от ​Башни ​Солнца ​и ​Башни ​Копья. ​Ройниский ​дизайн ​был ​очень ​похож ​на ​арабский ​моего ​старого ​мира, ​и ​купола ​эти ​были ​потрясающими. ​ ​Со ​своей ​точки ​обзора ​я ​не ​мог ​разглядеть ​Песчаный ​корабль, ​о ​котором ​говорилось ​в ​книгах. ​Не ​смог ​я ​разглядеть ​и ​Город ​Теней. ​Как ​только ​Элия ​сообщила ​о ​своем ​присутствии ​стражникам ​в ​доках, ​нас ​сразу ​же ​провели ​через ​Трехстворчатые ​врата, ​что ​позволило ​нам ​миновать ​лабиринт, ​который ​из ​себя ​представлял ​Город ​Теней, ​и ​пройти ​прямо ​в ​Старый ​дворец. ​ ​До ​этого ​момента ​я ​видел ​только ​дворян ​и ​солдат. ​Они ​послали ​в ​Королевскую ​Гавань ​10 ​000 ​копий, ​но ​это ​были ​не ​все ​их ​силы. ​По ​моим ​подсчетам, ​в ​этом ​городе ​у ​них ​находилось ​еще ​2 ​000 ​человек. ​ ​— ​Лорд ​Бейлиш. ​ ​Я ​вернул ​внимание ​к ​фактическому ​владыке ​Дорна. ​ ​— ​Принц ​Доран. ​— ​Поприветствовал ​я, ​слегка ​склонив ​голову. ​ ​— ​Вы ​доставили ​мне ​мою ​сестру ​в ​целости ​и ​сохранности. ​Назовите ​цену ​за ​свой ​благородны ​поступок, ​и ​я ​ее ​заплачу ​её, ​если ​то ​будет ​в ​моих ​силах! ​— ​Доран ​говорил ​со ​страстью, ​весьма ​шустро ​приближаясь ​ко ​мне, ​прихрамывая. ​ ​Я ​выдержал ​взгляд ​мужчины ​и ​намеренно ​не ​позволил ​себе ​даже ​взглянуть ​на ​его... ​недостаток. ​Этот ​человек ​и ​так ​живет ​с ​подагрой, ​и ​последнее, ​что ​ему ​нужно, ​это ​чтобы ​окружающие ​вольно-невольно ​напоминали ​о ​недуге. ​ ​— ​У ​меня ​есть ​только ​одна ​просьба, ​принц ​Доран, ​но, ​прежде ​чем ​озвучить ​её, ​я ​бы ​хотел ​рассказать ​одну ​историю. ​Историю ​о ​вашем ​дяде. ​Но ​пусть ​прозвучит ​она ​между ​нами, ​за ​закрытыми ​дверьми ​и ​без ​лишних ​ушей. ​ ​— ​С ​нетерпением ​жажду ​услышать ​эту ​историю. ​Следуйте ​за ​мной, ​лорд ​Бейлиш, ​сегодня ​мы ​будем ​пировать ​в ​честь ​благополучного ​возвращения ​моей ​сестры! ​ ​ ​ ​*** ​ ​ ​ ​— ​Я ​не ​из ​тех, ​кто ​танцует ​со ​словами, ​лорд ​Бейлиш. ​— ​Сказал ​принц ​Доран, ​садясь ​на ​свое ​место. ​ ​Мы ​находились ​в ​его ​Соляре, ​или ​же ​самой ​высокой ​комнате ​в ​Башне ​Солнца. ​ ​— ​О, ​простите, ​мой ​принц, ​но ​смею ​вам ​не ​поверить. ​— ​Я ​одарил ​хитреца ​улыбкой ​и ​тоже ​сел, ​напротив ​него. ​ ​Доран ​нащупал ​золотую ​чашу, ​уже ​наполненную ​вином. ​Дорнийское ​вино ​— ​изыскано, ​прекрасно, ​с ​богатым ​букетом. ​Я ​даже ​как-то ​расстроился, ​что ​меня ​обделили. ​Могли ​бы ​и ​угостить. ​Мы ​так-то ​в ​море ​провели ​немало ​времени, ​и ​в ​какой-то ​момент ​у ​нас ​сначала ​закончилось ​лучшее ​вино, ​затем ​ром, ​а ​под ​конец ​вообще ​пришлось ​слегка ​застоявшуюся ​воду ​мешать ​с ​дешевым ​вином, ​почти ​уксусом. ​То ​ещё ​пойло. ​ ​Слуга ​поставил ​передо ​мной ​кубок, ​вырвав ​из ​грустных ​дум. ​Слугой ​оказалась ​женщина, ​та ​самая, ​которая ​находилась ​в ​комнате, ​когда ​мы ​только ​прибыли. ​Полные ​губы, ​приятное ​лицо. ​В ​Дорне ​жарко, ​так ​что ​и ​одежда ​была ​у ​местных ​подстать... ​мне ​потребовалось ​приложить ​немного ​усилий, ​чтобы ​не ​смотреть ​на ​её ​грудь ​сквозь ​прозрачную ​одежду. ​Очевидно, ​она ​не ​просто ​слуга, ​а ​кто-то, ​кого ​Доран ​держал ​рядом ​с ​определённой ​целью. ​Женщина ​практически ​кричала ​о ​себе: ​«соблазнительница». ​ ​— ​Благодарю. ​ ​Сказал ​я, ​принимая ​кубок ​с ​вином ​и ​быстро ​отпивая. ​Второй ​глоток ​уже ​смаковал, ​наслаждаясь ​вкусом. ​И ​тянул ​время. ​Чего ​я ​вообще ​хотел ​от ​Дорана? ​Что ​он ​может ​мне ​предложить? ​Больше ​всего ​мне ​нужны ​песок, ​гравий ​и ​известняк, ​и ​этого ​добра ​у ​принца ​в ​избытке. ​Но ​суть ​в ​том, ​что ​этих ​материалов ​и ​в ​Синьоне ​есть ​в ​изобилии. ​Мне ​пока ​не ​нужен ​импорт, ​поскольку ​предприятия ​даже ​близко ​не ​подобрались ​к ​той ​стадии, ​при ​которой ​мне ​будет ​не ​хватать ​своих ​запасов. ​ ​Так ​чего ​мне ​не ​хватает ​в ​данный ​момент? ​Самое ​очевидное, ​это ​хорошее ​отношение ​с ​Робертом ​и ​другими ​лордами ​королевства. ​Я ​уже ​получил ​от ​него ​и ​Джона ​Аррена ​оплеуху, ​фигурально ​выражаясь, ​и ​теперь ​не ​верил, ​что ​мои ​заслуги ​при ​взятии ​Королевской ​Гавани ​перевесят ​на ​чаше ​весов ​слухи, ​убивающие ​мою ​репутацию. ​Так ​что ​союз ​с ​Мартеллами ​— ​это ​то, ​что ​могло ​бы ​мне ​помочь. ​Но ​как ​его ​скрепить? ​ ​— ​Буду ​предельно ​честен ​с ​вами, ​принц ​Доран. ​— ​Как ​и ​много ​раз ​до ​этого, ​лучшей ​тактикой ​послужит ​откровенность. ​— ​У ​меня ​не ​было ​намерения ​спасать ​Элию. ​Я ​заключил ​сделку ​с ​Робертом ​Баратеоном ​и ​Джоном ​Арреном, ​в ​которой ​должен ​был ​взять ​Королевскую ​Гавань, ​и ​именно ​по ​этой ​причине ​я ​находился ​в ​городе. ​ ​Я ​взял ​паузу, ​чтобы ​оценить ​реакцию ​Дорана. ​Оценивать ​было ​нечего. ​Он ​смотрел ​на ​меня ​холодным, ​расчётливым ​взглядом, ​обдумывая ​слова. ​ ​— ​Эйрис ​приказал ​своим ​алхимикам ​подложить ​дикий ​огонь ​в ​тоннелях ​города, ​под ​каждое ​крупное ​строение ​или ​квартал. ​Блошиное ​дно, ​Стальная ​улица, ​Септа ​Бэйлора ​— ​всё ​должно ​было ​сгинуть ​в ​зелёном ​пламени. ​Я ​узнал ​об ​этом ​и ​пробрался ​в ​город. ​План ​был ​прост: ​перенести ​небольшое ​количество ​дикого ​огня ​к ​воротам ​города, ​зажечь ​его ​и ​посмотреть, ​как ​армия ​сделает ​всю ​остальную ​работу. ​ ​Ещё ​одна ​пауза, ​чтобы ​слова ​впитались ​в ​сознание. ​Доран ​опасно ​сощурился, ​когда ​услышал ​о ​Диком ​Огне, ​а ​черты ​лица ​его ​ожесточились, ​едва ​прозвучало ​имя ​«Эйрис», ​а ​также ​детали ​его ​плана. ​Очевидно, ​он ​уже ​связал ​ниточки ​и ​примерно ​понимал, ​что ​к ​чему, ​но ​всё ​же ​задал ​наводящий ​вопрос: ​ ​— ​Как ​мой ​дядя ​вписывается ​в ​эту ​вашу ​историю? ​ ​— ​Он ​нашел ​меня ​в ​туннелях. ​Лорд ​Варис ​и ​принц ​Левин ​столкнулись ​со ​мной ​и ​могли ​убить ​той ​же ​ночью. ​Но ​вместо ​этого ​попросили ​меня ​оказать ​им ​услугу. ​Левин ​хотел, ​чтобы ​я ​тайно ​вывез ​Элию ​из ​города ​в ​суматохе ​битвы, ​а ​взамен ​он ​помешал ​бы ​алхимикам ​взорвать ​город, ​чего ​очень ​хотели ​повстанцы. ​Я ​согласился. ​ ​— ​Значит, ​мой ​дядя ​уже ​выполнил ​нашу ​часть ​сделки. ​— ​Доран ​пожал ​плечами ​и ​посмотрел ​на ​меня ​с ​выражением ​«не ​повезло ​тебе, ​друг». ​ ​— ​Склонен ​не ​согласиться. ​Я ​мог ​забрать ​вашу ​сестру ​куда ​угодно. ​Но ​решил ​вернуть ​домой, ​туда, ​где ​она ​и ​ее ​дети ​будут ​защищены ​и ​смогут ​жить ​своей ​жизнью. ​Не ​находите ​ли ​этот ​фактор ​весьма ​серьёзным, ​и ​достойным ​того, ​чтобы ​принять ​его ​во ​внимание? ​ ​Этот ​говнюк ​не ​сможет ​так ​просто ​от ​меня ​отделаться. ​ ​— ​Возможно... ​ ​— ​Вы ​слышали ​слухи ​обо ​мне? ​— ​Я ​перескочил ​на ​куда ​более ​важную ​стадию ​разговора. ​Раз ​уж ​он ​согласился, ​что ​что-то ​мне ​должен, ​то ​нет ​смысла ​дальше ​тянуть ​и ​пора ​переходить ​к ​переговорам ​и ​торговле. ​И ​у ​меня ​было ​что ​запросить. ​ ​— ​Да, ​но ​мы ​в ​Дорне ​на ​такие ​вещи ​особо ​внимания ​не ​обращаем. ​ ​Я ​не ​мог ​не ​отметить ​его ​скупые ​ответы ​и ​постоянную ​возможность ​говорить, ​которую ​он ​мне ​давал. ​Это ​совсем ​другая ​тактика, ​не ​та, ​к ​которой ​я ​привык ​в ​разговорах ​с ​другими ​лордами. ​Тот ​же ​Лорд ​Аррен ​любил ​доминировать ​в ​разговоре ​и ​откровенно ​диктовать ​условия, ​а ​Доран ​вел ​себя ​так, ​словно ​ему ​вообще ​наплевать ​и ​на ​меня, ​и ​на ​разговор. ​Это ​давало ​серьёзное ​преимущество ​во ​время ​переговоров. ​Если ​тебе ​ничего ​не ​нужно ​от ​другой ​стороны, ​то ​она ​будет ​постоянно ​предлагать ​больше, ​чтобы ​убедить ​тебя ​в ​собственной ​значимости. ​ ​— ​Если ​бы ​только ​другие ​королевства ​были ​такими ​же... ​мне ​нужна ​легитимность ​в ​их ​глазах. ​ ​Глаза ​Дорана ​сверкнули ​пониманием. ​ ​— ​Ах... ​вы ​ищете ​невесту. ​— ​Принц ​выдохнул, ​откинувшись ​на ​спинку ​кресла ​и ​улыбнулся. ​— ​Кого ​же? ​Если ​посмеете ​упомянуть ​мою ​сестру, ​то ​увы, ​не ​оставите ​мне ​выбора ​и ​буквально ​вынудите ​отдать ​приказ ​вас ​кастрировать ​и ​повесить ​на ​стене, ​лорд ​Бейлиш. ​ ​— ​Не ​Элия, ​нет. ​Мартелл, ​несмотря ​на ​все ​мои ​достижения, ​все ​еще ​выше ​моего ​достоинства, ​я ​это ​понимаю. ​ ​Я ​со ​смешком ​покачал ​головой ​и ​ещё ​разок ​пригубил ​вина. ​Последнее ​утверждение ​было ​ложью, ​ибо ​для ​того, ​что ​я ​задумал, ​требовалась ​королева. ​ ​— ​И ​кого ​же ​вы ​тогда ​достойны, ​Губитель? ​— ​спросил ​Доран ​с ​ухмылкой, ​используя ​мои ​собственные ​слова ​против ​меня. ​ ​Перед ​моим ​мысленным ​взором ​пронеслась ​вспышка ​светло-фиолетового ​цвета. ​Мимолетное ​воспоминание ​о ​человеке, ​которого ​я ​встретил ​давным-давно. ​На ​самом ​деле ​я ​видел ​эти ​фиолетовые ​глаза ​всего ​два ​года ​назад, ​но ​ощущение ​такое, ​будто ​целая ​вечность ​прошла. ​ ​Так ​много ​всего ​произошло ​с ​того ​пира ​в ​Харренхолле. ​ ​— ​Кто ​самая ​красивая ​женщина ​в ​Дорне ​со ​смеющимися ​фиолетовыми ​глазами? ​— ​Спросил ​я, ​снова ​ухмыляясь. ​ ​Веселое ​настроение ​Дорана ​немного ​угасло. ​Ему ​потребовалось ​мгновение, ​чтобы ​понять, ​о ​ком ​идет ​речь. ​ ​— ​У ​Ашары... ​не ​всё ​в ​порядке. ​— ​Принц ​перевёл ​взор ​на ​западное ​окно ​своего ​соляра. ​Он ​смотрел ​в ​сторону ​Звездопада? ​ ​В ​книгах, ​если ​мне ​не ​изменяет ​память, ​говорилось, ​что ​Ашара ​родила ​девочку. ​Скажем ​так, ​родила ​неудачно. ​В ​своем ​горе ​она ​прыгнет ​с ​одной ​из ​башен ​Звездопада ​в ​море, ​покончив ​жизнь ​самоубийством. ​ ​Потерять ​дочь, ​брата, ​— ​Артура ​Дэйна, ​— ​стать ​обесчещенной ​женщиной ​без ​надежды ​на ​замужество... ​слишком ​много ​всего ​навалилось, ​при ​этом ​ситуация ​откровенно ​аховая, ​из ​которой ​толком ​не ​выбраться. ​ ​Могу ​ли ​я ​спасти ​ее? ​Должен ​ли? ​Может ​она ​просто ​выбросится ​из ​окна ​моей ​башни, ​повторив ​судьбу ​книжной ​версии, ​просто ​в ​другой ​локации? ​Так ​или ​иначе, ​а ​это ​едва ​ли ​не ​единственный, ​если ​и ​правда ​не ​единственный ​вариант. ​В ​противном ​случае ​придется ​копить ​власть ​и ​влияние ​долгие ​годы, ​прежде ​чем ​получить ​возможность ​связать ​себя ​узами ​хоть ​с ​кем-то ​значимым ​и ​получить ​влияние. ​Вот ​только... ​если ​у ​меня ​всё ​получится, ​то ​в ​будущем ​надобность ​политического ​браке ​банально ​отпадет. ​Максимум ​я ​получу ​женившись ​именно ​сейчас. ​Связав ​себя ​с ​Мартеллами. ​ ​— ​Я ​могу ​это ​устроить. ​— ​Уверенно ​сказал ​Доран, ​вставая. ​— ​Но ​вы ​должны ​помнить, ​лорд ​Бейлиш, ​что ​сами ​попросили ​об ​этом. ​ ​Мне ​не ​понравился ​ни ​его ​тон, ​ни ​выражение ​лица. ​Были ​они ​каким-то... ​зловещими. ​ ​Может ​я ​что-то ​упускаю?